В кого веришь?

Двадцать седьмого декабря было полнолуние, Антон научился себя сдерживать и вообще проблем в тот день не имел. Только Арсений на нервах был, так как боялся, что какие-то умники будут пробовать убить парня. В общем, брюнет зря травмировал свою нервную систему, так как никто не пришёл и запаха даже близко не было. В честь предстоящего праздника, которого каждый ждал, в школе состоится вечеринка. Шастун не хотел на неё идти, ибо тридцатое декабря, а Майя приедет двадцать восьмого, и парень хотел побольше провести времени с мамой. Но в итоге Павел заставил каждого явиться. Уроки отменились и начальные-средние классы, которые ещё двадцатого декабря отпраздновали, ушли на новогодние каникулы. А старшие классы заставили пахать. Хотя учёба была уже шаткая, в какой-то день были по всем урокам замены, в какой-то они украшали актовый зал со всей школой. Поэтому Антон просто читал утром чат и писал, если сегодня одни замены и ничего не намечается, что останется дома из-за плохого самочувствия. А вот когда была суббота и мама должна приехать с минуты на минуту, Шастун такие чудеса вытворял, что ахал. У него получилось отполировать квартиру до блеска, хотя рассчитывал Антон на очередную неудачу. Желания также тяжело даются, ибо парень не до конца понял закономерность. С едой помог Попов и приготовил вкусную варёную картошку с курочкой. Наполнив холодильник едой, там даже борщ оказался, лишь бы Майя не подумала, что Антон питается святым духом. — Арс, что мне ей о тебе сказать? — знатно нервничал Шастун, отбивая ритм стопой об пол. — Тише. — Успокаивающе поглаживая парня по плечу, Арсений и сам задумался. — Давай, когда она спросит, что у тебя случилось за всё это время, ты всё по порядку расскажешь и начнёшь с момента, когда она уехала. — Арс, блин, ты как себе это представляешь? Привет, мам, лето как обычно, в сентябре вызывал духа, так мы сдружились и недавно поебались, а, кстати, я теперь Дьявол, вызывай психушку, адрес… — светловолосого перебил звонок в домофон. Шастун понёсся как метеор к двери, тыкая по всем кнопкам на домофоне и открывая дверь. Руки дрожали от страха, что предстоит это всё рассказать Майе, та не поверит и подумает, что сын у неё совсем поехал головой. Было слышно, как лифт начал подниматься на нужный этаж и Антон чувствовал, что это едет его мать. Арсений за спиной теребил кудряшки, пробуя тем самым убрать волнение, но получалось плохо. И как только двери лифта начали открываться, мужчина стал невидимым, чтобы не напугать. Улыбка на лице Шастуна расцвела при виде стройной белокурой женщины с двумя пакетами и чемоданом. Парень тут же пошёл на помощь к Майе, чуть не зацепившись об порог и не навернувшись под тихий смех родительницы. — Привет, ма-а-ам, — протянул светловолосый, обнимая Майю и становясь второй шкурой женщины, так как он буквально прилипился. — Привет, Антош, — поздоровалась женщина тёплым и радостным голосом, поглаживая сына по спине. Так как она была по плечи Антону, обниматься было удобно, это не тот случай, когда сгибаешься в три погибели. Парень всё же отлип и сияющими глазами посмотрел на слегка усталую, но весёлую мать. Взяв чемодан с сумками, Шастун сразу побежал в квартиру. — Ой, как чисто, ничего себе, — удивилась женщина, снимая сапоги. — Антош, занеси всё в мою спальню, кроме белого пакета, его в кухню, — попросила Майя. Антон сразу метнулся в спальню и поставил чемодан у шкафа вместе с чёрным пакетом, где лежали документы. Сама спальня выполнена в бело-серых тонах. Обои серые, пол тоже серый, а их разделял белый узорчатый плинтус. Белая двухместная кровать была посередине комнаты. У окна стоял письменный стол со всякими папками и канцелярией на нём. Кожаное кресло у стола. Большой шкаф-купе вдоль стены. И выход на балкон, где лежало барахло. У кровати стояло две тумбочки, на которых были лампочки. И мягкий пушистый ковёр под ногами. Отнеся пакет в кухню, Шастун заметил сидящего на диване Попова и цыкнул, так как тому лучше уйти в комнату парня и не мешать. Майя же помыла руки и прошла в кухню, открывая холодильник, чтобы разложить купленную еду. — Ничего себе, ты готовить научился? — усмехнулась женщина, заметив кастрюлю с борщом. — Посмотрел обучающие видео, чтобы тебя обрадовать, — скромно врал Антон, так как он всё также не умеет готовить. — Какой ты у меня хороший, — подметила Майя и всё же нашла свободную полку для того, чтобы разложить продукты. — Я тортик купила, сейчас разберусь тут и будем кушать. — Я приготовил покушать картошку с курицей, так что тортик придётся отложить, — улыбнулся Антон и, подойдя к столешнице, взял две тарелки с едой, которые тут же положил на стол. — Какой ты у меня уже взрослый. — Майя закрыла холодильник и присела за стол, смотря на сына, она безумна рада, что смогла наконец увидеться с ним. — Как ты долетела? Что нового у тебя было? — вопрошал Антон, разрезая курицу на мелкие кусочки. Тут не работает поговорка «дичь — едят руками». — Ой, да что у меня, — вздохнула женщина, откусывая картошку и блаженно закрывая глаза. — Всё как обычно, поездила по многим