Таро и их последствия

— Гадание на картах Таро?... — Удивлëнно переспросил Илья, наклоняясь к девушкам. О этой популярной забавы среди женского пола он был наслышен достаточно, даже слишком... Об этом буквально трезвонили из каждого утюга. —Да, гадание на картах Таро — повторила слово в слово Элина, роясь в поясной сумке, а после достав оттуда слегка потертую упаковку карт. Как только она высыпала карты на ладонь, Аня тут же их перехватила и, искусно мешая колоду под тяжëлый вздох подруги, спросила: — Ну так что: на что гадать будем? — А на что можно? — Полюбопытствовал Муромов. Идея была изначально так себе, потому что Илья никогда не верил в эти дурацкие суеверия, но ему явно следовало отвлечься и расслабиться, чтобы окончательно не сойти с ума в этом дурдоме. — Можно на всë... — Кратко объяснила черноволосая девочка, чью фразу тут же, хитро ухмыляясь, закончила подруга: — Например, на «любит — не любит», на будущее, на расставание или сближение... Муромов, перебив, спешно ответил: — Давайте на расставание или сближение... В этот же миг рыжий парень решил, что стоило выбрать что-нибудь другое... Насмешливые переглядки и довольные ухмылки девочек, которые выглядели так, словно разгадали мировой заговор, откровенно выбешивали. — Ноу проблем, — гордо сказала Аня, полностью меняя способ способ перемешивания карт. Илья до конца считал, что это просто забавы ради, чтобы не завалиться без ног в этом богом забытом месте, хотя в глубине души понимал, что это его последняя надежда, спасательный круг. Он никогда никому не расскажет, что в последнее время его голову занимает одна и та же мысль: «а может нам лучше расстаться сейчас? Ясно же, что мы слишком разные, из разных миров, зачем мучить друг друга, зачем... Мучить себя?.. » Муромов был «трудным» человеком: он привык никому не доверять, считать, что все, кто его окружают — потенциальные предатели, привык, что ему нужно казаться идеальным, скрывать свои чувства, быть самым лучшим, чтобы получить хоть капельку любви и внимания, привык, что если он не будет никого дразнить — дразнить станут его. Даже сейчас слыша детскую дразнилку «Рыжий, Рыжий, конопатый, убил дедушку лопатой» Илья автоматически пытался спрятать рыжие копны волос и прикрыть веснушки на лице. А Черных... Он был другим. Уверенный в себе, постоянно в центре внимания, достигал совершенства «по щучьему велению, по моему хотению», идеал. А он, сколько бы не пытался, не мог достигнуть такого же успеха, что и блондин. Это и выводило из себя рыжего парня, стоило ему завидеть жёлтую макушку. Почему?! Почему, несмотря на все страрания Муромова, все внимание и любовь доставалась Филу и его компании?! Неужели... Илья настолько никчемный, что не может победить квартет каких-то выскочек?.. Это и стало проблемой в их отношениях с Черныхом. Сколько раз Фил зацеловавыл веснушки Ильи, проводил сквозь пальцы рыжие пряди, повторяя, насколько он прекрасен и как ему с ним повезло?... Сколько раз после трудного дня Фил заваливался к Муромову за обнимашками и мог просто пролежать на коленях Ильи несколько часов, чуть ли мурча от поглаживанией?... Сколько раз Муромов находил в холодильнике его любимые вкусняшки, которые купил ему Черных?... А Илья... Он же даже не знал, что нужно делать в отношениях... Он не умел проявлять заботу и внимание, у него это пиздецки плохо получалось... Черных... Явно заслуживал большего, чем партнера, который мог спокойно накричать на него практически без повода из-за того, что тот попал под горячую руку, прямо как сегодня.... Фил просто оказался не в том месте, не в то время. — Илья... Илья, вы там долго ещë витать а облаках будете? — Муромов как будто бы очнулся от транса, понимая, что Аня машет рукой перед его глазами. Девушки уже успели заметно заскучать, разложив семь карт на столе и дожидаясь