Жаркие ночи летнего города

      В следующий раз встреча куда более случайная, чем в прошлый. Тогда Странник решил начать разговор сам, по собственной воле; сейчас же он чуть не сбивает Сетоса, вышедшего из скрытой двери в архив матр. «Чуть,» — потому что только врезается и успевает подхватить Сетоса и его десятки свитков резким воздушным порывом; и потому что Сетос успевает призвать копьё и опереться на него, не давая себе упасть.       — Я думал, ты лучник, — говорит Странник, нахмурив брови.       — И тебе привет. Откуда знаешь, следил за мной? — игриво и в шутку спрашивает Сетос.       — Вот еще чего не хватало! — краткий хмык и вздернутый нос.       — Так откуда знаешь тогда?       Знает, потому что видел, как они с тем ушастым лесным стражем на пару уходят из города ночью в сторону тропиков с луками на плечах. Знает, потому что видел, как с преподавательницей с хараватата они вдвоем ходили пострелять по персикам развлечения ради. Знает, потому что видел, как он начищает наконечники стрел и покупает новую тетиву... но Сетосу это вовсе знать не обязательно.       — А какая разница тебе!        — Ну все, все, не кипятись, — Сетос цокает и касается плеча Странника. Тот отпрыгивает в сторону как кипятком ошпаренный. — Ты в порядке?       — В полном! — он закатывает глаза и делает шаг в сторону. Сетос сразу же ловит его за запястье и смотрит так, что от глаз тяжело отвести взгляд.       — Постой. Не уходи, пожалуйста. Мне нравится твоя компания.       — А с чего ты взял, что она нравится мне?        Неужели у него все на лице написано вопреки поведению?       — А с того, что ты больше ни с кем не разговариваешь. Ни к кому не подходишь. А ко мне — да. Хватит. Бери свитки, — Сетос отпускает его запястье и всовывает горсть свернутых бумаг в руки. — И пошли внутрь. Не в архив матр, конечно же! — Сетос оборачивается и смеется. Странник чувствует себя обескураженно настолько, что даже не может вставить между его болтовней свое слово. — В библиотеку, имею в виду.        — Зачем тебе туда? Ты же не студент.       — Так ты тоже не студент, а все равно почему-то им числишься.       — Откуда ты узнал? — Странник хмурится.        — Люди любят сплетничать, — Сетос пожимает плечами. — Не то, чтобы меня это напрягает. Раз числишься, значит все равно умный. Я тоже хочу поступить.       Сетос отдходит к лестнице. Странник смотрит ему вслед и думает, взвешивает: а надо ли ему это? Он может уйти, может никогда больше не появляться в поле зрения пустынника, может игнорировать его, может…        Может пойти за ним следом. И идет, догоняя.        — Для начала, нужно сдать экзамен, а потом уже мечтать... — немного едко говорит он.       — Я уже сдал, — Странник останавливается на ступени, а Сетос продолжает идти вверх. — Ну что ты так удивляешься? Неужели я кажусь глупым? Я рос в месте, в котором библиотека была не на много меньше Дома Даэны, — Сетос пожимает плечами. — И многих книг, что были у меня, нет тут. Я хорошо знаю историю. Госпожа Нахида сама предложила мне Вахуману, но я… в общем, думал, что учеба — это не моё.       — Почему?       Они проходят мимо охранников-матр, и Странник готов поклясться, что Сетос им кивает в знак приветствия. Неужели он настолько дружелюбен, что знает уже даже рядовых? Они вдвоем заходят внутрь. Стоит легкий привычный гул. Сравнивая на контрастах с Храмом Тишины, тут для Сесота было как на базаре во время выступления театра.        Сетос оборачивается. И улыбается идущему за ним Страннику.        — Мне казалось, что учеба ограничит меня в путешествиях, — Сетос пожимает плечами. — Госпожа успокоила. Сказала, что есть какой-то ранг... чин?..       — Степень, — подсказывает Странник.       — Да, именно! — Сетос щёлкает пальцами, кивая. — Как их там...       — Дриоши, вероятно. Они могут путешествовать и исследовать мир.       — Да, странствующие ученые. Им не обязательно все время посещать лекции, чтобы учиться, правильно ведь?       Странник кивает. Он сам-то на лекциях появляется постольку-поскольку, но он живет уже несколько сотен лет, и явно знает побольше некоторых — но решает об этом умолчать. Хватит едкости на сегодня. Да и, если быть искренним — Сетос ему понравился. Никчему было пугать мальца.       Они подходят ко свободному столу в верхней секции читального зала около книжных стеллажей. Сетос неаккуратно скидывает свитки, снимает сумку с плеча и кладет ее на стол. Странник добавляет к свернутым бумагам те, что были у него в руках, и приглядывается к печатям и ярлыкам на них:       — «Религиозные учреждения времен Царя Дешрета», «Феодальная раздробленность пустыни в период после распространения запретного знания», «Крах Гюрабада» — ты собрался на Вахуману? Будешь изучать пустыню?       — Буду восполнять пробелы в академических знаниях, — пожимает плечами. — Вокруг пустыни ходит множество предрассудков, мифов и страшилок. Тигнари рассказывал, что в детстве другие дети пугали друг друга песчаными бурями и аль-Ахмаром. Мне бы хотелось, чтобы пустынники имели возможность на поступление в академию, на жизнь в столице, да и просто.. на отсутствие дискриминации. А это — большая работа, потому что даже так.. все равно есть вещи, которые не должен знать никто. А ты что изучаешь? Ты ведь тоже с Вахуманы. Мы с тобой теперь в одной лодке.       — Инадзуму, — коротко отвечает он.       — А подробнее?       — Не задавай лишних вопросов. Я не буду на них отвечать.       — Какие мы злые, ну прелесть просто! Хорошо. Не хочешь болтать — тогда достань мне книжки с верхних полок, пожалуйста. Что угодно, что может намекать на историю пустыни. Я, в отличие от тебя, летать не умею.       Странник хмурится. Сетоса хотелось ударить — но так, не сильно, скорее подзатыльник дать. Слишком наглый, слишком... Давным давно он обещал себе: никогда больше ни один человек не станет ему близок; и он собирался этому обещанию неумолимо следовать, но с Сетосом все было иначе. Странник начинал разговоры с ним первым, Странник пялился на него в толпе, Странник уже который день порывался сделать ему куклу в подарок или пригласить на чай, у Странника теплело в груди — но вместо принятия этого факта он мог только как несколько дней назад, будучи на ветвях дерева, сбежать.       — Занимайся своими книгами сам.       И сбегает, опять оставив Сетоса одного.       «Интересно, когда он перестанет так делать?» — с тяжелым вздохом думает Сетос, цокая. Отходит к книжным полкам и проводит пальцами по корешкам. Ну, что же, он может учиться и в одиночестве. Что тут у нас...