городам, поработала, да и вот, наконец закрыла отчёт, пока сюда ехала. А у тебя как? Давай просвещай меня! — Ну-у-у… — вот и попал Шастун в ловушку, сейчас не выкрутиться. — Летом я спал, ел, иногда выходил на улицу. Ну, как всегда, в общем. Сейчас просто слушай меня и не перебивай, хорошо? — Ты куда-то вляпался? — испугалась женщина, она всё поймёт, просто переживает. — Можно и так сказать. Ты сейчас подумаешь, что я больной, но послушай. После школы в первый учебный день я пошёл с одноклассниками на заброшку, мы вызывали духов и веселились. Они хотели меня подставить и выложить видео, как я испугался призрака, в интернет. Но, когда я вызывал духа, всё пошло не по плану, он реально явился. Парни сбежали, а меня от шока придавило булыжником и я сломал руку, — после этих слов глаза Майи округлились. — Дальше слушай. Я увидел силуэт человека вдалеке и рванул домой. Думал, померещилось. Уснув прямо на диване, я отчего-то проснулся, уже не помню. И передо мной стоял тот самый человек, которого я видел на заброшке. Я закрыл дверь на все возможные замки. Так вот, я уже прощался с жизнью, ибо думал, что меня убьют. Однако это оказался Дьявол и я заключил с ним контракт. Исполнив шесть желаний, он заберёт душу. Первое желание я загадал, чтобы у меня не было перелома руки. Он исполнил… — Антон, тебе не кажется, что это бред какой-то? — спросила женщина, совершенно не веря в слова Шастуна. — Я сначала также думал, я тебе докажу, что это правда, но чуть позже. Вот, в полнолуние на меня покушались всякие духи и в Санкт-Петербурге на меня напал Сатана. Как оказалось потом, я стал Дьяволом. Я очень не хотел этого. Но смотри, что я умею. Я тебе я тебе покажу, как превращаюсь. Пожалуйста, посмотри, не пугайся, прошу. — Антон встал из-за стола и превратился в волка, чем обескуражил Майю. Та совсем не понимала. Это реальность или сон? Парень превратился в человека и снова сел за стол. — И вот, я влюбился в Дьявола, который исполнял мои желания. И вот он. — Шастун показал на пустое место, где тут же показался Попов. Женщина схватилась за сердце и чуть не упала в обморок. Давление было слишком высокое и она боялась дальше слушать. Повисла гробовая тишина, в которую было слышно только сердцебиение. Оно, кстати, бушевало. Такое чувство, что она просто под наркотиками какими-то, так как принимать это всерьёз, мозг отказывался. — Мам, не молчи, пожалуйста, скажи что-нибудь, — молящим голосом просил Шастун, а на глазах скапливались слёзы. — Антон, скажи, что это шутка, пожалуйста, — попросила родительница. — Мам, — дрожащим голосом произнёс парень, так как видел, как Майе становится плохо от его правды. — Ты же сама видишь. — Я не знаю, что сейчас происходит, но это мне очень не нравится, — тихо сказала женщина, а слёзы на её глазах скапливались. — Уходи, пожалуйста. Я не хочу тебя видеть. — Но мам… Арсений, поняв, к чему всё идёт, схватил за руку Антона и телепортировался в дом, где расхаживали демоны и черти. Шастун сначала даже не понял, где он, оглядевшись, парень топнул ногой, что мебель подскочила, а по полу прошла трещина. — Нет! С ней надо поговорить, Арс! — истерил светловолосый, ударяя мужчину в грудь, а тот отлетел в стенку. — Это всё из-за тебя! На кой чёрт ты появился в моей жизни?! Все подглядывали за этой истерикой и боялись, так как причинять вред самому главному — Сатане, — не разрешено никому. Даже прошлый Сатана посылал в Ад своих партнёров за оплошность, а Арсений стоит и смотрит, будто ничего не было. — Антон, это обычная реакция человека, у неё, кстати, достаточно спокойная, — подметил мужчина, но Шастун принял его слова не в лучшую пользу. — Да ты хуесос, блять, спокойная! Ты, блять, купи себе мозги наконец. Она мой самый дорогой человек! Тебе было срать на родителей, а мне нет! Если бы я был человеком, я, сука, сейчас бы с ней мило общался и, может быть, гулял, а сейчас всё по пизде пошло! — орал Антон, ударяя мужчину в ребро, оно, скорее всего, сломалось. — Разошлись, — рявкнул брюнет всем, кто смотрел за всем этим. Тут же они остались только вдвоём, так как никто не хотел в Ад. Шастун уже не понимал, что говорить, он же сам виноват, по сути. Так как сам вызвал этого Ночного Дьявола, сам заключил контракт, сам не спасся от Сатаны, сам признался в любви. Это когда парень стал таким самостоятельным? Слёзы лились одна за одной, и парень просто упал на колени, он не хотел ничего. Арсений поджал губы, так как винил себя. Ему больно видеть такого Антона, это намного больнее, чем когда парень боится. Ухватившись за плечо светловолосого, брюнет телепортировался в свою комнату. Комната Арсения выполнена в чёрных цветах, кругловатая кровать посередине комнаты, над ней полки с книжками. Письменный стол, заваленный всякими отребутами, стоял возле окна. Турник, пркрученный к стене. Собственная ванная и гардеробная, в основном в гардеробной лежало барахло. Чёрные ободранные обои, скрывающие чёрные стены, в каких-то местах была засохшая кровь. Ламинат такого же цвета, но крови на нём намного больше. Есть мишень напротив кровати, а вместо дротиков