Пепел колокольчика

      Сквозь сон Тэхён чувствует настойчивую вибрацию телефона и недовольно морщится. Тянется рукой на другую половину кровати, на ощупь находит его и не глядя принимает звонок.       — Да, — сонно шепчет, перевернувшись на бок и причмокнув губами. Тэхён даже не задумывается о том, кто ему звонит, потому что спать хочется дико, а уснул он только пару часов назад. Сначала разговаривал с Чонгуком, затем полночи сидел за учебниками, а потом просто не мог заснуть из-за всяких надоедливых мыслей.       — Доброе утро, Колокольчик, — раздаётся на том конце бодрый голос Чонгука. — Открывай дверь.       Сон как рукой снимает. Тэхён резко присаживается на постели.       — Ты зачем пришёл?       — Мне разве нужен повод? — недоуменно интересуется Чон. — Захотел увидеть, вот и пришёл.       Тэхён улыбается, а в груди всё трепещет от этих слов.       — Уже бегу, — коротко отвечает Тэхён, отбрасывает телефон на кровать, подскакивает с постели и бежит на первый этаж, напрочь забыв о том, что на нём из одежды лишь боксеры.       Распахнув дверь, Тэхён улыбается, видя стоящего перед собой Чонгука, как обычно, с идеально уложенными волосами, в светлых джинсах и голубой джинсовой куртке с каким-то белым пакетом в руках. Вот только что-то не так: Чонгук не улыбается, как всегда, а стоит, замерев, словно статуя, и скользит нечитаемым взглядом по Киму с ног до головы. И только сейчас до Тэхёна доходит, что он, блять, голый. Спохватившись, он прикрывает обнажённую грудь руками, чувствуя, как стыд окрашивает щёки в красный.       — Прости, я был так рад твоему приходу, что напрочь забыл об одежде, — смущённо тараторит Тэхён и отводит взгляд в сторону.       — Ничего, всё… всё нормально, — прокашлявшись, хрипло отвечает Чон, наконец отвиснув от созерцания прекрасного тела перед собой.       В этот момент возникает неловкая пауза, которую прерывает Чонгук.       — Я принёс лекарства, — улыбается Чон, демонстрируя пакет в своей руке. — Будем лечить тебя.       — Не стоило так беспокоиться, — смущённо отвечает Ким, наконец подняв глаза.       — Стоило, — уверенно отрезает Чонгук и, не дожидаясь приглашения, заходит в дом, плотно прикрыв за собой дверь.       — Хорошо, идём ко мне в комнату, — всё же соглашается Тэхён и, развернувшись, чуть ли не бегом идёт на второй этаж.       Чонгук, идущий позади, восхищённо вздыхает. До чего же красивый.       Оказавшись в спальне, Тэхён садится на край кровати, всё ещё чувствуя неловкость. Словно он не у себя дома находится, а к Чонгуку пришёл и не знает, что делать. Тот же стоит около кровати и смотрит на него всё таким же нечитаемым взглядом.       — Ты можешь одеться? — едва слышно просит Чон.       Тэхён немного потеряно кивает и, поднявшись на ноги, идёт к комоду. Достаёт оттуда чёрную футболку на два размера больше и серые спортивные штаны, а затем натягивает их на себя. Он возвращается к кровати с каким-то странным чувством в груди. Там что-то неприятно колет от этой просьбы. Неужели Чонгуку не нравится его тело? Конечно, думать об этом вообще не стоило бы, они ведь просто друзья, но Тэхён отчаянно ищет в каждом его взгляде и слове намёк на интерес к себе, как к парню, потому что сам рассматривает Чонгука как партнёра для себя. Ему очень хочется, чтобы эти чувства были взаимны, но пока, видимо, не судьба. И от этой мысли становится настолько грустно, что он садится на постель с поникшей головой, стараясь вообще не смотреть на Чона. Тот же опускается перед ним на колени и заглядывает в глаза.       — Что-то случилось? — с беспокойством интересуется Чон. — Ты как-то резко поник.       — Всё хорошо, — стараясь улыбнуться как можно более искренне, отвечает Ким. — Ты хотел меня лечить, так давай приступим.       Чонгук смотрит на него ещё несколько секунд, пристально и задумчиво, а затем кивает и начинает копаться в пакете.       — Хорошо.       Чон достаёт какую-то мазь, открывает крышку и привстаёт, продолжая стоять перед ним на коленях.       — Это мазь от синяков. Она поможет сойти им гораздо быстрее и уменьшит боль, — поясняет Чонгук, а затем выдавливает немного белой массы себе на пальцы и, приподняв голову Кима за подбородок, начинает медленно размазывать её вокруг глаза нежными массажными движениями, чтобы не сделать больно.       От этих едва ощутимых касаний по телу Тэхёна проносятся мурашки. Там, где его пальцы контактируют с кожей, становится тепло. У Кима от этой нежной заботы перехватывает дыхание. Чонгук пришёл к нему с самого утра с лекарствами, и сейчас сидит перед ним на коленях и помогает избавиться от последствий побоев. О нём никто никогда так не заботился. Тэхён не раз ходил с синяками, но ни отцу, ни матери никогда даже в голову не приходило купить ему какие-то лекарства. Им просто было плевать на него. А чужой человек, которого Ким знает пару недель, готов сделать это для него абсолютно безвозмездно. Разве после этого сердце Тэхёна может быть спокойно, находясь рядом с этим человеком? Разве может он не проникнуться к нему нежными чувствами, ощущая эту явную заботу и беспокойство о его состоянии?       Против воли на глазах выступают слёзы, взгляд тут же начинает плыть, а первые слезинки скатываются по щекам. Тэхён прикрывает веки и тихо, отчаянно всхлипывает.       — Прости, — шепчет с дрожью в голосе Тэхён, а Чонгук замирает.       — Не плачь, я прошу тебя, — голос Чона, на удивление, тоже дрожит. Тэхён распахивает веки и начинает плакать сильнее, видя слёзы в глазах напротив. Нет, нет, Чонгук не должен плакать. Не из-за него.       Потянув его за руку на себя, Тэхён крепко обнимает парня за плечи и, уткнувшись носом ему в шею, в очередной раз тихо всхлипывает. Его тело трясётся от сдерживаемых рыданий, а сердце рвётся на части, когда он чувствует на своей спине влагу и слышит едва слышные всхлипы над ухом.       — Не плачь, прошу тебя. Ты делаешь мне больно, — с силой сжав его в своих объятиях, просит Ким. Видеть слёзы Чонгука оказалось для него больнее, нежели плакать самому. Чонгук добрый, светлый и жизнерадостный — слезам не место на его лице. Никогда и ни при каких обстоятельствах.       — Я не могу спокойно смотреть на то, как ты плачешь. Не могу спокойно спать, зная, что, находясь здесь, в этом доме, ты можешь вновь переживать побои, а я и знать об этом не буду. Я боюсь за тебя, Тэхён, я не хочу, чтобы ты страдал. Я хочу сделать тебя счастливым, но из-за того, что не могу сделать этого сейчас, чувствую себя максимально бессильным, — судорожно и на одном дыхании признаётся Чонгук и крепче прижимает его к себе. — Я не смогу оставлять тебя одного и жить спокойной жизнью. Ты в моих мыслях постоянно, а беспокойство за тебя делает меня чёртовым параноиком. Вдруг я не успею помочь, вдруг он убьёт тебя? Я просто не смогу простить себя, зная, что мог помочь, но не сделал этого.       Тэхён уже не плачет — он рыдает и буквально давится слезами. Слова Чонгука проникают в самое сердце. Господи, какой же он прекрасный человек. Так переживать о других могут лишь действительно светлой души люди. И Тэхёну, чёрт возьми, хоть раз в этой жизни повезло, и он встретил его. Он и подумать не мог, что когда-то рядом с ним будет такой человек, которому он сможет довериться полностью. Которого сможет полюбить.       — Спасибо тебе, Чонгук, спасибо за то, что ты есть у меня, — найдя в себе силы, выдыхает Тэхён. — Но прошу тебя, не вини себя ни в чём. Ты ведь действительно не виноват в том, что я родился в такой семье. Всё будет хорошо. Просто верь мне.       Чонгук, ничего не отвечая, резко отстраняется, поднимается на ноги и ложится на кровать, а затем тянет Тэхёна за руку на себя. Ким осторожно ложится рядом и укладывает голову ему на грудь, слушая, как быстро бьётся его сердце. То сердце, которое Тэхён так отчаянно хочет сделать своим. Он чувствует на волосах нежные поглаживания и наконец начинает успокаиваться. Да и Чонгук, кажется, тоже уже не плачет.       — Всё хорошо, Колокольчик, всё будет хорошо, — тихо шепчет Чонгук, уткнувшись носом ему в макушку.       Тэхён в очередной раз верит ему, не может не верить. Ведь знает, что Чонгук — его спасение, и пока он рядом, всё действительно хорошо, даже очень.       — Кстати, а почему ты называешь меня «Колокольчик»? — Тэхён и забыл уже, что хотел узнать об этом, а сейчас, кажется, самое подходящее время.       Сверху слышится сдавленный смешок. Ким вскидывает голову и, нахмурившись, смотрит на улыбающегося Чонгука.       — Когда я впервые увидел тебя при свете дня, ты был таким грустным. Твоя синяя поникшая голова очень напомнила мне цветок колокольчика, — пожимает плечом Чон, продолжая улыбаться.       — Оригинально, конечно, — хмыкает Тэхён и поджимает губы, чтобы не улыбнуться.       — Ты ведь знаешь, как они выглядят? — интересуется Чон.       — Конечно.       — Копия ты, — сдавленно смеётся Чонгук и едва ощутимо щёлкает его по носу пальцем. Тэхён, стараясь спрятать своё смущение, утыкается лицом ему в плечо.       Как же хорошо, слишком хорошо рядом с этим человеком.

***

      Вечеринка у Хосока на квартире в самом разгаре. Все веселятся, пьют и танцуют, отрываясь по полной. Единственный из всех присутствующих, кто сидит, с задумчивым видом крутя стакан с виски в руке, это Чонгук. Ему сейчас нет никакого дела до всего происходящего вокруг. В его голове лишь Тэхён.       Зная теперь о том, какой жизнью живёт этот парень, Чонгук не может не думать о нём. Страх и волнение за него не дают расслабиться. Да, Чон приходит к нему, звонит, пишет и поддерживает, но не может сделать главного — забрать из того ада. Даже появляется желание просто выкрасть его и спрятать в своей квартире, чтобы больше никто не посмел обидеть его Колокольчика. Только он понимает, что это не поможет. Отец Тэхёна наверняка будет искать его, а то, что он работает в полиции, очень ему в этом поможет. Даже, кажется, деньги и связи отца Чона не помогут. Остаётся только ждать его совершеннолетия и надеяться, что за это время с ним ничего не случится. Осталось всего ничего. У Тэхёна день рождения через два месяца, тридцатого декабря, и уже тогда можно будет подумать о том, как забирать его из-под опеки отца. Чонгук очень надеется, что у него это получится, потому что образ избитого Тэхёна с синяками на лице до сих пор стоит перед глазами. И от представления того, насколько ему было больно и страшно в тот момент, по телу бегут мерзкие мурашки. Тэхён такой хрупкий и слабый — его нужно на руках носить и пылинки сдувать. Чонгук до сих пор не может понять, как можно причинить боль этому милому парню. Ну просто как?       — Эй, ты чего это в последние дни такой грустный и задумчивый? — из мыслей выдёргивает недоумённый голос сидящего рядом на диване Хосока, а после следует болезненный толчок в плечо.       — Прости, — тряхнув головой, отвечает Чон и, повернувшись к нему, улыбается. — Слишком много мыслей в последнее время в голове.       — Что за мысли? — любопытствует друг. Выглядит он при этом очень заинтересованным.       Чонгук недолго размышляет, стоит ли говорить другу о Тэхёне, и понимает, что стоит. Ему нужно с кем-то поделиться.       — Знаешь, недавно я встретил одного очень интересного парня, — начинает Чон и, сделав глоток виски, продолжает: — Мы познакомились случайно, но он настолько сильно мне понравился, что я начал бегать за ним.       — Чон Чонгук и бегать за кем-то — никогда не поверю, — шокировано выдыхает Хосок, а затем сдавленно смеётся.       Чонгук бросает на него недовольный взгляд, и тот сразу замолкает, приподняв руки в защищающемся жесте.       — Ладно, ладно, молчу.       — То-то же, — хмыкает Чон. — Так вот. Мы с ним начали близко общаться около двух недель назад. Однако есть одна проблема — у него очень сложная жизнь, он часто подавлен и долго находится в депрессии. Я пытаюсь вытащить его из этого состояния и постоянно поддерживаю, но я и подумать не мог, что начну влюбляться в него. Ты просто не представляешь, насколько он милый и добрый. Такой наивный и искренний. А ещё дьявольски красивый. И глаза у него голубые, такие манящие и завораживающие. А улыбка его стоит всех богатств этого мира. Я бы всё отдал, чтобы вечно смотреть на неё.       — Да ты влип, дружище, — посмеиваясь, замечает Хосок.       — Я знаю, — отмахивается Чонгук, потому что и сам прекрасно это понимает.       — Так, а в чём проблема? Признайся ему в своих чувствах и всё. Начнёте встречаться, и все будут счастливы.       — В этом-то и проблема. В признании. Я ведь не знаю, нравятся ли ему вообще парни в том самом смысле, — вздыхает Чон.       — Вы общаетесь больше двух недель, и ты не спросил самого главного, — приподняв брови, скорее не спрашивает, а утверждает друг. — Ну ты и тупица, Чон Чонгук.       — Господи, можно сейчас без твоих тупых шуток? — закатывает глаза Чонгук. — Я же сказал, что у него была и всё ещё есть нелёгкая жизнь. Ему поддержка нужна и забота, а тут я такой: «Привет, а ты не гей случаем? А то я слюни по тебе пускаю и хочу, чтобы ты стал моим парнем», так что ли?       Хосок начинает ржать в голос, чем лишь бесит Чонгука.       — Дружище, — вмиг посерьёзнев, Хосок кладёт ладонь на плечо друга и с силой сжимает, — никто и не говорит спросить вот так вот в лоб. Есть два варианта развития событий. Есть долгий — когда ты медленно начнёшь разговор и будешь ближе подбираться к этой теме, где в итоге и задашь этот вопрос. А есть быстрый — где ты ждёшь подходящего момента и просто целуешь его. Даст по морде — не гей. Смутится и спросит, что ты делаешь — гей. Всё гениальное просто, друг мой.       Подмигнув, Хосок ещё раз напоследок сжимает его плечо, а затем отворачивается к девушке-брюнетке, сидящей рядом, и продолжает незаконченный элитный флирт.       Чонгук зависает, всерьёз задумавшись над словами друга. Оба варианта кажутся логичными, но Чон больше склоняется ко второму. Потому что в голове уже давно проскальзывало желание его поцеловать, а после того, как он увидел Тэхёна голым, оно возросло во сто крат.       Чонгук чувствует себя сейчас, думая об этом, максимально аморальным уродом. У человека беда: отец тиран, да и мать умерла недавно, и ему просто нужна поддержка, а у Чонгука в голове мысли о поцелуях. Конечно, он не думает о том, чтобы переспать с ним, но даже поцелуи в данном случае кажутся неуместными. Хотя… Вспоминая сейчас их встречи, Чонгук не может не отметить того, что часто замечал, как Тэхён дольше положенного смотрит на его губы. Может ли это быть каким-то знаком к тому, что у Кима есть такое же желание? Вот только как это выяснить?       Чонгук резко вскидывает голову, когда в неё приходит очень гениальная, по его мнению, мысль.

***

      Чонгук начал приезжать каждый день. Пока Тэхён был на больничном в связи с ситуацией на своём лице, Чонгук практически весь день был рядом. А уже после, когда у Кима возобновились занятия в школе, Чонгук отвозил его туда и забирал. В отсутствие отца Тэхёна дома они вместе поднимаются к Киму в комнату и проводят наедине друг с другом по полдня. В это время, лёжа на кровати в комнате Тэхёна, они чаще всего смотрели фильмы или просто болтали о чём-нибудь незначительном, больше не затрагивая тему семьи Тэхёна. А ещё, после того как Чон узнал, что Ким любит печенье и шоколад, он начал приносить с собой печенье пеперо каждый день по пачке и всегда с разными вкусами. Так сказать, два в одном. Спустя неделю Тэхён их видеть уже не мог, но всё равно благодарно принимал и бережно складывал в комоде в своей комнате. Когда-нибудь да съест.       В моменты, когда Чонгук находился рядом, Тэхён был счастлив как никогда. Он наконец начал спать нормально, как все люди — ночью, а не засыпать под утро, чтобы, когда придёт Чон, уже ждать его, а не встречать в сонном и потрёпанном виде. Ему становилось важно то, как он выглядит, когда встречается с Чонгуком.       Он начал ухаживать за собой. Не успев проснуться, бежал в душ, после — аккуратно укладывал волосы и надевал самые лучшие вещи, что есть в его гардеробе. Он должен был быть красивым, когда приходит Чон. И понять, с чем это связано, было несложно.       Тэхён влюблялся в Чонгука всё сильнее. При просмотре фильмов Тэхён незаметно смотрел на него и тихо грустно вздыхал, чувствуя острое желание коснуться его или обнять. Всё чаще смотрел на его губы и хотел поцеловать. Смотрел на его густые шелковистые волосы и хотел зарыться в них пальцами. И с каждым днём бороться с этими желаниями становилось всё сложнее. А Чонгук… Он вёл себя как обычно. По-дружески. Без необходимости не обнимал и даже практически не смотрел в его сторону. Просто находился рядом, просто смотрел фильмы, просто говорил. Всё было просто, как и всегда. Ничего не менялось. Не было и намёка на что-то большее. Ни взглядов, ни случайных касаний — ничего.       В связи с этим последние пару дней Тэхён очень сильно начал загоняться. Часто после душа, стоя у зеркала, он внимательно разглядывал себя и искал недостатки. Может, недостаточно красив? Или, может, слишком худой? Может, неинтересен в общении? Но вроде бы всё не так уж и плохо. Да, возможно, общение немного хромает, но это ведь не главное. Тэхён искренне не понимает, почему не нравится Чонгуку.       У Тэхёна ведь никогда не было отношений, вообще. Он даже понятия не имеет, как вести себя рядом с парнем, который нравится. Но почему-то именно с Чонгуком он хочет встречаться. Хочет, чтобы его первым парнем во всех смыслах стал именно этот человек. Хочется как в тех самых книгах о любви: сгорать от нежности и страсти в моменты поцелуев. И даже если они потом расстанутся, он не будет жалеть об этом.       Он уже устал от этих мыслей. Но на данный момент у него нет смелости признаться в своих чувствах. Ведь есть опасения, что Чонгук может и вовсе быть гетеро. Или вообще геем, но сказать, что Тэхён не в его вкусе. Вот тогда будет хуже вдвойне. Поэтому лучше пока молчать и держать свои чувства глубоко внутри. Радоваться тому, что Чонгук хотя бы просто находится рядом, смотреть на него и наслаждаться редкими, но такими жизненно необходимыми объятиями.       