Tha way from Italy to his heart

— Сегодня мы собрали чуть ли не рекордное количество людей! — радовался Сынмин, упаковывая свои барабанные палочки. — Ты был великолепен, Хо. Вокалист обернулся на своего друга. — Действительно... — Хэй, ну ты чего? Тебя что, так сильно зацепил тот парень? — Ну как он мог уйти прямо после первой песни! И, главное, увижу ли я его ещё раз... Он не был похож на местного... Ким подошёл к нему и слегка толкнул в плечо. — Не переживай. Если такова судьба, то вы ещё не раз встретитесь. Давай лучше пересчитаем деньги! — И то верно, — воодушевился Ли, присаживаясь на ближайшую скамейку и раскрывая их шляпу. — Ничего себе! — офигел Сынмин. — Тут так много купюр... Минхо стал внимательно перебирать бумажки, в надежде отличить ту, что кинул тот незнакомец. — Стоп. Он что, реально кинул 200 евро?! — в один голос спросили парни, обнаружив фиолетовую бумажку среди других. — Хей, а ты смотри-ка, — указал Сынмин на неё, — тут тебе послание оставили. — Шутишь. — Не-а, — он протянул Ли купюру, на которой что-то было написано. — Завтра, 20:00, памятник Джузеппе Гарибальди, — прочитал вслух Минхо написанную наспех записку. — У-у-у, да тебя похоже тот незнакомец на свидание позвал, — усмехнулся Сынмин, хитро поглядывая на Ли. Глаза Минхо аж загорелись от осознания этого. Ему захотелось, чтобы это время наступило как можно скорее. — Ай-й, до туда же идти около двух часов, ещё и в холм взбираться... — Ничего, справишься, ленивая ты задница, — подстёгивал его Ким, надевая свою сумку с музыкальным принадлежностями на плечи. — А парень знает толк в выборе мест. Именно оттуда открывается шикарный вид на закатную Италию... Минхо всё ещё сидел и внимательно изучал купюру в своих руках и не мог понять, а не сон ли всё это. Она казалась такой нереальной, что словно он её действительно выдумал и сидит сейчас как дурак с пустыми руками на улице. Но не мог же он вместе с Кимом одинаково сойти с ума под летним солнцем. Значит точно настоящая. Ладно. Была не была. Он аккуратно сложил купюру в свой кошелёк и поднялся с лавки, намереваясь завалиться скорее в их с Кимом съёмную квартиру и хорошенько отдохнуть перед завтрашним днём. Они покинули ночную площадь, напевая себе под нос итальянские мотивы и громко смеясь, вспоминая сегодняшний день. ~ — ТЫ СОБРАЛСЯ СДЕЛАТЬ ЧТО?! — очень удивился Чан, выслушав идею Джисона. — Погоди... То есть я правильно понимаю, что ты решил оставить свою квартиру в Сеуле, просрать билет на завтрашний самолёт и просто взять да переехать в Рим чисто из-за одного музыканта, которого ты знать не знаешь? Поправь меня, если я где-то ошибся. — Ну... В целом ты правильно всё изложил, — неловко почесал затылок Хан. — Да ну ребят, Вы чего, это же не криминальная затея! Ну, не срастётся у меня с ним, вернусь, что тут такого? Может я к нему присоединюсь и буду писать им музыку для собственных песен. — Хм... А что, звучит как идея? — задумался Хёнджин. — Крис, а может он и прав. Сам подумай, когда у него была хоть одна разумная идея? Вот именно, никогда, однако все его прошлые затеи оказывались просто гениальными. Может и из этой что-то да выйдет для него. — Ох, Джисон... Иногда твой мозг просто поражает меня. — Да всё в порядке будет, ребята, завтра летите без меня, а я, если уж что, улечу на следующий день. Денег у меня не мало, как-нибудь справлюсь. Да и вы сами слышали, как он пел... Ну как тут не влюбиться и не попытаться? — А ты уже и влюбиться успел? — с улыбкой спросили друзья. — Никто ещё не отменял судьбу и любовь с первого взгляда! А в нашем случае вообще с первой ноты. — Смотри, чувак. Если вдруг у тебя тут всё сложится, то жди меня, — сказал Хван, закидывая себе в рот новую партию чипсов. — Я прихвачу с собой гитару, ноутбук, переоформлюсь на работе и буду жить вместе с вами под солнечным небом Италии. Позднее может куплю где-то вдали дом с виноградниками и открою свою собственную винодельню, — уже размечтался Хёнджин, грезя о светлом будущем. — И ты, Брут... — покачал