Шкатулка историй

      У Гарри Поттера было всё, о чём он только мог мечтать; всё это можно было получить, не выходя из собственного дома — и, конечно, благодаря усердной помощи его доверенного слуги. Ему не было нужды выходить из дома.       И что это был за дом! Внушительный и неприступный, расположенный в самой тихой части столицы, аккуратно уложенный в пределах невозможных сантиметров между одиннадцатью и тринадцатью, замаскированный и защищённый сильнейшей магией, которую только можно найти; настоящая крепость современной эпохи, идеальное место для того, чьи самые сильные склонности отошли от опасностей прошлого к безмятежным банальностям тихой, устоявшейся, уединенной жизни.       Сны о его прежней жизни продолжали мучить его; сны о конфликтах, погоне и безысходном отчаянии, которые приходили глубокой ночью и возвращали его в проклятые классы, палатки и собрания служителей, к ощущению вкуса смерти и невероятных трудностей, выпавших на долю ничего не подозревающего ребёнка. Гарри просыпался, дрожа всем телом, отчаянно пытаясь выпотеть, сморгнуть и прогнать страх, и звал Кричера принести ему ещё одно зелье. Иногда зелий оказывалось недостаточно, и тогда Гарри звал Огдена. Его хороший друг Огден заглушал всё остальное.       Рон и Гермиона, Джинни и Невилл, Луна и Минерва и все остальные — все приходили и уходили, подолгу беседовали и предлагали любую поддержку, которая, по их мнению, могла помочь ему выбраться. Но они не понимали. В коридорах было безопасно. Они больше не были мрачными, заплесневелые стены и насаженные на них головы давно исчезли, спрятанные там, где Кричер прятал всё, тёмные ямы страданий и завывающее эхо, от которых лучше было держаться подальше.       Письма из Министерства были спрятаны в каком-то ящике стола, погребённые под толстыми папками и другими разбросанными бумагами. Гарри больше не хотелось их открывать; это было одно и то же письмо, написанное разными словами и отправленное одними и теми же четырьмя людьми. Мы хотели бы видеть вас, мистер Поттер. Требуется ваше присутствие. Гарри, пожалуйста, это не просто показуха, это собрание важно. Твоё присутствие помогло бы нам всём. Ты не можешь уклониться от своего места в обществе. Мы все беспокоимся о тебе, Гарри. Ты же не думаешь, что мы позволим тебе так жить. Давай, приятель, выпьем чего-нибудь. Тебе даже не нужно ничего говорить. Мама беспокоится о тебе. Папа тоже.       О, не поймите неправильно. Прогулок было достаточно много. Дни и вечера вскоре превратились в ночи, проводимые в барах, а затем и в клубах с едва знакомыми бывшими одноклассниками, совершенно незнакомыми людьми и вскоре магглами. В настоящее время в основном с магглами. Делакуры присылали ему постоянные приглашения. Гарри даже был там пару раз. Возможно, пришло время навестить Виктора. А ещё лучше — тот лес в Албании. Он всегда интересовался лесами.       Но нет. Зачем вообще уходить? Зачем переезжать, зачем заниматься той ерундой, которую они все, казалось, хотели свалить на его и без того сломленную спину? Он отдал им свою молодость. Этого должно было быть достаточно, более чем достаточно, чтобы оставить его в покое, отпустить домой. Дом там, где сердце, как-то процитировала Гермиона. И Гарри обрёл и то, и другое после того, как так долго был без них. Именно там, где он был сейчас, он бродил по коридорам, слушал сказки Кричера и аппарировал в тёмные переулки за зданиями, где его никто бы не нашёл. Гриммо безопасное место. Он достаточно повидал мир, а мир был шумным и всегда стремился преследовать его. Гарри гораздо больше хотелось немного тишины.