The Monty Hall Paradox

Студенты всегда находят себе развлечение от скуки. Многие предпочитают поход в клубы, посиделки в кальянных. Для двух девушек развлечением является совершенно иное… Электрический стул, бьющий небольшим количеством вольт лишь для профилактики и неспособный убить человека при всем желании. Девчушка, привязанная к нему в качестве меры наказания за неправильный ответ на один единственный вопрос, к которому ее ведут постепенно. И каждый раз провал. Сколько бы Рюджин не старалась, Йеджи всегда проваливается на одном лишь вопросе. Казалось бы, вопрос примитивный, если знать все нюансы, однако одно и то же повторяется Бог знает сколько. — Последний шанс, Йеджи, — терпение Рюджин было на исходе. — Давай ещё раз по-новой. Теория общества потребления. — Общество больше потребляет, нежели производит, — хриплым от сухости голосом проговорила Хван. — Процентное соотношение 70 на 30. — Отлично. Теория общества риска? — Хорошо развиты как производство, так и потребление. Плюсом технологии, обеспечивающие экономический рост. Однако повышенная напряженность, а экономическая эффективность и рост благосостояния неустойчивы. — Прекрасно, черт возьми! — у Шин уже начиналась истерика от подобного, ведь на вопросы по социологии, которые Йеджи особо даже терпеть не может, ответы получаются идеальными. — Что такое «социальная аномия»? — Это… безнормальность. Когда происходит распад ранее общих для общества ценностей, — Хван взглянула на Рюджин, попытавшись дунуть на свои рыжие, мешающиеся локоны, чтобы те не лезли на глаза. — Что такое девиантное поведение? — Отклонение от норм общества… — Теперь последний вопрос. Думай внимательно, — Шин села на корточки перед Хван и убрала ее волосы, зачесав одной рукой назад. — Перед тобой три двери. Представила? — Да. Блять, Рюджин, сколько я ещё буду сидеть на этом стуле? — огрызнулась Йеджи. — Пока не ответишь на вопрос правильно. Так вот, за двумя дверьми коза, за одной дверью автомобиль. Выбирай один, — Рюджин уже поставила у себя в голове автомобиль в крайнюю левую дверь. — Пусть будет крайняя левая, черт с ним. — Хорошо. Одну дверь я закрываю, так как там точно коза, и это правая крайняя. Теперь единственный вопрос: меняешь свой выбор? — Меняю, — и снова ее бьет током, от которого она мычит, сжав губы. — Йеджи, серьезно! — Шин отошла от Хван, зарываясь руками в волосы. — О чем говорит парадокс Монти Холла? — Что шансы открыть дверь с автомобилем 50/50! — Ты упускаешь важную деталь… Давай иначе: за двумя дверьми твои шлюхи, о которых ходят слухи, а за одной дверью я. Ты выбираешь то же самое, и я просто вместо автомобиля ставлю себя. Коз, в принципе, можно оставить — недалеко ушли твои шлюхи от них. Так вот, и вновь вопрос: меняешь? — Рюджин хватает Йеджи за волосы и откидывает ее голову, заставляя смотреть прямо в глаза. — К слову, я каждый раз придерживалась стратегии «адский Монти». Теперь подумай получше. И до Йеджи будто доходит осознание: ей сразу вспоминаются пары с преподавателем по теории вероятностей, где он об этом упоминал. Стратегия «адский Монти» — это когда задают вопрос о замене двери тогда и только тогда, когда за дверью 100% автомобиль. В данном же случае Рюджин. Сосчитать сложно, сколько раз электрический ток прошелся по телу Йеджи, заставляя кровь вскипать, а все тело возбуждаться от чертовой стимуляции. — Черт, Шин, ты специально издевалась? Нет, не меняю. — Неужели! — руки Рюджин взмыли вверх, а затем она взяла лицо Йеджи и резко припала к ее губам в недолгом поцелуе. — Наигралась? — задалась Йеджи, заглядывая в глаза Рюджин, после чего та кивнула. — Тогда развяжи меня и сядь на этот гребаный стул. Голая. А Рюджин и растаяла от подобной смены тона. Она понимала, что играться с этим стулом без ведома профессора — то ещё развлечение, однако отказать себе в удовольствии слегка поизмываться над Йеджи она не могла. А все почему? Потому что подобное отношение выводит Хван из себя до жути. Ох, какой она привлекательной кажется в этот момент одержимой Рюджин. Одно слово Йеджи — и вот она уже развязала ее, а сама расположилась на стуле абсолютно обнаженной. Смотря на свою девушку в данный момент, Йеджи может думать лишь о том, как бы ей сдержать себя, ведь та ее разозлила, можно сказать, знатно. Хван привязала Шин к стулу, раздвинув ее ноги и приковав к ногам стула ремнями, тем самым оставляя девушку в постыдном положении. Украсть стул явно было отличной идеей, видя на ней свою девушку в такой позиции. Завязав волосы назад, Йеджи опустилась на колени перед Рюджин и положила руки ей на бедра, отчего та аж вздрогнула. Теперь пульт от стула оказался в руках Йеджи, и она уж точно не поленится увеличить количество вольт. У стула есть ограничение, а вот у Рюджин, чьи мазохистские желания преобладают над садистскими, — их нет. Видели бы люди, как сейчас сверкали глазки Шин… Хван провела языком по половым губам Рюджин, собирая столько влаги, сколько раньше вряд ли было. — Так вот для чего ты хотела помучить меня, — хмыкнула Хван, нажимая на