Сказка для взрослых детей

Давным-давно, в далекой стране, чьи берега с Юга омывали теплые морские волны, а с Севера, Востока и Запада нависали огромные ледяные вершины, случился ряд загадочных, и, порой жестоких событий. Началом их послужил, казалось бы сущий пустяк, для здешних мест: снова ужесточился контроль над различными гильдиями. Торговцы не были удивлены ново введенным правилам о переписи прибывающих иностранных купцов, с различными заморскими товарами. И не обратили внимание, что особенно жестко досматривали тех, кто ввозил магические артефакты или зелья. Позже, первыми, кто что-то начал замечать – были ученые. Они стали беспокоиться об участившихся пропажах их коллег, алхимиков, по всей стране. Алхимики исчезали прямо из своих домов. И если изначально многие списывали это на неудавшиеся опыты, то когда дело дошло до того, что осталось всего пара представителей этой профессии и то, только в столице, среди ученого народа поползли нехорошие слухи. Но тем не менее обычные жители все еще были поглощены своими повседневными заботами и не знали о каких-то там загадочных исчезновениях. Через некоторое время на улицы вывалили гвардейцы с призывом в свои ряды и стар, и млад, попутно подглядывая и подслушивая, о чем ведут свои разговоры горожане на площадях и базарах. В то время начались слухи о том, что королевство готовится к новой войне и эти самые разговорчики пресекали возникающие то там, то тут солдаты. И в течении последующих пяти лет для обычного народа ничего приметного не происходило. Только солдат на улицах городов становилось все больше, а людей которые могли сотворить хоть какое-то волшебство, все меньше. К примеру, таким известным колдунам, как, допустим, Артимеду Корыльскому и Товригу Кошмарному был запрещен въезд в страну, а их ученики были сосланы к своим учителям. И никто из народа опять же не обратил на это внимания. Ну и что, что лавки с травами и зельями закрывались по стране? Каждый день закрывались и открывались новые. И мясники, и булочники могли разориться, чем колдуны лучше последних? Когда известия из деревень о случаях арестов и казней на месте различных ведунов и гадалок докатились до больших городов-у простого люда не осталось никаких сомнений в том, что с людьми волшебного мира ничего общего иметь нельзя. Конечно, изначально было сложно, без негаснущих очагов, саморазгорающихся печей или, к примеру, очищающего порошка. Но со временем люди привыкли и уже стали забывать, какого жить по соседству со старичком, у которого в окнах мерцали разноцветные вспышки или приподнималась крыша от взрыва неудавшегося заклятия. Народ переполошился только тогда, когда в фестивальную ночь, посвященную астрономическому событию «Пояс Богов» случилось непоправимое, ужасное, затронувшее все селения и семьи по всему Королевству событие. «Пояс Богов» и одноименный праздник случался раз в пятьсот лет и длился только одну ночь. Это было поистенне громкое и безусловно прекрасное событие, когда самые крупные звезды на небосводе выстраивались в ровный, идеально правильный ряд, и эта сияющая полоса растягивалась от горизонта к горизонту, будто опоясывая небо. Отсюда и взялось название. Было поверье, что во время «Пояса Богов» рождаются самые великие волшебники. И как раз во время празднования фестиваля, когда люди по обыкновению веселились и благославляли друг друга на удачные дела, в темной комнате дворца, возвышающегося темной скалой над столицей, родился ребенок. Его прибытие в этот мир не было никак ознаменовано: ни радостью родителей, ни даже его первым криком. Замок стоял безмолвный и темный, горбато наблюдая за разноцветной, поющей и пляшущей столицей. Фестиваль шел по своему обычному разумению: в небо взмывали бумажные фонарики, привезенные из-за восточных склонов гор. На центральной площади и разлезающихся от нее улицах, вино и эль лились рекой, подгоняемые общим гулом, болтовней и смехом горожан, а так же гостей столицы. Лавки пестрили всевозможными мясными закусками, причудливыми сладостями и замысловатыми пирогами. Разрмалеванные уличные артисты развернули свои шатры и пели кажется чуть ли не из каждой водосточной трубы. Общее веселье прервал гул звенящего оружия гвардейцев, которых не было видно с самого утра. Столица в мгновение ока погрузилась в хаос. Солдаты крушили и жгли вокруг все, чего мог коснуться дух веселья. Они распихивали ничего не понимающих людей, некоторых хватали и арестовывали, уводя в подземелья горбатого замка. Гвардейцы врывались в дома и отнимали только что родившихся детей у их матерей. Тех, кто пытался оказывать сопротевление повесили в то же утро, прямо посреди разгромленной площади. В то же утро, когда на центральной площади был оглашен очередной приговор, лишивший еще десятерых людей жизни, в пустом зале горбатого замка эхом прокатился скрип открывающихся дубовых дверей, а затем и топот чьих-то семенящих ног. - Да хранит Великий Ваше Высочество- послышался тихий, дрожащий голос. -Почему я вижу твою бесполезную тушу -Ваше Высочество…- резкий звук скребящего серебра резанул уши пришедшего -Никчемные свиньи, вас следовало казнить еще до захода солнца- король потянулся за следующим кубком, пока первый продолжал свое путешествие по каменному полу тронного зала -Мы убили!