Не тот мальчик, которому следовало выжить

Следующие несколько дней не отличались разнообразием, разве что на выходных его позвали на выставку современного искусства в галерею неподалёку, а после предложили завалиться в клуб, в котором Драко и встретился с Эриком. Других планов у него не было, так что Малфой согласился, а свободное время посвятил новым зельям, которые нужно было передать на реализацию. Талант дал о себе знать, поток клиентов в магазине вырос, хозяин благодушно предложил ему бОльший процент, если зелья будут поступать чаще. Драко согласился, (не в его ситуации воротить носом и отказываться от любых случайных возможностей, подкинутых судьбой). Если ему когда-то захочется вернуться в магический мир с Нарциссой, скопленных денег хватит, чтобы обеспечить себе законное место. По крайней мере он сделает для этого всё, что от него зависит. Или даже больше. Телефон лениво мигнул уведомлением, Малфой накинул на плечи шелковый халат и в домашних штанах вышел на небольшой балкон, чтобы усесться на кресло и выпить утренний кофе в обед, потому что подготовка ингредиентов к зельям задержалась и съела у него всё свободное время. После можно было и подремать несколько часов, всё равно на выставку ему нужно было только завтра. Экран снова мигнул, Малфой сделал несколько глотков и, перекатывая на языке знакомую терпкую горечь, откинулся на спинку, снимая блокировку с экрана, чтобы прочитать сообщения. Кто бы мог подумать, но даже нигде не светившийся номер регулярно атаковали рассылками и дурацкими предложениями, которые выводили Драко из себя. Знакомое имя вызвало улыбку. "Привет, не знаю, помнишь ли ты одного из гостей на последней встрече, он мне оборвал весь телефон с просьбами дать твой контакт." — Дай-ка угадаю, кто, — Малфой поджал губы, чувствуя знакомое нехорошее предчувствие, и не торопясь набрал короткое: "Привет, от кого мне ожидать звонков и сообщений?" Эрик ответил почти мгновенно. "Том. Я не дал ему твой номер." Драко чертовски завидовал маглам и их проворным пальцам, тыкающим по маленьким значкам на экранах телефонов со скоростью достойной самого настоящего мага. Первый простенький недорогой смартфон он спалил стихийной магией почти сразу, потому что ярость взяла верх и он не смог сдержаться. Воспоминания об этом вызвали слабую улыбку, ответ Эрика слегка расслабил успевшие окаменеть плечи. "Спасибо" отправилось быстрее, чем он успел в голове сформулировать мысль. Экран погас, Малфой потянулся за чашкой кофе. Не нравился ему этот странный неприятный мужик, шестое чувство вопило, что от него стоит держаться подальше. Следующее сообщение от Маккалена подтвердило его опасения. "Будь аккуратен, он..не слишком приятный человек с куда более неприятными наклонностями и слишком серьёзными связями, чтобы не принимать во внимание мой совет". Да, Драко итак это почувствовал. "Я понял тебя, спасибо за беспокойство о моём бренном теле". Экран не успел погаснуть, как Эрик прислал короткое и крайне милое "Я беспокоюсь не только о твоём теле" в ответ. Малфой усмехнулся, делая очередной глоток, и отложил телефон. Имело смысл отдохнуть и весь вечер отвести под тренировку беспалочковой магией, потому что что бы ни произошло дальше, имеет смысл быть к этому готовым. Ночь прошла тяжело. Демоны прошлого терзали его кошмарами, одуряюще воняло кровью и серой, крики забивались в уши, металлический лязг цепей и решёток под Малфой-мэнором разбудили Малфоя на рассвете. Сердце билось оглушительно и неровно, всё тело колотило ознобом с такой силой, что случали зубы. Драко накинул на себя согревающее заклинание и не глядя призвал к себе три небольших пузырька, отпивая от каждого нужную дозу. Глупо было надеяться, что прошлое отпустит его так быстро и легко. Настроение было просто отвратительным и голова болела так, что досыпать можно было даже не пытаться. Ни горячий травяной чай, ни тёплый размеренный душ, ни бездумное созерцание постепенно просыпающегося города не помогло. Вчерашняя тренировка сказалась — Малфой чувствовал себя уставшим, тело ломило, всё-таки вчера он перенапрягся, со следующей надо было повременить, а то магия взбунтуется окончательно и оставит его сквибом на неопределённое время. Нарциссы дома не было. Куда и зачем уходила его мать он не