Какого квисина тебе надо?

— Чан, я все понимаю, я за тобой в огонь и в воду, и бла-бла-бла, — Джисон гримасничает, пытаясь поспевать за быстрым темпом Бан Чана, — Но мне бы хотелось конкретики. К чему вся эта секретность? Я и так приставлен следить за этим мужиком. — Джисон врезается грудью в широкую спину оборотня, что так резко затормозил без предупреждения. Он поворачивается к нему лицом, окидывая, как обычно, непроницаемым взглядом. — Я уверен в твоей верности мне, — Чан не сводит с него серьезных глаз, которые, как кажется Джисону, способы прожечь дыру в нем, — А теперь ты связан с Минхо кровью и не способен навредить ему. У тебя у одного нет мотива предать кого-то из нас, ты все будешь делать на благо. — Э, — Джисон замялся, обстановка напрягала его и поведение Чана настораживало, — С моими положительными качествами разобрались. Давай по порядку: зачем мы ищем мужика? — Хочу выяснить раньше Чанбина и Минхо его личность. — Ты не доверяешь Чанбину? — Джисон хмурится. Чанбин самый преданный щенок Чана, который не ставит под сомнение авторитет вожака и с энтузиазмом выполняет приказы. Будь у него хвост, то он бы вилял им при встрече. — Дело не в доверии, — Чан вздыхает, — А в его личности. Чанбин хоть и исполнительный, но прикажи я ему убить сирот, то он бы придумал тысячу и один способ, как спасти их в угоду своим принципам. В тебе тьмы куда больше и я чувствую ее запах. — Он снижает голос до шепота, пронзая Джисона своим взглядом, заставляя поежится, будто от холода. Не давая тому переварить услышанное, он делает шаг ближе, — Прикажи я тебе убить старика, ты вонзил бы в него зубы не раздумывая. Даже если его вина не доказана, ты бы сделал ровно то, что необходимо. Можешь сколько угодно лить слезы по тем детишкам и просить прощения у их душ, высших сил или перед самим собой, но мы оба знаем — в глубине души ты выдохнул, что находишься не на их месте. Свою жизнь ты ценишь сильнее, чем жизнь других. И я рад этому. Рад, что ты прислушался к моим словам в ту ночь после обращения. Крики боли и отчаяния, злые слезы и просьбы, переходящие в мольбы о безболезненном убийстве. Отлучение от клана действие болезненное, а Джисон обратился всего час назад. Он даже капли крови еще не выпил, а уже за бортом. В прочем, как и всегда. Везде чужой и везде лишний. Не узнав о вампирах толком ничего, он возненавидел их до глубины души. — Пожалуйста, — Губы потрескались, голос хрипел из-за продолжительного крика. Джисон смотрел измученными глазами наполненными безысходностью. Такой взгляд увидев один раз — уже никогда не забудешь. Пленительный, завораживает в своей уязвимости. Сильные руки, прижимают к горячей груди и укачивают его, словно младенца. Мнимое чувство безопасности, окутывающее со всех сторон, создающее защиту и спокойствие. Тихий, вкрадчивый шепот обещающий, что скоро все закончится и, что завтра станет лучше. Джисон, не сразу, но словам поверил, тогда и до конца своих дней будет верить. Обязан и зациклен. Здоровая благодарность или блажь запутавшейся души. Он не понимает и не желает в этом разбираться, полностью удовлетворенный порядком вещей. — Не доставляй обидчикам удовольствие своей смертью. Лучше заставь их жалеть иначе. — У меня есть выбор? Я чувствую, что не переживу это ночь. — А ты хватайся за любой шанс, — Чан отстраняется, заставляя Джисона судорожно хвататься руками за полы пиджака. Оборотень расстегивает верхнюю пуговицу рубашки, оттягивая воротник в сторону, разминает шею и смотрит новообращенному в глаза с легкой улыбкой, — Приятного аппетита, — Он кладет ладонь Джисону на макушку, притягивая к своей открывшейся шее. Джисон свой шанс не упустит. Не в этот раз. Чан тянется к Джисону и касается рукой его куртки, ведя по ней ладонью вниз. Джисон сглатывает не в силах пошевелиться, он абсолютно точно не понимает, что, блять, здесь происходит. Чан не в себе, он говорит пугающие слова и делает странные вещи. Джисон оцепенел как физически, так и мысленно, ожидая дальнейших действий вожака. Чан засовывает руку в карман куртки, не отрывая внимательных глаз от лица