Проклятие мира магии. Часть 2. Всё началось со смерти

И как мне жить дальше после такого? С силой оттолкнув Инейцу, зыркнув на него с ненавистью, я побежала прочь. Теперь я понимала, что таилось в молчаливом возмущении Йоих, когда мы встретились с ней впервые, и почему она напала на меня, желая убить. Забежав на другой пустой балкон, я швырнула блокнот на пол и сама рухнула рядом, заливаясь слезами и истошно воя. Отчаяние начало гасить во мне все остальные чувства и стремления, разожжённые моим возвращением. Когда я успела стать магом, причиняющим вред? Как так получилось, что я ничего толком не умею, но близость ко мне уничтожила одного человека? Нет, не одного, ведь Длена тоже... Сколь приятно было воссоединяться, столь же больно было осознавать, что моё появление разрушило их долго. И что теперь? - Слишком много чувства вины для одной примитивной волшебницы, - голос Длена застал меня врасплох, и я готова была сигануть через перила, лишь бы не видеть его лица. - Я смогу уговорить тебя не мучаться так сильно? Как он может? - Или Се объявила строгий траур, и мы все должны ходить в чёрном, плакать и винить себя во всём на свете? Вопреки её желанию, мы так делать не будем. Среди всех возможных чувств, вина - самое разрушительное. Пересилив себя, я подняла на него глаза, - улыбке, как всегда, лучезарная, а взгляд печальный. Я теряла сознание от бессилия, завершая этот душераздирающий вечер на руках Длена, поднявшего меня с пола. Как жаль, что об этом всём я вспомню завтра. Потрёпанный после моих вчерашних буйств блокнот лежал рядом со мной на кровати. И надо же было вчера устроить такой цирк? - стоило просто сразу подняться на крышу и сигануть вниз. Что, в любом случае, никогда не поздно. В теле, правда, не было сил вообще, и я продолжала лежать, пяля в стену. И плакать не хотелось, и жить. В голове и в сердце была сплошная глухая пустота. - Её поразило твоё умозаключение, Инейця, так что впредь воздержись от высказывания подобного! - послышалось за дверью, и пустота внутри меня пошла больными волнами. - Как уже было сказано, я врать не собираюсь! - ответил Инейця, вызывая во мне желание убить его. Но по этому разговору я поняла, что Длен и Инейця не изменили своего отношения ко мне. Длен даже проявил заботу, уложив меня в кровать, но какого чёрта? Раздался стук в дверь: - Мы пришли проведать нашу красивую юную леди, - дверь открылась. - Креспию сделала кофе, - Длен плюхнулся на кровать рядом со мной, но я так и не обернулась. - Чем хочешь заняться, Се, какие планы? Можем пару месяцев поразвлекаться тут, можем вернуться обратно, как пожелаешь. - Ты пришёл сюда, чтобы рассказать Аурелиано про Йоих, верно? В горле першило, поэтому голос звучал грубо. - В том числе, но самое важное - нужно было обсудить охотничьи дела, - он подёргал меня за плечо, - в четыре часа-то уж можно и встать, как думаешь? Если нет, то нет, я не настаиваю, но поговорить нам всё равно нужно. Я наконец-то поднялась: - Сделай из меня оружие. Длен молчал, и я продолжила: - Знаю, будет трудно, но я буду очень стараться, а ты со своим большим запасом терпения обязательно получишь результат. Из наполненных болью глаз потекли слёзы. Парни молча облепили меня и оставались рядом, пока я не успокоилась. Но они не проронили ни слова, поэтому я не могла понять, что они думают о моей просьбе. Наконец, под предлогом, что в комнате слишком душно, Длен встал и открыл окно. Хотя было непонятно, что вокруг за субстанция, казалось, становится свежее. - Я не буду тебя использовать, - ответил Длен. - Я научу тебя, чему захочешь, а получится из тебя что-то или нет... Сейчас не время об этом думать. Аурелиано старался, создавая это место, так давайте не будем грузиться проблемами хоть немного. - Прости меня, - я наконец-то произнесла слова, в которые были вложены искренние чувства. Казалось в этих словах есть решения всех проблем. Я была рада просто произнести их. На лице Длена появилась печальная улыбка, и он просто кивнул. Инейця сжал мою ладонь. И человеком быть трудно, и магом... Йоих, я никогда тебя не забуду. Даже если со стороны будет казаться, что я рада или счастлива, ты всегда будешь в моём сердце напоминанием. О том, что шутить и смеяться, плакать и злиться могла бы и ты. Йоих, ты могла бы быть живой, не появись я рядом. Может, это Инейця-ублюдок притащил меня сюда или Длен-идиот, не сообразил сразу, что может произойти. А может, всё это и неважно, и ты, действительно, обрела покой, а прежде, чем покинуть этот мир, решила побуянить. Инейця так жесток со мной, он на первых порах ещё дал понять, что не будет нежничать и столкнёт меня с болью напрямую. Он дал понять, что плохие, так или иначе, все, и, тем не менее, все имеют право на жизнь. Когда мы вернулись из Хакобаруке, Длен так и сидел под деревьями як каждый вечер, пока не подошёл к нам, предложив всем влить свои силы в поддержание острова. Это место было окрашено в цвета сумерек, когда мы втроём соединили свои силы. Пронзённое вдохновением сердце счастливо металось в груди. Во время нашей волшбы можно было увидеть и точную границу между миром и островом, и магический поток каждого из нас. Длен объяснял всё медленно и чётко, - он явно обладал необходимыми для преподавания талантами. Когда мы закончили, я действительно почувствовала себя магом - не тем, кто обречён на несчастье, а тем, кто может создавать нечто удивительное. Наверное, настал день, когда мы все смирились с отсутствием Йоих в этой жизни. Длен сжал мою руку и одобрительно кивнул. Для меня он дошёл до немыслимых вещей в магии, о которых я даже не подозреваю, но тоже очень хочу дойти. Однажды ночью мне на спалось, и я вышла на балкон. А ведь когда-то наступит момент, когда мы будем сражаться против других магов, против И, Еела, Дипы... Я положила руку на холодные перила и сжала металл до побеления костяшек пальцев. В сердце загорелась решимость. Из-за облаков выплыла полная луна, словно я бросила вызов ей, а она решила посмотреть, что за насекомое пищит под её ногами. Инейця нарушил моё одиночество: - Замёрзла, - сказал он, накидывая одеяло мне на плечи. - А сам? Он стоял в майке, прислушивался, как без умолку стрекочут насекомые в траве. Балконная дверь вдруг отворилась от внезапного порыва ветра. А его чёрные волнистые волосы откинулись назад, более не смягчая острые черты лица. Я видела лишь половину его лица, его чёткий профиль, снова казавшийся выделенным из тёмного камня. В светло-карие глазе отражалась луна. В его позе, лице, движениях была уверенность, которой я очень завидовала. Что сделать, чтобы стать такой же? Я подалась вперёд, чтобы охватить взглядом больше неба. - Тебе не нужно гнаться за нами или становиться какой-то другой, - сказал он, возвращаясь в комнату. - Просто научись самому необходимому, чтобы можно было свободно выходить с острова в разные города. Мы были рады, когда ты вернулась, Се. Из глаз брызнули слёзы - нечасто услышишь от Инейцы такие приятные слова. И кажется, само небо тоже было тронуто, обрушив на остров не по сезону рано начавшийся дождь с грозой, быстро перерастающий в сильный ливень.