пульт и запуская ток. Голова Рюджин мигом откинулась, а губы ее приоткрылись, издавая ни черта не болезненный стон. От того, какое удовольствие ловила Шин, истерический смех издать настала очередь другой. — Да ты сумасшедшая… — Тебе самой это нравится, так что будь добра уже трахнуть. Издав очередной смешок и не веря в происходящее, Йеджи примкнула к клитору Рюджин губами и засосала чувствительный бугорок, вместе с тем запуская очередной удар током. — Блять.! — Шин зарылась руками в волосы Йеджи и прижала ее за голову к себе сильнее, пока ноги у нее дрожали в чересчур сильных конвульсиях. По подбородку Йеджи потекла смазка Шин от того, что она достигла оргазма от небольших усилий. Йеджи даже может стать зависима от такого, если ее девушка будет настолько возбужденной каждый раз. Она провела пальцами по мокрым складкам, понимая, что Шин вновь возбудилась не на шутку. — Теперь вопрос тебе: два пути ведут только к языку, один путь и к пальцам, и к языку. Расположения те же, что и в твоем условии. Твой выбор? — Адский Монти? — Шин взглянула на Хван, еле дыша, и получила в ответ утвердительный кивок. — Черт с два я поменяю выбор. Вместо ответа Рюджин почувствовала, как в нее внезапно вставили сразу два пальца, и ее голова откинулась, а руки сильнее сжали волосы Йеджи, растрепав собранные волосы ещё больше. Темп Йеджи взяла сразу же быстрый, ни на секунду не жалея свою девушку. Как можно жалеть ту, что так стонет каждый раз, как пальцы находят необходимую зону? Йеджи знала, как заставить Рюджин кончить в мгновение ока, а потому взяла пульт в руки. Шин сама уже насаживалась на пальцы, пытаясь придавить голову Хван, чтобы она подключила ещё и язык, однако та издевалась над ней на полную. Издевки дошли до предела в тот момент, когда Йеджи стала периодически давать ток, но не доводить до конца. И это, в какой-то степени, отдавалось и на нее саму, проходя через Рюджин. Второй девушке следовало бы видеть себя, ведь стул уже давно был мокрым под ней. Пальцы задвигались активнее, и, к счастью Рюджин, Хван подключила язык, начиная играться с набухшим клитором, то крутя им, то его засасывая. Только вот она не дала достигнуть оргазма, резко вытащив пальцы и отодвинувшись. Скулеж Рюджин явно стоил такой выходки. — Йеджи, пожалуйста… — «Пожалуйста» что? — Хван встала с места, вытягивая дрожащие руки Рюджин из своих волос. — Прекрати так издеваться, пожалуйста. Доведи меня… — За твои издевательства? — Хван ухмыльнулась и наклонилась к тяжело вздымающейся груди. — Сколько раз ты била меня током, пока не получила верный ответ? — она легонько провела языком по одному соску, и Рюджин сразу начала дрожать. — Н-не помню… — Тогда терпи, — она запустила очередной электрический ток одной рукой, а пальцами другой вошла в сидящую девушку, отчего та вновь начала достигать оргазма. — Х-хван… Йеджи улыбнулась поплывшему взгляду Рюджин и затянула ее в поцелуй. Ей было ясно предельно четко, что Шин сегодня ненасытная до предела, учитывая то, как она самолично вернула пальцы Йеджи обратно и как ее глаза начали закатываться от удовольствия, стоило пальцам задвигаться с новой силой. Хван начала совершенно бесцеремонно работать пальцами, заставляя Рюджин подскакивать на стуле, тем самым помогая ей насаживаться на пальцы. — Ещё… — Шин уже еле различала силуэт Йеджи, ведь из глаз текли слезы от фееричных и многочисленных оргазмов, а все тело подрагивало от ударов током. — Зачем мне какие-то шлюхи, когда ты так прекрасна во время оргазма? Йеджи отстегнула ноги Рюджин от стула, чтобы иметь возможность раздвинуть их шире. Это было одним из верных решений, ведь все ее тело начало содрогаться сильнее. Ноги Рюджин притягивали Хван ещё сильнее, заставляя ту работать практически на износ. — Ты и есть пример девиантности, Шин Рюджин, твою мать, — пропыхтела Йеджи, продолжая грубо входить пальцами в Рюджин и имея в виду удовольствие, которое та получает от электрического стула. Громкие стоны, отлетавшие от стен, смешивались с другими непристойными звуками, исходящими от Шин. Йеджи не могла насытиться таким обилием оргазмов и смазки, и ей было все равно на то, услышат их соседи или нет. Ей безумно хотелось довести Рюджин до состояния, при котором стоять она точно не смогла бы. Сколько ещё раз был задействован этот украденный стул — не счесть. Уж слишком данный предмет понравился девушкам. А под Рюджин и сухого места не осталось под конец. Что уж там говорить, с краев стула иногда капало от чересчур обильной смазки Шин, которую Йеджи смогла распробовать со всех сторон. Честно сказать, ей все еще было мало, ведь то, насколько ее раздражение прошлой ситуацией было высоко, даже посчитать сложно. Черт его знает, как они собрались возвращать этот стул обратно, но об этом девушки уже подумают потом… — Теперь позаботься обо мне, Шин, если ножки позволяют стоять, — усмехнулась Йеджи — Мои пальцы и язык в твоем распоряжении. Трахай себя сама, — Шин сидела на стуле, в прямом смысле развалившись от того, что тело ее особо уже не функционировало. — Сучка…