Не смотри на моё поведение

Добро за добро. Однажды, лежа у комсорга на коленях в парке во время их совместного обеденного перерыва, Крис призналась, что такую валюту она ценит гораздо выше, чем денежную. Вот только до сегодняшнего дня Сергей не слишком-то задумывался над ее словами. Конечно, он и раньше замечал, что стрижонок не любит оставаться в долгу. Даже в те времена, когда они еще не встречались, а просто дружили, она всегда старалась отдавать столько же, сколько получала. Если Белов угощал ее мороженым, то в следующий раз мог даже не подходить к киоску, а присесть неподалеку на лавочку и ждать, когда ему протянут его фисташковый стаканчик. Если забирал по пути ее сумку, то взамен Крис усмехалась и несла в руках его сложенную олимпийку. Неравносильно. Несоразмерно. Но приятно. Потому что Залата, например, подобной ерундой вообще не страдала. Она считала Сергея обязанным так себя вести: ухаживать за ней, таскать ее вещи, дарить подарки, платить за нее в ресторане, открывать перед ней дверь и галантно пододвигать за ней стул. Тогда как сам факт их романа и был ее платой за его выдрессированный матерью мужской этикет. Что, в целом, Сергея вполне устраивало. Ему казалось, в настоящих отношениях так и должно быть. Так правильно. А Крис своим поведением просто хочет показать ему, что они всего лишь друзья. Не отказываться от подарков и знаков внимания, чтобы его не обижать, но возвращать их бумерангом. А потом они начали встречаться и... Ничего не поменялось. Она продолжила не только брать, но и отдавать. И Сергей как-то быстро к этому привык. Перестал обращать внимание, позволяя своей девушке вести себя так, как ей удобно. Однако сегодня все иначе. Сегодня ее привычка платить услугой за услугу проявляется во всей красе, заставляя Сергея по-настоящему задуматься над тем, не пора ли ему самому перестать воспринимать добрые жесты окружающих в свой адрес как данность. Прогуляться с Ванькой до остановки и узнать, как продвигается его роман с Софьей. Поддержать Сашку и предложить ему вместе потренироваться. Сделать какой-нибудь подарок Севе за все его мучения с коленом Сергея. Он, вроде, рахат-лукум обожает. Незримой тенью проскользнув в баскетбольный зал, Крис направляется прямиком к Гаранжину и умудряется оставаться незамеченной командой до тех пор, пока Владимир Петрович свистком не прерывает тренировку, подзывая к себе застывшего на площадке с руками на поясе комсорга. _ А вот и наш талисман! _ доносится у Сергея из-за спины, пока он послушно идет к тренеру. _ Пойдем обниматься, товарищ инструктор! А то совсем про нас забыла! _ продолжает Балаш паясничать. В ответ на что девчонка задумчиво усмехается и качает головой: _ Как-нибудь в другой раз. А потом она вновь разворачивается к Гаранжину, и Белов, уже почти достигший точки назначения, слышит ее обращенные к собеседнику слова: _ Я, наверное, пойду, Владимир Петрович. Извините, что побеспокоила. После чего ему остается лишь проводить ее мрачным взглядом и через секунду терпеливо остановится напротив тренера, не понимая, что здесь только что произошло и для чего его позвали. Впрочем, ответ не заставляет себя долго ждать: _ Сергей, к тебе мать приехала, _ проигнорировав растерянность своего лучшего игрока, Гаранжин зачитывает инструкцию к действиям и попутно подает сигнал Модестасу, чтобы тот, как капитан, продолжал. _ У тебя пятнадцать минут. Шеметом сажаешь ее на такси, отправляешь домой и возвращаешься, _ диктует, наблюдая за пришедшими в движение баскетболистами, передающими друг другу мяч. _ С тренировки отпустить не могу, извини. Вот только выполнять указания Белов не спешит. Из-за чего, подняв на него