ножи, воткнутые в неё. Специфический дартс. Телевизор был рядом с мишенью. За всё то время, пока он висит, в него не прилетел ни один нож, этим стоит гордиться. На тумбочке, стоящей вдоль стены, лежала техника, документы, всякая ерунда и фотографии. Взяв Антона на руки, Арсений уложил парня на кровать. После чего и сам сел, а на себя усадил мальца, крепко обнимая. Тот рыдал почти беззвучно, но слёз было несколько вёдер. Мужчина не мог смотреть на это и ощущать, как в его руках содрогается худое тело. Попов не знал, что делать, как утешить. У него был сумбур в голове, просто хотелось зарыться в одеяле с этим маленьким чудом и забыться. Надо решать что-то в этой жизни, так что Арсений бережно поглаживал Антона по спине, чтобы тот уснул, а сам брюнет пошёл к Лукавому. Без волшебства не обошлось, и Попов аккуратно щёлкнул пальцами. Шастун и без того хотел уснуть, так у него будто в организме снотворное появилось. Через пару минут Арсений уже не чувствовал новые слёзы и слышал лишь тихие всхлипы с сопением. Уложив светловолосого на кровать и укрыв одеялом, мужчина телепортировался на первый этаж и щёлкнул пальцами, чтобы комната была под защитой, это его собственность, может себе позволить такое. Войдя в кабинет Лукавого, Сатана потёр руки и с поникшим взглядом сел в кресло. Дмитрий сразу понял, что разговор будет с просьбой, поэтому, устало вздохнув, отложил все бумаги и поправил оправу очков, которые надевал лишь тогда, когда читал документы и подобные бумаги с мелким шрифтом. — Ну, что, сударь, зачем пожаловали? — пробовал разбавить атмосферу Позов. — Приехала мать Антона и он рассказал ей всё. По её лицу мы поняли, что она не согласна в это верить и иметь такого сына, — кратко рассказал Арсений, взял ручку со стола и нажимал пальцем на кончик, громко щёлкая в тишине. — А вы доказать пробовали? Ну, типа, перевоплощение, — спросил мужчина. — Пробовали, конечно, мы, что, тупые? — ворчал Попов, продолжая действовать на нервы ручкой. — Значит, ей нужно время всё осмыслить, — спокойно ответил Лукавый, совершенно не разделяя страданий с Арсением. — Смешной ты, покупаю, — фыркнул мужчина, кидая ручку как дротик в стену, она сломалась, так как сила Арсения была слишком огромный, а стена — твёрдой. — Мы и так знаем, что ждать надо! Но, сука, Антон почему-то рыдает, а с его матерью хер знает что! — Да что ты орёшь на меня? Загляни в будущее и не еби мозг, она под моими зельями с ума сойдёт, так что я тебе ничего не дам. Всё решает терпение и поэтому ты сейчас отсюда проваливаешь, если продолжишь себя так вести, либо сидим и думаем, как мы можем помочь Антону! — гаркнул Дмитрий, коса смотря на вдребезги сломавшуюся ручку. — Эх, минус один чёрт. — Ой, а кто это был? — спросил Арсений, стыдливо посмотрев на Лукавого. — Новенький. — Махнул рукой, мол, он мне надоел, спасибо, что его больше нет. — Арсен, ну ты помнишь. — А-а-а, этот еблантей, — вспомнил Попов. — Ладно, что мы можем Антону сделать? — Не мы, а ты! — поправил Позов, он-то тут причём? — Уделяй ему всё своё внимание, поддерживай, корми, пои, спать укладывай. Ну, трахайтесь. Готовьтесь к праздникам. Устрой медовый месяц ему. Ночной, дел много, так что отвлекай его внимание собой. — Он меня ненавидит, — тихо сказал Арсений. — Он не даст мне даже прикоснуться к нему, когда очнётся. Я не знаю, что делать. — Так ты не представляй, а делай, мудила, — цокнув и закатив глаза, сказал Дмитрий. Ну что за детский сад устраивают? — Легко тебе, у тебя-то жёнушка и детки, которые вас связывают, — оскалившись, процедил мужчина. — А вот сейчас пасть свою закрой. Дети — это то, что мы создали по любви. И, знаешь, мы познакомились за десятки лет до них и поженились, но что-то мы всё также любим друг друга. Да, у нас ссоры есть, но тут важно разговаривать на эту тему, чтобы их убрать! И понимание с поддержкой нужно. — Бля, Дим, такое чувство, что ты вообще ебёшься каждое утро, тем самым решая все проблемы, — усмехнулся брюнет и получил осуждающий взгляд Лукавого. — У тебя, такое чувство, недотрах, Антоша в жопу сунуть с утра не дал, вот и злишься. Или что там? Люцифер жопу свою не подставляет? Или член у тебя не встает?! — шипел Позов. То, что связано с его семьёй, он не даст никому оскорблять, даже в шуточной форме. — Да тихо ты, понял я, — волочил языком Арсений, уже не имея сил для продолжения. — Бля, может, реально ему надо потрахаться? Ну, типа, мне всегда помогало. Я вот, как родителей лишился, мне память стёрли. Потом мы с тобой инфу накопали и я как с Эдом ебался, зато уже со слезами на глазах не живу. — Омерзительный ты, — скорчившись, сказал Дмитрий. — Он чистый и душа у него ранимая, а ты вот такое говоришь… Лукавого прервал стук в дверь и два взгляда уставились на появившуюся голову в щели. Люцифер стоял всей красой, даже помолодился немного, а то морщины на лбу проступили. Арсений закатил глаза, когда почувствовал запах крови, так как было сильнее обычного. Прям в ноздри ударил. — Сори, что прерываю ваш диалог, но я мимо проходил, услышал своё имя и душа сказала идти сюда, — театрально произнёс Выграновский и