Воспоминания сирена

            Когда Сокджина разбудил громкий крик Юнги, то он подумал, что тот спятил. На руках у него был абсолютно голый парень без сознания, а сам Юнги был мокрым, словно только что принимал ночные ванны в море.       - Какого чёрта?! – воскликнул взъерошенный Сокджин. – Кто это?!       - Наш-шёл н-на бер-ре-регу, - дрожа не хуже кроны дерева на ветру, выговорил Юнги. У него губы посинели, руки и ноги тряслись от холода, а мокрая одежда ничуть не улучшала ситуацию.       - А сам то ты почему мокрый? – продолжал расспрашивать Сокджин, бегая по дому в поисках самой тёплой одежды и полотенец.       - Подс-с-скользн-нулся, - ответил Юнги первое, что пришло в голову. Намджун уже тоже выбежал к ним и принялся сильнее растапливать камин. Он не задавал вопросов, похоже, не успел проснуться, а просто встал на крики и начал помогать.       - Вот! – Сокджин швырнул в Юнги огромным полотенцем и сунул Намджуну в руки стопку одежды. Это был намёк подержать их у огня, чтобы слегка согреть прежде, чем два замёрзших парня наденут их.       Несколько часов Сокджин потратил на то, чтобы отогреть гостей. Втроём они уложили Чимина у самого камина, сунули ему под толстое одеяло несколько грелок и кинули в котелок куриную тушку. Утром этим бульоном они будут его отпаивать и приводить самих себя в чувства.       Сокджин командовал так, словно каждый день спасал чью-то жизнь от обморожения.       - Так, всё, теперь спать. Вы двое идите отдыхать, а я посижу с ним немного, а то ещё заболеет. Откуда он взялся то, - последние слова Сокджин пробубнил себе под нос, забыв о Намджуне и Юнги напрочь. Эти двое и сами о себе смогут позаботиться.       Однако, Юнги так и не уснул. Проворочавшись в кровати, он встал и спустился к Сокджину и Чимину. Ким дремал, сидя на скамье. Мин укрыл его своим одеялом, которое прихватил из комнаты, и сел рядом с Чимином. Губы у парня уже порозовели, руки стали теплее, а просушенные волосы беспорядочно лежали на тонкой подушке.       Юнги пригладил их, нежно касаясь гладкой кожи лица.       Так он просидел всю ночь до самого рассвета, пока не проснулся Сокджин. Ким не сразу подал знак, очнувшись ото сна. Несколько минут он просто наблюдал за Юнги, который аккуратно поправлял одеяло на незнакомце, проверял лоб на наличие температуры и иногда подкидывал в камин дрова.       - Ты знаешь этого парня? – тихо, чтобы не разбудить спящего, спросил Сокджин. Юнги обернулся, не зная, что сказать.       - Нет, просто чувствую ответственность, - решился ответить так.       - Ясно, - кивнул Сокджин, отчасти хорошо его понимая. – Мы, ведь, не рассказывали тебе, как познакомились с Намджуном. Когда они приехал в мой город торговать, его кинули поставщики. На рынке его обокрали и избили. Я нашёл его в подворотне рядом со своим домом и выходил. Так что, я могу тебя понять. Я боялся, что Намджун на самом деле какой-то бродяга и вор, но у него с собой была грамота от губернатора города. Так что я поверил ему. Когда он в благодарность за помощь прислал мне первый букет я счёл это милым, а когда он на следующий год заявился ко мне с подарками и предложением начать совместное дело, я понял, что влюбился у него. Какое-то время мы поизображали коллег, а потом поженились.       - Завидую вам, - Юнги улыбнулся. – Я не уверен, что моё состояние всё ещё моё. Так что я гол, как сокол, и могу полагаться только на вас.       - Ты нам приглянулся, - улыбнулся Сокджин. – Но не верю я, что ты не знаешь этого парня. Это его ты собирался ждать в нашем доме?       Юнги промолчал. Сокджин встал и пошёл в комнату к Намджуну, попросив лишь поставить на огонь бульон. За ночь тот успел остыть.       Намджун и Сокджин спустились спустя несколько минут. Оба вымотанные ночными событиями, невыспавшиеся, но явно целовавшиеся буквально секунды назад. Юнги улыбнулся. Они вместе поели, потом перенесли Чимина в комнату с большой кроватью. Здесь было прохладнее, зато намного удобнее. Оставив своих гостей наедине, Намджун и Сокджин ушли на улицу, чтобы подышать свежим воздухом и проверить конюшню.       