Illi cogitabant...

«Кто-то хитрый и большой наблюдает за тобой», — неожиданно громко вырвавшись из наушника, прозвучало в тишине спальни. — Что за старье вообще? Ты ничего получше послушать не нашел? — Максим смотрел на друга презрительно. — А что, «ЧайФ» — прикольная группа, — заявил Артем, но все же выключил плеер. — Я тут такую историю страшную слышал, закачаешься! — вмешался в разговор Ромка, третий из присутствующих в комнате парней. — В одном маленьком городишке, в глухомани, ну, примерно как у нас здесь, стала появляться огромная черная собака. И кто ее увидит, умирает от разрыва сердца… Он замолчал, потому что тут с улицы, словно специально дождавшись этого момента, донесся вой. Слушатели вздрогнули. Парни переглянулись, а трое сидящие на кровати девушки — блондинка, брюнетка и шатенка — испуганно прижались друг к другу. — Жуть какая. Что она воет? — тихо проговорила брюнетка. Комната была едва освещена ночником, а из окна лился тревожный белесый лунный свет, не разгоняющий, а скорее сгущающий сумрак, наполняющий его таинственными тенями. — Крови жаждет. Как в Ромкиной истории, — ответил Максим, пожалуй, самый симпатичный из парней, если, конечно, не замечать пересекающий правую щеку шрам. — Это же графская собака-людоед. — Какая-какая? — переспросила шатенка, сжав тонкими пальцами краешек покрывала. В темноте все страшные истории звучат совершенно по-другому, чем при свете дня, и даже закоренелые скептики, не верящие в привидений и прочую чертовщину, невольно поддаются влиянию обстановки. — Ну, графа Щербатова. Наша школа находится как раз в его усадьбе, — парень криво улыбнулся. Вдалеке снова завыли — теперь совсем глухо, едва слышно. — Граф Щербатов умер после революции! — громко сказала брюнетка и, встав с кровати, подошла к окну. Слабо освещенный школьный двор белел январским снегом, на горизонте едва виднелись темные силуэты деревьев — больше тут и не увидишь. И вправду глухомань глухоманью… — Конечно, умер, Вика. Как же не умер! — заверил Макс, незаметно подмигивая Темычу. — Но перед смертью зарыл в лесу сокровища и посадил собаку их охранять. — А она снюхалась с волками, и с тех пор ее детки жрут всех, кто шарится в лесу, — охотно подхватил Артем. — Деревенских всех уже почти пожрали, вот теперь к нашей школе примеряются… Он замолчал и с интересом поглядел на девчонок. И сидевшая на кровати блондинка, шатенка и брюнетка, Вика, стоящая у окна, смотрели с явным ужасом. Темка попытался придать лицу загадочно-испуганное выражение, судорожно думая, что бы еще присочинить, но тут Максим все испортил. — Вы че, правда купились? — спросил он, смеясь. — Что, и ты, Маришка?.. Шатенка нахмурилась и вдруг, выхватив из-под головы подушку, замахнулась на шутничка: — А ну, брысь отсюда, юмористы! Вы еще про хомячка-вампира нам расскажите! Парни довольно переглянулись. — А что, — обрадовался Ромка, — тут деревенские зайца-мутанта видели. Двухголового. А зубищи — во! — он развел руками, демонстрируя размер клыков, которые могли бы украсить пасть не то что зайца, а какого-нибудь саблезубого тигра. — Идите, идите, мы и вправду засиделись, — Вика шагнула от окна, выпроваживая парней. — А то нагрянут с проверкой… И вообще завтра — первый в новом полугодии учебный день, — девушка широко зевнула. — Кто о чем, а Вика об учебе! — усмехнулся Макс. — Ну ладно, пойдемте, а то новенький там без нас наверняка заскучал. Как его там?.. — Андрейка, кажется. Ой, что же мы стоим?! Он же еще про графскую собаку не знает! Барышни, мы уходим, но мысленно остаемся с вами! — Ромка шутовски поклонился. Последним из комнаты девушек вышел Тема, задумчиво теребя в руках плеер. — Знаешь, такое странное чувство… — Вика в задумчивости остановилась у своей кровати. — Мне все казалось, будто за нами и вправду кто-то наблюдает… — Это тебя парни напугали, — Даша расправила одеяло и с удовольствием нырнула в теплую кровать.

