Пепел колокольчика

      С самого раннего утра Чонгук паркуется на подъездной дорожке двухэтажного особняка своих родителей. Сегодня у него с ними должен состояться важный разговор, от которого зависит очень многое. Он волнуется и уже минут пять сидит в машине, не решаясь войти в дом. А причина его приезда сюда — Тэхён.       Прошёл уже месяц с тех пор, как они начали официально встречаться. За это время Чонгук окончательно понял, что этот человек — его судьба. Тот, с кем он хочет разделить свою жизнь. Жить с ним до самой старости и, по классике, умереть в один день. Чонгук любит его до невозможности — каждый сантиметр его лица, тела и души. Буквально сходит по нему с ума. Потому что Тэхён потрясающий, самый лучший и необычный. Заботливый, нежный, добрый и до умопомрачения милый. Самый-самый — и этим всё сказано. Именно поэтому, ещё вчера, он принял решение признаться родителям в своей ориентации, попросил дождаться его с утра и, если всё пройдёт хорошо, познакомить их с Тэхёном. И если они его действительно любят, то должны узнать и принять того, кого выбрало сердце их сына.       Наконец собравшись с духом, Чонгук сам себе уверенно кивает и выходит из машины, направляясь к двери. Около неё замирает, глубоко вдыхает и заходит внутрь.       — Всё будет хорошо, — шепчет сам себе, шагая по просторному холлу особняка в сторону гостиной, откуда доносятся негромкие голоса родителей.       Они его уже ждут. Мама — Чон Гёнхи, женщина средних лет с идеально уложенными чёрными волосами и лёгкой улыбкой на губах, — сидит в кресле около камина. Отец — Чон Гувон, мужчина средних лет с чёрными, местами с проседью волосами, — сидит на диване, закинув ногу на ногу, и, как обычно, смотрит в экран телефона. Весь в работе. Как только они слышат, что кто-то вошёл, тут же вскидывают головы и искренне улыбаются.       — Сынок, — радостно подскочив на ноги, мама сразу бежит к нему, расцеловывает в обе щеки, а затем крепко обнимает.       — Привет, мам, — улыбается Чон, обнимая её в ответ, и смотрит на Гувона: — Доброе утро, отец.       — Доброе, сынок, — кивает отец, немного сдержанно улыбнувшись. Отец всегда такой: внешне выглядит строгим и сдержанным, но на самом деле — очень доброй души человек.       — Ты хотел с нами о чём-то поговорить? — отстранившись и продолжая удерживать Чонгука за плечи, спрашивает мама.       — Да, — поджав губы, кивает Чон.       Страшно до ужаса — аж ладони потеют. Но рано или поздно он должен им об этом рассказать.       — Мам, сядь, пожалуйста, в кресло, — серьёзно просит Чон. Гёнхи хмурится, но не возражая возвращается на то место, где сидела минутами ранее.       Чонгук садится на диван напротив них, оперевшись локтями о колени и скрестив пальцы в замок. Смотрит то на одного, то на другого родителя и тяжело сглатывает.       — Мам, пап, я — гей, — выпаливает Чонгук и морщится в ожидании какой угодно реакции.       Первое, что он видит — это шок, мелькнувший на их лицах. Отец тут же откладывает телефон в сторону и хмурится, подавшись чуть вперёд, а мама открывает и закрывает рот, словно не зная, что сказать. Повисает напряжённая тишина.       — Я понимаю, что, возможно, этим разочарую вас, но я такой, какой есть. Мне нравятся парни. И недавно я встретил одного очень хорошего человека, которого полюбил всем сердцем. Я хочу быть с ним до конца своей жизни, и если вы будете против, то я вынужден буду уйти из семьи, потому что его оставить не смогу, — на одном дыхании выпаливает Чонгук.       Мама замирает в этот момент, а отец смотрит на Чонгука пристально, с лёгким прищуром, словно задумавшись о чём-то предельно важном. Неудивительно: его сын только что сказал, что любит мужчин — даже сам Чонгук не знает, как отреагировал бы на такую новость.       Мать и отец переглядываются между собой, но продолжают молчать. Это настораживает и заставляет нервничать ещё сильнее. Он, конечно, готов уйти из семьи в случае, если они его не примут, но очень бы не хотелось этого делать. Чонгук их сильно любит, и отказаться от них будет тяжело. От волнения он заламывает пальцы настолько сильно, что становится больно. Но он не обращает на это внимания, продолжая смотреть то на Гёнхи, то на Гувона в ожидании вердикта.       — Я надеюсь, сынок, — прокашлявшись, наконец начинает говорить отец, — что это твой осознанный выбор и в будущем ты об этом не пожалеешь. Мы с мамой как любили тебя, так и будем любить. Ты — наш сын, и отказываться от тебя из-за каких-либо причин мы не собираемся.       Облегчение накрывает мгновенно. Чонгук расслабляется и широко улыбается.       — Спасибо, отец, — выдыхает Чон.       — Я так рада за тебя, сынок, — радостно вскрикивает мама, наконец отойдя от лёгкого потрясения. — Надеюсь, ты будешь счастлив с этим молодым человеком.       — Не сомневайтесь, — Чон в смущении отводит взгляд. — Я хотел бы вас с ним познакомить, если вы не против.       — Конечно нет, — отвечает мама.       — Не против, сынок, — поддерживает её отец. — Можем сегодня устроить у нас дома семейный ужин.       — Нет, ваш дом слишком далеко, — качает головой Чон и, поочередно посмотрев на каждого родителя, продолжает: — Давайте лучше вы сегодня приедете ко мне. Я сам приготовлю ужин и буду ждать вас к шести часам.       — Отлично, — соглашается Гёнхи. — Мы с отцом обязательно приедем.       Гувон кивает в знак подтверждения.       Чонгук поднимается на ноги, подходит к отцу и пожимает ему руку, чувствуя себя немного смущённо. Но теплота во взгляде Гувона успокаивает. Затем Чон обнимает напоследок маму, которая шепчет ему слова любви на ухо. Попрощавшись с ними, Чонгук выходит на улицу и, подняв голову к небу, улыбается, как идиот. Как же долго он это скрывал, чувствуя тяжесть на душе — сейчас же стало так легко. Зря он столько лет боялся сказать им об этом. Шесть лет назад, когда Чонгук пытался покончить с собой, родители долго пытались узнать причину столь страшного решения, но он молчал. Хотя, думается ему сейчас, нужно было уже тогда им обо всём рассказать, и, возможно, получив от них поддержку, ему было бы легче. Но на данный момент это неважно. Всё, что ни делается — к лучшему.       Чонгук садится в машину и выезжает с территории особняка, направляясь прямиком в школу Тэхёна. Нужно забрать его и сообщить хорошие новости.