Чимин проснулся тогда, когда они ещё не вернулись, а Юнги вышел за тёплым бульоном вниз.       - Юнги, - пролепетал он. И тут же на него свалились все забытые воспоминания.       Всё, что стёр океан, вернулось к нему. Он вспомнил каждое счастливое мгновение своего детства, навигацию вдоль родных берегов и ласковые руки матери. Он вспомнил заботливого Хосока и статный клиппер «Риетта».       Он вспомнил капитана Чан и самый ужасный день в своей жизни…       Ком горькой обиды разорвал его горло придушенным всхлипом. Боль от воспоминаний проступила слезами на глазах. Сердце сжалось в груди. Казалось, он за несколько секунд вспомнил абсолютно каждый синяк и рану на своём теле и то отчаяние и стыд, что охватили его злополучной ночью. А ещё он вспомнил свою смерть и мрачную воду, что поглотила его, когда он топил себя.       От накативших чувств и врезавшихся в память прикосновений, он совсем забыл, как дышать. Он хватал ртом воздух, будто снова тонул в пучине.       - Чимин! – восторженно и радостно раздался голос Юнги, вернувшегося в комнату. Этот его возглас был совсем неуместен в сознании Чимина. Поэтому парень его просто проигнорировал, продолжая пытаться нормально вздохнуть.       - Тише, тише, - поняв, что с парнем что-то не так, Юнги бросился к нему. Оставив кружку с бульоном на стуле, она забрался на кровать и потянулся было обнять, но Чимин резко оттолкнул его и неожиданно начал дышать. Набрав грудь воздуха, он крикнул:       - Нет!       Ошарашенный Юнги, не понимая ничего, замер с протянутой рукой. Перед ним сейчас был другой человек, не его Чимин, который будучи сиреной заботился о нём, весело смеялся и был сильным и стойким. Это был сломленный парнишка, который сейчас совсем не видел Юнги и был погружён в свои кошмарные воспоминания.       - Я не обижу тебя и ничего тебе не сделаю, Чимин, - Мин снова попробовал прикоснуться к нему, но Чимин лишь снова закричал не своим голосом:       - Не трогай меня!       Сбитый с толку, Юнги смотрел на него. Парень сжался в комок, обхватив голову руками и никак не мог начать нормально дышать. Он был в ужасе. В этот момент за дверью раздались торопливые громкие шаги, и в комнату буквально влетели Сокджин и Намджун.       - Что у вас здесь происходит? – с ходу спросил Сокджин. Перед ним предстала неоднозначная картина: растерянный и напуганный Юнги сидел напротив спасённого им незнакомца, который с трудом дышал и сжался в один большой комок, прикрываясь одеялами.       - Сокджин, помоги ему, пожалуйста, - жалобно попросил Юнги.       - Почему я? – начал было Ким, но Намджун мягко подтолкнул его к кровати. Сокджин уверенно подошёл к Чимину и мягко опустился на то место, где только что сидел Юнги. Мин же, так и не пришедший в себя от резких перемен парня, встал рядом с Намджуном. На его перекошенном лице выражались кроме замешательства ещё и обида со страхом вперемешку.       - Эй, парень, смотри на меня. Дыши. Слышишь? Дыши! Вдох, выдох, вдох, выдох. Медленно, вдох, выдох, - уверенным тоном говорил Сокджин. – Вы двое вон отсюда.       Когда Намджун и Юнги вышли, Сокджин вернулся к методичным напоминаниям:       - Вдох, выдох, вдох, выдох. Молодец.       Ким потянулся было к парню, чтобы приобнять его за плечи, но Чимин, заметив это, закричал хриплым голосом:       - Не прикасайся ко мне! Нет!       В голове Сокджина словно сошлись кусочки мозаики. Он понял, почему незнакомец так себя ведёт. Поэтому встал с кровати, взял стакан с бульоном и вернулся. Мягко, без требований и претензий он начал говорить почти шёпотом.       - Держи, выпей. Это куриный бульон. Выпьешь, полегчает.       Парень послушно взял, продолжая кидать тревожные и испуганные взгляды на Сокджина. Медленно и осторожно он начал пить бульон, постепенно успокаиваясь. Сокджин предпринял последнюю попытку:       - Хочешь поговорить? Или ты хочешь побыть один?       - Один, - хрипло ответил незнакомец. Сокджин кивнул и вышел.