Искупление

Шок. Олег выронил из рук пакет, и поднимать не стал, сел за стол. Банка тушёнки с характерным звуком покатилась по полу. — Серый, ты чего?! Оружие убери. Я не собираюсь никуда звонить. Ты тут откуда вообще, Разумовский?! — Пришёл. Из психушки сбежал, и пришёл. Нож не уберу, пока не буду уверен, что ты мне шею не свернёшь. У меня, скажем так, сейчас против тебя шансов мало. Я ослаб от препаратов. Поужинаем? Пообщаемся заодно, м? — Глаза в глаза, медленная речь с явной угрозой. Сергей не знал, как относиться к Олегу, и, к тому же, был зол на него. — Ты о чем? Я тебе шею сверну? Да я с детства защищал тебя, был рядом, и теперь вот так? — Эти слова показались Волкову пощёчиной, он поморщился, медленно встал, собрал продукты с пола, и вновь сел за стол. — Прости, угостить мне тебя нечем. Только вот сухпаёк, я гостей не ждал. Сергей хмыкнул, и вытащил коробки с ресторанной едой, разложил по тарелкам. — Угощайся. Вино брать не стал, мне нельзя, и без понятия — можно ли тебе. Вот, — он поставил на стол несколько бутылочек, изящных, стеклянных, но без этикеток — Свежевыжатые соки. Яблоко, апельсин, ананас. И да, рассказывай. — Это откуда такая роскошь? Что тебе рассказать? Спрашивай. Отвечу на любой вопрос. — Олег смотрел на Сергея. Совсем исхудавший, бледный и взъерошеный как воробушек. Как же он скучал по нему. Скучал. Олег вспомнил, как расстроен был Сергей, как расстроен был Сергей, когда провожал его в армию, как он говорил ему, что два года пролетят незаметно. И не вернулся... Ни через два года, ни через четыре. Сколько же он причинил ему боли... — Олег, я миллиардер, какая роскошь, ты о чём? Рассказывай, какого дьявола ты потерялся? Я же говорил, что помогу после армии... Гордый! Ну спасибо тебе за это! — Злость в глазах. Сергей был голоден, а потому принялся за еду. — Какого дьявола ни на одно письмо мне не ответил?! Все были получены. Я узнавал. Хоть бы строчку, хоть один звонок... Нет... Конечно, зачем я тебе. — Я не видел ни одного твоего письма, клянусь... Я не думал, что ты писал мне, думал, ты обиделся. Понял, что ты во мне не нуждаешься и подписал контракт, меня отправили в Сирию. — Ты дурак!!! — Сергей с силой воткнул нож в столешницу. — Не нуждаюсь?! Не нуждаюсь?!!! Неужели не мог позвонить?! Я оставлял тебе номер. Знаешь что, тот номер ДО СИХ ПОР рабочий, я жду твоего звонка. Жду. По сей день. Я знаю, как тебе теперь жить. И ты БУДЕШЬ слушаться меня, понятно?! Ешь. Позже поговорим, а то еда остынет. Олег, честно говоря сейчас боялся Сергея, как и за самого Сергея. Нужно как-то исправлять свои косяки. Прирежет? Да и пусть. Волков подошёл к Сергею, и обнял его, прижал к себе. — Знаешь, я так рад тебя видеть, Серёжа. "Больной что ли?!" — Мысленно вздохнул Сергей, и тоже обнял Олега, прижался к нему, но лишь на несколько секунд, а потом резко оттолкнул. — Ешь. У нас ещё дел куча. Олег сел, оказалось он был голоден, но еда толком в глотку не лезла, и он глотал машинально, почти не жуя. Ему было не по себе. Как теперь общаться с Сергеем? Это был уже совсем не тот человек, которого он помнил. Сергей дождался, пока Олег доест, встал из-за стола, и скинул тарелки в раковину, выдернул нож, убрал в ножны на поясе, хорошо вытер столешницу, расстелил откуда-то взятую белую скатерть, и разложил на столе какие-то папки. — Подписывай. — Разумовский пальцем ткнул в пустую строку. — Тут тоже. И тут. — И он вручил Олегу ручку. — Что это, Серёж? — Волков смотрел ему в глаза, спокойно и прямо. — Ты подписывай, подписывай, потом поговорим. Ну? У тебя, знаешь ли, нет выбора. — Кривоватая улыбка. — Прежде чем что-то подписать, я должен понимать, на что я соглашаюсь. — Негромко, ровно, стараясь не нервировать. — Пф! Ну-ну. Не доверяешь, значит? Читай. Ладно. — Злость во взгляде. Олег принялся просматривать бумаги. Доверенности, дарственные на всю собственность Разумовского. — Серёжа... Это что всё значит? Зачем это? — Олег и вправду не понимал. — Косяки свои исправлять будешь, сказал же. Подписывай. — И каким образом это поможет загладить... — Подпиши для начала, Волков! А потом я всё расскажу. — Нет, Олег ему не верит ни на грош, видимо, они не друзья больше, осознавать это было больно и неприятно. Ладно, к чёрту, будь что будет. Олег ничего не теряет, ему терять просто нечего. Не став вчитываться, Волков быстро поставил подписи, и вернул бумаги Сергею. Что он задумал? Почему-то, у Олега сейчас даже предположений не возникало, хотя, стратегии и планы — его конёк. Разумовский кивнул. — Отлично. Моему детищу нужен преемник, официальное лицо, управляющий компанией — как хочешь. Что тебе нужно делать? Улыбаться на камеру, читать по бумажке заранее написанные мною речи, бывать на благотворительных вечерах. Я больше никогда официально дела вести не смогу. Я буду заниматься тем, чем всегда любил — счета, бумаги, отчёты, программное обеспечение. Я хочу, чтобы моё дело жило, моё, никаких Хольтов, что слетаются как стервятники на падаль. "Vmeste" продолжит своё развитие, как и все фонды и приюты имени Разумовского. Можешь переименовать их в приюты имени Волкова, как хочешь. Ты теперь миллиардер, Олег, и владелец крупной компании. Поздравляю. — Ухмылка.