вампира, отмечая его реакцию, следя за каждой появляющейся эмоцией на его лице. Бан Чан усмехается своим выводам и отдергивая от вампира руку, отступает назад, кидая в того предмет, который нагло украл из его кармана. — Выпей, — Джисон разглядывает склянку, которую смог поймать благодаря улучшенной реакции — зелье, которое дал ему Минхо, — Скоро рассвет, не хочу, чтобы ты сгорел на солнце заживо. — Чан засовывает руки в карманы своих брюк и даже не смотрит в его сторону. Джисон откупоривает склянку и одним глотком осушает ее. Вампиры не могут находится долго на солнце, как оборотни или ведьмы. Они — существа ночи, живущие благодаря человеческой крови и добываемой из нее энергии. Долгое нахождение на солнце — прямая дорога в ад без обратного билета. Джисон оказался счастливчиком, имеющим вожака, чей друг является Темным Королем. Он, по просьбе Чана, время от времени выступал в роли поставщика специальных зелий, способствующих получению витамина Д, как любил выражаться Джисон. С их помощью он мог вести практически человеческую жизнь, но такое зелье редкость и он старается тратить его с умом. Чуть поморщившись, он вытирает губы рукавом куртки и спешит догнать Чана, который успел отдалиться от него на приличное расстояние. — Так почему мы это делаем за спиной Минхо? — Джисон задает интересующий его вопрос, — Все еще не понимаю к чему эти тайны. — А вот его подсознанию я не доверяю. — Что ты имеешь в виду? — Джисон хмурится, он ничего не понимает и окончательно запутался. — Какое-то время назад у Минхо начали происходить приступы. Энергия не слушалась его, он становился агрессивным, хотя по большей части он довольно спокойный и флегматичный, — Чан усмехается, — Он никогда не был абсолютным злом, как про него принято считать. Просто делал свою работу, ничего личного. Вспышки внезапного агрессивного поведения происходили все чаще и сильнее, доводя до такого, что он просто терял над собой контроль, чем-то напоминает состояние аффекта. После этого он ничего не помнил и не понимал, что вокруг произошло. Мы предполагали, что это происходит из-за того, что бабка Хенджина уже отжила свое в роли проводника, циркуляция ее энергии сильно хромала с возрастом, контракты не было возможности заключать, а старушка ни в какую не желала передавать силу. Минхо совсем захворал, ворчал больше обычного и буйствовал сильнее приемлемого. Где-то полгода назад, после очередного срыва и разгромленного кабинета, Минхо пошутил, что готов припугнуть старую каргу, лишь бы она уже передала силу дальше. — Чан делает паузу в своем рассказе, — «Выпотрошу дочурку — будет ей уроком» — так он тогда сказал. Он правда сразу же отмахнулся, сетуя на то, что у той нет сестры на замену. Представь мое удивление, когда я узнал, что мать Хвана мертва, а сам пацан теперь новый проводник. — Минхо убил его мать?! — Джисон в ужасе вскрикнул, спотыкаясь о корни деревьев, не замечая из-за шока ничего вокруг себя. — Как он после такого вообще с ним работает?! — Минхо это отрицает. Сейчас начнется самая интересная часть, не перебивай, — Чан вымученно улыбается, — При патрулировании территории, прилегающей к закрытому району было обнаружено ритуальное сожжение группы, так называемых, шаманов. Минхо осмотрел тела и вынес вердикт, что ритуал провели по всем канонам святой инквизиции. Один в один, как во времена гонений ведьм и всех, кто хоть как-то связан с магией. Через какое-то время недалеко от поляны ведьм, нашли трупы девушек, которые увлекались эзотерикой или еще какой-то похожей дрянью, ходили в лес для единения с природой, а по итогу превратились в удобрения для местной почвы. Бойтесь своих желаний. — Чан хмыкает, разминая шею, — Минхо уверяет, что это был не он, а после того, как появился подражатель он в этом уверен на все сто. Но я окончательно не списываю его со счетов, небольшие сомнения у меня присутствуют. Шаманы и горе-волшебницы прямая зацепка, указывающая, что убийца устроил охоту на ведьм и желает искоренить все магическое. Джисон наконец понимает к чему ведет Чан, — Ты хочешь выяснить причастность подражателя без присутствия