Сегодня выходной день, и с самого утра Тэхён уже сидит одетым на кровати, не сводя взгляда с тёмного экрана телефона — ждёт звонка от Чонгука, вот только почему-то его нет. Обычно тот звонил в девять, а сейчас уже половина десятого. Мало того, что нет звонка, так и смс, которое приходило каждое утро с пожеланиями доброго утра, тоже нет. Это странно. В груди сразу начинает скрестись тревога, а в голову проникать не самые оптимистичные мысли о том, что он надоел Чонгуку и тот больше не придёт. Страшно даже думать об этом, потому что слишком рано. Тэхён не готов сейчас его отпустить. Нет. Если Чонгук уйдёт, то его жизнь превратится в ад.       Однако долго накручивать себя ему не позволяют. На дисплее телефона высвечивается сообщение от Чонгука. Тэхён тут же хватает его и с замиранием сердца читает:       «Доброе утро, Колокольчик. У тебя есть пять минут, чтобы собраться и выйти из дома. Я жду.»       Не нужны Тэхёну эти пять минут. Радостно подскочив на ноги, он кладёт телефон в карман и выбегает из дома. Сегодня на улице прохладно, поэтому он очень надеется, что не замёрзнет в своей худи. Да и неважно это: времени, чтобы переодеться, у него всё равно нет.       Чонгук сидит на капоте своего BMW в утеплённой джинсовой куртке, светлых джинсах и с серебряными цепочками на шее. С его волосами нежно играет ветер, отчего выглядят они немного растрёпанными. Но даже так он просто прекрасен. Тэхён зависает на мгновение, скользя взглядом от его лица до ключиц, что виднеются в открытом вороте куртки. Как же хочется коснуться их. Тряхнув головой, Ким отгоняет неуместное сейчас наваждение и подходит к нему.       — Почему ты не заходишь? — интересуется Тэхён.       — Сегодня мы с тобой отправимся в небольшое путешествие, — загадочно произносит Чонгук, улыбнувшись широко и ярко. Даже в такой пасмурный день этот человек сияет ярче солнца. — Надеюсь, ты не против?       — Конечно нет, — тут же соглашается Тэхён, сгорая от нетерпения. — А куда мы поедем?       — Это сюрприз, — подмигивает Чонгук.       Оттолкнувшись от капота, он обходит Тэхёна и открывает для него пассажирскую дверь. Благодарно кивнув, Ким садится в машину, а Чон занимает соседнее водительское место.       — Надеюсь, тебе понравится, — улыбается Чонгук, заводит мотор и плавно выезжает на дорогу.       «Не сомневаюсь», — мысленно отвечает Тэхён и, стараясь скрыть смущённую улыбку, утыкается взглядом в окно.       Тэхён чувствует себя непринуждённо и расслабленно, наслаждаясь лёгкой ненавязчивой музыкой, льющейся по салону, пока они едут по городу. Он даже не задумывается, куда именно, потому что с Чонгуком готов поехать куда угодно. Но вот когда они выезжают на загородную трассу, а городские пейзажи сменяются густой растительностью, тут уже любопытство победить не удаётся.       — Куда мы едем? — повернувшись к Чонгуку, интересуется Ким. Воспользовавшись моментом, Тэхён скользит по нему взглядом. Тот выглядит расслабленным, а на губах играет лёгкая улыбка. Глаза, как обычно, светятся и внимательно смотрят на дорогу. Рукава куртки закатаны до локтей, открывая вид на татуировки, а пальцы напряжённо удерживают руль. Тому определённо идёт водить машину.       — В Пусан, — бросив быстрый взгляд на Кима, отвечает Чон. Заметив удивление, мелькнувшее на лице Тэхёна, он улыбается и спешит успокоить: — Только не переживай, мы успеем вернуться к девяти.       — Да я и не переживаю, — всё ещё находясь в каком-то шоке, отвечает Ким. — Просто не думал, что мы поедем так далеко.       — Ты был когда-нибудь на море?       — Нет, — машет головой Тэхён. Он не то что на море, он даже из Сеула никуда не выезжал.       — Тогда я сделал правильный выбор, — довольно заулыбался Чонгук.       Тэхёну снова хочется плакать, он, едва сдерживаясь, сглатывает давящий ком в горле и отворачивается к окну, чтобы скрыть выступившие на глазах слёзы. Рядом с Чонгуком он плачет лишь от счастья и трепетных чувств в душе. Ему всё ещё сложно поверить, что этот человек реален. Всё происходящее последние два месяца вообще кажется сном, и страшно ущипнуть себя, чтобы это проверить. А вдруг действительно так, и открыв глаза Тэхён снова окажется в своей унылой бессмысленной жизни, где не будет этого яркого лучика света. Если Чонгук исчезнет, Тэхёна снова поглотит беспросветная тьма, где он будет один, потерянный и одинокий, бродить до самой смерти. Ему никто не нужен. Ничего не нужно. Он готов всё, что у него есть, отдать, лишь бы Чонгук был всегда рядом. Тэхёну страшно это признавать, но он стал зависим от этого человека. От его глубокого голоса, пробирающего до мурашек смеха и согревающей широкой улыбки. От его ярких глаз и тёплой нежной заботы. От его окутывающих со всех сторон объятий. От него целиком и полностью. Чонгук — наркотик для Тэхёна, и без него, он уверен, его ожидает мучительная ломка.       Найдя в себе смелость, Тэхён протягивает руку и мягко касается ладони Чонгука, лежащей у того на колене. Едва ощутимо сжимает и тихо шепчет:       — Спасибо.       Тэхён не смотрит на него, но чувствует на себе его пристальный взгляд. Он не хочет смотреть, боясь увидеть в его глазах непонимание. Однако Чон переворачивает свою ладонь и переплетает их пальцы.       — Не благодари меня за это, Колокольчик. Это лишь малая часть того, что я готов для тебя сделать, — так же тихо отвечает Чон и сжимает его ладонь крепче.       Снова слёзы на глазах, снова от радости. Вот эти вот все слова Чонгука о том, что он готов на многое пойти ради него, трепетом отзываются в сердце. Как их понимать? Как дружескую поддержку или что-то большее?       Кажется, пора об этом поговорить. Но не сейчас, а чуть позже — обязательно.       Дальше они едут в комфортной тишине, а Чонгук не выпускает его ладонь ни на мгновение до самого конца пути.       Море Пусана осенью по-особенному красиво. Над неспокойной гладью воды тяжестью висят серые тучи — выглядит устрашающе, но в то же время завораживает. Холодный ветер ласково играет с волосами и, забираясь под худи, пускает по телу мурашки. Стоя сейчас на песчаном берегу чуть поодаль от накатывающих волн, Тэхён смотрит вдаль и чувствует себя по-настоящему свободным. Он впервые видит море, и оно потрясающее. Хочется раскинуть руки в стороны и взлететь.       — Тебе нравится? — спрашивает Чонгук, стоящий всё это время у него за спиной.       — Очень, — восхищённо выдыхает Тэхён и, широко улыбнувшись, оборачивается: — Здесь так красиво.