плюхнулся в соседнее кресло. — Чё, искупался? — морщась, спросил Позов. — Да, у меня кожа засохла и морщины были, просто ужас. Отымел девку какую-ту и парня, ну, ещё с прошлых разов остались, и я себе такой бассейн до краёв залил. Обалдеть просто. Мой нос такой запах давно не слышал, — мечтательно рассказывал Эдуард, закидывая ногу на ногу. — Ты реально поебался с ними? — брезгливо спросил Арсений, так как это делается слишком редко, а тут сразу два человека за день. — Ну, слушайте, вы обзавелись вторыми половинками, а я орёл-одиночка. Да и, к тому же, они против не были, по сердцу вам говорю, у парня аж пульса не было от меня, — облизывая губы, сказал Эдуард, и получил округлённые глаза. — Ну, блять, я случайно. Он был жив, когда я его ебать начал, потом я немножко когти выпустил. Не удержался, он такой сладенький был! Ну я сразу высунул член! Да и, к тому же, Арс, мог бы поебать. Антоша твой до совершеннолетия тебе не даст, а хотя… — парень принюхался и его брови взмыли вверх. — Ебать, да он уже и не девственник, эх, убивать его можно не стараться, всё равно мимо меня пройдёт. Ну ты и пидор. — Бля, какой же ты гандон, — фыркнул Попов. — Гандон — это твой Антон. Ну, давайте обкашляем, вижу, что что-то случилось. — Складывая руки на столе, Люцифер ждал, пока ему всё по порядку расскажут. — Да что обкашляем? — с наездом спросил Арсений. — У Антона мать вернулась, пизды всыпала за правду, страдаем теперь. Думаем, что делать будем. — Ой, мама, — со вздохом произнёс Выграновский. — Бля, как хорошо детдомовским, им ваще тут париться не надо. Может, память ему сотрём? Ну, скажем, что из детского дома? — Мозги себе сотри, чучело, — заступился Дмитрий, видя, как Арсений заводится. — Что-то вы напряжённые какие-то. — И вправду! Что это мы?! — иронично спросил Арсений, хмуро смотря на Люцифера. — Ну, бля, я такой хуйнёй не страдал, — фыркнул Выграновский. — Поговори, поддержи, мама стопудов всё окумекает, — махнул рукой парень. — Я сейчас тебя в Спас на Крови отправлю, будешь там кумекать, — пригрозил мужчина. — Так, Лукавый, сейчас снотворное должно прекратить действовать, так как я рассчитывал на то, чтобы свалить на часик, но с этим. — Арсений кивнул головой на Эдуарда. — Тут будет не часик. Лучше как сделать? Чтобы Антон отдохнул от меня и его повеселил Заяц? Или чтобы он тут посидел и мы чем-то занялись? — Лучше, чтобы ты его прямо на этом столе… — Эдуарду дали звонкий подзатыльник, что он головой ударился об стол. — Бля-я-ять! — Арс, лучше, чтобы ты с ним в комнате посидел и у него узнал, что ему хочется, — ответил Позов, закрывая рот Выграновского, который хотел что-то сказать. Клацнув зубами, Люцифер фыркнул. — Ладно, бывайте. — Мужчина щёлкнул пальцами и телепортировался в свою комнату. Антон уже не спал, он просто лежал на боку и смотрел в окно. На улице уже темно и ничего, кроме леса и неба, он не увидел. Арсений тихо подкрался сзади и, перекатившись на кровати, обнял парня, который даже не дёрнулся. — И что дальше? Я слышал разговор, чтобы тебя найти, ты всем рассказал, что мы ебались? — безэмоционально спросил Шастун. — Ну, вон стол твой стоит, давай. Мне уже слишком похуй. Парень не слышал весь разговор, только середину, когда пришёл Эдуард, ведь именно тогда он проснулся. Не обнаружив рядом с собой мужчину, он испугался и напряг слух. Через защиту, которую поставил Попов, было тяжело услышать, но самое главное Шастун услышал. Дерьмо он творит в этой жизни. И конец разговора он решил не слушать, поэтому написал матери короткое сообщение, в котором спрашивал, как она себя чувствует. Он хотел к ней вернуться, но понимал, что ухудшит положение, поэтому не рисковал. — Антон, — тихо начал Арсений, проклиная Эдуарда. — Я никому не рассказывал, твой запах на мне, и тебя учуял Эд, к нему лучше не подходи, он слишком ужасен сейчас. Через пару дней нормально будет. Слушай, я не хочу тебе навредить, я хочу помочь, ведь я тебя люблю? — больше спросил, чем утвердил Арсений. Ставя всё под сомнения в голове Антона. Шастун в своей голове уже думал, что Попов его любит сильно, а не сомнительно. Он хотел построить жизнь вместе с ним, доверился. А что сейчас он слышит и видит? Полный ужас! Для комичности только убиться надо, но Антон не хочет, он понимает, что не умрёт. Это безвыходная ситуация. Прикрыв свои изумрудные глаза, Шастун сдерживал злость, обиду и несправедливость. — Не трогай меня, считай, что умрёшь, когда притронешься, — с болью в голосе попросил Антон, убирая с себя чужую руку. — Где моя спальня? — Антон, у тебя её нет, ты со мной в отношениях и у нас одна спальня на двоих, — ответил Попов. — Ты мне предлагал встречаться? Ты мне клялся в любви? Ты даже сомневаешься, что любишь меня! У меня сейчас в один день вся жизнь пошла по одному месту! — слёзы давили на горло, но не лились из глаз, буквально перегородили воздух, а слюни скапливались, с болью проглатывая. Рваный вздох Антона только сильнее запускал в боль. — Я уже наслушался твоих ничего не значащих слов и просто хочу быть один, пока не помру. Хочу умереть естественной смертью, но в