глаза, ожидавший немного другой реакции на свои слова Владимир Петрович недоверчиво хмурится. Сведенные к переносице брови, поджатые губы, напряженная до вздувшихся желваков нижняя челюсть _ весь вид стоящего перед ним комсорга так и кричит о том, что приезду матери он не слишком-то рад. _ Сергей... _ приходится даже позвать его по имени, вырывая из прострации. На что тот, словно бы опомнившись, переключает внимание на собеседника и выдавливает из себя дежурную улыбку: _ Разрешите идти? _ Иди, _ так и не разобравшись, что он только что увидел, после недолгой игры в гляделки Владимир Петрович кивает. И теперь уже сам провожает своего игрока взглядом до выхода из зала. Вот уж чего он не ожидал, так это того, что у их правильного, интеллигентного, благородного комсорга могут иметься проблемы с матерью. А самое печальное, что он абсолютно прав. Проблемы с матерью у Сергея действительно имеются. Причем давно, и вряд ли когда-нибудь ему удастся их решить... Оставшись после войны без мужа, с пожилой матерью и годовалым ребенком на руках, Белова Валерия Ипполитовна бросила все силы на то, чтобы ее семья ни в чем не нуждалась. Работала днями и ночами, помогая восстанавливать библиотеки по всему Советскому Союзу, организовала целую бригаду для сбора и реставрации редких литературных изданий. За что спустя пять лет ее наградили Орденом Трудового Красного Знамени, так что у председателя райцентра не осталось иного выбора, кроме как удовлетворить запрос настойчивой девки, измотавшей ему все нервы, и за заслуги перед Отечеством, вместо комнатушки в бараке, выдать ей дом в едва начавшем заново отстраиваться селе Нащеково. Сергею было шесть, когда, привыкший жить с бабушкой, он с удивлением начал замечать, что его мама все реже стала пропадать на долгие месяцы, чтобы, как ему раньше объясняли, заработать денежек им на еду. И поначалу его это радовало. Он любил маму. Он хотел держать ее за руку всю жизнь и никогда не отпускать. Однако со временем это желание в нем подугасло. Мама оказалась совсем не такой доброй, как бабушка. Она хотела вырастить сына настоящим мужчиной, а не тряпкой, которой был его отец. А потому все последующие годы Сергей жил как в армии. Подъем и отбой _ строго по расписанию. Приемы пищи _ тоже по расписанию, и только попробуй сказать, что тебе не нравится то, что лежит у тебя на тарелке. Учиться Сергей должен был лучше всех в классе. С уроками ему никто не помогал, но оценки проверялись с завидным постоянством. И, если вдруг он получал тройку, домой можно было не возвращаться. Вдобавок в его обязанности входили такие пункты, как уборка, уход за курятником, выгул козы, которая Сергея невзлюбила с первой же секунды, как они были друг другу представлены, помощь бабушке на огороде летом, сбивание сосулек с крыши и чистка двора от снега зимой, чтение книг вне учебной программы, которые Валерия Ипполитовна сперва тщательно подбирала, а затем заставляла сына пересказывать содержание. И только при выполнении всех перечисленных пунктов он мог рассчитывать, что его отпустят погулять с другими мальчишками. А уж когда в этот список добавилась баскетбольная секция, куда Сергей просился его записать целых три месяца, прежде чем ему дали добро, о прогулках и вовсе пришлось забыть. К его увлечению баскетболом тоже имелось требование: либо он занимается всерьез, либо не тратит время. А учитывая, что тренировки были для него единственной отдушиной от домашних обязанностей, ничего удивительного, что за пару лет Сергей перерос по уровню игры всех своих товарищей, поступивших в секцию раньше, и его первого перевели в старшую группу, в составе которой он начал ездить по соревнованиям. Это было здорово. Рано утром собираться толпой перед клубом, вместе садиться в автобус и по мере того, как пожилой водитель, ругаясь и объезжая ухабы, увозил их все дальше от родного села, превращаться из идеального сына строгой матери в простого мальчишку, который занимался тем, что любил всей душой. Как-то быстро команда и тренер стали для него семьей. Как-то быстро из юркого новенького вырос подающий огромные надежды игрок, не уступающий своим товарищам ни в росте, ни в навыках ведения мяча. Была проблема с меткостью бросков, но и ее Сергей преодолел. Потому что он должен был играть лучше всех, чтобы вообще иметь возможность играть. Валерия Ипполитовна регулярно наведывалась к тренеру, иногда приходила на матчи и не стеснялась принимать похвалу за воспитание такого талантливого, трудолюбивого, прилежного сына. Но при этом сама она Сергея не хвалила никогда. Как бы сильно он ни старался, как бы хорошо ни учился, сколько бы медалей ни получал. Любой его успех воспринимался ею спокойно и считался нормой. А потом умерла бабушка. И слова любви в казарме имени Беловой Валерии Ипполитовны перестали звучать совсем. Тогда как обязанностей у Сергея стало больше, и требования к качеству их выполнения сильно возросли. В свои тринадцать он больше не имел права на ошибку. Например, однажды, вернувшись домой после тяжелой тренировки, Сергей привычно отправился выгуливать козу. И, пока они вдвоем шли по лесу, Маруся, считавшая целью своего существования портить одному юному баскетболисту жизнь, вдруг возомнила себя не домашней козой, а свободолюбивой лосихой. А потому в один момент попросту сорвалась с веревки, которую Сергей от усталости почти не держал, и за считанные секунды скрылась в зарослях. Да так, что только копыта засверкали. Выслушав краткий пересказ случившегося, Валерия Ипполитовна не ругалась. Она лишь вздохнула, словно бы прося у высших сил дать ей терпения, одарила застывшего перед ней на пороге с провинишимся видом сына прохладным взором, а затем молчаливо закрыла дверь у него перед носом. После чего Сергей до полуночи бродил в одиночестве по лесу, расцарапал себе в темноте все ноги, так что те зудели и чесались еще два дня, и в конце концов обнаружил Марусю в овраге. Ту самую Марусю, которая за прошедшие несколько часов уже передумала становиться вольной лосихой, обросла по бокам репейником, перепачкалась в грязи и была так рада видеть пробирающегося к ней сквозь поросль лопухов и крапивы хозяина, что издала радостный вопль на всю округу и сама рванулась ему навстречу. Пару раз ласково боднула Сергея рогами, облизала ладонь и всю дорогу до родного двора вышагивала с ним рядом разве что не вприпрыжку, навеки похоронив все их былые разногласия. Однако дома Сергея никто не ждал. Только оставленный ради него включенным ночник на комоде, закрытая дверь в спальню матери и остывший ужин на столе. С явным намеком, что он мог бы поесть нормально, если бы с самого начала следил за Марусей внимательнее. Вот так прошло детство Сергея Белова. Учась в старших классах, он начал попутно играть за команду Томского Политеха, оттуда попал в юношескую сборную, в составе которой на Спартакиаде в Баку его заметили какие-то шишки из столицы и предложили поступать в Лесотехнический Институт. Не посоветовавшись с матерью, а лишь сообщив ей о своем решении, Сергей перебрался в Москву. А Валерия Ипполитовна приняла приглашение райцентра возглавить городскую библиотеку, продала дом в селе Нащеково и поселилась Томске. Поначалу Сергей старался приезжать к ней как можно чаще. Однако новая квартира матери его как будто не принимала. Он ощущал себя там чужим, постоянно задевал