головой Чан, которого оба уже без задней мысли решили оставить одного в Корее. — И ты, Чан, тоже переезжай. А чем не вариант? Ты же не привязан к одному месту, так что какая разница, где жить и работать? — предлагал Джисон, стараясь перетянуть за собой ещё и близких друзей. Нет, ну а что? С ними даже лучше будет. — Вот умеешь же ты втянуть нас в свои авантюры, Джисон. Чёрт с тобой, оставайся, — улыбнулся Чан, приобнимая Хана и взлохмачивая его волосы, отчего тот резко отпрыгнул и зашипел на Криса словно кот. Парни рассмеялись с этого, дружно возвращаясь к пачке чипсов, что лежала на их столике в номере. Вещи уже были упакованы, чемоданы закрыты, а у Джисона только намечались планы. Завтрашний день обещал быть интересным. ** Джисон стоял на холме, оперевшись спиной на основу памятника. Чудеснейший вид Италии раскинулся перед ним, открывая Хану все свои красоты. Маленькие домики, да крохотные, но изящные площади были перед ним как на ладони, освещённые лучами заходящего солнца. Джисон взглянул на часы – было без пяти минут восемь. Ещё немного и начнётся закат, да вот только того парня всё ещё не было. — Ну что ж... Если меня продинамят, значит наслаждаться мне этим видом в одиночку весь вечер, — засунув руки в карманы брюк, сказал вслух Хан. — Это будет самый дорогой вид, который я только мог себе позволить... — подумал он, вспомнив стоимость своих невозвратных билетов на самолёт. — Чёрт... Как же... Это... Тяжело... — послышалось чьё-то кряхтение из-за спины. Хан обернулся и наконец увидел того парня, что, поднявшись по лестнице, старался отдышаться после такой нагрузки. — Ты решил устроить мне испытание, верно? — взглянул на него гитарист, замечая этого кудрявого юношу. — Извини, — сразу же улыбнулся Хан, — я не подумал, что позвал на свидание деда. — А?! — драматично схватился за сердце Минхо. — Никакого уважения в этом доме. Я ухожу. Он было в шутку развернулся, чем даже напугал Джисона. — Нет, нет, стой! Я же шучу... Будь ты дедом, я бы всё равно позвал на свидание... Потому что непозволительно так шикарно петь! — Смешной ты парень, — улыбнулся Хо, заворожённо смотря, как тот действительно испугался, что он уйдёт. — Я Минхо, — протянул он тому руку. — Джисон, — нежно пожал её в ответ Хан. — Вот я и протянул. — Чего? — с улыбкой не понял Минхо. — В песни, тогда, на площади, была строчка "протяни мне свою руку, детка". Ну вот. Я протянул, — подмигнул он ему. Минхо рассмеялся с того, что тот это интерпретировал именно так. — Хорошо, Джисон, — перехватил он руку того, переплетая пальцы. У Сона в мгновение пропала вся уверенность. — Пойдём смотреть на закат, ты же за этим выбрал это место? Хан несколько раз проморгался, но затем всё же пришёл в себя. — А? Да, да, пойдём. Не расцепляя рук, они прошли мимо памятника, подходя ближе к склону и рассматривая крыши домиков, что под закатным солнцем окрашивались в оранжево-красные оттенки, делая Рим ещё более комфортным и тёплым. Купола соборов и высоких шпилей тенями ложились на улицы города. Всё казалось таким чарующим и приятным. Парни присели на край склона, свесив ноги, а ладонь Минхо, так и продолжала сжимать руку Джисона, медленно поглаживая тыльную сторону. Отчего-то ему было очень комфортно с Ханом, его сразу начало тянуть к нему. — Италия так прекрасна. Впервые за всю поездку встречаю закат так высоко. Это завораживающее зрелище, словно каждый кирпичик этого города пропитан любовью и радушием, — сказал Джисон, крепче сжимая руку Ли. — Погоди, ты не здешний? — удивился Минхо. Джисон отрицательно мотнул головой. — Мы с друзьями, которых ты, наверное, заметил тогда на площади, приехали на несколько дней сюда. — А... Вот как... И, когда тебе уезжать? — опечаленно спросил Хо. Джисон засмеялся, чем весьма ввёл в ступор сидящего рядом парня. — Я что, спросил что-то смешное? — Прости, прости. Вовсе нет, просто эта ситуация максимально абсурдная, так как мой самолёт улетел пять часов назад, — ещё больше начиная смеяться с этого, сказал Хан. — Погоди, то