***

      Урок истории практически подходит к концу. Учитель, стоя у доски, о чём-то очень громко распинается, однако Тэхён его вовсе не слушает. Сидя на последней парте в просторном кабинете, он смотрит в окно и витает где-то далеко отсюда — в своих мыслях.       Уже месяц, сегодня ровно месяц, как они с Чонгуком встречаются. За это время они стали настолько близки, что не расставались ни на мгновение, разве что ночью. Чонгук приходил к нему каждый день с неизменной пачкой пеперо в руках, которые Тэхёну уже некуда складывать, но он абсолютно не против. Ему приятно то, что Чонгук заботится о нём и старается сделать приятное.       В течение дня они в основном валялись на кровати в комнате Тэхёна. Обнимались, целовались — и так по кругу. Ну и иногда, в перерывах между этим, смотрели фильмы или играли в какие-нибудь мобильные игры. Пару раз они ходили просто прогуляться по улицам, но, поняв, что декабрь — не лучшее для этого время, решили сидеть дома.       Тэхён по-настоящему расцвёл рядом с ним. Стал чаще улыбаться и искренне смеяться. Даже говорить начал больше, в основном рассказывая о своих любимых фильмах и книгах. Рядом с Чонгуком он забыл обо всех проблемах. Он залечил его душу, и там уже давно нет ни тоски, ни грусти. Лишь абсолютное счастье и безграничная любовь.       В человеке, которого встретил случайно, Тэхён нашёл смысл своей жизни. Чонгук именно тот, кто показывает ему всю красоту безусловной любви и то, что означает быть по-настоящему понятым. Тэхён уверен, что встретил его как награду за все трудности и испытания, через которые ему пришлось пройти.       Чонгук — его покой в этом неспокойном мире.       Громкий звонок, сообщающий об окончании урока, выдёргивает Тэхёна из приятных мыслей. Он выпрямляется, закидывает учебники в рюкзак и, повесив его на плечо, чуть ли не самым первым выбегает из класса. Он знает, что Чонгук уже ждёт его, поэтому и торопится. Хочет уже поскорее увидеться. Так сильно соскучился, хотя они виделись буквально пару часов назад, когда Чон подвозил его в школу. Но, кажется, даже проведи он с ним рядом вечность, ему будет мало.       На улице идёт лёгкий дождь, и достаточно холодно. Тэхён кутается посильнее в куртку-бомбер, накинутую поверх худи, и только собирается спуститься со ступеней, как ему в спину прилетает до боли знакомое и насмешливое:       — Эй, Голубой, куда-то спешишь?       Тэхён закатывает глаза и чувствует на себе немногочисленные взгляды стоящих во дворе учеников. Все они сразу отвлекаются от своих занятий и разговоров, ожидая дальнейшего развития событий.       Обернувшись, Тэхён вперивает раздражённый взгляд в подошедшего к нему Минхёка.       — Что тебе нужно?       — Ты что это, смелости откуда-то набрался? — приподняв брови, насмешливо интересуется парень.       — Я спешу, и у меня нет времени разговаривать с таким, как ты, — морщится Ким.       Минхёк присвистывает и подходит ещё ближе. Заинтересованным взглядом скользит по Тэхёну с головы до ног и довольно ухмыляется.       — А ты изменился, — замечает Минхёк, довольно улыбнувшись. — Таким ты мне нравишься куда больше.       — Я тебя поздравляю, — закатывает глаза Тэхён и, поняв, что ничего дельного ему больше не скажут, разворачивается, намереваясь уйти. Но ему не дают этого сделать. Минхёк довольно грубо хватает его за руку, дёргает на себя, а другой рукой обнимает за талию, прижав к своему телу.       Тэхёну противны его объятия. Он упирается ладонями ему в плечи, стараясь вырваться или хотя бы отстраниться, но ничего не выходит. Минхёк слишком большой и сильный — Киму явно не справиться с ним в одиночку. Тэхён оглядывается по сторонам, будто надеясь найти помощь, но все стоящие рядом лишь хихикают, смотря на них. Ублюдки.       — Ты, — шепчет Минхёк ему на ухо, обдавая то горячим дыханием. Тэхён морщится в отвращении и снова дёргается, стараясь вырваться, но все попытки тщетны, — ты сводишь меня с ума, Тэхён. Знаешь, почему я постоянно задираю тебя? М-м-м? Потому что ты мне нравишься.       Глаза непроизвольно округляются, и Тэхён замирает, как статуя. Вот это новости. Он бы никогда не подумал, что люди побоями и издевательствами выражают свои нежные чувства. Абсурд. Хочется засмеяться в голос, но Тэхён сдерживается.       — Мне плевать, — рычит Тэхён, наконец отойдя от шока и с силой уперевшись ладонями ему в плечи, — отпусти меня, сволочь.       — Ты всё равно будешь моим, — усмехается Минхёк, — с сегодняшнего дня я тебе проходу не дам.       Тэхён хмурится и смотрит на него, как на идиота. Чего он хочет этим добиться? Да и вообще, Минхёк две недели к нему даже не подходил, и что нашло на него сегодня — непонятно.       — Ты больной, — шипит Ким. — На такого, как ты, я точно никогда не посмотрю. Я тебя ненавижу.       Тэхён резко толкает его и, наконец вырвавшись из неприятных объятий, сбегает вниз по лестнице, но не успевает сделать и пары шагов, как ему ставят подножку. Падая, Ким едва успевает поставить перед лицом руки, однако колени уберечь ему не удаётся. Их пронзает острая боль, от которой он негромко шипит и морщится. Чёртов Минхёк. Тэхён даже не сомневается в том, что это сделал он.       — Ты что, охренел, утырок? — родной разгневанный голос заставляет Тэхёна резко вскинуть голову. Рядом, возвышаясь над ним, стоит Чонгук и смотрит на Минхёка. Кулаки его сжаты, глаза прищурены, а дыхание тяжёлое. Сразу видно, что злится тот не на шутку. Ким впервые видит его в таком состоянии.       — Ты ещё кто такой? — презрительно фыркнув, спрашивает Минхёк.       Чонгук смотрит на Тэхёна с беспокойством, и когда тот кивает, подтверждая, что с ним всё хорошо, снова обращает своё внимание к Минхёку. Он подходит к нему ближе и, грубо схватив за грудки, встряхивает.       — Я его парень, — рычит Чон, — ещё раз тронешь его, скажешь ему хоть слово или даже подышишь в его сторону, то я превращу тебя в фарш. Ты меня понял?       — Да ты хоть знаешь, кто я такой? Стоит мне только сказать своему отцу, он тебя в порошок сотрёт, — самодовольно хмыкает Минхёк, на что Чонгук лишь в отвращении морщится.       — Я знаю, что ты никто и ничто. И звать тебя никак. То, что там твой папочка какой-то «крутой чувак», не делает тебя таким же, как он. Сначала собери свои сопли с пола, добейся чего-нибудь в этой жизни и потом будешь выёбываться. А сейчас твоё имя ни черта не стоит, как и ты сам. Съебался отсюда, и чтобы я тебя больше не видел.       Чонгук грубо отпихивает его от себя, продолжая взглядом прожигать в нём дыру. Минхёк смеряет его яростным взглядом, но ответить ничего не может, поэтому, молча признав своё поражение, просто резко разворачивается и уходит к зданию школы, локтями грубо отпихивая в стороны всех зевак, что собрались вокруг них.       — Круто ты его, — смеётся Тэхён и с помощью протянутой руки Чонгука поднимается на ноги.       — Никто не имеет права трогать тебя, — всё ещё злясь, произносит Чонгук, отряхивая колени Кима от грязи. — Если он ещё раз подойдёт к тебе, сразу звони мне.       — Хорошо, — щёки заливает румянец. Тэхён довольно вздыхает и смотрит на Чонгука чуть ли не глазами-сердечками, а тот, заметив это, сразу смягчается. Его взгляд теплеет, а на губах появляется улыбка.       Уже сидя в машине, Чонгук заводит мотор и будто невзначай бросает:       — Сегодня ты идёшь ко мне знакомиться с моими родителями, — он говорит это так спокойно, будто ничего особенного.       Тэхён резко поворачивается к нему и шокированно распахивает глаза.       — Какие ещё родители? — с дрожью в голосе спрашивает Тэхён, чувствуя, как все внутренности холодеют от страха. — Ты с ума сошёл? Я не готов, нет, точно не сегодня.       Тэхён вспоминает, как пару дней назад Чонгук вскользь говорил о том, что хотел бы познакомить его со своими родителями, но не думал, что это будет так скоро.       — Колокольчик, — тепло улыбается Чон и мягко берёт его ладони в свои, — не переживай, ты им понравишься.       — Ты ведь говорил, что они не знают о том, что ты гей, — хмурится Тэхён.       — Сегодня утром я им во всём признался, и они восприняли эту информацию абсолютно спокойно. Я им рассказал о тебе, и они с радостью согласились с тобой познакомиться.       — Боже, почему именно сегодня? Я не готов, — на его лице появляется страдальческая гримаса, а взгляд, устремлённый на Чона, полон мольбы. Однако того, видимо, ничего не сможет переубедить.       — Нет уж, — машет головой Чон, — ты познакомишься с ними сегодня, и это не обсуждается.       Чонгук быстро чмокает его в нос, отстраняется и, пока Тэхён не сбежал, давит на газ, направляясь в сторону своего дома.       Тэхёну ничего не остаётся делать, кроме как смириться. Ну не съедят же они его, в конце-то концов. Тем более ему и самому интересно посмотреть на тех людей, которые воспитали такого прекрасного парня.       Квартира Чонгука находится в элитном районе города — в самом его центре. Поднимаясь туда на полностью зеркальном лифте, Тэхён чувствует себя лишним. Все люди, встречающиеся ему на пути, выглядят солидно и дорого, а он в своей старой худи и грязных джинсах походит скорее на бомжа. Но это ещё ничего, вот когда они входят внутрь Чонгукова жилища, вот тут-то Тэхён не может сдержать потрясённого вздоха.       Квартира Чонгука, если её можно так назвать, — а по мнению Тэхёна, это целый дворец, — просто огромная. Просторный холл с выкрашенными в светло-серый цвет стенами размером с весь первый этаж дома Кима. Он оглядывает его, чуть ли не раскрыв рот, а затем, неосознанно скинув обувь, без приглашения идёт внутрь. Следующая комната, куда он попадает, судя по всему, гостиная, не менее впечатляющая. Стены такого же серого цвета, из мебели огромный чёрный угловой диван, такого же цвета кофейный столик, большой телевизор, висящий на стене, а на полу пушистый белый ковёр. Но не это привлекает внимание Тэхёна, а большие панорамные окна во всю дальнюю стену. Он сразу идёт к ним и замирает. Вид города с двадцать пятого этажа завораживает. Тэхён смотрит на него горящим взглядом, чувствуя, как перехватывает дыхание от страха. Вот это да. Он никогда не бывал на такой высоте. В голову сразу приходит мысль о том, что ночью здесь наверняка невероятно красиво.       — Чувствуй себя как дома, — раздаётся позади голос Чонгука. Тэхён бросает на него взгляд через плечо и усмехается. Как дома почувствовать себя здесь у него вряд ли получится. Слишком уж дорого и стильно выглядит эта квартира для него.       — Идём ко мне в комнату. Я дам тебе вещи, чтобы ты мог переодеться, — Чонгук многозначительно смотрит на его испачканные штаны, на что Ким кивает, понимая, что в таком виде предстать перед его родителями не сможет.       Чонгук выходит из гостиной — Тэхён идёт следом.       Пока они шли по коридору к самой дальней комнате, Тэхён устал считать, сколько их вообще тут — этих комнат. Кажется, шесть или семь.       — Тебе комфортно жить одному в такой огромной квартире? — всё же не сдержавшись, интересуется Тэхён.       — Я уже привык, — смеётся Чонгук и более серьёзно добавляет: — Но я был бы не против, если бы здесь поселился один очень милый синеволосый парень.       Лицо тут же заливается краской от такого непрозрачного намёка. Они уже как-то говорили об этом, но Тэхён сказал, что если и переедет к нему, то явно очень не скоро.       — Интересно, кто же это? — прикинувшись дурачком, хмыкает Ким.       — Даже не знаю, — издевательски тянет Чонгук, а затем открывает дверь, судя по всему, в свою комнату, — проходи.       Спальня Чонгука, как и вся его квартира, огромная. На удивление, из мебели здесь практически ничего нет, лишь большая двуспальная кровать у стены с металлическим изголовьем, застеленная чёрным шёлковым бельём, и две тумбы по краям от неё. Стены такие же светло-серые, и ещё две дополнительные двери, ведущие, судя по всему, в гардеробную и ванную. Привлекают внимание всё те же огромные панорамные окна без штор. Неудивительно, что Чонгук просыпается рано. Наверняка из-за палящего в окно солнца спать здесь подолгу невозможно.       — Сейчас принесу тебе одежду, — обернувшись, Тэхён наблюдает за тем, как он удаляется в сторону гардеробной, и, как только тот скрывается за дверью, идёт к окну.       Невероятно. Тэхён рад был бы жить в такой квартире. Он представляет, как, наверное, хорошо сидеть тут вечером на какой-нибудь мягкой подушке, смотреть на ночные огни города, пить горячий чай и слушать музыку. Расслабляться и забывать обо всём на свете. А потом, устав от этого, скинуть с себя одежду и полностью обнажённым развалиться на этой огромной кровати и сладко уснуть. Эх, мечты. Хотя он может это сделать: ему стоит лишь сказать Чонгуку, что он хочет здесь жить, как тот с радостью даст ему запасной комплект ключей. Но как бы ни хотелось сделать это, ещё не время. Позже, возможно, через год или два.       — Вот брюки и футболка, они мне малы, поэтому, думаю, тебе будет в самый раз, — Чонгук подходит к нему и передаёт одежду. — В ванной есть полотенце, можешь принять душ.       — Хорошо, — Тэхён чувствует себя немного неловко, оттого что находится в чужой квартире, а Чонгука, кажется, ничего не смущает. Он подходит ближе, нежно целует в губы, а затем, улыбнувшись, покидает комнату.       Тэхён улыбается, как дурак, и, ощущая в груди до ужаса приятный трепет, идёт в сторону ванной.       После душа Тэхён надевает любезно предоставленные ему белую футболку и чёрные брюки, и да, Чонгук прав, они действительно по размеру. Обтирая влажные волосы полотенцем, Ким выходит из ванной и чувствует приятный запах еды. Живот скручивает от голода, отчего он гулко сглатывает внезапно скопившуюся во рту слюну. Есть хочется дико. Отбросив полотенце на кровать, Тэхён идёт искать источник этого божественного аромата.       Войдя на кухню, он застывает в дверях, взглядом скользя по Чонгуку, стоящему около плиты. Он знает, что тот умеет готовить, но никогда не видел этого своими глазами. Высокий стройный парень с широкими накаченными плечами и в фартуке на фоне чёрного кухонного гарнитура выглядит потрясно. Жаль только, не обнажённый. От этой мысли щёки заливает румянец. Он вообще слишком часто в последнее время стал думать о том, как же выглядит голое тело Чонгука. И ему не только интересно его увидеть, а ещё и хочется потрогать. Но, к сожалению, за весь этот месяц чего-то большего, чем поцелуи, у них не было.       Тэхён — девственник, но прекрасно знает, что такое секс и с чем его едят. Он всё же подросток, которому нужно было как-то снимать напряжение. Поэтому он часто смотрел гей-порно, запершись в ванной, и дрочил. Он представлял себя на месте парня снизу и всегда хотел попробовать так же, но у него не было молодого человека. Однако теперь у него есть Чонгук, вот только на данный момент в их отношениях на секс даже намёка нет. Тэхёну уже не терпится, когда же они перейдут эту грань, и он наконец сможет испытать на себе все прелести занятия любовью. Это наверняка намного круче, чем в бесчувственной порнухе.       Поняв, что мысли идут куда-то в запретном и неуместном на данный момент направлении, Тэхён встряхивает головой и, подойдя к кухонному островку, садится на один из барных стульев.       — Ну не мужчина, а мечта, — вздыхает Тэхён, подперев голову рукой.       Чонгук оборачивается и приподнимает брови.       — Это ты про меня? — искренне удивляется Чон и снова возвращает внимание к плите.       — Конечно, — всё так же вздыхает Тэхён, смотря на то, как перекатываются мышцы под тонкой тканью чёрной футболки на его спине. — Красивый, добрый, умный, прекрасно шутит, красиво ухаживает, заботится, готовит, шикарно целуется — разве не мечта?       Тэхён слышит сдавленный смешок, сорвавшийся с губ Чонгука, и сам не сдерживает улыбки. Говорить комплименты до жути непривычно, но так приятно. Да и он бы мог говорить их Чонгуку сутками, потому что тот заслужил каждый из них.       — Не смущай меня, Колокольчик.       Чонгук откладывает приборы и подходит к Тэхёну, встав меж его разведённых в стороны коленей. Он нежно берёт его лицо в ладони и целует. Но не как обычно — нежно, а более глубоко и чувственно, отчего по телу тут же бегут мурашки. Эти губы, боже, — Тэхён их обожает.       — Я люблю тебя, Колокольчик, — шепчет в самые губы, пуская по телу дрожь.       — Я тоже тебя люблю, моя мечта, — отвечает Ким и, стараясь как можно скорее скрыть смущение, обнимает его за плечи, уткнувшись носом ему в шею.       Он вдыхает аромат его кожи и с наслаждением выдыхает. Чонгук не пользуется парфюмом, и от него всегда так приятно пахнет именно его природным запахом, что Тэхён надышаться не может. Даже это в нём особенно. Чонгук вообще особенный — таких, как он, не существует больше, сколько ни ищи.       — Я бы с удовольствием только и делал, что целовал тебя, но, к сожалению, через час придут мои родители, и мне нужно закончить с ужином, — с нотками сожаления в голосе произносит Чон, отстраняясь.       — Тогда, если ты позволишь, я не буду помогать, а просто посмотрю на тебя со стороны, — улыбается Тэхён.       — Конечно, — чмокнув его в нос, отвечает Чон, — только не раздевай меня глазами, а то я весь горю, когда ты так пристально на меня смотришь.       Подмигнув, Чон отходит к плите и возвращается к готовке.       Внизу живота от этих слов оживают бабочки, ведь это первый раз, когда Чонгук сказал столь двусмысленную фразу. Возможно, в скором времени их отношения всё же выйдут на новый уровень. Тэхён чуть ли не лопается от радости при этой мысли и даже на стуле ёрзает, стараясь найти более удобную позу. Скоро, совсем скоро у них будет секс. Наверное, эти мысли максимально извращенские, но по-другому и быть не может. Только бесчувственный человек не захотел бы такого парня. И этот парень, чёрт возьми, принадлежит ему — Тэхёну. Ну везунчик.       