головой хрустальные люстры и всей душой возненавидел соседку, которая набивалась Лерусику в подруги, а сама распускала про нее сплетни по всему подъезду. Так что со временем срываться в Томск при любой возможности он перестал. А затем и вовсе осознал, что на расстоянии любить друг друга им гораздо проще. У Валерии Ипполитовны теперь был телефон, по которому они могли регулярно созваниваться. Да и деньги Сергей ей исправно отправлял, хотя на своей новой должности она в них не сильно-то и нуждалась. Впрочем, вскоре и звонки почти сошли на нет. Последний раз, например, Сергей разговаривал с матерью по телефону полгода назад. Первого января. Набрал, чтобы поздравить ее с праздником, отчитался, что живет с девушкой по имени Злата, получил в ответ сухое "Ну-ну..." и положил трубку. Потому что вести долгие душевные разговоры с сыном Валерия Ипполитовна не любила, да и не умела. А теперь она здесь. Ждет его в коридоре за дверьми баскетбольного зала, где он, вообще-то, готовится побеждать американцев. Так что, шагая к выходу, в своей голове перебирает все возможные варианты, зачем она могла приехать. И как ему себя вести, учитывая, что мальчик, который мечтал всю жизнь держать маму за руку и никогда не отпускать, в нем давно умер... *** Выйдя из зала в коридор, но никого там не обнаружив, прихватив из раздевалки ключи и бумажник, Сергей оказывается вынужден дойти до фойе, чтобы выцепить взглядом окруженную двумя тяжелыми сумками женскую фигуру, и с удивлением отметить, что Крис, вопреки его ожиданиям, не сбежала от новой знакомой при первой же возможности, а задержалась и составила ей компанию. А самое странное, что вместо того, чтобы стоять на приличном расстоянии друг от друга и молчать, они разговаривают. Валерия Ипполитовна рассказывает что-то своей провожатой, а та в ответ кивает, улыбается уголком губ и знакомо заправляет волосы за ухо. Однако подслушать их милую беседу Сергею не удается. Заметив его приближение, Крис спешит попрощаться с женщиной и торопливо покидает корпус. _ Хорошая девочка, _ проводив ее взглядом до выхода, Валерия Ипполитовна задумчиво изрекает. Прежде чем переключить внимание на подошедшего сына и выразительно вскинуть брови, разом отметая любые вопросы по поводу того, откуда у него самого имеется такая же привычка: _ По глазам меня узнала, _ сообщает. _ Сказала, они у нас с тобой одинаковые. А вот я ее не признала, _ прилетает в адрес Сергея укор. _ Думала, это и есть твоя Злата. После чего между ними воцаряется молчание. Словно они оба не знают, что сказать. Года три не виделись, а новостей, которыми хотелось бы поделиться друг с другом, так и не набралось. _ Пойдем, герой-любовник, _ в итоге Валерия Ипполитовна вздыхает и кивает на свои сумки. _ Хоть до такси мать проводишь. А затем первой двинуться к выходу. Тогда как у Сергея не остается иного выбора, кроме как подхватить с пола ее монатки и терпеливо пойти следом. На прохладный вопрос: "Зачем ты приехала?" _ Валерия Ипполитовна так же прохладно отвечает, что ее пригласили провести пару лекций для студентов по современной поэзии. На следующий вопрос: "Как долго будут идти лекции?" _ она обещает, что это всего на пару дней. И добавляет, что может пожить в гостинице, если ее присутствие Сергею так сильно не по душе. _ Я такого не говорил, _ остается ему спокойно заметить, глядя вперед, а не на идущую с ним рядом мать. _ Живи столько, сколько потребуется. Просто в следующий раз заранее предупреждай о своем приезде. А потом они вдвоем доходят до дороги. Где Сергей с первой же попытки ловит такси, загружает тяжелые сумки в багажник и, отведя водителя в сторону, отсчитывает ему пару купюр. Не