Шкатулка историй

      Дафна Гринграсс. Дафна Гринграсс. Дафна Гринграсс.       Имя; заимствованное, как и все имена. Ты прислушиваешься к зову. На гладкой коже твоего черепа начинает формироваться лицо, растут волосы, они прячутся в двух недавно сформировавшихся ноздрях, стекают по черепу струящимся каскадом серебра и золота.       Открывается пара глаз. Заимствованные, как и все глаза.       Лёгкие наполняют тебя жизнью. Внутри тебя нет крови. Нет клеток, нет материи, нет плоти. Но теперь есть жизнь, и она течёт вверх и вниз, вниз и вверх, вверх и вниз. Звук повторяет шаги, сделанные без костей, мышц или силы. У тебя гордая походка. Определённая. Вперёд, раз, два, четыре, раз, два, четыре, раз, два, четыре. Тишина отступает от тебя, как чума. Ты хватаешь её, откусываешь один хороший кусочек, прежде чем она выскользнет из твоей крепкой хватки. Крыс ты не ловишь.       Вскоре тишина исчезает, и за ней следует темнота. Свет, как всегда, жесток, он рвёт, кусает и царапает и делает всё возможное, чтобы лишить тебя формы. Сейчас и только сейчас ты отшатываешься, жалобно стонешь от страха, от боли, от отвращения к отражению на лице света. Ты съёживаешься, плечи сгорблены, губы дрожат. Ты обливаешься кровью, которой у тебя никогда не было.       Рука Астории такая тёплая. Она сильнее, чем ты когда-либо будешь; она поднимает тебя и тащит в дом, тащит до тех пор, пока твоя задница не оказывается плотно прижатой к дивану, и пот не проходит, но конечности всё ещё дрожат, а глаза не просыхают. Теперь две руки обнимают тебя. Тяжесть давит тебе на грудь. Астория — это тепло. Астория — это жизнь.       — У меня есть ты, сестрёнка, — голос, похожий на колыбельную, — Я здесь, я с тобой. Следуй за моим дыханием. Вот так. Я люблю тебя, Даф. Я здесь. Я люблю тебя.       Здесь глаза тоже на мокром месте. Теперь есть что-то новое, за глазами, под черепом. Есть много чего. Они сталкиваются друг с другом, как самоубийственные машинисты поезда. Они разбиваются вдребезги, и теперь всё превращается в кашу, но в конце концов всегда получается каша, так что это не имеет значения. Теперь ты разбита в кашу, Дафна Гринграсс. Не сдавайся. Держи форму.       — Тори? Тори, пожалуйста, я не… почему ты не остановишься? Пожалуйста, Тори. Я не могу остаться. Я должна вернуться. Мне здесь не место, пожалуйста, Тор…       Её рука обжигает тебя. Сильная ладонь касается твоей щеки. Она немного опускается, прежде чем снова оторваться от тебя. Не становись ещё большей размазнёй, Дафна Гринграсс. Держи форму. Держись.       — Мне так жаль. Пожалуйста, Даф, пожалуйста, не уходи. Я люблю тебя, Даф. Я тебя люблю. Ты не можешь уйти. Пожалуйста.       Сильные руки. Сильные руки. Своевольные и сильные, тёплые и отравленные любовью. Астория не отпускает. Держись, Дафна Гринграсс. Держись. Ты становишься мягче. Ты просачиваешься в диван. Держись, Дафна Гринграсс.              

***

                                  Астория плачет, пока не засыпает. Диван весь мокрый.