возвращения вожатого в «мир наземный» — А... Извините, девчонки, задумался, — рыжий парень, почесывая шею и отведя взгляд, перевел тему разговора: — А можешь, пожалуйста, объяснить, что тут к чему? Я в теме гаданий плаваю, как топор... — Муромов старался сделать как можно больше естественный вид, что ему «очень интересно» разглядывать лицевые стороны карт, выложенные в виде шестиугольника с сердцевиной. Девушки встали на противоположную сторону от Ильи, их разделял только старенький деревянный стол с облезлой краской и прогибающими ножками. Объяснения начала Аня, показывая указательным пальцем на карту и поясняя для «не шарящих» еë значение, иногда взглядом проходясь по вожатому, словно пытаясь выловить какие-то изменения в его актерской игре: — Первое: реальная причина раздора. Судя по тому, что показывает карта, причина — конфликт, выросший из-за молчания о проблемах в паре. В яблочко. Рыжий парень от шока на секунду застыл в одной позе, раскрывая и закрывая, как рыба, рот, словно чтобы что-то сказать, но из-за каши в голове не мог выловить ни одну сформированную мысль. Это пугало. — «Как это?... Да нет, это наверное просто совпадение!» — С надеждой решил Илья, приняв свое обычное выражения лица и продолжая смотреть то на довольных его замешательством девушек, то на карты. — Второе... — Монотонно начала Элина, поднимая карту и показывая еë ему, — причины раздора, которые демонстрируются открыто: излишняя раздражительность своим партнером, даже если он просто стоит рядом, неприкасаемость и отстранëнность. Не успев опомниться от плохо скрываемого шока, черноволосая девушка указала вожатому на третью карту и с ухмылкой рассказала о еë значении: — Третья карта — это взаимотношения в реальном времени: на данный момент партнеры в ссоре, также у одного из пары есть мысли о расставании. — «Какого блять хуя?! Как нахуй это поебень работают?! Они что, мать вашу, мысли умеют читать?!?» — Внутренне негодовал Муромов. Благо, ещë глаза не выпали из орбит от ужаса, непонимания и нервозности, что может всплыть точное имя его избранника. Влетит обоим. — Пятая и шестая... — Перехватила повествование Аня, гордо расставив руки по бокам и смотря на всë такого же удивленного Муромова — что можно сделать для улучшения ситуации и какие поступки разрушает гармонию в отношениях. Для улучшения взаимоотношений следует перестать молчать и больше разговаривать, а поступки — умолчивания о сомнениях, пробелах, усталости и прочего... — Аня... — Вздохнула Элина, сложив руки на груди и с упреком смотря на подругу. — Что снова не так?! — Возмутилась девушка, хмуря брови и смотря на подругу широко раскрытыми глазами. — Ты пропустила четвертую карту, — взяв пропущенную фигуру в гадании и заодно взяв последнюю часть, чтобы мгновенно вынести вердикт. — А, да? — Виновато спросила блондинка, дырявя голубыми глазами пол и спрятав руки за спину, немного отошла от стола, пропуская вперёд подругу. Она жевала губу, словно хотя что-то сказать, но никак не решалась произнести заветные слова. — Итак, последнее: что будет в ближайшем будущем и есть ли шанс на серьезные отношения... Вдруг у девушек пришел сигнал оповещения уведомлений, и обе, как по команде, достали и включили телефоны. Однако, Илья заметил, что девочки как-то очень странно переглянулись между собой, после растерянно смотря на рыжего парня. — Что такое? — Поинтересовался Муромов. Элина, продолжая смотреть на его лицо, будто выиская там что-то, пробормотала: — Вы же обычно нас водили есть... А сейчас строиться на обед написал Филип.. Муромов поперхнулся. Сказать, что он был удивлëн тому, что его тирада произвела на Фила впечатление, причём нужное, чтобы он взял на себя хоть каплю ответсвенности, свалившись на рыжего парня неподъëмным грузом, это ничего не сказать. — Илья, вы как себя чувствуете? Ничего не