В кого веришь?

Антон обучился почти всему, кроме забирания душ людей. Арсений трудился целый месяц, аж середина декабря неожиданно подкралась, зато он рассказал и научил всем навыкам Дьявола парня. Это, конечно, было трудно, не всё получалось с первого раза, а где-то даже Шастун терял сознание, но результат на лицо. В этом году снега вывалило жопой жуй. На улице темнело со скоростью света. Проснулся — темно. Пришёл в школу — темно. Лёг спать — темно. В общем, ночное зрение Антону помогало, он не сшибал дворовых кошек и всякие неровности. Спать от использования своих новоприобретённых сил хотелось гораздо меньше, чем первые недели. После учебного дня светловолосый спустился на первый этаж и с радостью надевал куртку. Четверг — середина недели. Прекрасный день, чтобы отдохнуть. Из одноклассников уже никого не осталось, либо же они побежали на следующие дополнительные, так как к ЕГЭ нужно готовиться, либо пересдача или не поступление в нужный ВУЗ. Проскочив под турникетом мимо зорких глаз охранницы, Антон аж выдохнул. А то утром попался и ему снова вставили за то, что он так и не сделал карточку. Ну, ё-маё, одиннадцать лет тут учится, запомнили все, можно и без карточки щеголять. — Привет, — поздоровался Арсений, обнимая Антона, как только тот вышел на улицу. — Привет. — Шастун радостно улыбнулся и мимолётно поцеловал мужчину в открытую шею. — Как день твой? — Сходил в Ад, там опять потасовка была, пока командовал, сколько кто годов получит, чуть язык не выплюнул, — усмехнулся брюнет, вспоминая, с каким горем пробовал не сбиться и не дать кому-то двойных годов. — Потом с Позом и Матвиенко разгребали кладовку, там надо было найти какие-то лекарства. А ты как? — Я прекрасно, сегодня решил оценки получить, а то учителя ворчали, что ни у кого не хватает. А у меня знаний прибавилось, вот решил класс спасать. — И самое главное, что случилось, пока Попов обучал Шастуна всему, так это то, что парень больше не был тем самым тихим школьником. Он начал открываться, не полностью, конечно, но уже без боязни разговаривал с одноклассниками, когда те спрашивали. Да и то, что его упомянули где-то, это уже не было страхом. — Вот сейчас два допа отсидел, весело было. На английский пришло только три человека, мы чай пили и потом занимались. — Это хорошо, кстати, у нас где-то в двадцатых числах будет полнолуние, будь наготове, а то знаю я этих оборванцев, — предупредил мужчина. Антон кивнул, хрустя снегом под ногами и улыбаясь. Ему так хорошо душевно, что он терялся. Этот бархатный голос его успокаивал и дарил тепло, а объятия — это вообще сказка, о чём парень даже не мечтал в начале знакомства. Он каждый день поражался тем, как ему повезло. До дома они шли в тишине, изредка спрашивая что-то друг у друга. Вольт встретил их чуть ли не как верблюд, облизал всё лицо и уши. Арсений бекал и убегал от собаки, так как не любит эту возню-соплю, а Антон смеялся во весь голос. В квартире было прибрано, что порадовал Шастуна, так как ещё утром, тут можно было тараканов выращивать. Положив рюкзак на своё место, парень переоделся в нежно-розовую футболку и белые шорты с двумя полосками по бокам. Помыв руки, Антон приподнял брови, когда почуял запах пасты и темноту, в которой освещали путь красные свечи. — У нас что, романти́к? — с ухмылкой спросил Шастун и вздрогнул, когда Попов отодвинул стул, чтобы он сел. Вот теперь нужно понять, что к чему. Так как такого в его жизни ещё не было. — Помнишь, ты говорил, что думал, что я позову тебя на свидание и там поцелую, а ты мне откажешь? — припомнил мужчина, присаживаясь напротив. Самое интересное, диван из кухни пропал, это чуть развеселило юношу. — Помню, — ответил Шастун, протирая вспотевшие ладошки об шорты. — Так вот, это свидание, — оголяя зубы, улыбнулся Арсений. — Спасибо, но ты какой-то более деловой, чем я, — заметил Антон, смотря на свой сегодняшний лук и на чужой. У