Минхо? Будь Минхо убийцей и мы бы раскрыли его вину, то его вторая сущность вылезла бы наружу и прикончила нас? — Ну это не совсем так работает, но да. Если у него случится повторный срыв, то я не хочу быть следующим за кем он придет, — Чан потирает переносицу пальцами, — Я просто хочу просчитать все варианты и обезопасить нас по максимуму. — Постой, — Джисон хмуриться, — Но ведь у Минхо абсолютно нет никакого мотива убивать магических существ. Ладно мать Хенджина — там все понятно, но шаманы? Какой смысл ему изображать инквизицию для людей, которые даже не связаны с магией по-сути. — Возможно «злой Минхо» принял это на свой счет? Как насмешку? Люди делают вид, что обладают магией в тот момент, когда его собственная максимально сбоила. Взбесился и убил по всем правилам, — Чан пожимает плечами, — Это все мои догадки. Я просто не верю в совпадения, Минхо сходит с ума и вокруг начали погибать люди. И все это недалеко от ебучего закрытого района. Но это, конечно же, не он. — Или кто-то воспользовался его уязвимостью и моментом. — Джисон складывает руки на груди, выгибая бровь, — Презумпция невиновности, большой босс. — Чан хмыкает, оставляя вампира без ответа. — Или! — Джисон продолжает, взбудораженно вскрикивая, — А что, если этот подражатель замешан в приступах Минхо? — А ты очень любишь конспирологические теории, да? — Чан впервые за день по-доброму улыбается. — У меня не было друзей, я целыми днями смотрел сериалы, — Джисон надувает щеки от насмешки в свой адрес, негодуя в несправедливости, — Ты прав, что это всё странно и всё верится вокруг закрытого района. Может его-то и стоит исследовать в первую очередь? — После происшествия с квисинами, во время которого так некстати пропал Минхо, — Чан театрально приподнимает брови, — Я облазил район вдоль и поперек, искал хоть одну зацепку, объясняющую столпотворение этих тварей там. Но ничего. Пусто! — Думаешь это тоже дело рук Минхо? Он направил квисинов в закрытый район? — Либо он, либо подражатель. Я все еще хочу верить в лучшее. — Давай по порядку! Минхо ловит приступы, потом в закрытом районе взбесились квисины, — Джисон загибает пальцы, — Он неожиданно пропадает и ты именно там подбираешь себе дворняжку-Чанбина, через какое-то время вы находите трупы шаманов, а потом «ведьм». Минхо выходит на связь и осматривает тела. Ах, да! — Джисон вскрикивает, будто упустил важную деталь, — Сразу после погибает мать Хенджина — ведьма. — Она была ведьмой на словах, — Они наконец выходят к трассе и Чан нажимает на брелок, разблокировывая двери машины. — Она не колдовала, так как вся сила была у бабки, в ней были какие-то зачатки, но этого не достаточно. Кстати, в промежутке между убитыми ведьмами и погибшей матерью у Минхо случился еще один приступ, он, по словам Чанбина, пытался кого-то утопить. — Но теоретически мать относилась к магии! — Джисон возбужденно вскрикивает, игнорируя последнюю фразу, — Очередная жертва инквизитора! — Поубавь пыл, — Чан роется в бардачке, выуживая пачку сигарет, — Тебе, кстати, кто разрешал брать машину? — Какую еще машину? — Джисон смотрит на него невинными глазами, строя из себя дурачка. — Которая стоит через дорогу, — Чан прикуривает сигарету с наслаждением затягиваясь, — Или у меня тоже помутнение? — Может это возрастное? — Джисон улыбается, вжимая голову в плечи, — Так или иначе, тебе повезло, что по счастливой случайности у меня оказались с собой ключи и я отгоню ее обратно! — Сядь, — Чан кивает на автомобиль, на котором приехал сам, — Слежка на двух машинах не самое разумное решение. Джисон прищуривается, оценивая ситуацию, будто у него есть варианты и право голоса. Словно вырази он несогласие и к его мнению бы прислушались. Строить себе иллюзию выбора и делать вид, что это решение было принято обоюдно не хило помогало сохранить ему рассудок за время после обращения. — Ладно, ты уже знаешь куда мы поедем? — Джисон пристегивается, устраиваясь на переднем пассажирском сиденье поудобнее. — В бардачке есть небольшое досье на этого человека, но я не уверен, что это и есть подражатель, если честно. Слишком