Разлюби меня.

- Чимин, ты решил поиграть со мной в прятки? Хорошо. Только смотри, когда найду, тебе придётся снова покраснеть. Твой румянец меня возбуждает. Ты пока ещё это не понял, но поверь, однажды ты почувствуешь, как мне от него жарко. Это не так далеко, как кажется, тебе понравится краснеть передо мной, ты будешь этого хотеть. Твой малыш Чон понятия не имеет, что такое подарить наслаждение. Поток сладких мыслей прервал телефонный звонок. - Тэ, это Юнги, я договорился о пробной съемке, мы можем завтра встретиться? Слова вызвали приступ восторга. - Конечно, о чем разговор. Куда мне подъехать? - Тэ мотнул головой в сторону, чтобы челка приняла правильное положение. - Никуда, я сам заеду в школу после занятий. - Хорошо. Буду ждать. Чонгук придя домой сразу направился в ванную смыть следы недавнего наслаждения, но брат вышел навстречу. - Ты где был? Занятия давно закончились. - Мы с Чимой немного погуляли. А ты чего дома так рано? - Сегодня решил отдохнуть. Завтра работы будет под завязочку. Чон хотел шагнуть, но брат не пустил, заметив на шее красное пятно. - Ты точно с Чимином был? - прищурив глаза и расплывшись в улыбке, спросил старший, решив, что он зажимался с какой - нибудь девочкой. - Точно!- с такой же улыбкой ответил Гука, но лицо брата внезапно изменилось и он притянул мелкого к себе. - Не смешно. У тебя на шее засос. Чем вы с ним занимались? - заволновался Юнги и провел пальцем по красному пятну. Чон старался не выдать вырывавшийся страх. - С чего ты взял, что это засос? Просто баловались, он меня ущипнул. - отпирался младший, стараясь быстрее закончить это разговор. - Ты дурака-то из меня не делай! Что из крайности в крайность бросаешься? - Никуда не бросаюсь. Не веришь, твои проблемы, - он подвинул брата в сторону и вошёл в ванную. Посмотрев в зеркало, он увидел на шее пятно, которое совершенно открыто красовалось на самом заметном месте. - Чимин, я тебя завтра убью! - прошептал он собственному отражению и принялся стаскивать школьную форму. - Чон, что с тобой творится? Что пошло ни так и где я тебя просмотрел? Неужели и правда моя родственная любовь у тебя ассоциируется с этим направлением? Мне жаль, если я причастен к этому. Ладно, поверю на первый раз, но если это повториться, придётся вставлять тебе мозги на место. Чон вошёл в кухню и увидев, как брат тянется за пакетом с приправами на верхней полке, подошёл сзади и прижавшись к спине достал его. Неосознанное действие мгновенно наполнило истомой. Он глубоко вдохнул запах любимых волос. Юнги напрягся и приготовился к атаке младшего, но ничего не произошло. Чонгук поставил пакт на столешницу и отошёл. Юнги облегченно выдохнул. - Он действительно держит свое слово, - пронеслось в голове. Обернувшись, взгляд упал на синяк. - Неужели он пытается меня заменить? - в памяти всплыла картинка, как Чимин сидел у мелкого между ног, когда тот повредил колено и их лица, когда вернулись с кухни на дне рождении. - Нет, это можно! Неужели Чимин тоже...- он двумя руками потер разгоняя кровь занемевшее лицо. Чон заволновался. - Юн, с тобой все хорошо? - Да. Наверное просто устал,- еле сдерживая себя ответил старший. - Иди полежи, я сам накрою. За ужином оба молчали, погрузившись каждый в свои мысли. - У меня деньги закончились. Я возьму их шкатулки? - тихо спросил Чон, ставя последнюю вымытую чашку на место. - Чё спрашиваешь? Возьми. Младший взял шкатулку. Когда-то мама, хранила в ней свои украшения и чувство сожаления моментально наплыли образовав в горле ком. Гука присел на стул, но его не оказалось на привычном месте и он с грохотом полетел на пол, выронив из рук шкатулку. Деньги рассыпались, дно отскочило в сторону и откуда-то выпал пакетик с вложенным в него листом бумаги. - Чёрт! - выругнулся Чон и быстро поднял разлетевшиеся части. Юнги пришёл на шум. - Что у тебя тут? - он увидел сидящего на полу брата вынимающего из пактика бумагу. - Что это? - Не знаю. Юнги осмотрел шкатулку. В ней оказалось двойное дно. Чон поднялся и сев на стул, пробежался глазам по тексту. - Это документ на усыновление. Юнги изучил бумагу и капельки пота выступили на лице. Он уставился на Чонгука, который так же смотрел на него, не понимая до конца смысл происходящего. - Тебя что, усыновили? - выдавил Гука. - По ходу так. Как же так получилось?