Попова была тканевая белоснежная рубашка и перекинутый набок красный галстук, чёрные обтягивающие джинсы и восхитительная причёска. Так и хотелось накручивать кудряшки на пальчики. — Это исправимо. — Арсений щёлкнул пальцами и светловолосый был одет в то же самое, только галстук чёрный. — Ты такой красивый, — облизывая губы, произнёс восхищённым голосом брюнет. — Спасибо, — поблагодарил Антон, немного краснея. — Приятного аппетита. — И тебе, Тош, — пожелал Попов, беря в руки столовые приборы. Ужин шёл хорошо, только Антон не понимал, в каком месте напряжения больше. Так как в голове он представлял, как Арсений прямо на этом столе его целует, а в штанах — как делает минет. И вот, встречаясь взглядом с этими голубыми как небо глазами, парню становилось стыдно за такие эротические представления. Но эти руки с венами не давали ему покоя, да, у него тоже выпирают они, но не так сильно. Чуть не подавившись макаронами от того, что фантомные прикосновения в фантазии были на интимных местах, а этот невинный взгляд мужчины выбивал воздух из Антона. Попов чувствовал весь жар, исходящий от Шастуна, и понимал, чего желает Дьявол. Вот он и начал действовать, даже не доев блюдо. Прикоснувшись пальцами к бедру Антона, мужчина нежно водил указательным пальцем от коленки до яичек. Было тяжело из-за стола, но когда светловолосый пододвинулся ближе, стало намного лучше. Шастун содрогался от каждого движение, из живота в каждую точку тела поступал ток и он чуть ли не стонал от этих прикосновений. Ему безумно нравилось это. Ведь слишком трепетно это делал Арсений. Член начал оживляться и парень понимал, что пойдёт дрочить в ванную через пару минут. — Наелся? — спросил брюнет, когда Антон облокотиться на спинку стула и кусал губы. — Арс, какой есть? — фыркнул парень, чуть подпрыгивая, когда его ущипнули за внутреннюю сторону бедра. — А что ты хочешь? — спросил Арсений, приоткрыв рот, и выглядел он достаточно пошло, чтобы попасть в эскорт. — Чтобы ты, ну… — думал парень, как бы так сказать, чтобы не опозориться. — Того… Меня… — лучше ничего не нашлось. — Чего «того»? — с ухмылкой издевался брюнет, видя, как потихоньку закипает Шастун. — Ну-у-у, Арс, — завыл Антон, сам не понимая, что хочет. Секса у него не было никогда, а если так думать, то это больно. Но парень хотел полностью отдаться Арсению. Он настолько запутался, что не понимал ничего. Голову вскружило будто. — Да что я? Я твои мысли не понимаю, так что говори, — пробегаясь языком по ряду зубов, попросил мужчина. — Да трахни меня, — проскулил Шастун, закидывая голову назад. В голове парень не решил, язык решил. Он боится этого всего. Боль вообще не терпит, так что это было зря. — Ты чё? Я думал, ты хотел, чтобы я тебе отсосал, — удивился мужчина. — Ты хоть готов? Ну, это же впервые, тебе бы с девушкой сначала потрахаться и понять. Я боюсь брать за такое ответственность. Может, ты через пару минут попросишь меня остановиться, а у меня голова слетает. Давай лучше ты приготовишься? Ну, морально там, физически. — Арс, пожалуйста, я готов, — молил Шастун, смотря возбуждёнными глазами на мужчину. — А то, что половой акт не будет защищаться твоей магией и ты будешь чувствовать как человек, ты готов? — приподнимая бровь, спросил брюнет, сам уже возбуждённый. — Да, — закивал Шастун, молясь всем богам, чтобы это свершилось. Попов подошёл к парню и прильнул к губам. Нежно и неторопливо проникая языком в чужой рот. Такая осторожность и трепетность уже сносила голову у Антона. Парень поднялся со стула и ухватился своими длинными руками за плечи мужчины, углубляя поцелуй. Тихие стоны срывались с губ Шастуна, когда Попов просунул свою руку в брюки парня, поглаживая стояк. Дойти до спальни было тяжело, так как глаза закрыты, а Антон извивался от каждого движения. Он просто не мог себя сдерживать, когда по его телу ходят руки любимого человека. Арсений осторожно уложил