таком положении только яд, так что жду тебя ночью с ножом, пропитанным ядом и, пожалуйста, усыпи меня перед этим. Ты же так решаешь проблемы? Да и ручку с договором моим держи. — Парень дрожащей рукой щёлкнул, и в его руках появились названные предметы, кинув это всё на кровать, Антон встал с кровати и, чуть ли не падая, пошёл к двери. — Скотина ты, Попов. Я никогда больше вам доверять не буду. Арсений замер, у него всё рухнуло. Впервые за сотни лет из глаза покатилась одинокая слеза. Его сердце таяло и просто разрывалось, он ничего не сделал, чтобы остановить. Он просто тупо слушал и разрешил уйти. Брюнет открыл рот, чтобы вдохнуть воздух, но ничего не получилось и, как рыба, пробуя схватить этот комочек воздуха, он содрогался. Если он уверял парня, что будет с ним всегда и поможет в трудную минуту, то что он сделал сейчас? Поднявшись на подкосившие ноги, Попов неровной походкой, держась за стену, дошёл до двери, за который скрылся пару минут назад Шастун. И куда тот пошёл? Как Арсению выйти из комнаты? В таком состоянии его посчитают слабым. Но разве об этом нужно думать, когда у тебя буквально пропадает самый дорогой человек? Ради которого ты хоть горы к его ногам поставишь. Смахнув так и висящую слезу на щеке, которая оставила ожог на коже, Арсений выскочил из комнаты и разъярённо хлопнул дверью. Посмотрев в разные стороны, мужчина не увидел никого. Прикрыв глаза, Попов судорожно начал искать запах. Он боялся ошибиться, так как всё смешано. Но запаха Антона тут как будто и не было. Мужчину потряхивало и он, телепортировавшись в кабинет Лукавого, зарычал. Его рык поднял всю мебель, а стёкла в окнах не выдержали и лопнули. — Что… — не успел Дмитрий договорить, как Арсений перевернул шкаф с книгами. — Где Антон?! — рявкнул брюнет, а его зубы выскочили длиннее прежнего. В волосах начали проступать длинные чёрные рога. — Нам пизда, — тихо подметил Эдуард. — Ты, сукин сын! Потом с тобой разберусь! Дима, где Антон?! — рычал мужчина, с грохотом подходя к столу. — Не знаю, загляни через его глаза! Я читал, представь его глаза и войди в них! Ты увидишь место нахождения его и телепортируешься! — протараторил Позов, вспоминая точную информацию у себя в голове. Арсений сделал вдох-выдох и стал уже более человеческого вида. Закрыв глаза, брюнет детально вспомнил эти изумрудные любимые глаза и будто окунулся в них. Он попал в лес, но всё будто пеленой закрыто из-за слёз Антона. Шастун повертел головой и Попов увидел водопад. Это рядом. Выйдя из чужих очей, Арсений кивнул Дмитрию и телепортировался к водопаду. Теперь нужно найти парня. Всё было слишком тяжело, так как куча деревьев. Включив запах, брюнет учуял этот аромат и шёл как по следам. Выйдя на тропинку, мужчина увидел сгорбившегося Антона, который с каждом шагом был ближе к спине, так как колени сгибались. Арсений побежал из-за всех сил и повалил парня на землю, крепко держа. — Я тебя люблю! Я тебя сильно люблю! Я не могу без тебя! Я очень сильно тебя люблю! — с шёпота на ор переходил Арсений, роняя собственные слёзы на лицо Антона. — Арс? — только спросил дрожащим голосом парень, открывая свои покрасневшие глаза. — Прости меня, я очень сильно виноват, я сдержу все свои слова и честно тебе скажу и пообещаю, что буду любить тебя всегда! Я мудила, баран, тупица, идиотина. Я хочу, чтобы ты просто был всегда со мной, я всё сделаю, что ты захочешь, — с пропадающим моментами голосом извинялся мужчина, потирясь носом об ключицу парня. — Не уходи, ты один, ты единственный, кто мне настолько дорог. Я подарю тебе счастье, любовь, я всё тебе подарю, только люби меня и будь рядом. Ты слышишь меня? Люби меня в ответ! Прошу! — Арс, я не знаю, я боюсь всего, — затеряно ответил Антон, у которого слёзы снова начали литься. — Я помогу тебе, я пройду весь путь с тобой, полюби меня, — поломанным голосом кричал брюнет. Шастун с громкими всхлипами расплакался, как ребёнок. Он боялся похожих ситуаций, он хотел всегда чувствовать любовь и знать, что всё хорошо. Но сейчас он не чувствовал ничего хорошего. Сердцу не прикажешь и парень хочет быть с Поповым. Но боится его, так как в один раз может стать никем для него. Он не хочет об этом даже думать, но никто же вечно вместе не будет. Только если могилы рядом будут, тогда да. Антон, открыв глаза, увидел эти кристально-голубые и понял, что Арсений и вправду сдержит общение. Крепко обняв мужчину, парень решил, что думать надо сердцем, а не головой. — Арс, я тебя тоже люблю, — хрипло сказал Шастун и увидел, как брюнет расцветает. Попов поцеловал парня в шею и покрывал поцелуями, пока слёзы не прекратились литься. Мужчина слизывал их с щёк Шастуна. Сердце будто склеивалось и участилось, всё наполнялось кровью, и тепло разошлось разом по всему телу. — Блять, мой мальчик, я тебя очень люблю, — с рычащими нотками вторил Арсений. — Маму твою подождём, она должна всё обдумать, а нам стоит с тобой укрепить отношения. Шастун просто растаял от всего сказанного, на душе было спокойнее. Его ужасно клонило в сон и это уже реально его хотелка организма. Когда губы Арсения коснулся губ парня, тот не смог ответить, просто от бессилия. Мужчина отстранился и, прислушавшись к сердцу Шастуна, занервничал. Светловолосый испытал над собой магию, так ещё и сам колдовал. Это слишком плохо, так как двойная нагрузка. К тому же эмоции. Арсений телепортировался в свою комнату и уложил Антона на кровать, снимая толстовку и джинсы. Оставляя только в боксерах парнишку, чтобы жар спал, брюнет включил кондиционер и, сжав запястье парня, перенимал всю боль и усталость на себя. Когда-нибудь это скажется на нём, но точно не сейчас. — Арс, не уходи, — еле слышимо попросил Антон, одним пальцем ноги держась за реальность и пропадая в сон. — Держись, Тош, я буду рядом, — тихим голосом сказал мужчина, продолжая забирать усталость. Трудный выдался денёк. Арсений ещё долго сидел на коленях, сжимая тонкое запястье. Он бы хотел дольше просидеть, но рухнул рядом и из него будто высасывали всё. Уснув, брюнет не мог двигаться, всё стало каменным, а голос пропал. Зато он смог сделать лучше самочувствие Антона.

***

Эдуард боялся Арсения и, сидя с Лукавым на первом этаже, надеялся, что это горе не проснулось. Пару годков в Аду ему светит, даже Солнце завидует. На счастье Выграновского, Попов проснулся ближе к четырём часам вечера. Антон продолжал спать, а его грудь медленно вздымалась и опускалась. Это напрягло мужчину и тот прислушался. Вроде бы всё хорошо, но столько спать это странно. Тихо встав с кровати, Арсений ушёл мыться. Но даже когда он блестел от использованного шампуня со всякими другими баночками для гигиены, Антон спал. А будить или не будить, брюнет не знал, и лёг рядом. Щёлкнув пальцами, в руках Попова появился телефон Шастуна и, посмотрев на экран, там не было ни единого сообщения. Закусив губу, мужчина смотрел в потолок и раздумывал. Если Лукавый сказал ждать, значит, так и надо делать. Попов прекрасно понимал Майю, так как это полное подтверждение психического расстройства. И стоит обратиться в психушку, только уже им втроём, если не всей ордой. Завтра праздник, и стоит сделать так, чтобы Антон запомнил его на всю жизни и остались только хорошие воспоминания.

***

— Арс, — звал Шастун в первом часу ночи, чувствовал он себя бодрячком. — Да? Ты кушать хочешь? В туалет? Погулять? — завалил вопросами брюнет, дожидаясь этого момента последние пару часов. — Не, я бы пиццу съел, сколько времени, кстати? — спросил Антон, садясь на кровати. — Полвторого ночи, — ответил Арсений, глянув на будильник. — Да? Что-то я мало поспал, — подумал светловолосый и услышал смешок. — Следующего дня, — дополнил мужчина и увидел, как изумрудные глаза чуть не выпали. — Что-то я много поспал, ну ладно, давай кушать, и свет вруби, — раскомандовался парень, ища глазами пульт. — На полу валяется, — подсказал мужчина и щёлкнул пальцами. Включился свет и пицца на кровати появилась. — Мама не писала? — спросил с надеждой в глазах Антон, включая телевизор. — Пока нет, но не расстраивайся, всё будет хорошо, — уверял брюнет. — Надеюсь. Арсений, немного раздумав, впился в чужие губы, вовлекая в нежный поцелуй. Антон отвечал и, усевшись для собственного удобства на бёдра мужчины, обхватил голову того руками. Переплетая языки, они получали такое наслаждение, что тепло распределялось волнами по всему телу. Попов оглаживал голое тело, спуская руки до боксеров и оттягивая резинку. Умело проходясь по нёбу, мужчина дождался этот сладкий стон. Шастун заёрзал, чувствуя напряжение в штанах брюнета. Всё отошло на второй план, парень хотел лишь целовать и целовать. Укусив губу Арсения, парень ухмыльнулся в поцелуй и продолжил накручивать на палец прядь смолянистых волос. Дыхание сбилось и кислорода не хватало, отстранившись, они пробовали отдышаться. Попов продолжал гладить Антона по всем частям тела и с тёплой улыбкой смотрел на взъерошенного парня. — Как же я тебя люблю, — произнёс хриплым голосом мужчина. — Я тебя тоже люблю, Арс, — в ответ сказал Шастун, не жалея, что сделал такой выбор. Проведя всю ночь у телевизора, к утру скопилось пять коробок от пепперони. Много пиццы не бывает. Так ещё и любимой. Так что всё хорошо. Пузо у Антона было заполнено до следующего года, но школу никто не отменял. Ближе к двум часа дня парень думал, что бы надеть. Арсений, как и всегда, помог. Только зализанные волосы назад Шастуну не нравились. Он что, Лиза? В жопе подлиза? Но Попов так убедил, что Шастун был согласен. Секрет убеждения: — Ну и делай сам! Больно надо, будешь как алкаш на лавочке. У тебя ж вон как времени дофига, аж тридцать минут, которые ты потратишь на то, чтобы прийти в школу. — Всё, я понял! — заорал Антон, быстро обуваясь в белые кеды. К его деловому костюму самое то. Парень был одеть в белую рубашку с чёрным галстуком и широкие чёрные джинсы. Почти как на свидание вырядился, но попу в своих обтягивающих джинсах он покажет только Арсению. Брюнет решил не идти, так как, если какое-то мероприятие, то сразу можно понять, что будет тесно. Поэтому отдал Антона в добрые руки — Эдуарду. Которому прилетело кучу пендалей, Попов пожелал хорошо повеселиться и смотрел за улетающим Шастуном.