Час, по мнению Тэхёна, проходит слишком быстро. И вот когда на столе уже были расставлены все блюда, приготовленные Чонгуком, раздаётся звонок в дверь.       — Всё будет хорошо, — подбадривающе сжав его плечо, Чонгук идёт открывать.       Тэхён же чуть ли не трясётся от страха. От того, как сильно он волнуется, его буквально потряхивает, а живот сводит неприятными спазмами. Он искренне надеется, что понравится им.       Шагая неуверенно, Тэхён идёт к двери, ведущей в холл, и наблюдает за ними со стороны. Отец и мама Чонгука очень красивые, и не сказать, что им уже за пятьдесят: они совсем не выглядят на свой возраст. То, как мило они все приветствуют друг друга, улыбаясь и обнимаясь, заставляет Тэхёна поджать губы. Где-то там внутри, в самом сердце, становится больно от осознания того, что в его жизни никогда не было такого и уже не будет. Тэхён видел такие счастливые семьи лишь в дорамах и кино и часто завидовал им, мечтая жить так же. И вот сейчас, глядя на эту семейную идиллию, Тэхён искренне надеется, что сможет стать её частью. Ему хочется, чтобы его так же расцеловывали, как мама Чонгука расцеловывает его щёки; чтобы его так же крепко обнимали, как отец Чонгука обнимает его. Почему у него такого не было? Почему его отец решил, что семья — это крики и рукоприкладство?       Однако долго на эту тему размышлять ему не дают.       — Мам, пап, познакомьтесь, это Тэхён, мой парень, — с гордостью представляет его Чонгук, подойдя ближе. — Тэхён, это моя мама, Чон Гёнхи, и мой отец, Чон Гувон.       — Здравствуйте, — вежливо кланяется Тэхён и смущённо улыбается, а внутри всё замирает, но стоит лишь ему увидеть их тёплые взгляды, как все волнения и нервозность тут же как рукой снимает.       — Какой красивый мальчик, — восхищённо выдыхает мама Чонгука и, в мгновение ока оказавшись рядом, хватает его за лицо, принимаясь целовать в обе щёки.       Тэхён, кажется, становится краснее варёного рака в этот момент от смущения. В душе разливается такое немыслимое тепло, что перехватывает дыхание. Против воли на глазах выступают слёзы, но он крепко зажмуривается и сдерживает их. Даже родная мать никогда так его не целовала. От этой женщины настолько сильно веет добротой и нежностью, что кажется, она может утопить в них весь мир.       — У тебя хороший вкус, сынок, — наконец выпустив Тэхёна из своей хватки, отмечает Гёнхи, посмотрев на Чонгука и подмигнув тому.       — Ну мам, — стонет Чон, обречённо закатив глаза.       — Это факты, сынок, факты, — посмотрев на Тэхёна и поиграв бровями, отвечает Гёнхи, а затем, подмигнув и ему, отходит в сторону.       Перед Тэхёном вырастает высокая и широкоплечая фигура Гувона. «Чонгук очень похож на него», — отмечает про себя Тэхён. Но в отличие от своей жены, он Кима не целует, а лишь вежливо и достаточно крепко пожимает протянутую руку.       — Приятно познакомиться, Тэхён, — сдержанно кивает мужчина, Тэхён отвечает тем же.       — Взаимно.       — Ну всё, идёмте ужинать, — хлопает в ладоши Чон, привлекая к себе внимание, а затем уходит на кухню.       Родители Чонгука оказались очень приятными людьми. Разговоры за столом шли непринуждённые, больше о повседневной жизни, ну и, конечно же, куда без детства Чонгука. Слушая весёлую историю о том, как маленький Чонгук голышом сбежал из дома и бегал по улицам, заставила Тэхёна заливисто смеяться. Он искренне рад за Чона, потому что ему посчастливилось прожить непринуждённое детство обычного ребёнка. Киму же о своём детстве рассказывать было нечего, поэтому он в основном молчал, лишь пару раз ответил на вопросы, обращённые к нему по поводу планов на будущее: окончить школу и поступить в полицейскую академию. Но умолчал о том, что это вовсе не его планы.       Тэхён смотрит на них, на то, как доверительно они общаются друг с другом, и не может избавиться от лёгкого чувства зависти. Он о таком даже и мечтать не может, ведь семьи как таковой у него нет и не было никогда. Он попросту не знает, что такое настоящая семья. Каково это, вот так ужинать со своими родителями и делиться с ними своими планами на неделю и событиями, произошедшими за день. Когда Тэхён сидел за столом со своими родителями, между ними всегда висело напряжение. Никто не разговаривал, а лишь старался как можно скорее поесть и уйти. Ким даже и не вспомнит, общался ли он вообще со своей матерью когда-нибудь так же доверительно, как и Чонгук со своей. Кажется, нет. Она никогда не интересовалась его жизнью, планами и успехами в школе. Ей просто было плевать: её больше интересовал отец и его вечные пьянки. И отец был таким же: только бил и кричал, абсолютно не интересуясь сыном. Только сейчас Тэхён по-настоящему понимает, что жил и живёт в том доме как приложение к мебели. Он для них никогда не был сыном, лишь помехой. Для матери был тем, из-за кого она не могла уйти от тирана, а для отца тем, кто якобы испортил ему жизнь.       Тэхён всю жизнь был сиротой при живых родителях.       — Тэхён? Всё нормально? — шёпот Чонгука у уха заставляет Кима вздрогнуть и вынырнуть из неприятных мыслей. Он вскидывает голову и выдавливает из себя улыбку.       — Да, всё хорошо. Просто задумался.       — Не стоит думать о плохом, — Чон мягко сжимает его ладонь, лежащую на столе, и Тэхён сразу успокаивается.       Действительно, зачем думать о плохом? Прошлое нужно оставлять в прошлом, его, к превеликому сожалению, не изменить. А вот построить счастливое будущее рядом с этим человеком ему под силу.       Отныне Чонгук — его новая семья. Один-единственный человек, который способен заменить ему весь мир, и больше Тэхёну никто не нужен.       