Божество Мультивселенной

Основная масса людей еще спала, и многие улицы Готэма были пустынны, как сейчас, ранним утром. Странно было видеть хорошо одетого молодого человека, одиноко бредущего по переулкам в такой час в будний день, когда даже преступность затихает. Это был не кто иной, как Ариас, только что вернувшийся из гавани и направлявшийся к своей квартире. Его некогда чистый костюм был сильно испачкан, а на белом воротнике рубашки виднелись следы крови. В результате он был вынужден перемещаться по переулкам, опасаясь быть остановленным патрульной машиной. От порта до преступной аллеи, где находилась его квартира, было почти двадцать минут ходьбы. Оказавшись на месте, он с облегчением выдохнул и устроился на единственном диване в комнате. Развязал галстук, снял его и бросил на пол. У него был тяжелый день, как физически, так и морально. Узнаваемый голос раздался в его мыслях, стоило ему откинуться на спинку дивана и закрыть глаза, готовясь погрузиться в сон. [Ариас?]. – Да? Он открыл глаза, но уже спокойно откинулся назад, когда Бесконечность заговорила. [Ты лишил жизни своего союзника, а разве он не должен был стать твоим дополнением? Выполнять рискованные задания вместо тебя, чтобы ты избежал ненужных последствий, или я неправильно понимаю?] – Нет, ты права. Но игнорировать его перемену настроения было невозможно, тем более что он обладал информацией обо мне, которой не было у других, и прошел реконструкцию, аналогичную моей. Несмотря на заявления о дружбе или преданности, слова пусты, а эмоции нестабильны. Ничто не мешает мне верить, что в будущем он мог быть против меня. На лице Ариаса не было и следа печали, он говорил с ледяным блеском в глазах. По его мнению, все, чего он добился, - это избавление от возможной проблемы без каких-либо серьезных последствий. [Видно, действительно, люди часто предают друг друга]. – Если политики и бренды могут стратегически лгать миллионам и при этом пользоваться поддержкой, то что мешает мне поступать так же? Честный политик или бренд никогда не заходит далеко и часто имеет много противников, даже среди союзников, потому что он отвергает аморальную или незаконную тактику достижения личной выгоды. – Напротив, у человека или группы, ведущей откровенно провокационную деятельность, может быть еще больше противников и очень мало союзников, поскольку даже те, кто ведет себя неподобающим образом, опасаются запятнать свою репутацию связями с таким человеком или группой. Единственный способ добиться успеха - поддерживать хорошую репутацию и действовать незаметно. К тому времени, когда мир поймет, кто ты такой, ты уже будешь обладать слишком большим влиянием или станешь самозависимым. [Ты хорошо понимаешь, как действуют люди. Город - слишком скромная цель для тебя, учитывая твой потенциал; по мере развития твоих способностей, я полагаю, ты сам поймешь это и поставишь перед собой еще более высокие задачи. Мне не терпится увидеть, как на моих глазах происходит столь значительная трансформация. Ариас, я благодарна тебе за то, что ты удовлетворил мое любопытство; было здорово узнать, что ты чувствуешь.] – Ты - единственное существо, которому я могу открыться таким образом; ты существуешь в моем сознании. – Ариас ответил прямо, хотя вполне возможно, что смысл его слов был неясен. Он чувствовал, что не может лгать существу внутри себя, или, по крайней мере, не хотел рисковать сейчас. По этой причине он был честен. [Понятно, я рада. Спасибо]. Бесконечность, казалось, потеряла контроль над диалогом, так как резко исчезла. Ариас тихонько закрыл глаза и уснул, так как был слишком утомлен, чтобы много думать об этом. ... Тем временем два протеже Бэтмена уже начали расследование и поиски Ариаса и Дмитрия. В данный момент они стояли на крыше жилого дома в районе Бауэри и осматривали окрестности. У другого жилого комплекса стояла группа полицейских машин и карета скорой помощи. Прежде чем подойти к Бэтгерл, которая, скрючившись, держала в руках небольшой голографический гаджет, Робин встал и осмотрел место происшествия. – Только не говори мне, что это наш потенциальный свидетель? – Бэтгерл вздохнула и кивнула, складывая устройство в ответ на хмурый вопрос Робина. – Так и есть. Офицер Крейг Доусон и его жена Саванна Доусон были обнаружены мертвыми в спальне своей квартиры. Причиной смерти стал прямой выстрел в голову из пистолета. Их ребенок, которому четыре месяца, единственный выживший. – Это все, что я смогла услышать по их частной линии; они все еще выясняют, кто мог совершить преступление. Как ты думаешь, это те двое, которых мы ищем? – объяснила она, прежде чем спросить мнение Робина. – Я так не думаю; учитывая то, что мы знаем, Крейг был коррумпированным офицером, который служил главным картелям. В этом инциденте он проявил себя, открыто помогая семье Валентайн, так что, возможно, они хотели избавиться от возможной неувязки. Однако мы не можем исключить и возможность того, что это были те двое, хотя я не могу придумать причину, по которой они могли бы это сделать, и даже не могу сказать, способны ли они на это. Пытаясь понять, что произошло, Робин вздохнул. – Почему ты думаешь, что это могут быть не они? – спросила Бэтгерл, как бы желая побольше узнать о его образе мыслей. – Потому что если проследить маршрут их бегства, то можно заметить, что единственные выстрелы были произведены со стороны преследователей. По некоторым свидетельствам очевидцев, находившихся за пределами клуба, Крейг и еще несколько человек сразу же начали стрелять и преследовать, несмотря на то, что полицейским не разрешается стрелять, не обнаружив огнестрельного оружия или не определив, представляет ли человек опасность. – Это может означать только то, что обвинения, скорее всего, тоже ложные, потому что даже в обломках мы не нашли следов огнестрельного оружия. Это, конечно, мягко сказано, но я доверюсь логике, а не тому, что утверждают СМИ. Проблема только в том, что теперь мы не знаем, с чего начать поиски. Они определенно попали в тупик, и Бэтгерл нахмурилась от его умозаключений. – Не так я себе представляла свой выпускной. Может, нам пока сдаться? У меня завтра с утра лабораторная по химии, аргх. – Робин рассмеялся, когда выражение лица Бэтгерл изменилось на разочарованное. – Почему все ненавидят мистера Морриса? В любом случае, нам пора завязывать. Мы займемся этим завтра сразу после школы. Бэтгерл продолжала ворчать, пока Робин говорил. – Моя социальная жизнь очень страдает из-за этих супергеройских дел. Чтобы развеяться, мне очень хочется побить каких-нибудь злых парней. – Когда они стали уходить, Бэтгерл в шутливой манере подняла кулаки. Робин же просто отмахнулся. – Ты привыкнешь к этому. Дай время, прошел всего месяц с тех пор, как ты начала.