Проклятие мира магии. Часть 2. Всё началось со смерти

- А по тебе и не скажешь, что была больше месяца в заточении, - сказал Инейця, когда я вызвалась сама открыть портал в отель и начала это делать. Судорожно мечась меж краями слишком большого водоворота, я сгорала от стыда, понимая, что толком за это время ничему и не научилась. Но самым обидным было терпеть неудачу именно на глазах Инейцы. Спустя несколько минут беспорядочного метания и всё же сдалась. - Что здесь, что там - нигде я ничему не учусь... Пыталась скрыть свою подавленность, но вряд ли успешно. - Ты смогла остановиться, ничего не разрушив - это достойно похвалы, - сказал Длен, - прости, что не сказал, но те, у кого нет одобрения Аурелиано, не могут открыть портал в Хакобаруке. - Мой челюсть отвисла, а бровь гневно выгнулась, но прежде, чем я успела его избить, он продолжил, - если бы ты попросила, я бы серьёзно занялся твоим обучением - ты очень изменилась за время своего отсутствия. Дотронувшись кончиками пальцев до поверхности воды в стакане, Длен очертил рукой круг, продолжая смотреть на меня, и открыл стабильный портал. Кивнул, и мы с Инейцей без вопросов в него шагнули. Как только мы ступили на пол отеля, я не успела толком осмотреться, Длен поднял меня на руки словно ребёнка и усадил на барный стул. В углу бара кто-то копошился, но, завидев нас, сразу поднялся и подошёл. - Креспию, давно не виделись, - спокойно произнёс Длен, глядя на куклу в человеческий рост. - И правда, Длен. Скажи, что по ошибке попал сюда, а не новых проблем принёс! У меня просто отвисла челюсть - кукла передавала все нотки отчаяния голосом и лицом, при этом продолжая наливать напитки. - Ничего подобного, никаких проблем, - Длен вскинул руки вверх, - просто показываю юным магам одно хорошее место. Как Аурелиано часто сюда заглядывает за выпивкой? - Нет, давненько не показывался. - Хороший знак, - сказал Длен уже мне, - чем больше он пьёт, тем чаще вспоминает о Темремедиоспиларе. Она освещала его жизнь многие годы... Она была человеком, с которым умерла часть его сердца. И больше никогда не воскреснет. - Аурелиано ждёт тебя в своём номере, Длен, - внезапно произнесла Креспию немного печально. - Я поговорю с девочкой и приду! - почти пропел Длен в ответ и снова повернулся ко мне, взял за плечи и наклонился, - пей и ешь за мой счёт сколько хочешь, отдыхай, развлекайся, не сдерживаясь, и если вдруг в кого-то влюбишься - а скрыть эту любовь не получится - вырывай с корнем, я помогу! Длен ушёл, оставив меня в смятении, Креспию, когда ей сделали заказ, тоже оставила меня, и я начала искать глазами Инейцу. От ярких красок мозг взрывался: синий, голубой, ярко-розовый, золотой - словно я в кукольном домике. От этой ассоциации стало неприятно - я бы написала пару строк в блокнот в более спокойной обстановке. Инейцы нигде не было видно, людей в холле собралось не так много, но из арок, ведущих в другие залы, тоже лился шум. Внезапно до меня долетел обрывок фразы: - ... принесла её на руках в гостиную... все в крови... отбивались от магов жертвоприношений... невозможно жить... Ещё жертвы. А разве они кончались? Что же это такое? Отдыхай и развлекайся, как же... - Через полчаса она уже пьяна... - Инейця сам нашёл меня на балконе со стаканом в руке. Снаружи отеля не было земли, неба, только разноцветные яркие потоки, медленно перетекающие друг в друга. О них я забыла, уйдя в свои мысли, хотя поначалу они немного раздражали глаз. И с ними создаётся ощущение, что нет больше никакого мира за пределами отеля - наверное, в этом и смысл. - Когда-то Длен упоминал это место, но я не думал, что оно настолько невероятное! Его слова ощущались как стук молотка за стеной поздним вечером - раздражающе, неуместно, как повод поругаться, но с надеждой, что это вот-вот прекратится. Инейця не закрыл дверь, так что стало слышно тихую спокойную музыку, распространившуюся по нижнему этажу. Когда он с трогательным обеспокоенным взглядом присел передо мной на корточки, моё сердце дрогнуло. - Длен раздул трагедию из случившегося, но я уверен, что для Йоих это лучший исход. Лишь так она могла обрести покой. Слова Инейцы разбивали мне сердце, отправляя на холодные зимние улицы моего родного города. Была ли я когда-нибудь счастлива в этой жизни? А кто-нибудь из нас был? Я знаю, что жизнь непростая вещь, что никто никогда не переставал совершать ошибки, сталкиваться с препятствиями, жалеть о каких-то вещах, но где то самое, ради чего мы всё это терпим? Я затянулась терпким запахом алкоголя и сделала большой глоток. - В этом и смысл всей трагедии, Инейця. Что смерть - это лучший исход. Даже здесь в отеле люди обсуждали нападения и жертвы. Даже вид выпотрошенных зверюшек приводит меня в ужас, а в этом мире речь идёт о систематическом принесении в жертву людей. Йоих знала всё это не понаслышке, она пережила это, но не смогла смириться. - Я нагнулась к нему, хватая за шиворот и оставляя складки на воротнике, - так что это не то, что можно раздуть, потому что это уже намного больше всех нас. Я хрустела костями пальцев, сжимая его воротник всё сильнее. - Я поцеловал Йоих в лоб. Я отпустила Инейцу, сбитая с толку внезапной фразой. - Мне тоже жаль. Тем более, что она умерла от моего удара. Про покой - это слова Длена, не мои. Он давно знал, что будет так - предчувствие его подтвердилось. Он жил, изыскивая способы ей помочь. Он давно понял, что бессилен, но не хотел открыто это признавать. Привыкший к его весёлой маске я понимал, что он чувствует, но не хотел, чтобы он об этом догадывался. Так что я знаю, как обстоит дело с его чувствами, Се, я не так глуп, как ты думаешь. Вот так я вспылила, неосознанно призывая Инейцу к ответу, которого не ожидала услышать. Я схватила блокнот, собираясь найти другое место, где можно побыть одной и переварить услышанное. Из рта вырвался истерический всхлип. Нужно было ценить покой, длившийся чуть меньше месяца в резиденции Йиох. "Она так глупа", - читала я в глазах Инейцы, отчего снова становилось стыдно. - Йоих держалась, пока не появилась ты и не исцелила её, - слова Инейцы обрушились на меня многотонными плитами, и я застыла, - она пряталась от самой себя, от трудных мыслей и тяжёлых чувств. Но ты показала ей свет, и она пошла к нему по дороге правды. - И в итоге сошла с ума?! - я резко обернулась к нему с полными слёз глазами. - Значит, это я убила её... - Видишь, люди просто живут и смертных грехов не совершают, но кто-то всё равно умирает от их поступков. В груди зияла бездна, в которую летело бешено колотящееся сердце. Инейця взял мой стакан и одним духом проглотил весь напиток, оставшийся в нём. Со спокойным лицом он подошёл и обнял моё дрожащее тело. - Я всё это сказал, чтобы ты поняла этот мир, чтобы приняла его таким, какой он есть, смогла жить и наслаждаться. Мы научим тебя сражаться и защищаться, мы станем самыми сильными, и никто не посмеет принести нас в жертву. И мы вместе отправимся к морю Ее, которое на языке айии означает тёплое.