только за поездку, но и за то, чтобы тот помог Валерии Ипполитовне донести сумки до нужного этажа. _ У меня есть деньги, _ после того, как Сергей возвращается обратно, женщина со строгим видом кивает на оставшиеся у него в руках бумажки. Словно это не его кровно заработанные премиальные, а обычный мусор. _ Мог бы спросить, прежде чем тратиться. _ Я и не беспокоюсь, _ в ответ Сергей равнодушно пожимает плечами, пока водитель, закрывший багажник, занимает свое сидение и заводит машину. _ Просто хочу проявить заботу. _ Заботу, _ тем временем Валерия Ипполитовна хмыкает, точно пробует слово на вкус. _ Ну-ну... Вслед за чем ее взгляд падает на бумажник, куда сын прячет оставшиеся купюры, и саркастичная ухмылка на аккуратно подчеркнутых помадой губах расцветает в полной мере. _ Дурно я тебя воспитала, _ вновь Валерия Ипполитовна привлекает к себе внимание. И еще одним кивком головы указывает уже не на деньги, а на сам бумажник. _ Надо было объяснить, что такие фотографии в кошельке не носят. Разумеется, речь идет про снимок, сделанный в штатах. Из фото-будки, куда Крис затащила комсорга для поцелуя в тот день, когда они ездили в луна-парк с другими ребятами из команды. Сергей не убрал его, поскольку до сих пор был уверен, что никто не станет заглядывать в его бумажник. В то время как сам он мог лицезреть один из лучших моментов в своей жизни по несколько раз на дню, как только ему требовалось за что-то расплатиться. _ Хочешь, чтобы я ее выбросил? _ остается усмехнуться и сблефовать. Никогда он эту фотографию не выбросит. Перепрячет, сделает для нее тайник, купит сейф, но не избавится. Впрочем, ракусывают его блеф в два счета: _ Силенок-то хватит? _ нахмурившись, Валерия Ипполитовна заглядывает сыну в глаза, а затем вздыхает и, разочарованно качнув головой, садится в машину. Потому что сейчас с ним разговаривать бесполезно. Ничего не расскажет. Пустая трата времени. А через несколько секунд голубой Москвич отъезжает от тротуара и вскоре исчезает из виду за поповротом, отблескивая в клонящемся к закату солнце зеркалами. Проводив мать, Белов возвращается на тренировку и думает о том, что стриж _ первая и, скорее всего, единственная девушка, которой удалось понравиться его матери. Про всех остальных, кого Сергей ей представлял или описывал, она говорила "Ну-ну..." Ну-ну. Посмотрим, как долго ты продержишься в этот раз, сынок... *** Надбавка про Дарину: Случайно столкнувшись в автобусе с девушкой, которую в один из вечеров, когда он провожал Крис до общежития, последняя ему представила как свою близкую подругу, Сергей помогает ей донести сумки и зачем-то соглашается на предложение встретиться еще раз. Ничего не выходит. Дарина оказывается виолончелисткой и заядлой любительницей классической музыки, познаний о которой Сергею хватает лишь на одно свидание. Тогда как ни о чем другом эта красавица, к сожалению, говорить не желает. *** _ А ты похорошела, _ с задумчивой улыбкой Сергей признает, сидя напротив матери за столом в собственной кухне. Во время ужина, который она приготовила в его отсутствие, хотя гречка с мясом в холодильнике еще не закончилась. И тут важно отметить, что говорит он от чистого сердца. За те три года, что они не виделись, Валерия Ипполитовна и впрямь расцвела. Строгий пучок на затылке сменила довольно короткая стрижка с накрученными локонами. Так что, вероятно, утром Сергею следует быть готовым увидеть мать в бигудях. А то напугаться можно. Всю жизнь избегая кометики, теперь она начала краситься. Но не броско, а лишь подчеркивая свою природную красоту, которой многие женщины ее возраста могли бы позавидовать. Сменила очки, стала одеваться женственнее, носить