Воспоминания сирена

      Весна. Май действительно оказался подходящим месяцем для свадьбы. Тепло, деревья уже обсыпаны листвой, цветочные поля за городом были столь ароматными, что их запах чувствовался даже в центре города. Никакие фабрики не были тому помехой.       Экипажи сменились шумными автомобилями, диковинкой, которая появилась буквально в прошлом году. Юнги так и не привык к издаваемому ими шуму, поэтому, садясь в авто, предоставленное четой Ким, он поморщился. Однако, сразу оценил весь комфорт.       - Волнуешься? - спросил с переднего сидения Сокджин, выруливая на дорогу. Перекрикивать мотор было непросто.       - Безумно, - честно ответил Юнги, позволяя Намджуну поправить его бабочку. – Хочу, чтобы всё прошло гладко, и Чимин не переживал.       - Всё пройдёт изумительно! – крикнул Сокджин. – Я же лично всё готовил!       - Да, дорогой, ты у меня великий организатор, - поддакнул Намджун.       Они добрались до дворца бракосочетаний быстро. Оказалось, что старший Ким – лихач тот ещё. Юнги стало понятно, почему Намджун настаивал на водителе-профессионале…       - Приехали! – громко констатировал Сокджин, с усилием поднимая какой-то рычаг на себя. Он вылез из машины первым.       - Чимина везёт водитель? – уточнил Юнги у Намджуна.       - Само собой, - улыбнулся Ким.       Дворец был довольно простым. Он пах деревом, сигарами и цветами. По распоряжению Сокджина и просьбе Чимина, весь дворец был заставлен большими букетами цветов в корзинках, вазах и клумбах. И вместе с тем, мужчины в зале безостановочно курили. Они не имели никакого отношения к свадьбе Юнги и Чимина, но по негласным правилам припёрлись.       - Во надымили, - громко возмутился Сокджин, размахивая рукой. Это было сказано специально так, чтобы даже глухие услышали. Пара мужчин тут же убрала свои сигары.       - Я буду ждать Чимина уже в зале, так что я пойду. Намджун? – повернулся к другу Юнги.       - Сокджин, оставляю всё тут на тебя. Только не подерись ни с кем, - улыбнулся Намджун, целуя мужа в висок.       - Я постараюсь, - подмигнул тот.       Дурацкое правило: не видеть друг друга до церемонии бракосочетания. Но Юнги смирился. В первую очередь ради госпожи Миён. Приверженность красивым традициям была в ней крайне сильна.       В зале для заключения брака было несколько красивее. Деревянные стены обтянуты современными тканевыми обоями с позолотой, по периметру всего зала стояли корзинки цветов, а стол, за которым стояла красивая девушка с бумажками, был украшен цветочными гирляндами.       Юнги нервно поправлял свою бабочку, получая от Намджуна недовольное цоканье или удары по рукам. Однако, он продолжал оборачиваться на дверь, из которой должен был выйти его Чимин. Они сразу договорились, что оба будут в белых костюмах с модными чёрными вставками, поэтому Юнги отчасти представлял, как его любимый будет выглядеть.       Вот только реальность была более впечатляющей, чем он думал.       Когда в зале появились Тэхён и Чонгук, Юнги понял, что Чимин приехал. Придирчиво осматривая их лица и одежду, Мин понял, что на них ни единой царапины, значит дорога была спокойной.       Грянула музыка. Все развернулись лицом к дверям.       Распахнулись створки, и все ахнули.       Да, Чимин был в том же костюме, что и Юнги, с теми же чёрными вставками, но на голове у него была длинная, до самого пола фата. Она обволакивала парня со всех сторон, словно на голову ему лился неземной свет. А в руках Чимин держал небольшой керосиновый фонарик, сиявший синим. Это был тот же свет, которым светилась сама вода в ночь превращения Чимина в человека.       У Юнги спёрло дыхание. А Чимин улыбался широко и настолько ярко, что даже под тканью фаты улыбку было хорошо видно.       - Какой красивый, - выдохнул Юнги, сумев, наконец, набрать в грудь воздуха.       - И весь твой, - шепнул Намджун.       Чимин подошёл к ним и протянул руку застывшему в восхищении Юнги. Его взгляд был хитрым и довольным.       - Веди, - сказал он. И Юнги повиновался. Он поднял фату, скрывавшую лицо Чимина, и взял его за руку, мягко сжимая маленькие пальчики.       - Дорогие брачующиеся! – громко обратилась к ним женщина, когда музыка смолкла. – У нас ограничено время, другие пары тоже ждут…       - Вы можете дать мне пару секунд полюбоваться моим женихом, чёрт побери! – оскалился на неё Юнги, сам не понимая причину своего порыва. – Он выглядит, как бог! Я могу на своей собственной свадьбе восхищённо любоваться человеком, которого люблю до потери пульса? Да? Спасибо!       - Юнги, - попытался было остановить его Чимин, но замолк, когда Юнги вновь обратил не него свой взор.       - Ты выглядишь великолепно, - сказал Мин, целуя руку.       Спустя пару секунду он подошли к столу.       Юнги слышал, как Тэхён и Чонгук хихикают, как всхлипывает матушка, как Сокджин шепчет ей ласковые слова. Он знал, что за его спиной стоит Намджун, а за спиной Чимина – Хосок, но он смотрел только на Чимина.       - Согласны ли вы стать супругами. Отвечайте вы, Мин Юнги.       - Согласен, - не слыша самого себя громко сказал Юнги. У него, видимо, заложило уши.       - Отвечайте вы, Пак Чимин.       - Согласен, - лучезарно улыбнулся парень, поворачивая, наконец, голову в сторону своего Юнги.       - Тогда я объявляю вас мужем и мужем. Обменяйтесь кольцами, - сказала девушка, кивая Намджуну. Тот сразу подал Юнги коробочку, в которой уже полгода лежали два серебряных кольца, ждавшие этого трепетного момента.       - Теперь ты мой муж, - хихикнул Чимин, надевая кольцо побольше на средний палец правой руки Юнги.       - Я твой муж с того момента, когда ты сказал, что любишь меня, - ответил Юнги, аккуратно удерживая любимую руку.       - Поцелуйтесь, чтобы ознаменовать новую главу вашей жизни, чтобы ознаменовать первый день вашей семьи, - встряла девушка.       Чимин и Юнги поцеловались, даже не дав ей договорить. Зал буквально взорвался аплодисментами. Сквозь грохот хлопков доносились крики Тэхёна, Сокджина и госпожи Миён, которые что есть мочи кричали: «Наконец-то!» и не обращали внимания на попытки Чонгука их утихомирить.       - Как тебе в голову пришла идея надеть фату и взять этот фонарик? – спросил Юнги, когда они оставили шумный зал ресторана с гостями и уединились в гардеробной.       - Я как-то обмолвился Сокджину, что это было бы красиво и необычно. А он вцепился в эту идею и сам заказал фату. Я увидел её только вчера. Фонарик мы сразу сделали, он был готов две недели назад.       - Невероятно, - сказал Юнги, обнимая любимого мужа. – На секунду я подумал, что в зал вошёл ангел. Даже без фаты ты затмил бы любого, но с ней… Господи, ты меня заново в себя влюбил, русалочка.       Юнги вспомнил пляж, холодную и солёную морскую воду, вкус кислых фруктов на острове. Он вспомнил прикосновение гладкой акульей кожи, широкую улыбку Чимина, которая появлялась, когда они веселились, вспомнил их поцелуй под пологом ночи…       А Чимин думал о тёплых руках Юнги, его размеренном голосе, когда он рассказывал о своём детстве, кокосах в лодке и объятиях в прибрежном домике Ким. Он вспомнил, как Юнги помогал ему пережить боль, как целовал в уголок губ, чтобы заставить улыбнуться…       - Я люблю тебя, двуногий, - шепнул Чимин.       - И я люблю тебя, моя русалочка, - ответил Юнги.       Вместе они вернулись на праздник и научили друг друга сохранять этот праздник в себе каждый день.