***

Нужная речь директора, отточенная на каждый Новый год, и не изменившиеся конкурсы. Даже Дед Мороз со Снегурочкой были. Антон посмеялся со всеми с этого и пил бокальчик шампанского, который им предоставили. Всё просто, девятым-десятым классам один бокальчик, одиннадцатым — пока харя не треснет. — Антон, станцуешь со мной вальс? Пожалуйста, — просила Мартынова, на что Шастун приподнял одну бровь. Он и танец? Да это несовместимые вещи. Тем более вальс! Он никогда в жизни это не танцевал, а все репетиции пропускал, так как готовил актовый зал со всеми к празднику. — Даш, я танцевать не умею, я тебе ноги отдавлю, — заверил парень и увидел краем глаза, как Эдуард показывает большим пальцем класс и уходит с Мариной. — Да чё там уметь? Ножку назад, ножку вправо, ножку вперёд, ножку влево, ваще херня! — убеждала Дарья, заламывая пальцы. — Ну, ладно, — пожав плечами, ответил Антон и встал с насиженного места. Честно, Шастун бы никогда в жизни не согласился танцевать вальс, оказывается, он танцует-то нормально, а вот Мартынова наступала всё время ему на ноги. Из-за чего Антон слышал вместо такта постоянное: «Извини, я случайно». Воля, который удивился такой активности от ученика, смеялся, так как Шастун слишком харизматичный. В конце концов всё закончилось и они вернулись домой с бутылкой шампанского, которую Эдуард незаметно спёр. Где-то в небе её открыв, они потеряли вылетевшую пробку и половину жидкости. У кого-то явно был дождь. Причём алкогольный.

***

Антон начал больше внимания отдавать полностью Арсению. И это радовало. Они гуляли, веселились, разговаривали на личные темы и просто всё друг другу рассказывали. Но больше всего думали насчёт Майи. По-моему за всю жизнь, как за сейчас ей столько сообщений не писали. Но женщина даже не читала сообщения, она будто закрылась от мира всего, с того самого дня, она не заходила в сеть. Антон очень сильно нервничал и Арсений всеми силами пробовал утешить парня. Он целовал его до одури, поддерживал и менял темы. Так как это просто мёртвая точка, если раздумывать. Мужчина боялся, что своими словами насчёт подождать изменит чувства Шастуна. Поэтому приходилось что-то новое выдумывать. Каникулы начались, а время на подумать увеличилось. Смотря новогодние фильмы, Попов был только рад найти тот самый поточной ход, как пересмотреть «Гарри Поттер» и «Один дома». Ведь тогда Антона буквально пропадал из стресса, а ещё приятнее было совмещать фильм и множество поцелуев, так как Арсений пересматривал их множество раз и уже знал наизусть каждое слово и действие. И в полдвенадцатого ночи Шастун сидел на кровати и грустил. Попов лежал рядом, закинув ногу на ногу и подаваясь касаниям парня навстречу. Фоном был включён «Гринч и украденное Рождество», но и мысли парня тоже играли фоном. — Арс, Новый год через тридцать минут, может, мне прийти к ней? А может, с ней что-то случилось? Арс, ну не молчи, — нервничал парень, поглаживая пресс мужчины. — Всё будет хорошо, она тебе напишет, как только поймёт, что ты для неё самый дорогой человек и, несмотря ни на что, она готова тебя продолжать растить. Ну, кстати, мог бы сказать, что ты гей, позже. Ты, считай, её внуков ещё лишил, болван, — усмехнулся брюнет, за что его ущипнули. — Да ей без разницы, наверное, потому что у меня никогда отношений не было и она всегда за. Арс, ну проверь телефон, тебе сложно? — спросил Шастун, нагибаясь и кусая мягкую прохладную кожу Попова. — А у самого что? Рук нету? — ворчал брюнет и всё же достал телефон, брови его взлетели вверх. Так как он увидел сообщение от «Мать». — Ебать. — Ну, что там? Я не смотрю, потому что от тебя информацию получать легче, — ответил парень и в нетерпении заглянул в экран. Мать Антош, прости, мне нужно было время подумать. Надеюсь, с тобой всё хорошо. Мне стыдно за свои действия, я тебя прогнала из дома и просто отправила на произвол судьбы. Я очень хочу тебя увидеть в этот Новый год. Я тебя принимаю любого. Пусть ты будешь волком, пусть ты будешь встречаться с парнем, пусть ты будешь Дьяволом. Ты навсегда в первую очередь останешься моим сыном. Я тебя очень люблю. Приходи домой со своим парнем, если вы встречаетесь. Если ты всё также любишь и хочешь со мной проводить время, то я очень сильно тебя жду!