уж все в лоб он делает, будто сам не понимает, что происходит. Кто придет на территорию вампиров и при свидетелях будет спрашивать про Темного Короля и контракты? — Думаешь, этот человек просто его шестерка? — Джисон открывает большой бумажный конверт и достает небольшую стопку бумаг с прикрепленными к листам фотографиями мужчины. Они будто в шпионском блокбастере, ну правда. Эти мысли заставляют его про себя улыбнуться. Чан согласно мычит, выруливая с обочины. Он аккуратно держит сигарету меж двух пальцев, направляя ее кончик в открытое окно, вторая рука уверено лежит на руле, а вся его поза выражает расслабленность. Есть такие люди, которым идет быть за рулем и Джисон отмечает, что его босс один из них. — Каков план? Прижмем его и силой заставим привести нас к подражателю? — Джисон бегло просматривает файлы. — Не все решается грубой силой, — Чан выкидывает бычок в машинную пепельницу, звонко хлопая крышкой, — Иногда неплохо использовать мозги. Почитай досье, престарелый санитар, которому бы самому не помешала медицинская помощь. Как он вообще сохранился в должности одному Богу известно. И его ты решил запугивать? — Мгновение назад ты говорил про его убийство, — Джисон скептически выгибает бровь, — Мол темнота во мне и всё такое. Чан весело хмыкает, не отрывая взгляд от дороги: — Подловил.

***

Хенджин просыпается с тянущей болью во всех мышцах своего тела, но удивительной легкостью на душе. Складывается впечатление, что вчера он организовал себе неплохой кросс фит, а не просто лег под дьявола. Хотя разве с Минхо просто? Мужчиной он оказался страстным и терроризировал юношу половину ночи, не слушая причитаний, которые были сказаны просто из вредности и неожиданности. Хенджин, не смотря на боль, чувствует внутри себя легкость, ожидаемого чувства сожаления не было, что не могло не радовать. Он потягивается в постели, довольно мыча и прогоняет события прошлой ночи, пустым взглядом утыкаясь в потолок. Потные тела крепко прижатые друг к другу, ритмичные толчки и звук шлепков, кожа к коже, глаза в глаза. Неудержимые стоны разносятся по квартире, растворяясь за окном в темноте ночи. Хенджин выгибается под сильным телом, сжимая в руках широкие плечи демона. Он подмахивает в такт толчков Минхо, проезжаясь членом по животу, получая дополнительную стимуляцию. Минхо врывается, как сумасшедший, по другому это и не назовешь, оставляя поцелуи везде, куда только он может дотянуться. Последующие заходы отличались друг друга в разы по своей животной интенсивности и страсти. Осторожности совсем не осталось, но Хенджин и не был против, открыв для себя новый вид удовольствия. Это был совершенно другой уровень, оказалось, что быть обласканным со всех сторон, быть ведомым и отдаться в умелые руки куда приятнее, чем запариваться со всем самому. Хенджин как никогда прочувствовал состояние пассивности. Минхо утыкается носом в его щеку и опаляет горячим дыханием, обжигая Хенджина до самого сердца. Чувства незабываемые. Магия сплетается с телом, проникает в душу, оставляя за собой шлейф небывалого наслаждения. Хенджин в бреду думает о том, что если и есть на свете единение, то оно происходит прямо сейчас. Он чувствует себя правильно, на своем месте, с нужным…человеком. Минхо делает еще один глубокий толчок вытрахивая все мысли из головы Хенджина. Только Минхо, только он сейчас имеет значение. Кажется, Хенджин не в себе. Кто бы мог подумать, что одного дьявольского члена достаточно для подавления здравого смысла? Хенджин точно бы не поверил в такое. Раньше. Сейчас же он безвольной куклой, подмахивал задницей, все глубже принимая в себя демона. Громко, влажно, грязно. Обезумевшее, стонущее нечто — так бы он охарактеризовал себя, если смог увидеть со стороны. Капля пота стекает по его виску, теряясь в ворохе волос. Хенджин выгибает спину и протяжно стонет, не в силах больше сдерживать себя, он обильно кончает, пачкая живот. Минхо самодовольно улыбается, ускоряя темп, заставляя Хенджина метаться под ним из-за сверхстимуляции. Вжимаясь в него всем своим телом, Минхо обхватывает Хенджина за