- головная боль мигом пронзила виски. Дышать стало тяжело и в руках появился тремор. Он позвонил тёте. Женщина рассказала, что мать когда-то переболела гриппом и ей поставили диагноз- бесплодие. После постоянных выкидышей длительное лечение результат не дало. Когда третий раз мать попала в больницу с ужасной депрессией, они с отцом приняли решение усыновить ребёнка. В это время одна роженица умерла при родах. Оказалось, что она сирота, а мужчина от которого она родила, даже не в курсе, что у него родился сын. К ней так никто ни разу и не пришел. Поговорив с доктором, родители выяснили, что девушка положительная, без вредных привычек, даже работала помощником руководителя на каком-то производстве. Они оформили документы и забрали малыша, а через 5 лет она неожиданно забеременела, это был подарок за её любовь и доброту. Родители никогда ни кому ничего не рассказывали, а те, кто знал, никогда не вспоминал эту историю. Вот такая правда. Юнги открыл бар и крупными глотками отпил приличное количества коньяка. Чонгук внимательно наблюдал за ним, в горле пересохло и накатили слезы. - И что теперь! - спросил он вполголоса. Юнги глубоко вздохнул и обнял растерянного брата. - Ничего. Ровным счётом ничего. Всё останется так, как есть. - он склонился к самому уху и прошептал.- Ты мой единственный и любимый брат. Я за тебя любому глотку перегрызу, понял? Чонгук вскочил со стула и крепко вцепился в Юнги, сжимая кольцом рук, как удав. Слезы покатились градом, сначала у одного, следом у другого. Непонятное чувство потери и обретения одновременно заполнило обоих. Чон оторвав голову от плеча брата прошептал: - Ты все, что у меня есть! Я теперь буду еще больше тебя любить. Только не оставляй меня. - Чонгук смотрел на Юнги умоляющие больным взглядом. Сердце билось с надрывом ищя защиты и парню казалось, что сейчас он реально готов сделать все что угодно, лишь бы брат не оставил его. - Я тебе сказал, что не оставлю. Можешь даже не думать об этом. Мы с тобой родные. Я всю душу вложил в тебя. Даже не смей думать, что я не родной, - он вытер застывшую слезу на щеке и расцепил объятья, от которых ему стало не чем дышать. Допив остаток спиртного, он аккуратно положил документ в пакетик и убрал в ящик с документами. Чимин весь вечер просидел в своей комнате под видом занятий, хотя сам валялся на кровати в бешеной эйфории, то и дело проводя пальцами по губам. - Какие же они у него вкусные. Попробовав раз, хочется пробовать до бесконечности. Неужели он принял мои чувства и решил ответить на них. Не верится. Ощущение испытанного оргазма пронзило расслабленное тело и оно снова напряглось, словно его подготовили к новому. Мысли летели вместе с картинками и остановиться было нереально. Погрузившись полностью в Чонгука, Чимин забыл про Тэхена. Навое чувство просто вышибло его из памяти, заполнив каждую клеточку необъяснимым восторгом. Чимин весь вечер просидел в своей комнате под видом занятий, хотя сам валялся на кровати в бешеной эйфории, то и дело проводя пальцами по губам. - Какие же они у него вкусные. Попробовав раз, хочется пробовать до бесконечности. Неужели он принял мои чувства и решил ответить на них. Не верится. Ощущение испытанного оргазма пронзило расслабленное тело и оно снова напряглось, словно его подготовили к новому. Мысли летели вместе с картинками и остановиться было нереально. Погрузившись полностью в Чонгука, Чимин забыл про Тэхена. Навое чувство просто вышибло его из памяти, заполнив каждую клеточку необъяснимым восторгом.