болит? — Вдруг обеспокоено протароторила Анюта, поджимая губы и теребя края футболки. И нет, она спросила не из чистого приличия, а потому что действительно испугалась за вожатого. Муромов определил это по еë сжатой позе: с его характером ему ещë в детстве пришлось научиться выявлять намерение других по одному взгляду на человека. Аккуратно положив руку на плечо Ани, слегка сжимая, будто прося не лезть в не свое дело, Элина коротко попрощалась: — Боюсь, нам придется отложить гадание. Ань, нам нужно идти, а-то мы задержим отряд. Илья, вы не пойдëте на обед? — Нет. — Хорошо, в таком случае до встречи, — и, просто скидывая со стола карты в поясную сумку, она, буквально вытащив подругу из беседки, побежала с ней в сторону корпуса. Проводив девушек взглядом и еще полежав в беседке пять минут, Илья, тяжело вздыхая, встал с насиженного места и отправился в корпус, который должен был сейчас пустовать. Он не понимал, каким образом все карты точно предугадали все тонкости их с Филом отношений, и был более, чем уверен, что это не просто совпадение... Даже фраза «нельзя умалчивать о своих проблемах», мелькала слишком много, словно специально повторялась вновь и вновь, как какой-нибудь незаметный психологический приëм. Но Муромов не хотел ни о чëм думать: у него слишком болела голова, но он знал точно — придти сейчас будет лучшим вариантом. При таком раскладе у него будет время отоспаться, пока отряд не вернется с обеда, а после, на тихом часу он сможет более уверенно подготовиться к вечернему мероприятию. *** Как только Муромов захлопнул дверь вожатской, он, не разуваясь, упал на кровать, завернулся в покрывало и попытался заснуть. Но, как только Илья начал погружаться в сон, его вырвало оттуда жалобное урчание собственного живота. — «Твою ж... Как невовремя... » — Простонал в душе рыжеволосый парень, перевернувшись на другой бок и зарывшись в легкую простынь ещë глубже. К сожалению, на этом нападки организма не закончились: у него появилось тошнотворное чувство голода и, как только он закрывал глаза, ему представлялись образы различной еды вперемешку с их фантомным запахом. В итоге, переваливаясь с боку на бок, Муромов, ворча, нехотя встал с кровати, и подошëл к шкафу. Кое-как, с горем пополам спустив чемодан с этажерки, он попытался его открыть, однако, по какому-то гнусному стечению обстоятельств, замок заел. — Блять! — Взвыл Илья, пнув чемодан. — «Ебаный в рот! Да за что мне это?! Дыши, дыши, Илья, не хватало ещë что-нибудь сломать для полного счастья... » — мысленно уговаривал себя рыжий парень, одновременно практикую всем известную практику «вдох-выдох». Наконец, покончив с злосчастным замком, Муромов запрыгнул на кровать, запихивая чипсы кучками и проглатывая, даже толком не прожевав. Не в его интересах сейчас думать о том, что будет твориться в желудке. Илья, меньше чем за пять минут съев всë содержимое упаковки, смял и, замахнувшись, закинул в мусорку, которая стояла в углу комнаты. Но стоило Муромову заново завернуться в покрывало и закрыть слипающиеся глаза, как корпус наполнился звонкими разговорами, смешками и топотом ботинков. Стало ясно одно: плакал его отдых и сон. — «Блять... Да вы издеваетесь!» — Подумал он, глубже закутываясь в одеяло, словно в кокон гусеницы, только вместо красивой бабочки оттуда выползет кровожадный и злой паук... Последнее, чего ему сейчас хотелось, так это разговаривать с Филом по поводу его утреннего срыва и готовить сценку для мероприятия. — Через десять минут чтобы все лежали в кроватях — услышал Муромов через слой ткани и хлипкие картоные стены, а потом последовал скрип старой вожатской двери. Прошла одна минута. В комнате было настолько тихо, что можно было услышать чужое дыхание. Илья кусал губы от напряжения и какого-то первородного страха. Прошло две минуты. В комнате всë так-же было неподвижно. Атмосфера продолжала тяжелеть, сдавливая горло. Ни одна сторона не решалась сделать первый шаг. Прошло три минуты. Послышался короткий вздох, а затем владелец вздоха подал признаки своего существования: — Илья, я знаю, что ты не спишь... — Ласково начал Фил, медленно подходя к кровати с укутаным на ней парнем, который продолжал не подавать признаков жизни. Присев на край кровати с «пауком», он продолжил: — ...