21:00

— А как мы проебали сообщение? — спросил Попов, хмурясь. — Арс, собирайся! Хватит думать. Арсюша, я тебя так люблю! Ты великолепный. Побежали быстрее, — попросил Шастун, вставая с кровати и щёлкая пальцами. Он был одет как и на вечеринке в школе. Попов оделся в то же самое и, чтобы не терять времени, обнял парня. Телепортировавшись в комнату Антона, потому что только её Арсений знал наизусть. А с кухней ещё обстоят проблемы, да и, к тому же, Майя могла любой предмет переставить. Так что лучше не рисковать. Шастун чуть ли не прыгал от счастья, когда очутился в знакомых четырёх стенах. Выйдя из комнаты, парень тихо прошёл по коридору завернул за угол. На кухне, сгорбившись, сидела Майя и смотрела в телефон, дожидаясь сообщения от сына. На столе стояли салаты, шампанское, апельсиновый и яблочный сок. Три тарелки со столовыми приборами. Женщина желала, чтобы они праздновали втроём, и даже если бы никто не пришёл, она бы не убирала посуду. — Мам, — со слезящимися глазами окликнул Антон. — Прости меня, я очень хотел тебя увидеть, но боялся смотреть в телефон, так как думал, что ты меня не любишь, и посмотрел только недавно то сообщение. — Антоша, — мать подорвалась с места и подбежала к сыну, заключаясь в объятия. — Это я должна извиниться, я должна была понять тебя. Прости меня, это я уже старая дура, мне тебя не хватало. — Мам, ну ты чего? — смотря вверх, чтобы не залить всё слезами, спросил Антон. — Мне тебя тоже не хватало. — Будь дома, пожалуйста, — попросила женщина и, заметив облокотившегося на стену брюнета, улыбнулась. — Как его хоть зовут? — Арсений, — с ответной улыбкой сказал Антон, в этом слове было много любви. Отойдя от Антона, женщина протянула рука Арсению, который, как током ударившийся, отскочил. Майя повела бровью и ждала объяснений. — Майя, я рад, что Вы приняли меня, если приняли, но не трогайте меня. Я Сатана, и одно прикосновение — ваша смерть. Антон, только когда Дьяволом стал, смог дотронуться, могу лишь обнять вас, — деловито объяснил Попов, на что Шастун заржал. — Ой, извините, пожалуйста, я не знала. Вы же мне потом всё расскажете? — заинтересованно спросила Майя и опустила руку. — Конечно, Майя, я думаю, что уже стоит включать телевизор, так как время движется к двенадцати, — поторопил мужчина. — Точно! — женщина мигом врубила громкость на полную и начала раскладывать салаты, Антон тихо смеялся от всего этого. Так ещё и Арсений стеснялся, его щёки покрылись краской. — Так, готовимся! Сейчас заглатываем всё, чтобы желание сбылось! Дай Бог не работать! — Майя увидела, как Антон еле сдерживает смех после «дай Бог». Он сам прикладывался этой фразой. Всё же, это семейное. Забили куранты и все тут же выпили шампанское. После того, как куранты закончили бить, пошли песни. Шастун начал уплетать салат оливье за обе щёки, когда Попов ещё продолжая смущаться изучающего взгляда женщины. — Мам, ну не смотри ты так на него, он хороший, — попросил Антон, когда его бедро сдавила сильная рука. — А ты руки на столе держи, — прошептал на ухо Арсения парень. — Ой, всё-всё, не смотрю. У вас всё хорошо? — спросила женщина, неторопливо кушая. — Теперь да! — ответил светловолосый. И вправду, они чувствуют уже вдвоём любовь, и осталось только держать её и делать крепче. Арсений полностью открылся Антону, хотя никогда не позволял такого делать себе. Но, когда встречаешь того самого человека, хочется все свои тайны на блюдечке подать ему. Шастун же просто с ума сходил, когда понимал, что в его жизни на данный момент всё шло прекрасно. Его приняли, его полюбили, и это всего за каких-то три месяца. Конечно, есть нюансы, но они не так уж и важны, подумаешь, ради такого Дьяволом случайно стал. Всего лишь «подумаешь». Так бы умер, ведь, исполнив шесть желаний, Арсений бы забрал душу. Майя же просто любовалась тем, как расцветает её сын с этим человеком. Она полностью доверяла Антону и не хотела даже представлять подобных ситуаций. Такого не должно больше повториться, иначе он будет себя винить до конца жизни. Так и возраст у неё не тот для такого. — А что будет дальше? — продолжала спрашивать Майя. — Потом узнаем, сейчас превосходный крабовый салат на подходе, — отшутился Шастун и пихнул уже ложку с оливье в рот Попова, который боялся что-либо делать. — Кушай, а то сложится впечатление, что ты двухмесячный ребёнок.