Ужин подходит к концу через два часа. Поднявшись со своих мест, Тэхён и Чонгук идут провожать родителей последнего. У двери Гёнхи поочерёдно целует каждого из них в щёки и приглашает в будущем приехать уже к ним в гости, на что получает утвердительный ответ от обоих парней. Гувон крепко пожимает каждому из них руки, а затем они уходят.       — Как тебе мои родители? — захлопнув дверь, Чонгук оборачивается с улыбкой на губах.       — Они потрясающие, — искренне отвечает Тэхён. — Никогда за ужином с семьёй не чувствовал себя настолько комфортно.       — Если хочешь, будем приглашать их почаще, ну или сами к ним ездить, — предлагает Чонгук, подойдя ближе.       — Я буду только за, — улыбается Ким.       Тэхён вскрикивает, когда Чонгук неожиданно подхватывает его под коленями и приподнимает, вынуждая ногами обвить свою талию. Чуть отстранившись, Ким заглядывает ему в лицо с немым вопросом в глазах.       — У нас есть ещё час, который мы можем потратить с пользой, — игриво шепчет Чонгук, дерзко приподняв брови, и, не дав Тэхёну ничего ответить, впивается в его губы жадным поцелуем.       Таким, от которого перехватывает дыхание и ноги подкашиваются. Если бы он сейчас стоял, наверняка бы рухнул от такого напора. Но ему всё нравится. Обнимая Чонгука за плечи, Тэхён отвечает на поцелуй, позволяя ласкать свой рот языком, и тихо, едва заметно стонет. Он прижимается к нему крепче, пока Чонгук несёт его, судя по всему, в спальню, а затем мягко укладывает на кровать, нависая сверху и продолжая целовать. Сейчас это уже не похоже на всё то, что происходило у них на протяжении месяца. Ими обоими медленно овладевает желание и страсть. Тэхён чувствует, как внизу живота нарастает томление, а член остро реагирует на все ласковые касания к своему телу. Чонгук скользит ладонями по его талии к бёдрам и мягко их сжимает. Целует скулы, медленно спускаясь к шее, отчего по коже ползут мурашки. Тэхён путается пальцами в его волосах на затылке, слегка сжимает и снова тянет на себя, вовлекая в несдержанный глубокий поцелуй. Он стонет ему в губы и неосознанно выгибается, чувствуя, как ему в пах упирается напряжённый член Чонгука. От этого желание лишь усиливается — хочется большего, гораздо.       — Можно я кое-что сделаю? — неуверенно шепчет Тэхён ему в губы.       — Конечно, — нежно улыбается Чон и немного отстраняется.       Тэхён приподнимается чуть повыше, садится поудобнее, а затем неуверенно стягивает с Чонгука футболку. Он восторженно выдыхает, когда его взору предстаёт крепкое и накаченное тело с бронзовой кожей. Хочется коснуться его, что он и делает: медленно ведёт пальцами от ключиц вниз к животу, слыша судорожный выдох, сорвавшийся с губ Чонгука. Тэхён склоняется ниже и приникает к его шее чуть влажными губами. Неторопливо целует её, затем ключицы и грудь. Чонгук всё это время сидит, замерев, и дышит через раз.       Тэхён слегка толкает его в плечи, вынуждая лечь на спину, и седлает его бёдра. Их взгляды встречаются, и в том желании и любви, что он видит в чужих глазах, хочется утонуть. Закусив губу, Ким смущённо улыбается, склоняясь ниже. Он целует его живот с выделяющимися кубиками пресса и обводит каждый из них языком.       Это тело просто прекрасно. Его хочется целовать и трогать не переставая.       Тэхён поднимается дорожкой поцелуев выше к ключицам, шее, а затем целует в губы. Напористо и нагло проникает языком ему в рот, а в ответ слышит сдавленный стон. Ладони Чонгука мягко сжимают его талию. Продолжая целовать самые желанные губы на свете, Тэхён двигает бёдрами, потираясь ягодицами о твёрдый член Чонгука. Боже, как же хочется большего. Чтобы тело к телу и полностью обнажёнными.       — Я хочу большего, Чонгук, — задыхаясь, шепчет в самые губы и нежно целует скулы, оглаживая ладонью его грудь и плечи.       — Сегодня вряд ли получится, — едва слышно выдыхает Чон. Хватка на талии усиливается, а лёгкий толчок бёдер пускает по телу новую волну дрожи.       — Я так хочу тебя, Чонгук, — осыпая его шею поцелуями, судорожно шепчет Тэхён, — до дрожи хочу почувствовать тебя в себе и забыть об этой чёртовой реальности.       Чонгук прикрывает веки, до боли закусив губу. Эти слова Тэхёна сводят его с ума. Он бы с удовольствием воплотил все его желания в жизнь, но Ким ещё не готов. Он ведь девственник, и ему нужна долгая подготовка.       Чонгук покрепче хватает Тэхёна за талию и, резко перевернув, оказывается сверху. Смотрит в глаза, нежно поглаживая щеку большим пальцем.       — Я тоже очень сильно хочу тебя, Колокольчик. Но тебе нужна подготовка, а у нас нет столько времени, — с лёгким сожалением в голосе отвечает Чон.       Тэхён льнёт к его ладони и тихо вздыхает. Чонгук прав. Ким и сам прекрасно знает о том, что для пассива секс — не такое уж и простое занятие. Он ведь читал об этом и даже как-то пытался подготовиться, просто чтобы понять, как вообще всё это происходит. На это у него ушло около часа. Сейчас у них этого времени просто нет. Поэтому сегодня точно ничего не получится, но в следующий раз, Тэхён обещает сам себе, у них обязательно будет секс. Он хочет Чонгука до безумия и терпеть больше не сможет.       — Хорошо, — соглашается Ким, — но обещай мне, что в ближайшее время я лишусь с тобой девственности.       Тэхён серьёзно хмурится и поджимает губы, смотря на Чонгука. Тот улыбается и машет головой.       — Когда ты стал таким смелым и пошлым? — удивляется Чон, разглядывая его лицо так, словно правда видит впервые.       — Когда встретил тебя и влюбился, — парирует Ким, дерзко улыбнувшись и подмигнув.       — Мне это нравится, — поиграв бровями, отвечает Чон.       Они оба начинают смеяться. Чонгук скатывается с него и крепко прижимает к своему боку. Тэхён утыкается носом ему в шею, вдыхает самый прекрасный на свете запах и счастливо улыбается. Так хорошо сейчас здесь, в этом моменте. Когда Чонгук рядом, Тэхён будто и забывает о том, что существует убогая реальность.       Чонгук — его маленький мир, наполненный самыми яркими красками.