Прости меня... Муромов был готов поспорить, что в этот момент его глаза были с размером тенисного мячика. Да чтобы Фил извинился!? Рыжему парню проще поверить, что конец света наступил в 2012 году, чем в это! Черных тем временем продолжил свою тираду: — Я... Виноват перед тобой. Свалил всë на тебя, а сам... Не делал даже элементарные вещи, не помогал тебе, поддакивал проказам детей и сам в них учавствовал... Мне стоило раньше, как твоему... Любимому человеку, заметить раньше твоë состояние: синяки под глазами, что ты не спишь и не ешь, подрагивающие руки и всë остальное... Я готов до конца смены взять на себя всю работу, если понадобится... Если... Ты дашь мне ещë один шанс... Ну... Ты понял в общем... Я извиняться не очень умею, ты знаешь. Илья приподнялся с кровати и выпутался из покрывала. Он прекрасно знал, что его парень выйграл бы гран-при в номинации «лучший пиздеж года», и сейчас Муромов сомневался: он действительно принял свою вину или пиздит, чтобы избежать лишней нервотрепки? Как только рыжий парень поднял глаза на блондина — ему стало стыдно, что он настолько плохо думал о человеке, которого любил: рука с вздутыми венами, сжимающая и разжимающая покрывало, тусклые глаза и сжатые губы полностью опровергли его догадки. У Муромова от стыда и злости на самого себя начиналась истерика, и, ощущая, как у уголков глаз собирается вода, он не придумал ничего лучше, как заново зарыться в простынь. Возможно, он просто слишком переутомлен или у него переизбыток эмоций за столько новых, не очень приятных впечатлений за смену и поэтому у него «из ничего» наворачивались слëзы. Фил отреагировал сразу: медленно опустился на колени у кровати и аккуратно накрыл ладонь Ильи, которую тот не успел спрятать. Как он это понял? Уловил скрип половиц и почувствовал чужое тепло на его вечно холодном теле. — Рыжик, я что-то не так сказал?... — Обеспокоенным голосом поинтересовался блондин. — «Блять... Черных... Помолчи ради бога... Не надо быть тем, чей обычный вопрос сыпит соль на рану... » — подумал Муромов, сжимаясь ещë больше, лишь бы остановить пелену, застилающую глаза и сдержать рвущийся на свободу всхлип. Не получилось. Фил отреагировал сразу же. Мгновенно достал Илью из одеяла и заставил сесть на край кровати. Пока Муромов не успел отреагировать, Черных ухватил его руки, поглаживая костяшки пальцев и глядя прямо в лицо, прямо в душу, словно выискивая и вытаскивая из потаëнных мест сознания самое сокровенное наружу. Илья был прекрасно осведомлен о «щенячьих глазах» своего парня, волей не волей — расколишься, поэтому почти сразу он развернул голову «к лесу передом, ко мне задом» подставляя под взгляд Черныха лишь профиль с ярко выраженными скулами, как хитрая лиса, показывающая охотникам лишь свой хвост. — Рыжик... — Мягко позвал Фил, всë также аккуратно гладя веснучатые ладони и обеспокоено смотря на Илью. Муромов не отвечал, продолжая глядеть в пол и всхлипивая. Ему было страшно, боязно посмотреть на блондина из-за стыда о своих догадках и своего жалкого, покрасневшего и разрыдавшегося лица. Черных вздознул, сел на кровать и нежно обхватил ладонями лицо Ильи, еле-слышно произнося: — Рыжик, посмотри на меня... Разреванный, шмыгающий носом и, как он был уверен, красный, Муромов, продолжая сопротивляться, под напором всё-таки медленно повернул голову и встретился лицом к лицу с своим «страхом». — Давай поговорим?