серьги и другие украшения, на которые раньше у них не было денег. А вот принимать комплименты так и не научилась. _ Спасибо, _ настигает Сергея ее сдержанный ответ. _ Тебе того же сказать не могу, извини. Похудел, осунулся... _ с невозмутимым видом Валерия Ипполитовна перечисляет. Прежде чем ненадолго замолчать, поднять на сына глаза, а затем усмехнуться и покачать головой, вновь уводя взгляд в сторону. _ И усы ужасные, _ в итоге она заканчивает. В ответ на что Сергею остается только спрятать улыбку в тех самых усах, которые ей так не понравились, и кивнуть, собирая со стола грязную посуду: _ Я учту твои замечания, мама. И на этом их разговор заканчивается. Потому что добавить Сергею нечего. А на то, что его мама сама продолжит беседу, он уже давно не рассчитывает. Им и раньше тяжело давалось общение. Убежденная, что за людей должны говорить их поступки, а не их словарный запас, Валерия Ипполитовна предпочитала открывать рот только по делу и не колыхать воздух без веских на то причин. Чем добилась того, что ее собственный сын в какой-то момент устал искать эти причины и практически перестал с ней разговаривать. Это произошло еще в старшей школе. После того как в один вечер Сергей вернулся домой, желая поскорее поведать маме, как он принес победное очко команде в своем первом матче со студентами, и вдруг передумал. Прикусил язык, стерпел и промолчал в надежде, что мама сама спросит, как прошла игра. Но она не спросила. Потому-то сегодня Сергей и был так удивлен тем, что стрижу удалось завязать с его неразговорчивой матушкой диалог. Впрочем, в ее таланте он никогда не сомневался. _ У меня вот какой вопрос созрел, _ внезапно повисшую в кухне тишину, до сего момента нарушавшуюся лишь звуком льющейся из крана воды да звяканьем тарелок, прерывает женский голос. Вынуждая Сергея напрячься и приготовиться держать удар. _ Скажи-ка мне, дорогой мой, почему я провела в твоей квартире три часа, но так и не нашла ни единой вещи, которая принадлежала бы твоей избраннице? _ как и ожидалось, Валерия Ипполитовна решает не кружить над больной мозолью, а сразу надавить. Чтобы то, что только-только начало подживать, снова прорвалось и засукровило. Заныло под ребрами, заставляя сжимать губку до побеления костяшек и защищаться сарказмом. _ Может, потому что у меня нет избранницы? _ сунув мыльную тарелку под струю воды, Сергей усмехается. По возможности мягко, дабы не спровоцировать конфликт, но в то же время всем своим видом намекая, что момент для допроса его матушка выбрала неудачный. Лишь бы про внуков не заикалась. Потому для себя Сергей давным-давно решил, что своих детей он ей не доверит. _ Вот как, _ тем временем сдаваться Валерия Ипполитовна явно не планирует и настойчиво продолжает сидеть у сына за спиной. На его стуле. Посреди его кухни. Вторгнувшись в его жизнь. Неужели она действительно рассчитывает, что вот сейчас он упадет перед ней на колени, и все то наболевшее, что копилось в нем годами, польется с его уст? Зачем теперь ей взваливать на себя его проблемы и душевные метания, если долгие годы до этого она учила его справляться с ними в одиночку? _ Забавно получается, _ задевает обостренные нервы женский смешок. _ Фотография интимного содержания в кошельке есть, а избранницы нет. Решив не реагировать на провокацию, Сергей молчит. И в этом молчании рушится его последняя надежда на то, что однажды они с матерью найдут общий язык. Не найдут. Раньше надо было начинать над этим работать. Теперь уже поздно. У него самого-то характер не сахар, а уж у его матушки, которая в нем этот характер, между прочим, и взрастила, и того хлеще. Видимо, судьба у них такая _ любить