плечи, сгребая в охапку и утыкается тому лбом в плечо, наконец освобождаясь. Демон и его проводник в унисон пытаются перевести дыхание, словно делят его пополам. — Видишь? — Минхо шепчет Хенджину на ухо, — Говорил же, что надо всего лишь довериться мне. — Демон прижимается губами ко лбу младшего, оставляя долгий поцелуй. В этот момент Хенджину кажется, что это самое интимное за всю ночь, не смотря на все произошедшее. Невинный поцелуй заставляет его сердце странно среагировать, вгоняя Хенджина в замешательство. Он беззлобно хмыкает на замечание демона и прикрывает глаза, дистанцируясь. Минхо хитрыми, понимающими глазами следит за Хенджином, смеясь с юношеской непосредственности. — Отдыхай. Он мгновенно проваливается в темноту. Хенджин тянется к прикроватной тумбочке, проверяя уведомления на телефоне. Ни одного пропущенного, ни одного уведомления. В такое время Феликс обычно уже скачет галопом и заваливает его сообщениями, информативными и не очень, а сейчас же в его телефоне гробовая тишина. Интересно. Он отправляет сообщение другу, интересуясь все ли с ним в порядке и как он добрался до дома. Ответа не последовало ни через минуту, ни через двадцать. Хенджин хмыкает, думая, что не только у него была веселая ночь. Пошел ли Феликс дальше в клуб или просидел перед унитазом Хенджин не знал наверняка. Но любой вариант вызывал у него гаденькую, издевательскую улыбочку. Привычки и правда передаются половым путем. Хенджин умылся и позавтракал, потупил в телефоне и проверил все соц сети. Дел на сегодня не осталось и он уже не знал куда себя деть от скуки. В голову приходит идея попрактиковать магию или еще раз изучить контракт. Он тяжело вздыхает, представляя перед собой самодовольное лицо Минхо, если Хенджин попросит его об уроке магии. Так скоро после произошедшего он не хочет его видеть. Не потому что стесняется, а просто не желает навязываться. Не стоит давать демону лишний повод для издевок, еще надумает себе лишнего. Хенджин чертыхается, сравнивая себя с девицей, которая не хочет писать кавалеру первая. Боже, он действительно придурок. Пора взрослеть в самом деле. Магия дело полезное и в их ситуации необходимое. Если у Минхо есть свободное время, то грех этим не воспользоваться. Он готов стерпеть парочку подъебок и не уместных комментариев, если в конечном итоге это сделает его сильнее. Минхо? Ты занят? — Будешь ругаться, что не принес кофе в постель? — Минхо облокачивается плечом о дверной проем, скрещивая руки на груди, — Прости, детка, я не романтик. — Никогда больше так не говори, — Хенджин морщится, — Серьезно, даже в шутку. — Я хотел круто появиться, но не успел придумать подходящую фразу — мой косяк. — Простого «привет» будет достаточно. — Учту, — Минхо подходит к дивану, отмечая цепким взглядом книгу на журнальном столике, — Ты меня, конечно, не на продолжение позвал. Я слушаю. — Ты как-то говорил, что можешь посодействовать мне в изучении магии, — Хенджин чувствует неуверенность, простая просьба кажется ему огромной ношей на плечах. Хоть демон сам предлагал ему уроки, но почему-то кажется, что его откровенно пошлют. Хенджин хочет ударить себе по лбу чем-нибудь тяжелым. Да так сильно, чтобы желательно отключиться дней на пять. Он звучал слишком жалко, самому противно. — Цербер меня дери, Хенджин-а, — Минхо откровенно веселится, — Несколько часов назад ты умолял меня засадить тебе, да поглубже, а сейчас опустил глазки и мямлишь, что-то себе под нос. Разве так должен вести себя мой проводник? Чувство раздражения и зарождающейся злобы напрочь искоренило смущение и робость. — Ну ты и гандон! — Хенджин запускает в хохочущего демона диванной подушкой, следом кидая собственный тапок. Демон отмахивается от предметов и присаживается рядом с Хенджином облокотившись о спинку дивана. — Я же уже предлагал тебе и это предложение всегда в силе. Не стоит бояться у меня что-то попросить, будь то помощь с магией или быстрый отсос. Кстати, как на счет второго? — Вот сам себе и соси. Минхо разочарованно хмыкает, закидывая ногу на ногу. — Показывай свою книжонку, что бы тебе хотелось изучить?