спрашивал, как и не спрашивала она. Неявное напряжение перешло в беспокойство, Драко нашарил телефон и набрал выученный на всякий случай номер. На звонок ответили на третьем гудке. — Сын? — коротко и взволнованно. Малфой выдохнул. — Мам, всё в порядке? — Почему ты спрашиваешь? Что-то случилось? — теперь голос Нарциссы звучал ещё более обеспокоенно. — Нет, я просто хотел убедиться. — Я вернусь домой через 3 часа. — Всё в порядке, maman, я вечером уйду на выставку и вернусь поздно. Повисла недолгая пауза, теперь Нарцисса звучала мягко и тепло. — Тогда до позднего вечера, дорогой, и будь аккуратнее. Драко улыбнулся. — Хорошо, матушка, до вечера. Погода вторила его настроению и состоянию, в середине дня зарядил противный дождь, небо было тяжелым и хмурым, тучи разных оттенков серого наползали друг на друга, теснились на небосводе, как будто им было мало места, ветер рвал зонтики из рук прохожих, выворачивая их наизнанку, как ночной кошмар вывернул Малфоя сегодня, раскрывая нежное нутро, спрятанное под толстым упрямым панцирем. Не хотелось не то что на выставку, не хотелось даже носа из тёплой квартиры совать на улицу сегодня, но отказываться в последний момент было совершенно неприемлемо, так что он решил прийти, покивать, пожать руки и откланяться под каким-нибудь благоразумным предлогом как можно раньше. От клуба после было решено отказаться совсем. Не до танцев ему было сегодня. В галерее они должны были встретиться в 18-18:15, Драко был на месте уже в 17:45. Людей было немало, так что он без проблем затерялся между группками, бездумно шагая из одного небольшого зала в другой. Современное магловское искусство вызывало вопросы, как, в целом, и магическое, но были и очень интересные картины, неоднозначные, спорные, у которых хотелось задержаться, и Малфой не отказывал себе в этом удовольствии. Когда к нему присоединились парни, стало ещё веселее, более непринуждённо. Друзьями они не были, да даже приятелями их было назвать сложно, но в этих беззаботных разговорах обо всяком неважном он чувствовал себя так, словно и не было ничего, ни Хогвартса, ни детства, ни потраченной на ненависть, зависть и попытки вылезти из собственной шкуры, чтобы угодить отцу, юности. Непередаваемое и одновременно с этим горькое чувство вызывало невесёлую, но улыбку, с опущенными уголками губ. Они снова разбрелись по залам, людей стало больше, Малфой старался лавировать среди них так, чтобы не задевать никого, в какой-то момент будучи почти зажатым в угол у одной из картин. Он упёрся в неё взглядом. Пастельные тона разных оттенков голубого, нежные, воздушные, но при этом грубые мазки, жёсткие, прямые линии, контрастные чёрные акценты. Некомфортное впечатление оставляло это произведение, Малфою не понравилось. — Образ свой под картину собирал? — кто-то пихнул его в бок, Драко перехватил взглядом смеющееся лицо Луи, одного из своих приятелей, недоумённо опустил взгляд вниз, на одежду. Светло-серые прямые брюки, объёмный мягкий свитер пастельно-голубого оттенка крупной вязки, тяжелые чёрные ботинки с массивной подошвой, такой же чёрный ремень с широкой пряжкой и аккуратный браслет часов на руке. Драко ещё раз посмотрел на картину и прыснул вместе с Лу. — Кажется, ты прав. Я удивительно к месту именно тут в этом углу. — Кажется, Вам стоит купить эту картину или, хотя бы, познакомиться с автором. У Малфоя на короткое мгновение окаменело всё, ушло несколько секунд на то, чтобы взять себя в руки, он коротко обернулся, встречаясь взглядом с холодными глазами Тома и нарисовал на губах спокойную скучающую улыбку. — Думаю, Вам она пойдёт больше. Впечатление остаётся одинаковое. Лу удивлённо посмотрел на Драко, Малфой коротко кивнул Тому вместо негласного прощания и потянул приятеля за собой, выговаривая сквозь зубы так, чтобы слышать сказанное мог только он. — Идём к остальным спокойным шагом, я потом всё объясню. Подозрений, что Эрик ему соврал, у него не было. Нет, дело было не в Эрике, дело было в том, что его опасения оправдывались. Паршиво начавшийся день мог только паршиво и закончиться. Противный холодок от чужого взгляда разошёлся по спине и забрался глубоко внутрь, возвращая ощущение озноба и липкого неконтролируемого страха, только выровнявшийся настрой покатился прямиком к чёрту.