- вскрикнул пришедший, но затем от звука собственного вскрика, увеличенным акустикой огромных сводов, съежился – мы убили всех новорожденных мальчиков столицы, Ваше Величество. Король, чья трясущаяся сизая рука не успела дотянуться до кубка, перевел тяжелый взгляд на пришедшего. -Что? - голос короля стал ниже прежнего, что не предвещало доносчику ни малейшего луча надежды на спасение собственной жизни. -Ваше Высочество, все эти дети тоже могли бы- затараторил доносчик, но его перебил Король встав с своего трона - Вы…Вы тупые – король сделал первый шаг и каждое последующее слово приближало царскую особу к уже сгорбившемуся в кулек и стоящему на коленях пареньку - гнусные, бесолезные ублюдки -Вилард – Послышался спокойный мужской голос откуда-то из-за габиленов, висящих позади трона. Король остановился на самой последней ступени перед дрожащей фигурой доносчика. Голос продолжил – что ты планируешь сделать с Ее Высочеством?- король провел сухой пятерней по белым, как снег волосам, тяжело выдохнул и расхохотался. -Фиииилип – протянул нараспев король – мой верный и вездесущий Филип , я и не ждал, что этой ночью ты будешь спать - Как я мог Ваше Высочество- Филип поклонился своему королю, пока доносчик скривившись еще валялся у первой ступени королевского пьедестала. Король вновь повернулся к трону. Около высокого, обитого багряным бархатом и украшенного золотом, кресла стояла высокая вытянутая фигура. То был Филип, но его лица из-за плотно закрытых партьеров, свисающих кровавыми потоками вниз и не пропускающих в тронный зал ни луча света, было не разглядеть. - В монастырь ее. Подальше, к Северу- Король поднялся обратно, прошел мимо трона и уже поровнявшись плечом к плечу с канцлером тихо продолжил: «Всех поветух, что принимали роды убить». В зале, как и на улицах города, воцарила кромешная тишина, нарушаемая тихим плачем посыльного, который не посмел сдвинуться с места, пока фигура короля не скрылась за дверью позади трона. - Ты можешь идти – тихо произнес канцлер, потирая переносицу перебитыми пальцами. -Ваше Сиятельство, мы выполняли свой долг – промямлил доносчик. - Вытри слезы. Сегодня мы с тобой чуть не лишись головы. Паренек в миг затих, и наконец поднял голову в надежде увидеть своего спасителя. Из-за застилаемой глаза пелены слез и сгустившегося сумрака посыльный пытался разглядеть высокую тощую фигуру. Мужчина стоял неподвижно, опираясь левой рукой о спинку трона. - Ваше…В-в- хлюпая и утирая рукавом нос, начал было он -Но ты…-перебил его канцлер. Фигура наконец зашевелилась. До ушей паренька донесся мягкий звук шелеста ткани длинной мантии. Канцлер присел на золотой подлокотник кресла и закинув одну ногу на другую, холодно продолжил: «Ты действительно считаешь, что твоя голова стоит столько жизней?». - Ваше сиятельство! Прошу ! - Запомни, ты, маленький мальчишка, твоя голова не стоит даже твоей собственной руки. – Филип выдавливал из себя каждое слово. Было слышно, как гневно дрожал его голос - Из-за таких трусов, что хлюпают своими соплями при виде силы, множество людей закрыли свои глаза навсегда. Множество хороших людей. А сегодняшней ночью по твоему глупому разумению были убиты и совсем неповинные младенцы. -Но как я мог? Ваше сиятельство? Я простой посыльный! Это все… -Запомни мои слова: отблеск власти, что падает в твои руки, лишь мимолетное мгновение. Он быстротечнее, чем песок в часах, просеевающийся через горлышко. Не успеет последняя песчинка упасть на другую сторону, как померкнет твоя жизнь. Помни, чем ты рискуешь, ради сиюминутной выгоды. Тебе не удастся выкупить жизнь золотом, когда придет пора расплаты за содеянное. Посыльний никак не мог оторвать глаз от тощей фигуры Канцлера. Тот все так же степенно сидел на подлокотнике, в упор смотря на все еще скривившегося на коленях доносчика. Доносчик этого, разумеется, не видел, но чувствовал каждой клеточкой своего тела, тяжелый взгляд своего собеседника. - А теперь катись. И доложи генералу, что город должен быть закрыт на 3 дня.