***

      Чонгук смотрит на него и не может оторвать взгляда. Его синие волосы и наконец-то сияющие голубые глаза идеально гармонируют с тёмно-серым небом на фоне. Его улыбка, по-настоящему открытая и искренняя, заставляет сердце трепетать. Тэхён будто создан самой природой, как истинный представитель прекрасного на Земле. И как его можно не полюбить? Вот как? Чонгук уже неделю изнывает от дикого желания его поцеловать, но считает, что всё ещё не время.       — Прогуляемся? — предлагает Чонгук, и Тэхён активно кивает.       Они медленно идут вдоль берега, стараясь не промочить ноги. Чонгук, как обычно, говорит больше, потому что знает, что Тэхён любит слушать. Рассказывает о своих днях в университете и о том, как вчера их с Хосоком отругал декан за опоздание на пару, потому что ночью они снова гуляли и дружно проспали.       Тэхён от этого начинает заливисто смеяться — впервые за всё время их знакомства. И Чонгук даже замирает, глядя на него. Чон впервые слышит его глубокий бархатный смех, и как же он ему подходит.       Тэхён смеётся, а Чонгук окончательно влюбляется.       Больше он не может терпеть.       Заметив, что Чонгук замер на месте, Тэхён, продолжая посмеиваться, оборачивается.       — Ты чего замер?       — Я… просто… — но договорить он уже не в силах.

***

      Чонгук делает два шага ближе к Тэхёну, берёт его лицо в ладони и целует. Нежно и трепетно, стараясь не напугать своим напором. Ким теряется на мгновение, не веря во всё происходящее, но всё же немного неуверенно отвечает. Чуть приоткрыв рот, он позволяет Чонгуку поочерёдно сминать свои прохладные от холодного ветра губы и медленно, но верно пропадает. Пропадает в этом человеке окончательно, чувствуя внизу живота томление, а в груди трепет, который лишает дыхания. Но останавливаться не хочется. Он так долго этого ждал, чёрт побери, и кажется, все опасения его были напрасны.       Это первый поцелуй Тэхёна, и он такой… такой мокрый, но при этом сумасводящий. Ему хочется пищать от радости. Губы Чонгука такие мягкие и влажные. А ещё вкусные и, кажется, даже сладкие. Знакомый вкус — похоже на пеперо с клубникой.       Чонгук резко разрывает поцелуй и, будто находясь в какой-то панике, отнимает руки от его лица.       — Ты ел клубничный пеперо без меня? — Тэхён сводит брови к переносице. Он сам не понимает, на кой чёрт это спрашивает, но, кажется, был настолько растерян, что не успел сдержать язык за зубами.       Брови Чонгука ползут вверх, а лицо выглядит настолько глупо-удивлённым, что Тэхён начинает снова смеяться.       — Эм… да, прости, — мямлит Чон, будто не до конца понимая, что вообще происходит.       — Осуждаю, — хмурится Тэхён и надувает губы, а затем, увидев на лице Чонгука сожаление, вновь начинает смеяться. — Шучу.       — Но… я думал, ты спросишь совсем другое, — недоумённо произносит Чонгук, продолжая стоять как вкопанный.       — Например, что? — вздёрнув бровь, интересуется Тэхён, а сам же едва сдерживает улыбку.       — Например, «Что ты делаешь, Чонгук?» или должен был дать мне по морде, — пожимает плечами Чон и чешет затылок, в смущении отводя взгляд.       — Если я этого хотел, то почему я должен такое спрашивать или бить тебя? — хмыкает Тэхён так, словно и вовсе не признался только что ни в чём сокровенном.       — В смы… смысле хотел? — заикаясь спрашивает Чонгук, наконец окончательно осознавая всё произошедшее только что и понимая смысл слов Тэхёна. Он хотел его поцеловать…       — В прямом, — пожимает плечами Ким, уже начиная нервничать. Эта реакция Чонгука немного пугает. Может, Тэхён сказал что-то не то? — Уже как две недели хотел тебя поцеловать, просто смелости не было.       — То есть ты гей? — выдыхает Чонгук. И то ли это радость на его лице, то ли испуг — Тэхён понять не может.       — Да, а ты что, нет? — с осторожностью спрашивает Ким. Отчего-то сердце замирает в ожидании ответа.       — И я гей, — и наконец на его лице появляется улыбка.       У Тэхёна в этот момент от облегчения с губ срывается громкий выдох. Слава богу. Он-то уже думал, что его сейчас пошлют.       Чонгук подаётся вперёд и обнимает за плечи, крепко прижимая к себе, а Тэхён обвивает его талию руками и, счастливо вздохнув, кладёт голову ему на плечо. Он выглядит внешне спокойным, хотя в этот момент его разрывает изнутри от счастья. Сердце стучит как ненормальное, а дыхание то и дело перехватывает при воспоминаниях о поцелуе. Как же хорошо, чёрт возьми. Первый поцелуй, да с таким прекрасным парнем, ещё и на берегу моря — что может быть лучше? Как в какой-то до жути милой и клишированной дораме.       — Хочу признаться, — тихо шепчет Чон, — ты мне очень нравишься, Тэхён. Последнее время я только и думал о том, как хочу тебя поцеловать, но не делал этого, потому что боялся, что тебе это не нужно.       — Ты мне тоже нравишься, — признаётся в ответ Тэхён и смущённо поджимает губы. Непривычно говорить о своих чувствах вслух.       Чонгук отстраняется.       — Давай присядем, — предлагает Чон. Ким кивает.       Они отходят подальше от берега, там, где песок менее влажный, и садятся на него в паре сантиметров друг от друга.       Видно, что Чонгук всё ещё немного смущён, да и Тэхён чувствует себя не лучше. Между ними повисает лёгкая неловкость, но она приятная. Чон смотрит вдаль на беспокойное море, а Ким смотрит на него. То на губы, которые очень хочется снова поцеловать, то в глаза, которые светятся сейчас, кажется, ещё ярче.       — Всё так удачно складывается, — прочистив горло, начинает Чонгук. — Ты мне нравишься, и я тебе нравлюсь. Поэтому я хотел бы спросить у тебя… Ты согласишься стать моим парнем? Я понимаю, что, возможно, сейчас не время и у тебя хватает проблем, а тут ещё и я, но я правда искренне хочу отношений с тобой. Хочу ухаживать за тобой и делать тебя счастливым.       Чонгук поворачивается к нему, склонив голову чуть набок, и выглядит напряжённым. Волнуется в ожидании ответа. Тэхён смотрит ему в глаза и понимает, что тонет в них, но спасаться не желает. Ему нравятся эти чувства, поглощающие с головой. Они делают его поистине счастливым — и разве может он ему отказать?       Тэхён только собирается ответить согласием, как его отвлекает вибрация телефона в кармане. Он достаёт его, и улыбка тут же сползает с лица при виде звонка от отца.       — Прости, мне нужно ответить, — извиняется Тэхён и, получив в ответ утвердительный кивок, поднимает на ноги.       Он отходит в сторону и принимает входящий вызов.       — Да.       — Ты где шляешься? — рычит отец. От его гневного голоса по телу сразу бегут мерзкие мурашки.       — Прости, что не предупредил, — тяжело сглотнув, отвечает Ким. — Я вышел немного прогуляться.       — Если в десять не явишься домой, то ты знаешь, что будет, — угрожает Джихун, а затем продолжает уже более спокойным тоном: — Сегодня ко мне придёт друг. Так что, как будешь дома, приготовь что-нибудь на ужин.       — Хорошо.       Отец сразу бросает трубку. Тэхён сжимает телефон крепче и обессиленно роняет руку. Вот она, причина отказать Чонгуку. Не сможет он встречаться с ним, зная, что подвергает его опасности. Тэхёну с отцом жить ещё почти год, и тут к гадалке не нужно ходить, чтобы понять, что побои будут и не один раз. Просто так ведь Джихун не оставит его в покое. А если Чонгук снова увидит его избитым, то вряд ли оставит эту ситуацию просто так. Поэтому, кажется, лучше и вовсе прекратить с ним какое-либо общение, нежели жить в страхе и постоянно бояться за его жизнь. Тэхён попросту испортит её ему. Лучше страдать самому из-за утерянной любви, нежели причинить вред Чонгуку.       На глазах выступают слёзы от принятия столь нелёгкого решения. Тэхён с силой зажмуривается, поднимает голову к небу и вдыхает свежий морской воздух. Нужно успокоиться.       Спустя минуты две, наконец утихомирив бурю в душе, Ким медленно идёт обратно. Будто специально растягивая время. Не хочет расставаться с ним, не хочет.       Тэхён садится рядом с Чонгуком, смотрит вдаль и молчит. Не так-то просто озвучить всё это вслух. Отказаться от того, с кем он, кажется, мог бы быть по-настоящему счастлив до конца своей жизни.       — Кто звонил?       — Отец.       — Всё нормально? — с беспокойством спрашивает Чон, а Тэхён вымученно улыбается.       — Да.       Ненадолго повисает тишина, которую первым нарушает Чонгук:       — Ты ответишь на моё предложение?       Ответит конечно, но не так, как хочет.       — Чонгук, — гулко сглотнув мерзкий ком в горле, начинает Тэхён, — ты мне нравишься, правда. Но, к сожалению, я вынужден отказать. Я не буду твоим парнем.       — Почему? — взволнованный голос Чонгука полон недоумения.       Чон тут же поднимается с места и опускается перед Тэхёном на колени. Берёт его ладони в свои и сжимает. Заглядывает в глаза с беспокойством и страхом. Неужели настолько сильно переживает?       — Зачем я тебе такой, Чонгук? — тоскливо вздыхает Ким и опускает голову, чтобы не смотреть в эти прекрасные глаза. — Побитый жизнью, никому не нужный и вечно угрюмый парень; с отцом-тираном и огромным грузом прошлого на плечах. Во мне нет ничего интересного, я не красивый и даже разговаривать нормально не умею. Только молчу и всё. Я уже не смогу быть нормальным, таким, как все.       Чонгук недовольно цокает, мягко касается его подбородка и приподнимает голову. Смотрит в глаза серьёзно и уверенно, слегка сведя брови к переносице.       — А мне и не нужен такой, как все, — отрезает Чон. — Мне нужен ты, Тэхён. Ты слишком плохого мнения о себе. Ты красивый, очень, и не только внешне. Мне нравятся твои глубокие голубые глаза, которые, словно океан, манят меня в свои глубины. Мне нравится твой небольшой нос с родинкой на его кончике, который так и хочется чмокнуть. Мне нравятся твои губы, особенно когда ты улыбаешься. Мне нравится твоё тело: в тот день, когда я впервые увидел тебя без одежды, я ещё дня два после этого не мог нормально спать, мечтая коснуться его. А самое главное, что мне в тебе нравится, это душа. Чистая и невинная, несмотря на весь тот ужас, который ты пережил. Ты для меня как истинный образец силы и мужества. Я удивляюсь тому, как ты смог остаться таким добрым в той тьме, что окружала тебя. Я бы на твоём месте не справился. И я не побоюсь сказать тебе сейчас, что я люблю тебя, Колокольчик. И эти чувства не какая-нибудь глупость, они искренние. Возможно, тебе будет сложно в это поверить, но я убедился, что любовь с первого взгляда существует, потому что как только я увидел тебя, я уже тогда где-то на подсознательном уровне знал, что полюблю тебя. Ведь по-другому быть просто не может.       Приоткрыв рот, Тэхён смотрит на него во все глаза. Не может поверить во всё услышанное. Разве его, Тэхёна, можно за что-то любить? Разве все эти красивые слова, слетевшие с губ Чонгука, действительно о нём?       — Я… мне… — заикаясь, начинает Тэхён, но больше и слова вымолвить не может.       «Я люблю тебя» голосом Чонгука набатом звучит в голове, и медленно, но верно, эти слова проникают в самое сердце.       Чонгук не торопит, терпеливо ждёт, нежно поглаживая тыльную сторону его ладоней большими пальцами, и так тепло улыбается.       — Я тоже тебя люблю, — наконец выдыхает Тэхён, и в этот момент на душе становится так легко. Но всё же опасения никуда не уходят, и он делится ими: — Но я боюсь, Чонгук, боюсь испортить твою жизнь.       — Тэхён, давай дадим волю нашим чувствам, не думая о последствиях. Мы не можем знать, что будет завтра, но мы точно знаем, что рядом друг с другом нам будет поистине хорошо.       На глазах снова слёзы. Тэхён поджимает дрожащие губы и, едва заметно улыбнувшись, кивает. Чонгук выдыхает с облегчением и, подавшись вперёд, нежно целует. На этот раз всё совсем по-другому. Ким отвечает сразу и обвивает его плечи руками. Чон садится на песок и тянет его на себя, усаживая на свои бёдра. Тэхён окольцовывает его талию ногами и жмётся ближе. По телу проходит приятная дрожь, когда он чувствует, как прохладные ладони Чонгука проникают ему под худи и мягко сжимают талию. Неосознанно с губ Кима срывается едва слышный стон, а внизу живота нарастает болезненное томление. Поцелуй медленно, но верно становится глубже, чувственней. Язык Чона проникает к нему в рот и мягко ласкает. Тэхён путается ладонью в его волосах на затылке и осторожно сжимает. Как же давно он хотел это сделать… Внутренности буквально горят от желания. Тэхён неосознанно двигает бёдрами и, почувствовав напряжённый член Чонгука, едва заметно улыбается сквозь поцелуй. Его любят, его хотят. Головокружительные ощущения.       Сейчас Тэхёну становится плевать на отца. Если даже он его тронет, то Ким костьми ляжет, но не позволит Чонгуку совершить глупость.       