есть ты... — Да. Я остался здесь, чтобы увидеться с тобой, — повернулся к нему Джисон, заглядывая в такие глубокие и меняющие глаза. Ли в изумлении поднял брови. — Шутишь. — А вот и нет, — показал ему свой билет Сон. — Какой ты бесстрашный, Джисон, — улыбнулся Ли, крепче сжимая его ладонь. — Что, настолько сильно тебе понравился? — игриво в шутку спросил Хо. — Да, настолько, — без капли иронии ответил тот. Кончики ушей Минхо покраснели, заставляя вновь отвести свой взгляд на Италию. — Расскажи о себе, — попросил его Ли, спустя минуту спокойного молчания. — Хм... Ну, я работаю удалённо. Пишу тексты песен на заказ, иногда сочиняю что-то для себя. Музыку кстати тоже пишу, но опять же в основном на заказ. Ещё увлекаюсь чтением комиксов, спонтанными поездками и коллекционированием корочек от пиццы. Минхо слушал внимательно, но на последних словах усмехнулся и удивлённо взглянул на Джисона. — Ладно, ладно, насчёт коллекционирования я пошутил, но вот всё остальное действительно правда. — Воу, а почему в основном на заказ работаешь? — спросил уже серьёзно Минхо, так как тема музыки была близка ему, как никому другому. — Ну... Если честно я не совсем уверен, что достоин петь свои песни, не знаю... Что-то меня останавливает каждый раз. Хотя друзья всегда говорят, чтобы я начал наконец вкладываться в себя, а не в других. — Спой мне, — мягко попросил его Ли. — Чего? — Спой мне, пожалуйста. Любую песню, какую захочешь. — Даже не знаю... Это как-то неловко, тем более на фоне того, как ты пел. А если тебе не понравится, — отнекивался Джисон, ведь ему не всегда было легко петь перед новыми людьми. — Если ты споёшь мне, с меня любое желание и пицца, — предложил Минхо, надеясь хоть чем-то заставить этого чудесного парня спеть, ведь чутьё подсказывало, что голос у него необыкновенный. — Какая пицца? — воодушевился Джисон, с улыбкой азарта заглядывая в глаза напротив. — Я куплю любую пиццу мира, если ты споёшь мне, Джисон. Больше ничего не нужно было. Джисон повернулся лицом к городу, собираясь с мыслями и прочищая горло. На холме не было других людей, благодаря чему вокруг парней царила тишина, прерываемая лишь отголосками городского шума и пением птиц, что наслаждались вместе с ними закатом. Хан не долго думал, какую песню и какой отрывок ему выбрать, чтобы исполнить для Минхо. Хотелось, конечно, спеть свою песню, однако он решил отложить это до следующего раза. Сейчас же его выбор остановился на джазовой лёгкой композиции "I fall in love to easily" Чета Бейкера. „I fall in love too easily I fall in love too fast I fall in love too terribly hard For love to ever last" Минхо заворожённо слушал, как нежный, бархатистый голос Джисона, словно мёд, заполнял пространство вокруг них. Он пел медленно и так чувственно, что Ли даже прикрыл глаза, чтобы насладиться этим моментом. Казалось, что ничего так сильно не было нужно этой вечерней Италии, как эта песня, в исполнении Джисона. — Как-то так, — смущённо закончил Хан. Его щёки стали слегка алыми, ведь он прекрасно знал, что Минхо поймёт перевод этой песни. — И почему же ты боишься показывать всем свой талант, Джисон? — удивился Минхо, зачарованно смотря на Джисона. — Хоть ты и спел мне лишь маленький кусочек песни, но я уже слышу, насколько ты хорош в этом! Тебе обязательно нужно петь от своего лица, а не тратить свой талант на других. Твой голос такой чарующий и уникальный! — Я думал, что он самый обычный, — почесал другой рукой затылок Джисон. — Вовсе нет. Если тебя подтолкнёт желание незнакомца, то я хочу чаще слышать, как ты поёшь. — Ты не незнакомец, я уже знаю, как тебя зовут и что ты уличный музыкант, — слегка толкая его в плечо, сказал Хан. — Но, хорошо, я буду петь чаще. — Хм... У меня идея. Хочешь присоединиться ко мне с Сынмином? — Ты сейчас серьёзно?! — Без тени сомнения. Я буду дураком, если упущу такой голос. Представь, как бы мы звучали вместе, Джисон! — Я если честно ещё тогда на площади подумал, что очень хотел бы быть частью вашей группы