парня на кровать и спускался дорожкой поцелуев с губ до ключицы. Слегка дрожащими руками брюнет развязывал галстук, который поддался махинации рук и сполз на кровать. Шастун тоже пробовал развязать галстук мужчины, но чуть не задушил и, услышав шипение, перешёл к волосам, сжимая их. Попов тянулся за рукой, наспех расстёгивая рубашку. Тихое рычание мужчины заводило Антона, парень уже не знал, куда себя деть, так как возбуждение росло. Путаясь в пуговицах, Арсений кусал нежную кожу, зализывая укусы языком. Шастун кинул расстёгнутую рубашку на пол и ухватился длинными пальцами за бляху ремня Попова. Брюнет разобрался со своей рубашкой за считанные секунды и легко ударил по пальцам Антона. — Потерпи, — попросил мужчина, прильнув губами к затвердевшему соску. Светловолосый тихо завыл, дёргаясь. В животе будто изнутри щекочет и Антону не терпится приступить. Арсений выглядел слишком сексуально для изумрудных глаз. Сняв джинсы с Шастуна, мужчина увидел мокрую от смазки ткань боксеров и ухмыльнулся. Присев на колени, Попов раздвинул ноги светловолосого, который начал рвано дышать. Приспуская боксеры, брюнет видел, как стекает смазка головки члена на торс. Языком оборвав эту нить, Арсений пошло облизался, смотря исподлобья в глаза Антона. — Арс, — дрожа, проскулил Шастун, почувствовав горячий язык на головке члена. — М-м-м? — протянул Арсений, обхватывая головку губами и тем самым делая вибрацию. Антон весь задрожал, а в уголках глаз скупились слёзы наслаждения, держась на согнутых локтях, он пробовал не упасть. Попов же облизывал языком от яичек до головки члена, проходясь по каждой вене. Было очень жарко и душно, голова кружилось, но тело желало большего. Арсений едва заметно щёлкнул пальцами, надавливая языком на уретру, а в руках появилась смазка с презервативом. Разлив смазку на пальцы, мужчина начал растирать, не прикасаясь к члену. Попов обхватил покрасневшими губами головку члена и начал вбирать в рот. Антон протяжно застонал, изгибаясь в спине и хватаясь рукой за кудрявые волосы брюнета. Расслабив горло, мужчина коснулся губами начала члена. Смазка была разогрета и, дёрнув за бёдра парня на себя, что тот упал на кровать, не удержавшись на локтях. Арсений успокаивающе посмотрел в изумрудные глаза и, набирая темп, сосал, в то же время приставляя указательный палец к сфинктеру. Отверстие сжалось и брюнет чуть не укусил парня, но вспомнил, чем он занимается, и ускорился. Шастун стонал, выгибался, хотел быстрее, пробовал ухватиться за маячащую голову Попова, но не мог. Антон вздрогнул, когда почувствовал что-то склизкое на анальном отверстии, ему это нравилось. Арсений водил указательным пальцем вокруг дырочки, проходясь по центру, брюнет надавливал. Шастун ощущал что-то новое и ему это безумно нравилось, такое чувство, что смазка сейчас вся пойдёт из члена. Попов, заметив, как анальное отверстие было расслаблено, ввёл одну фалангу указательного пальца, слыша сверху стон. Тогда мужчина усерднее начал вылизывать член, тем самым перебивая боль. Антон завертелся, в глазах всё раздвоилось и его передёргивало от этого контраста боли с возбуждением. Арсений уменьшил ритм, так как парень был на пределе. А это не то, что брюнет планировал. Тихонько введя полностью палец, ощупывая горячие и тугие стенки, Попов слышал, как стонет Шастун от боли вперемешку с приятным. Мужчина сам уже хотел вставить свой член, но понимал, что нужно для начало подготовить, чтобы Антону было хорошо, а сам брюнет подождёт. — Арс, я не могу, я хочу кончить, — заныл парень, так как мужчина совсем перестал шевелить ртом на ноющем члене. — Кончишь, когда я тебе скажу, — ответил мужчина, а с его волос спускалась капелька пота. Попов лизал головку члена, попутно вводя палец и выводя из дырочки. Антон выгибался и, когда начал подаваться вперёд, брюнет приставил средний палец. Арсений поцеловал выпирающие тазовые косточки и