***

Ребят утром перед первым уроком сидели внизу на диване. Мимо проходит Иван Савельевич весь в своих мыслях, и не удивительно, что он врезался в Макса, в результате чего рассыпал все бумаги, что нес в руках. — Здравствуйте, Иван Савельевич, — нестройным хором приветствовали мы его собравшиеся. Историк, кажется, даже не сразу понял, кто с ним говорит и почему он здесь оказался. По крайней мере он удивленно заморгал, встряхнул седой головой и только после этого пробормотал: — Здравствуйте, ребята. Тем временем Вика поспешно подняла и отдала учителю оброненные бумаги. — Спасибо, Вика, — сказал историк. — Вам спасибо, — Вика чуть понизила голос — не то чтобы у нее были от друзей какие-то тайны, но и афишировать прошлое тоже не хотелось. — За ту пятерку в прошлом полугодии. Она меня спасла! Вы же знаете, мама не может платить за мое обучение, приходится рассчитывать только на грант… Вика смутилась. Это была абсолютная правда. Большинство учеников «Логоса» — дети весьма и весьма обеспеченных родителей. Например, мама Даши — популярная киноактриса, а отец Максима — известный бизнесмен и школьный спонсор. Я же сюда попала за счет бабушки, которая работает в школе завхозом. За таких детей в бюджет «Логоса» регулярно поступали значительные денежные отчисления. Однако случались и исключения, когда в закрытую школу принимали бесплатно — на спонсорские деньги — грант — небогатых, но одаренных учеников. Разумеется, каждое из таких мест ценилось едва ли не на вес золота, и вылететь с него было проще простого. Как раз в прошлом полугодии Вика близко подошла к самому краю пропасти, наляпав в тесте по истории целых две грубых ошибки, это она мне так сказала. «Я исправлюсь, я дотяну, вот увидите!» — пообещала она Ивану Савельевичу, — Мы с Дашей и Мариной собираемся к вам на факультатив, — тем временем бодро продолжала Вика. — Да?.. — Даша удивленно взглянула на подругу, перевела взгляд на Савельича и тут же поспешно заверила: — Ну да, обязательно! — я же на это покивала головой, мысленно убивая Вику, вот меня мои оценки устраивают, да и на доп.занятия идти к сумасшедшему историку не хотелось. Но историк не оценил ее внезапного энтузиазма, к моему счастью. — Простите, девочки, факультатива не будет, — объявил он, перекладывая карту из одной широкой ладони в другую. — Но почему? — Я… — Савельичу, похоже, становилось все больше не по себе. — Мне нужно идти. Я вам потом все объясню… Не здесь… — Совсем из ума выжил! — покачал головой Ромка, глядя в удаляющуюся широкую спину Савельича. — Хотя, честно говоря, он всегда того… не в своем уме был. — Зато учитель он хороший! — тут же вступилась Вика. — Таких специалистов во всей Москве не отыскать. А еще он здесь со времен детдома работает. В советские времена ведь тут детский дом был, помните?.. — Вот и воспитывал бы своих пионеров, — ухмыльнулся Макс. — Ну что, погнали, Байрон небось уже заждался!.. Байроном в школе называли, конечно, преподавателя русского и литературы. Вел эти предметы сам директор, Виктор Николаевич Поляков.

***

Входя в класс, где уже собрались ученики, Даша невольно посмотрела на новенького, Андрея, на что я закатила глаза, ведь всем известно, что она встречается с Морозовым, а тут этот новенький. Вошедшие уселись на свои места, и начался урок. Вводный урок Виктор Николаевич решил посвятить беседе. — Давайте поговорим о том, как важно быть успешным, — произнес он, остановившись у окна, из которого открывался вид на засыпанный мягким снегом, еще почти не истоптанный детскими ногами школьный двор. Успех — вот главная цель в жизни каждого человека! И у вас есть все, чтобы его достигнуть. Ваши родители дали вам все возможности, чтобы вы стали лучшими из лучших. И вы тоже достигнете успеха, чего бы это ни стоило. Я верно говорю? — Еще бы! — с готовностью согласился Максим. Он сидел, откинувшись на спинку стула, далеко выставив в проход длинные ноги. — Ты — или первый, или — никто, и звать тебя никак. Даша не была так в этом уверена и покосилась на Вику. — А как быть тем, у кого таких возможностей нет? — спросила она громко. Спорить с Байроном и Максом вовсе не хотелось, но и Вику обижать не следует. Вон сидит как на иголках. — Ты че, защитница лузеров, что ли? — подал реплику Темка. — А те, у кого изначально нет возможностей, должны быть еще жестче. Им нужно расталкивать конкурентов и идти по их головам. Или, как заметил Максим, они так и останутся никем. Цель оправдывает средства. Я прав? Поляков окинул учеников внимательным взглядом. Вот они перед ним — такие разные, но на лицах — непонимание и самодовольство. Большая часть этих ребят выросла в тепличных условиях, но родители их зубами прогрызали себе жизненную дорогу, и ребятам кажется, что так и нужно, кто сильней — тот и прав. А вот Андрей Авдеев, уже хлебнувший горя из-за смерти родителей, его, кстати, подопечный, опустил голову. Сразу видно: не согласен. В принципе как и я. Родителей у меня нет, только бабушка, и то у нее проблемы с сердцем. — Андрей, ты согласен со мной? — спросил директор, провоцируя. — Нет. Не согласен! По-моему, это бред! — тут же вскинулся Авдеев. Виктор Николаевич улыбнулся. Похоже, он прав: из парня будет прок. — Интересное мнение. Обоснуешь? — подал директор свою реплику. — Если ради успеха надо идти по головам, это не для меня. И никакая цель этого не оправдывает! — ответил Андрей, и Даша тепло улыбнулась. — Ну слава богу! — Виктор принялся ходить между партами. — Хоть один здравомыслящий человек нашелся — на весь класс! Андрей прав. Цель далеко не всегда оправдывает средства. Мне неважно, станете вы лучшими или нет. Моя главная задача — чтобы вы выросли порядочными людьми. Ребятам на миг показалось, что в классе происходит нечто важное, но звонок на перемену развеял всю магию.