***

      Тэхён прекрасно знает, что скопления народа его пугают, но, несмотря на это, спустя три дня после ужина с родителями напросился с Чонгуком на вечеринку. Он столько раз слышал от него о его друге Хосоке и о весёлых попойках вместе с ним, что и сам загорелся желанием побывать на одной из таких вечеринок. Чонгук поначалу очень усиленно отнекивался и говорил, что ему станет плохо, но Тэхён смог его уговорить, состроив самую милую гримасу и чуть ли не умоляя. Сейчас, входя внутрь не менее роскошной, чем у Чонгука, квартиры, Тэхён нервно сглатывает. Громкие голоса, смех и музыка тут же больно бьют по ушам, вынуждая крепче вцепиться в ладонь Чона. Страшно, но он старается себя контролировать, следуя за Чонгуком в сторону диванов в центре гостиной.       — Привет, Хос, — бодро приветствует Чон темноволосого парня, вальяжно развалившегося на диване, который при виде друга тут же выпрямляется и растягивает губы в широкой улыбке. Выглядит вполне милым. — Смотри, кого я сегодня с собой привёл.       Чонгук притягивает Кима чуть ближе, вынуждая встать прямо напротив своего друга. Тэхён поднимает взгляд и немного смущённо улыбается, чувствуя себя очень неуютно от того, с каким интересом его разглядывают.       — Неужели это тот самый Тэхён, от которого у моего друга в хорошем смысле поехала крыша? — по-доброму усмехается Хосок и, выпрямившись, протягивает руку, которую Тэхён немного неуверенно пожимает в ответ. — Я Хосок — единственный и самый неповторимый друг твоего парня.       Чонгук, услышав это, лишь закатывает глаза и садится на диван.       — Очень приятно, — кивает Ким и осторожно садится на диван рядом с Чонгуком поближе к нему, прижавшись к его боку так, чтобы не терять ощущения любимого покоя, особенно в такой непривычной для него атмосфере.       — Не ожидал, что у моего друга такой шикарный вкус, — хмыкает Хосок, искоса глянув на Чона. На что тот лишь злобно зыркает в ответ, а Хосок сдавленно смеётся, приподняв руки в защищающемся жесте: — Молчу-молчу.       Дальше вечер проходит в относительно спокойной и, можно даже сказать, приятной атмосфере. За столом говорят в основном Чонгук и Хосок, а Тэхён же просто внимательно и с интересом слушает их весёлые истории, сам иногда улыбаясь. Прислонившись головой к крепкому плечу своего парня, он тихо вздыхает. Музыка и громкие голоса его уже не беспокоят, а вот ощущение третьего лишнего в этой компании — очень даже. В душе такое неприятное чувство зарождается, щемящее от лёгкой обиды. Он словно не в своей тарелке. Казалось бы, всё хорошо, и Чон даже иногда обращается к нему, как и Хосок, стараясь втянуть в разговор. Но Тэхён понимает, что ему совсем нечего сказать. В его жизни попросту не происходило и не происходит ничего интересного, чем бы можно было поделиться. И даже их темы он поддержать не может. Поэтому он понимает, что причина лишь в нём, и от этого становится ещё хуже.       Немного отстранившись, Тэхён склоняется ближе к уху Чона.       — Мне нужно в туалет, — тихо шепчет.       — Прямо по коридору вторая дверь справа, — кивает Чон и нежно улыбается. Тэхён едва заметно улыбается в ответ и, поднявшись на ноги, уходит.       Войдя в ванную, Тэхён открывает кран и, смочив ладони в холодной воде, протирает ими лицо, слегка похлопывая по щекам. Смотрит в отражение и морщится. Потому что раздражает сам себя. Столько просился сюда, хотел провести время с Чонгуком в немного другой атмосфере, и сам же всё портит своей глупой неуверенностью. А это именно она и есть. Возможно, ему и есть что сказать, просто он боится быть непонятным, не Чонгуком, нет, а именно Хосоком, незнакомым человеком, оттого и молчит. Он ведь не умеет обращаться с людьми, совсем, и всегда опасается, что может сказать что-то лишнее. Неудивительно, что у него никогда не было друзей.       Он смотрит так на себя ещё с минуту, а затем, протерев руки бумажным полотенцем, покидает ванную комнату с намерением попросить Чона отвезти его домой. Не готов он ещё выбираться в люди. Он только к Чонгуку привык, и ему нужно больше времени настроить себя на то, что и с другими людьми рано или поздно ему придётся контактировать и общаться. Только вот, судя по всему, дастся это ему ох как нелегко. Но ничего, нужно лишь верить в себя, и всё обязательно получится. А Чонгук, он уверен, поможет ему в этом.       Не успевает Тэхён сделать и пары шагов, как его кто-то грубо хватает за руку и отпихивает к стене коридора. Довольно болезненно ударившись спиной, Ким морщится и поднимает недовольный взгляд на симпатичного светловолосого парня, который глядит на него в ответ с ненавистью и лёгким непониманием в глазах. От этого Тэхён хмурится лишь сильнее, потому что знать не знает этого человека, и чем провинился перед ним — не понимает.       — Ты кто такой? — злобно рычит парень, приблизившись к Тэхёну практически вплотную.       — В каком смысле? — недоумённо интересуется Ким, выпрямившись.       — Не строй из себя дебила, — фыркает светловолосый, смерив Тэхёна взглядом, полным презрения, — какого хрена ты пришёл сюда с Чонгуком и весь вечер сидишь рядом с ним?       — Ах, это, — наконец доходит до Тэхёна смысл его вопроса, вот только теперь появляется вопрос уже у него: кто это такой, чёрт возьми, и какое ему дело до Чона? — Я не думаю, что хочу делиться с Вами этой информацией.       Глаза парня недобро сужаются, и кажется, если бы взглядом можно было убить, то Тэхён бы уже упал замертво.       — Ещё раз спрашиваю, кто ты такой и почему пришёл сюда с Чонгуком? — уже шипит парень, тяжело дыша. Он так сильно злится, что начинает пугать и вынуждает напрячься. Его воинственный вид явно намекает на то, что тот готов буквально прямо сейчас наброситься на Тэхёна и выцарапать ему глаза.       — Это мой парень, — громкий и словно стальной голос Чонгука вынуждает их обоих вздрогнуть и резко повернуть головы в его сторону. Тот, приближаясь к ним, выглядит очень серьёзным. Остановивший его парень потеряно моргает, смотря на Чона, а Тэхён выдыхает с облегчением, наконец расслабившись.       — В каком смысле «парень»? — растерянно мямлит тот, глядя то на Кима, то на Чона. Последний же дерзко ухмыляется и, подойдя ближе, обнимает Тэхёна за плечи одной рукой, крепко прижав к своему боку.       — В прямом смысле, Инсон. Это мой парень, и советую тебе больше к нему не подходить, иначе ты и вовсе лишишься этой полезной функции.       Злость в голосе Чона немного напрягает Тэхёна. Откуда между ними такая неприязнь? Исподлобья глянув на не менее гневного парня напротив, он пытается понять, кто они друг другу, и, кажется, начинает догадываться. Однако поспешных выводов не делает, решив дождаться объяснений от Чонгука.       — Ну ты и ублюдок, Чонгук, — презрительно фыркает Инсон, смерив Чона взглядом, полным ненависти, — желаю вам несчастья.       После этого парень гордо вздёргивает подбородок, напоследок смеряет Тэхёна недовольным взглядом, а затем, развернувшись на пятках, уходит в сторону гостиной. Тэхён, провожая его взглядом, потеряно моргает.       — Кто это такой? — чуть отстранившись и заглянув Чонгуку в лицо, интересуется Ким, сведя брови к переносице.       — Прости, пожалуйста, его, — виновато поджимает губы Чон. — Это мой бывший парень, который считает, что мы всё ещё вместе.       — А вы точно не вместе? Потому что мне показалось, что всё совсем наоборот, — едва слышно выдыхает Тэхён, чувствуя, как сердце в этот момент замирает. Не мог ведь Чонгук обманывать его всё это время. Невозможно настолько умело притворяться и играть влюблённого.       — Нет, ты что, — достаточно громко восклицает Чон, покачав головой. Он нежно берёт его лицо в ладони и с очень серьёзным видом смотрит ему в глаза: — Я люблю тебя настолько сильно, что даже мира вокруг не замечаю, потому что перед моими глазами стоит лишь твой образ. Ты — мой мир, Тэхён, отныне и навсегда. Я не хочу, чтобы ты хоть на мгновение сомневался в этом.       Искренность в его голосе внушает уверенность. Тэхён чувствует себя глупцом. Как вообще он мог в нём усомниться? Чонгук ведь не такой — он бы никогда с ним так не поступил.       — Я верю тебе, — Тэхён кладёт свои ладони поверх его и нежно улыбается, — я тоже тебя люблю. Прости, что усомнился в тебе даже на мгновение.       — Не извиняйся, — качает головой Чон, наконец улыбнувшись, — я бы тоже так отреагировал.       — Отвезёшь меня домой? — тихо просит Тэхён.       — У тебя есть ещё час, ты уверен, что хочешь домой? — с беспокойством интересуется Чонгук, прекрасно зная, как Тэхён не любит сидеть дома в одиночестве.       — Да, я немного устал от шума и хочу побыть в тишине, — кивает Тэхён, и Чонгук соглашается. Он нежно целует его в губы, а затем, взяв ладонь Кима в свою, ведёт за собой на выход из квартиры.       Когда автомобиль Чонгука паркуется около дома Кимов, Тэхён поворачивается к нему и искренне, но немного устало улыбается.       — Спасибо тебе за этот вечер. Но больше, пожалуй, я на вечеринки ходить не буду, — сдавленно смеётся Тэхён.       — Не понравилось? — понимающе кивает Чонгук, улыбнувшись в ответ.       — Не особо, — соглашается Ким. — Думаю, рано мне ещё ходить на такие мероприятия.       — Хорошо. Тогда в следующий раз обязательно съездим куда-нибудь, только уже вдвоём.       — Я абсолютно не против.       Потянувшись друг другу навстречу, они нежно целуются на прощание. Тэхён крепко обнимает его, уткнувшись носом тому в шею, вдыхает любимый запах, а затем, отстранившись, выходит из машины. У двери обернувшись, он с улыбкой машет ему и, получив в ответ самую тёплую и любимую улыбку, заходит в дом.       Отца, судя по всему, снова нет, и это радует. Поднимаясь в свою комнату, Тэхён улыбается, вспоминая слова Чонгука, сказанные им часом ранее, и понимает, что чувствует то же самое.       Прослушав голосовое сообщение Чонгука с пожеланием спокойной ночи, Тэхён ложится спать лишь с одной мыслью в голове: Чонгук заставил его почувствовать себя единственно важным человеком в этом огромном мире.