ввёл палец на одну фалангу. Шастун зарычал, короткими ноготками пробуя разодрать одеяло. Разводя пальцы внутри Антона, Арсений зацеловывал бёдра парня, чтобы тот чувствовал себя получше. Но светловолосый только жалобно мычал. Попов вбирал в рот мошонку и игрался с ней языком. Шастун хотел прикоснуться к колом стоящему члену, но понимал, что нельзя. Также он понимал, что может не вытерпеть эти растягивания, так как два пальца и член различаются. Арсений с трудом оставался со спокойным дыханием, так как уже не мог растягивать парня, в нём так туго, что хочется только трахаться. Преодолев себя, мужчина просунул третий палец полностью, сразу же находя простату, чтобы парню не так сильно больно было. Антона подкинуло аж, ему было настолько кайфово, будто всё тело пробило током, что он подавался навстречу бёдрами, лишь бы брюнет ещё раз так сделал. Однако Арсений лишь массировал стенки. И под недовольные стоны расцеловывал торс парня. Вытащив пальцы, мужчина стянул с себя штаны и под изучающий взгляд парня раскатывал презерватив на колом стоящем члене. Волосы были уже мокрые, как и всё тело, хотелось просто доставить удовольствие. — Сейчас будет неприятно, — предупредил Попов, разводя ноги светловолосого и ставя руки по обе стороны Шастуна. Анальное отверстие сжалось и мужчина фыркнул, наклоняясь к лицу парня. — Расслабься. Арсений вовлёк Антона в поцелуй, а сам приставил головку, которую не смазывал, к блестящему от смазки отверстию. Аккуратным толчком, пропихнув головку в тугого и горячего Шастуна, который сводил с ума. Попов еле сдерживал свой сладкий стон, когда услышал крик парня, который начал сводить ноги и пробовать слезть с члена. Мужчина ухватился за бёдра и раздвинул, не давая слезть. Это неприятно, надо перебороть. Открыв свои глаза цвета сапфира, Арсений увидел, как льются слёзы Антона и, аккуратно выйдя из парня, начал слизывать каждую слезинку. — Тош, Тош, прости, — извинился Попов. — Нет, это я, я готов, давай, — замотал головой парень, рукой смахивая слёзы. Арсений взял смазку с пола и обильно полил ей член. Смотря на такого возбуждённого и беззащитного Антона, становилось грустно, что брюнет не подумал об этом раньше. Подмяв под спину парня подушку, Попов приставил головку к пульсирующей дырочке и прильнул к пухлым губам Шастуна. Парень вцепился в спину Арсения и прикрыл глаза, углубляя поцелуй. Он чувствовал, как холодная смазка с головкой члена оказывается внутри него. Его будто разрывало, это было больно, ужасно, хотелось закончить, но Антон держался. Царапая спину Попова, Шастун начал привыкать. Ноги сводились сами собой, зажимая Арсения, и тогда мужчина вошёл почти до конца, выбивая крик из парня, который начал царапать спину сильнее. Но так он быстрее привыкнет. Попов слышал шипение и ждал, пока Шастун разрешит двигаться. Смотря на красного, потного, возбуждённого Антона, Арсений заводился сильнее и еле сдерживал себя. — Можешь двигаться, — прохрипел парень, уже не шипя от боли и привыкнув к наполненности. — Бля, тебе завтра в школу точно надо? — спросил брюнет, делая первый мягкий толчок. — Я бы тебя трахал всю ночь. И вряд ли сидеть сможешь. — Арс, я в школу пойду, — на выдохе простонал Шастун. Арсений с низким рычанием ускорял темп, шлепки кожи о кожу раздавались на всю комнату с хлюпаньем смазки. Попов делал толчки размашисто, но аккуратно, выходил почти полностью и входил по яйца. Антон изгибался под мужчиной, который целовал его в шею, оставляя засосы. Парень через пару толчков вздрогнул, его чуть ли не подкинуло, так как Арсений попал по простате. Ток прошёлся по всему телу с громким стоном. — Арс, сделай также, — проскулил Шастун, сам насаживаясь на член. Попов с ухмылкой смотрел за таким соблазнительным и пошлым парнем, после чего припал к его губам и снова двинулся в правильном направлении, ловля стон Шастуна. Парень сжимался, из-за чего Арсений хрипло