друг друга издалека. Чтобы не пораждать взрывную реакцию от столкновения принципов. Вот только проблема в том, что, пока Сергей это все осознает, Валерия Ипполитовна как будто не готова сделать то же самое. Как будто для того она и приехала к сыну, чтобы побороться за свою роль в его жизни. Хотя сама же когда-то от этой роли отказалась. _ Не хочешь мне объяснить, что происходит? _ вскоре Сергей слышит, как за его спиной раздается вздох. _ Или, может, мне завтра пойти и самой у твоей девочки спросить, почему мой единственный сын на нее щенячьими глазками смотрит, а она от него бегает? _ Я бы на это посмотрел, если можно, _ вдруг едкий оскал непроизвольно кривит губы, а обидные слова сами слетают с языка. _ Хочу увидеть, как за двадцать восемь лет ты впервые проявишь себя заботливой матерью. И это конец. Впервые позволив себе сказать вслух то, что так долго его мучило, Сергей ощущает себя странно. Словно непосильный груз сваливается с его плеч. И даже дышать в тесной кухоньке становится легче. Оказывается, все это время, пока они ужинали, окно было открыто. А он этого не замечал. _ Хорошо, _ в доказательство того, что разговор окончен, Валерия Ипполитовна кивает и встает из-за стола. _ Я тебя услышала, _ нарушают молчание ее последние слова. А потом она уходит. Скрывается в коридоре, оставив сына наедине с его жизнью, и вскоре прикрывает дверь гостиной, отрезая от слуха Сергея звуки своего пребывания в его квартире. Тогда как ее место на его стуле занимает чувство вины. А по соседству с ним, расположившись на любимом стрижом подокннике, восседает еще и чувство одиночества. Потому что Сергей сам их сюда позвал. Потому что они от подобных приглашений отказываться не привыкли... *** Время близится к полуночи, когда, собрав сумку для завтрашней тренировки, но так и не заставив себя лечь спать, Сергей заходит в гостиную, молчаливо достает из шкафа постельное белье, выкладывает его на кресло, а затем обходит диван и ложится головой матери на колени. Со скрещенными руками. Устало закрыв глаза и лишь вслушиваясь в звук изредка переворачиваемых страниц книги. _ Она помолвлена. Как же легко ему дается это признание! Так легко, словно он мог рассказать обо всем и раньше, просто не хотел. Хотя мама всегда была готова его выслушать. Но не лезла лишний раз с вопросами, чтобы не давить. На сына, который и сам отлично справлялся со своими проблемами. _ Поэтому ты решил сдаться? _ раздается над его макушкой вдруг ставший не холодным, а очень даже родным и бархатным женский голос. _ Милый мой, не всегда в жизни то, что твое, само тебе в руки прыгает. Иногда приходится бороться. Отнимать у других. Вспоминается Крис, которая обожала точно так же лежать у него на коленях в парке. А следом за ней в памяти встает кольцо, обнаруженное в ее сумке. _ А если не получится отнять? _ кривит губы горькая улыбка. Сергея ведь тогда не кольцо смутило. А его стоимость. Баснословная сумма денег, уместившаяся в одном крохотном украшении. Он никогда не сможет позволить себе подарить Крис нечто подобное. Тоненький золотой ободочек с каким-нибудь маленьким полудрагоценным камешком _ вот предел его возможностей. _ Как потом жить, зная, что боролся и проиграл? В окутанной тишиной комнате шуршание переворачиваемых страниц книги напоминает шелест опавшей листвы. _ Вот когда проиграешь, тогда и будем думать, как тебе жить, _ спокойно Валерия Ипполитовна изрекает. Так, словно ни на секунду не сомневается в том, что это не потребуется. Уж кто-кто, а ее сын не способен проиграть. Ни на баскетбольной площадке, ни за ее пределами. _ Как ты поняла, что это она? _ разомкнув тяжелые веки, Сергей задумчиво