Чонгук медленно разрывает поцелуй, ладонью касается щеки Тэхёна и нежно улыбается, слегка поглаживая её большим пальцем.       — Если бы ты только знал, насколько сильно я сейчас счастлив.       — Знаю, потому что счастлив не меньше.       Они проводят на пляже ещё около часа. Гуляя по берегу, держатся за руки и разговаривают. Иногда Чонгук обнимает его за плечи и прижимает к своему боку, а Тэхён просто улыбается в такие моменты, чувствуя такую небывалую лёгкость на душе. Ему спокойно рядом с Чонгуком. Нет никаких лишних мыслей. И так не хочется уезжать отсюда.       — Вот бы остаться здесь навсегда, — тихо вздыхает Тэхён, остановившись и повернувшись лицом к морю. Тучи становятся всё темнее с каждой минутой, а по телу бегут мурашки от холодных, пронизывающих до костей порывов ветра. Но даже это не уменьшает его восхищения.       Чонгук обнимает его со спины за талию и укладывает подбородок ему на плечо. Сразу становится теплее.       — Мы обязательно приедем сюда ещё. Будем приезжать так часто, как только ты захочешь, — отвечает Чон и нежно целует в щёку.       — Хоть каждый день? — по-детски наивно интересуется Тэхён, горящими глазами смотря на высокие волны.       — Хоть каждый день, Колокольчик, — сдавленно смеётся Чонгук и обнимает крепче. — Ты не замёрз?       — Немного, — как бы ни хотелось провести здесь ещё немного времени, но он и вправду уже замёрз, а тело мелко подрагивает. Объятия Чонгука греют, но не настолько сильно, как хотелось бы.       — Тогда идём, нам нужно ещё кое-куда заехать, — и снова этот загадочный тон.       — Куда это? — выскользнув из его объятий, Ким оборачивается и приподнимает брови.       — Скоро узнаешь, — подмигивает Чон, на что Тэхён шутливо закатывает глаза. Невозможный.       Спустя полчаса они паркуются около небольшого одноэтажного здания без окон и без каких-либо опознавательных знаков. Тэхён оглядывается. Обычный район на окраине города. Даже интересно становится, что именно находится в этом здании.       — Идём, — кивает Чонгук в сторону чёрной металлической двери и направляется туда же. Тэхён идёт следом.       Оказавшись внутри, перед ними предстаёт небольшая стойка, за которой стоит миловидная молодая брюнетка в белой блузе с пышной грудью и с ну очень глубоким декольте. Тэхён незаметно морщится, заметив, как та хищным взглядом прошлась по Чонгуку с ног до головы.       — Господин Чон, рады видеть Вас снова, — поклонившись, щебечет девушка и, словно птичка, чуть ли не порхая, выходит из-за стойки встречать важного гостя, при этом на Тэхёна даже не обращает внимания, словно его и вовсе тут нет. Та лишь мимолетно бросает на него недовольный взгляд, снова возвращая всё своё внимание Чону.       Тэхён закатывает глаза. В груди неприятно колет от внезапно нахлынувшего чувства ревности. Да, Чонгук гей, ну и что? Ему неприятно, когда на его парня вот так жадно смотрят. При мысли об этом внутри против воли бабочки начинают порхать. Его парня — как же непривычно, но приятно звучит.       — Добрый вечер, Сохи, — вежливо склонив голову, приветствует Чонгук, а на лице — ни единой эмоции. Сейчас он серьёзен как никогда, и хоть это немного успокаивает.       — У Вас, как обычно, двадцать выстрелов? — интересуется девушка и тянется за планшетом, лежащим на стойке.       Брови Тэхёна взлетают, кажется, до небес. Выстрелов? Он немного потеряно смотрит то на Чонгука, то на брюнетку, будто пытаясь найти ответ на вопрос, что здесь происходит? Каких ещё, к чёрту, выстрелов?       — Да.       — Отлично, — кивает девушка. Затем своими длинными пальцами забивает что-то в планшет и указывает рукой на ещё одну железную дверь с левой стороны. — Правила Вы помните?       — Конечно, не переживайте, — уверенно отвечает Чон. Берёт Кима за руку и ведёт за собой.       Когда они входят в просторное помещение с десятью стойками, огороженными друг от друга белыми перегородками, и десятью мишенями в дальнем конце комнаты, он понимает, что они на стрельбище. Не в каком-нибудь тире с пневматическим оружием, а с настоящим — огнестрельным.       Тэхён довольно резко оборачивается к Чонгуку с широко распахнутыми глазами.       — Ты зачем меня сюда привёл? — шокировано выдыхает Тэхён, а Чонгук, видя его реакцию, улыбается.       — Пострелять и выпустить пар, — пожимает плечом Чон, подмигнув, и, чтобы хоть немного успокоить своего пугливого мальчика, подходит к нему ближе, нежно целует в лоб, а затем шепчет: — Закрой, пожалуйста, глаза, и пока я не попрошу, не открывай.       Тэхён послушно исполняет просьбу, чувствуя, как Чонгук отошёл от него.       — Ты хочешь застрелить меня, но не хочешь, чтобы я этого видел? — нервно смеётся Тэхён, но глаза не открывает, полностью доверяя ему. Если и умирать, то только от рук Чонгука.       — Не говори глупости, — голос Чонгука эхом разносится по помещению. Судя по всему, он где-то в другом конце. — Как я могу убить тебя и не посмотреть напоследок в твои изумительные голубые глаза. Это кощунство.       Он смеётся, и Тэхён начинает смеяться вместе с ним.       — Обнадёживает.       На пару мгновений повисает тишина. Тэхён вздрагивает, когда Чонгук, неожиданно оказавшись рядом, чмокает его в губы.       — Ну что, можешь открывать, — бодро произносит Чон. Ким разлепляет веки и, оглядевшись, не замечает ничего нового.       — И зачем я закрывал глаза? — недоумевает Тэхён, вздёрнув одну бровь.       — Сейчас узнаешь, Колокольчик, — подмигивает Чонгук, а затем мягко подталкивает Тэхёна к одной из стоек. — Посмотри на мишень.       Тэхён послушно поднимает глаза и тут же заливается громким смехом, от которого сводит живот, что приходится согнуться пополам. Там висит фотография его отца, занимая практически всю мишень. Тэхён хорошо помнит, что эта фотография была сделана на каком-то праздновании города и размещена в интернете.       — Ты собираешься стрелять в моего отца? — продолжая смеяться, бросает на Чонгука взгляд через плечо.       — Не я, а ты, — дёргает бровями Чон.       Смех застревает где-то в горле. Тэхён сводит брови к переносице. Он не умеет стрелять — мало того, даже оружие никогда в руках не держал.       — Я же не умею стрелять, — Ким оглядывается в поисках человека, похожего на инструктора, который мог бы его научить, но тут никого кроме них нет. — Кто будет мне помогать?       — Я, — гордо выпятив грудь, отвечает Чонгук.       — Ты? — скептически спрашивает Ким, нахмурившись.       — Я с самого детства приезжаю сюда с отцом и очень даже хорошо умею стрелять, — поясняет Чонгук.       «Вот же жизнь у человека», — мысленно хмыкает Ким.       — Ну хорошо, давай попробуем.       Тэхён сам подходит к стойке, с интересом разглядывая какие-то наушники и чёрный пистолет. Выглядит страшно, но в то же время привлекает.       — А почему именно мой отец? Просто мишень уже не в моде? — усмехается Тэхён.       Чонгук подходит сзади вплотную. Тэхён чувствует его горячее дыхание у себя на шее, отчего по телу проходит дрожь.       — Я уверен в том, что где-то глубоко внутри, — Чон кладёт ладонь ему на грудь, — у тебя есть на него огромная обида, но в силу своего положения и возраста сделать ты ничего не можешь. Поэтому будешь мстить так. Думаю, тебе станет легче, — коротко чмокнув Кима в шею, Чонгук отстраняется, оставляя вместо себя неприятный холод.       Действительно, хорошая идея. У Тэхёна уже руки чешутся поскорее взять в руки пистолет и спустить всю обойму отцу в лоб.       — Надевай для начала наушники.       Тэхён берёт довольно-таки громоздкие чёрные наушники и надевает их на голову, плотно прикрыв уши.       — Теперь бери пистолет, — голос Чонгука звучит словно издалека, но Тэхён сразу понимает, что он ему говорит.       Он с опаской берёт достаточно увесистый пистолет в руки и, сжав рукоять обеими руками, направляет в сторону мишени.       — Для начала нужно снять пистолет с предохранителя. Вот этот маленький рычажок нужно опустить вниз, — Тэхён кивает и делает, как велено. — Теперь возьмись за верхнюю часть пистолета и с силой потяни на себя до щелчка, — Ким снова исполняет. — Молодец, теперь можно стрелять.       Тэхён поднимает немного дрожащие руки, направляя дуло пистолета в сторону мишени. Кладёт палец на курок, чувствуя, как потеют ладони в этот момент. Волнительно. Но ему тут же становится легче, когда Чонгук подходит к нему со спины вплотную и кладёт свои ладони поверх его. На шее чувствуется его горячее дыхание, и хочется прикрыть веки от удовольствия, но ему не дают этого сделать. Чонгук осторожно приподнимает его руки, тем самым помогая прицелиться правильно.       — Вот так, Колокольчик, молодец, — поощряет Чонгук и прижимается к его спине своей грудью, отчего Ким чувствует каждую мышцу. И как в таком положении вообще можно думать о стрельбе? Тэхён закусывает губу и едва заметно встряхивает головой, чтобы прогнать неуместное сейчас наваждение. — Теперь можно стрелять. Нажимай на курок.       Тэхён поднимает глаза, смотрит на лицо своего отца, а в этот момент в груди поднимается волна гнева. В голове проносятся все самые отвратительные воспоминания, связанные с этим человеком: избиения, мерзкие оскорбления, слёзы и смерть матери. Хочется убить его за это. Стереть с лица земли этого подонка.       Он покрепче сжимает пистолет в руке и нажимает на курок. Ни разу не зажмурившись, он стреляет ровно пять раз до тех пор, пока обойма не остаётся полностью пустой. Смотря на решето вместо лица отца, Тэхён тяжело дышит, ощущая при этом лёгкость на душе. Чонгук был прав: это действительно помогает, но ему мало.       — Хочу ещё, — выдыхает Тэхён с улыбкой, бросив быстрый взгляд на Чона через плечо.       — Хорошо, — улыбается Чонгук и, забрав пистолет из его рук, перезаряжает, а затем снова даёт ему.       Тэхён стреляет ещё пятнадцать раз и, закончив, понимает, что от фото отца не осталось даже клочка. Он полностью уничтожил его. Вот бы и из жизни можно было бы убрать того настолько легко.       Он кладёт пистолет и наушники обратно на стойку. Затем оборачивается к Чонгуку, который тоже снял свои наушники и убрал их, чувствуя себя странно. Он будто опустошён. Словно этими пулями вынул из своей души все обиды и боль, наконец избавившись от них. Так легко и хорошо сразу стало.       — Спасибо, — едва слышно выдыхает Тэхён, а глаза его, смотрящие на Чонгука, полны благодарности.       — Не благодари, — улыбается Чон. — Надеюсь, тебе стало легче.       — Не то слово, — сдавленно смеётся Тэхён, наконец отходя от того странного состояния.       — Едем домой?       — Едем.       В Сеул они возвращаются в восемь вечера. Чонгук паркуется около дома Тэхёна и, заглушив мотор, поворачивается к нему.       — Спасибо за этот прекрасный день, — сдержанно произносит Тэхён и улыбается. Хотя на самом деле ему хочется пищать от радости, потому что это был лучший день в его жизни.       Вместо ответа Чонгук берёт его за руку, тянет на себя и нежно целует. У Тэхёна дрожь по телу проходит от этих поцелуев. Если бы он знал, что целовать Чонгука настолько потрясающе, уже давно бы решился сделать первый шаг. Но ничего, лучше поздно, чем никогда.       — Буду ждать твоего звонка, — разорвав поцелуй, шепчет ему в губы Тэхён.       — Не успеешь дойти до дверей дома, как я уже позвоню, — хмыкает Чон.       Поджав губы, Тэхён смущённо улыбается, а затем выходит из машины. Но не успевает сделать и пары шагов, как его окликает Чонгук:       — Колокольчик? Ничего не забыл?       Ким оборачивается и начинает сдавленно смеяться, увидев, как Чон сквозь открытое пассажирское окно протягивает ему коробку клубничных пеперо. Тэхён принимает её и благодарно кивает.       — Правда, одной там не хватает, но думаю, ты не обидишься, — виновато пожимает плечами Чон и поджимает губы, стараясь сдержать улыбку.       — На этот раз прощаю, — усмехается Тэхён и, подмигнув, уходит в дом. За его спиной раздаётся звук мотора, а затем — тишина.       Чонгук уехал, и сразу стало как-то тоскливо.       Тэхён заходит в дом, где царит тишина. Отца, видимо, ещё нет, значит, времени у него достаточно, чтобы успеть приготовить ужин. Он поднимается на второй этаж, кладёт коробку с пеперо в комод к остальным, а затем спускается на кухню. На скорую руку готовит пару первых блюд, одно второе и салат. Этого должно хватить.       Ближе к десяти он возвращается в комнату, включает светильник и сразу же падает на кровать, уставившись в потолок и улыбаясь, как идиот. Счастливо так, во весь рот. Счастье — оно, наверное, так и ощущается: теплом и трепетом в сердце. Когда хочется кричать о том, как прекрасен этот мир.       Потому что когда Тэхён видит Чонгука, он понимает, что этот мир на самом-то деле не так уж и плох.