стонал, тугие стенки кружили голову ощущениями. Темп ускорялся и Попов видел, как парень мучается и хочет кончить. Коснувшись своими утончёнными пальцами длинного члена, мужчина начал водить рукой вслед своим движениям. Сам Арсений может не получать оргазм очень долго, поэтому он решил помучать парня, но тот слишком мило выглядел, чтобы запрещать. Брюнет видел, как кусает губы Шастун, и уже хотел кончить, поэтому Попов начал ускоряться и слышал сладкие стоны на ухо. — Арс, я всё! — после этих слов Антон сжался и кончил в кулак мужчины. Сперма стекала на торс и одеяло, Арсений же громко застонал, когда член сжали стенки дырочки парня. — Да что ты творишь? — прорычал мужчина, кусая мочку уха Шастуна и вбиваясь в податливое тело. Шастун улыбнулся и постанывал в плечо Попова. Всё казалось нереальным, было слишком приятно, та боль в самом начале уже не чувствовалась. Арсений будто специально сдерживает себя, хоть и двигался он достаточно быстро, резко и хорошо. Антон даже не сразу заметил, как его член напрягся, принимая былое положение. Попов пошло улыбнулся, играя бровями, и тихо рычал, когда парень стонал, совсем не сдерживая себя. — Какой ты замечательный, — хриплым голосом сказал Арсений, целуя парня в губы. Шастун углублял поцелуй, когда Попов ухватился за его член и снова начал надрачивать парню. Сделав буквально пару движений, парень излился в кулак снова, а Арсений не выдержал сжавшегося колечка мышц и кончил следом в презерватив с громким протяжным стоном. Перед глазами был невозможно красивый Антон, который расфокусированным взглядом смотрел на мужчину. Сперма стекала на кровать, пачкая всё подряд. Арсений лёг рядом, не вытаскивая член из Антона. Парень был обмякший, сонливый и довольный. Шастун буквально на пару секунд прикрыл глаза, когда Попов успел належаться и выйти из него. Презерватив пропал по щелчку пальцев, как и грязное бельё. Присев у раздвинутых ног, Арсений понимал, что сидеть будет парню трудно. Пройдясь языком по сжавшемуся колечку мышц, мужчина привёл в чувства хозяина, хоть и не до конца. — Арс, я уже два раза оргазм получил, — заныл Шастун, так как ему стыдно немного. — И что? — спросил мужчина, пропихивая свой язык внутрь парня. Антону нравилось это, но сил на то, чтобы получить третий оргазм, не было, поэтому, взяв брюнета за волосы, он притянул его к себе. Укладывая Арсения рядом, парень лёг поверх него. — Скажи честно, свидание было придумано, чтобы я тебе сказал: «Я на первом свидание не целуюсь, а трахаюсь»? — спросил парень со смешком. — Да ты меня в тупик загнал, — с улыбкой ответил Попов, целуя мочку уха светловолосого. — Купаться всё равно придётся, так что либо сейчас, либо через пять минут. — Какой ты чистый, — фыркнул Шастун и заёрзал на бёдрах мужчины. Смотря с хитрой улыбкой. Сил было маловато, но достаточно, чтобы сделать второй раунд. — Маленький извращенец, — хрипло посмеялся Арсений, водя по телу парня. Попов, поняв, к чему всё идёт, и что возбуждение уже нарастает, встал с кровати, подняв Шастуна за бёдра на руки. Брюнет аккуратно шёл в ванную, надеясь не удариться ни обо что. В душе Арсений опустил парня, который еле держался на ногах, поэтому пришлось придерживать. Попов отдирал прилипшую к торсу парня сперму, на что Антон смеялся, видите ли щекотно. Вымывал как ребёнка Арсений, лишь бы Антон пришёл в себя. Но не на того попался мужчина. Налив шампунь на голову, брюнет одной рукой массировал, другой держал. Было тяжело, так как Шастун помогать не намерен. — Ох, блять, как же я устал, — проворчал Попов, смывая шампунь с волос. Парень, кажись, уснул, поэтому не отвечал, и тогда Арсений додумался. Щёлкнув пальцами, мужчина уже силой мыслей держал Антона. Вымыв его от и до, мужчина сам быстро помылся. Одеться не составило труда. Щёлкнув пальцами пару раз, Арсений и диван вернул, и квартиру в порядок, и Антона в кровать. Теперь только спать лечь.