и писать для вас песни, однако если ты, так прекрасно поющий, предлагаешь ещё и петь с тобой, то как я могу отказать? Они оба улыбались друг другу, словно в этот самый момент поняли, что нашли родственные души. Минхо уже представлял в голове, как красиво бы звучали их голоса друг с другом. — Вот я и нашёл нам ещё одного участника! — обрадовался Минхо, вскидывая руки вверх от счастья. — У меня ещё осталось желание и пицца, ты помнишь? — уточнил Джисон, когда они оба уже немного успокоились. — Тебе недостаточно, что я позвал тебя в нашу группу? — шутил Хо. — Да ладно, хорошо, какое у тебя желание? Джисон сделал вид, что задумался, но затем быстро наклонился к лицу Минхо и, ни секунды не сомневаясь, оставил короткий поцелуй на его губах, что так и манили с первой секунды их встречи. За это мгновение Хан даже не успел распробовать их вкус, но они уже показались ему непозволительно мягкими. — Это было моим желанием, — отстранившись сказал Хан, озорно смотря на Ли, чьё лицо было растерянным, но вовсе не выражало никакой злости. Словно он предугадал, что Джисон выберет именно это своим желанием. Или же Минхо хотел, чтобы Хан так выбрал. Последние лучи солнца скользнули по горизонту, после чего холм погрузился в темноту, освещаемый лишь огнями города. — Не молчи, Минхо, — начал немного переживать Джисон. А вдруг он поторопился? А вдруг тот вовсе неправильно его понял и не хотел этого? — Мне становится неловко... Минхо долго думал, что ему ответить, после чего наконец произнёс: — В следующий раз поцелуй меня подольше, Джисон. У Хана от сердца отлегло, из-за чего он выдохнул, сбрасывая всё напряжение под заливистый смех Минхо, что явно специально заставил парня понервничать. — Вот и зачем так пугать? Я думал, что сделал что-то не так... — Будешь знать, как людей целовать без спроса, — вредничал Минхо, смотря на прекрасного парня перед собой. — А если этот "следующий раз" случится прямо сейчас? Что будешь тогда делать? — Отвечу. И Джисону больше не нужно было повторять, он вновь наклонился к его губам, уже более нежно касаясь их своими. Ладони Хана мягко легли на скулы Минхо, что с улыбкой ответил на поцелуй. Ли отвечал мягко, но уверенно, его руки охватили шею Джисона, вызывая у того мурашки. Хан целовал аккуратно, словно стараясь сделать всё идеально. Его губы плавно касались губ Хо, отчего тот плавился под ним. Это был поцелуй, отзывающийся у каждого внутри собственным фейерверком чувств. Сердце трепетало, а самообладание вот-вот готово было покинуть их. Джисон целовал так, словно любил этого парня целую вечность, словно говорил, что его чувства действительно искренни, и он готов отдать своё сердце, свою душу Минхо, если тот попросит об этом прямо сейчас. И Ли понимал это. Чувствовал. Внутри него было то же самое ощущение, словно они растворились в этом мгновение и стали единым целым, единой душой. Словно невидимая нить, что тянула их друг к другу всё время, наконец сомкнулась и завязалась изящным бантом вокруг, обозначая сильнейшую связь. Так не могло быть, слишком быстро и наивно, любовь не могла разжечься так быстро. Но это случилось. Минхо всегда жил за пределами правил, и этот момент не стал исключением. Когда Джисон медленно отстранился, единственное, что он видел перед собой, это счастливые глаза Ли, что горели и сверкали, смотря на Джисона. И это было красивее любого вида Италии, красивее всех тех скульптур с площадей и всех закатов. Джисон не верил, что это всё происходит здесь и сейчас. — Что думаешь насчёт того, чтобы до утра есть пиццу, пить вино и узнавать друг другу в ночной тишине Италии? — после небольшой паузы предложил Хо. — Мне кажется, что сейчас я соглашусь на всё, что ты мне предложишь. — Пойдём, — потянул он того наверх, — я отведу тебя в самую лучшую таверну, о которой знают лишь немногие итальянцы. Джисон послушно поднялся с холма и пошёл за Минхо, продолжая держать того за руку. И всё же этот певец был невероятным. Это точно была судьба, которую Хан умело взял в свои руки.