Ангел с чёрными крыльями

      — Рэн, зачем ты полезла? Кто тебя просил? Тебя сейчас тоже упекут за решетку, ты чем вообще думаешь? — негодовал Ран. В принципе, оно и понятно почему. Подросток невероятно беспокоится за Рэн, как и за Риндо, и не мог допустить, чтобы их посадили. Ран готов взять всю вину на себя и понести наказание один, лишь бы младшие были в порядке.       — Я чем думаю? Хммм... Наверное, головой. А что? Научить? — продолжала Рэн всё с таким же спокойствием. — Ну упекут и ладно, главное, чтобы мы были вместе.       — Рэн, вот скажи мне честно, ты дурочка или да?       — Да нет. Не припомню за собой такого.       Тут, не выдержав, в словесную перепалку старшего и младшей Хайтани встрял Риндо и расставил всё по полочкам.       — Так, девочки, не ссорьтесь, а подумайте мозгами. Рэн вряд ли упекут за решетку. Во-первых, потому что никто на неё не подумает, поскольку она девочка, и не протестуй. Да, некоторые всё ещё верят в стереотипы. Во-вторых, на её одежде нет ни крови этого, ни чего-то подобного. В этом дерьме измазаны только ты, Ран, и я. В-третьих, они не такие уж и монстры, ну, кроме того изверга-неадеквата, недокопа. По сравнению с ним эти ещё хоть как-то на людей похожи. Пока. И, наконец, в-четвёртых, надеюсь, я не ошибусь, просто дай Ками, что отец вытащит отсюда хотя бы Рэн, а мы с тобой выдержим. Да, Ран? Ты со мной согласен?       — Что-то в этом есть...       — Вот видишь, а то: "Рэн, тебя посадят, бла-бла-бла!", а ты ругаешься на меня.       Тут, Ран не выдержал и дал несильный щелбан Рэн, на что та разозлилась и недовольно сказала:       — Ай! А может хватит бить меня по голове?! Больно вообще-то!       — Зато за дело. И я тебя не ударил, а дал щелбан. Может, язвить будешь меньше.       — Ни за что и никогда.       На этом их занимательный диалог был закончен. Рэн в своей излюбленной манере показала Рану язык, на что тот фыркнул, закатив глаза. Девочка, увидев реакцию брата, только усмехнулась и придвинулась ближе к брату.       — Ну Ранчик, ну не обижайся. Бука ты какая, ужас просто.       — Я не обижаюсь, и я не бука. Я думаю, вот в кого же ты такая бесстрашная.       — Да ладно. По-моему в вас. Ну не дуйся, бука. Давай я тебя, так уж и быть, обниму. Если ты так хотел пообниматься, то мог просто попросить. Риндо, ты тоже иди сюда.       — Ой всё, прекращай. Разговорилась тут.       Несмотря на недопонимание-недоссору, Ран, хоть и показывал себя обиженным, всё равно был рад объятиям и выглядел довольнее Риндо, довольнее кота, которому всё-таки удалось стащить со стола заветный кусочек мяса.       Они бы так просидели ещё долго, если бы не открывающиеся водительская и пассажирская передние двери и громкий грубый голос одного из сотрудников полиции, который крикнул строгое: «Поехали!».       Каждый из Хайтани мигом сел ровно, не желая никому не показывать свою привязанность друг к другу, и тут же услышали голос полицейского, сидевшего на пассажирском сидении. На вид ему было около двадцати пяти-тридцати лет, который обратился к Рэн.       — Честно говоря, я шоке. Как тебя зовут, девочка?       — Рэн. Хайтани Рэн. И от чего же вы "в шоке"?       — Я в шоке от того, Хайтани Рэн, что ты дерзила Такеши Кавамуре.       — И что же в этом такого удивительного?       — Он сын офицера полиции. Его никто не решается трогать, только потому, что его отец очень влиятелен и имеет связи буквально везде.       — Иии? В принципе имя этого изверга неплохо описывает. Очень даже подходяще. Теперь понятно, почему мне так хочется его ударить.       — Не советую.       — Ну и не надо. Я советы незнакомых дядь не слушаю, уж извиняйте.       — А тебя мама не учила, что хамить взрослым нельзя?       — А это уже не вашего ума дело.       — Понял, извини, не хотел задеть.       На этой, не очень приятной, ноте разговор был закончен. Рэн в дороге уснула, поскольку день был слишком уж насыщен эмоциями и событиями. Голова её начала клониться, и Ран, приобняв сестру, положил себе на плечо, Риндо аккуратно взял Рэн за руку, и ехали они так до самого отдела полиции.       Спустя полчаса-час они всё же доехали до отделения.       — Парни, разбудите свою сестру, только аккуратно. Спящих лучше не пугать.       — И без тебя прекрасно знаем, — коротко отрезал Ран и принялся будить сестру. — Рэн, вставай, мы приехали.       — Мгм, ещё пять минут.       — Рэн, вставай, — уже с нажимом в голосе попросил брат.       — Ладно, встаю, встаю.       Рэн, протерев глаза, проснулась, а полицейский уже стоял около открытой двери и ждал, когда все трое выйдут. Спустя пару секунд сонная девочка вылезла из машины и пошла вслед за братьями в отдел полиции, где ребят посадили в одну камеру. В помещении было настолько тихо, что можно было услышать жужжание мимо пролетающей мухи, как вдруг отдаленно послышались чьи-то тяжёлые шаги, а через несколько минут выглянуло наглое, с хитрой улыбкой лицо Такеши Кавамуры.       Он подходил всё ближе и ближе, пока не приблизился вплотную.       — Ну что, малявка, удобно тебе там сидится?       — Знаешь, довольно неплохо, только...— затянула Рэн, приблизившись к решётке в плотную и сказала. — Вот пить хочется. Дашь водички?       — Держи, пей, пока я добрый, — он налил воды в пластиковый стаканчик, но не отдал и стал диктовать условия.