***

Спал Шастун как младенец, Попов чуть похуже, так как на него падали конечности парня. Под утро зазвенел будильник и Антон заныл от боли в анальном отверстии. Он даже представить себе не мог, что так сильно болеть будет. Это будто тебе его растягивают и всё жжёт. — Антон, у тебя будильник, вставай, — промурчал мужчина в подушку, махая рукой, чтобы точно. — Арс, у меня всё болит, а сильнее всего, ну… — Антон пробовал намекнуть, чтобы ему не пришлось говорить это. — Болит? — сонно спросил мужчина, уточняясь. — Нет, блять, щекочет, — рявкнул парень и Арсений со злобой зыркнул на него, надавливая на плечо, и тот откинулся на кровать, становясь прижатым. — Отвечай нормально, я что ли виноват? Сам попросил вчера тебя выебать, так ты ещё хотел. А теперь ноешь, — рычал мужчина, пугая Антона. — Окей, я в школу, — виновато сказал парень, а в груди кошки скреблись. Слёзы тяжело было скрыть, так как Шастун ожидал совсем иной реакции. — Ну, конечно, чтобы ты потом жаловался Эду, что у тебя задница болит, — усмехнулся Арсений и щёлкнул пальцами. В руках оказалась мазь, и, стянув резким движением с Антона бельё, мужчина раскрутил колпачок, продавливая наклейку и выдавливая крем на пальцы. Размазав сгусток крема на покрасневший дырочке, мужчина надел обратно боксеры с шортами и положил крем на тумбочку. — Спи. Я погуляю с Вольтом. Антон, уткнувшись в подушку, тихо плакал. Он не любит такое отношение к себе. Что за холодно-горячо? Щёлкнув пальцами, дверь закрылась. Он не хочет никого видеть у себя в комнате. Если бы он знал, что так будет, то никогда не отдался бы Арсению. Шастун посмотрел на открытое окно и снова щёлкнул пальцами. Уже засыпая на мокрой подушке, Антон услышал, как раскатисто хлопнула входная дверь. Парень не хотел ничего рассуждать, рассказывать, он хотел поспать. Когда сон настиг его, Попов телепортировался в комнату. С третьей попытки, так как разглядывал через окно, что да как. Арсений понимал, что погорячился, но когда на тебя с самого утра орут — это не то, что он бы хотел слышать. Присев на край кровати, мужчина прикоснулся рукой к острому плечу парня и чуть тормошил. — Уйди, пожалуйста, — проснувшись, тихо попросил Антон, сам не веря в то, что хочет сказать. У него сердце замирало от этих слов. — Тош, прости, я с утра не проснулся до конца, вот, не в настроении был. Прости, пожалуйста, малыш, — прикладывая лоб к шее парня, извинялся Арсений. — Арс. — Парень похлопал по второй стороне кровати, чтобы мужчина лёг. Да, он простит Арсения. Потому что это обычная ссора, никто ничего запретного не сделал. Это всё простительное. Да и в большей части виноват Антон. Попов сразу лёг рядом, прижимаясь к Шастуну и утыкаясь носом в ключицу. Уснули они через пару минут, только Вольт остался скучать за дверью.

***

Проспал Антон до вечера, уже представляя, каких люлей получит. Так как вспомнил, что не предупредил директора. А это опасная вещь. Выбравшись из крепких рук брюнета, который продолжал сопеть, Шастун нашёл телефон под кроватью в штанах, и его глаза чуть не выпрыгнули. Как телефон пережил такое количество сообщений только? Павел Алексеевич Антон, тебя где носит?

08:49

Павел Алексеевич Шастун, второй урок, если тебя не будет на третьем или ты не ответишь — звоню Майе.

09:35

Павел Алексеевич Шастун, ау-у-у, ты живой хоть?

10:01

Павел Алексеевич Позвонил Майе, она не знает, где ты. Антон, давай, признавайся, я седею.

10:45

Павел Алексеевич Шастун, ё-маё, ты в сети! О, господи, а то я уже придумывал речь на похороны!

19:58

Антон усмехнулся такому хакеру, так как директор явно следил, когда парень появится в сети. Придумывая себе причину прогула, Шастун придумывал и то, как будет доказывать матери, что это правда. Шастун Павел Алексеевич, вчера мороженое съел, сегодня весь день проспал, так как чувствовал себя неважно. Телефон не слышал, так что извиняюсь.

19:58

Воля лайкнул сообщение, мол, ничего важного. И Антон сменил чат, от Майи было одно сообщение и стало страшно смотреть, что там. Даже тот факт, что женщина с ним на одной волне, не спасал. Мать Антон, мне звонил Паша, я так и не поняла, что он хотел. Что-то кричал. Короче, ты не в школе? Ты проспал? Ответь, когда сможешь. Приеду к тебе двадцать восьмого декабря. Целую.

10:50

Шастун улыбнулся такому сообщению и увидел боковым зрением, как один голубой глаз подсматривает в экран. Посмеявшись, Антон дёрнул Арсения за нос и напечатал ответ Майе. Сын Мам, всё окей. Проспал, но для Паши я болею. Жду тебя! У меня будет к тебе сразу несколько новостей, так что лучше купи успокоительное. Тоже целую!

20:00

— Какой индюк, целую, целую, — кривлялся Попов. — Сейчас по лбу дам, — фыркнул Антон. — Вот как, ты меня можешь бить, а я нет. Нечестно, — заворчал мужчина, целуя Антона в скулу.