разглядывает потолок. Хотя мысли его давно уже покинули квартиру. Выпорхнули через балкон, ветерком колыхнув прозрачную штору, и прямо сейчас, то возвышаясь над крышами домов, то ныряя в уличные пролеты, огибая прохожих на тротуарах, минуя моргающие светофоры и иногда теряясь в деревьях, стремятся к старенькому окошку на втором этаже общежития. _ Красивая, воспитанная, умная девочка, _ рассуждает Валерия Ипполитовна вслух. _ Я такую себе рядом с тобой и представляла. _ Ты правда назвала ее Златой? _ срывается с губ смешок, привычно теряясь в усах. Прости, мама, но они остаются. Крис ведь он с ними понравился. _ Нет, конечно, _ в ответ женщина то ли фыркает, то ли подхватывает настроение сына и усмехается. _ Я сразу догадалась, что это не Злата. Ее ты совсем по-другому описывал. _ Я видел кольцо, _ решив за раз выложить матери все свои переживания, Сергей вздыхает, снова закрывает глаза, и в выражение его лица возвращается хмурость, сильнее всего выражаясь в области напряженного лба с разбросанной по нему челкой. _ Мне на такое в жизни не заработать. _ Что-нибудь придумаем, _ остается Валерии Ипполитовне его заверить. Прежде чем осторожно, на пробу провести по голове устроившегося у нее на коленях сына ладонью. Сухой и теплой. Откинуть назад мешающиеся волосы. Пропустить заметно отросшие с последней стрижки пряди сквозь пальцы. Странно. Непривычно. Но приятно. _ Извини, что я тебе на кухне нагрубил, _ вдобавок Сергей ерзает и сам ластится к женской руке. Как огромный кот. Обласканный хозяйкой и готовый вот-вот замурчать. _ Я все поняла, _ тем временем Валерия Ипполитовна, сочтя, видимо, что мурчащий сын для первого раза _ это перебор, _ перестает его гладить и просто кладет ладонь поверх линии роста волос. _ Хоть этим себе черепушку не забивай, _ хмыкает. И так Сергею хорошо. Так тепло и уютно. Как будто и не было между ними никакого недопонимания. Не было долгих лет разлуки. Обид не было. Был только маленький мальчик, который хотел держать свою маму за руку всю жизнь и никогда не отпускать. А все Крис. И эта ее наивная привычка платить добром за добро. Мало того, что незнакомую женщину узнала по глазам, так еще и познакомилась. Помогла найти сына. Хотя правильнее здесь будет сказать не "найти", а "обрести". _ Мама, я тебя люблю, _ попытавшись вновь разомкнуть веки, но бездарно провалив такую легкую задачу, в итоге Сергей бормочет признание вслепую. И чувствует, как напрягаются женские пальцы у него на лбу. Но не исчезают. Остаются лежать на прежнем месте. _ Взаимно, _ явно пытаясь скрыть улыбку, Валерия Ипполитовна говорит строго, но ласково. _ Только не вздумай у меня на коленях засыпать, детина здоровенная, _ усмехается. Теперь точно усмехается. _ Хорошо, _ остается Сергею пообещать, тоже борясь с дрогнувшими уголками рта. _ Не буду, _ кивок. _ Не буду засыпать. Вот только он врет. Потому что, кружась по тесной комнаткет в общежитии, его мысли уже пару минут как путаются и врезаются в раставленные вокруг предметы. Сносят ночник, ненароком роняют со стола книгу, задевают спинку стула и норовят забраться вместе с Крис под одеяло. _ Спасибо тебе, _ шепот. И задумчивый материнский взгляд, устремленный на расллабленное лицо сына. _ Спасибо, _ вдох. Завтра тренировка. Будильник в другой комнате. Мама разбудит. Раньше разбудит, потому что нечего на диванах со свисающими со спинками ногами дрыхнуть, когда у тебя кровать есть. _ Спасибо, стриж. А через секунду Сергей проваливается в сон и даже не замечает, как, аккуратно переложив его голову на подушку, Валерия Ипполитовна встает с кровати, выходит в коридор и долго копается в сумке. Не с пустыми же руками она приехала...