Проклятие мира магии. Часть 2. Всё началось со смерти

Всем своим видом Длен показывал, что уже порядком устал от бесконечной борьбы, но она стала делом всей его жизни, её просто так не бросить. На лице образовалась щетина, почта ставшая бородой, щёки изрядно впали. - Не бросай её, Длен, - попросил Инейця так мягко и печально, как никогда раньше. Я не переставала трястись, еле удерживая себя от рыданий. Длен опустился рядом с нами и обнял обоих. И когда он это сделал, меня словно прорвало. И я не стала сдерживаться. Прежде чем вот так меня бросать, пусть посмотрят, как мне плохо, вдруг передумают! А если нет, то я отказываюсь жить в мире, лишённом моего смысла. Из глаз текла жидкая боль, накопленная во мне годами. Она резала моё нутро, выла, рычала. - Когда я был молод, занимался профсоюзными делами в Ксаглзане, - начал Длен тихо. - И стал свидетелем сцены, как она женщина, маг-преподаватель, устроила скандал из-за низких условий обеспечения труда или чего-то такого. Мы с ней друг друга узнали - она приезжала в наше поселение, отбирала "достойных остаться в живых". Я смотрел на неё с нескрываемой ненавистью, но у неё хватило сил выдержать мой взгляд. Позже я узнал, что она не смогла никого выбрать, пыталась, но у неё не хватило на это духу. Длен замолчал, и я поняла, что больше не воплю и не ною, а просто тихо плачу. К щекам прилипли волосы, и я, наверное, выглядела ужасно - вот бы мой внешний вид был главной проблемой сейчас. Да даже проблемы медицинского спектра были бы предпочтительней. - Тогда я понял, что даже одряхлевшие от старости маги хотят от своей долгой жизни чего-то большего. Я видел такие ситуации копию за копией. Я мечтал добраться до каждой морщинистой шеи, чтоб её свернуть. А когда в начале пхкутренских праздников все разъезжались по домам, в свои роды, к семьям, меня одолевало мерзкое чувство, желание тоже беспокоиться о каких-то обычных вещах, просто жить, забыв о жертвах, принесённых во имя этого. Длен будто всхлипнул и еле заметно вздрогнул. Неодолимое чувство безысходности обволакивало нас троих. Были ли возможны другие исходы? В этом мире... для нас... По щекам всё ещё лились слёзы, а вот внутри словно камень образовался. - Побудьте здесь пока что, - Длен оторвался от нас, - если ты, Инейця, действительно решил уйти, то, пожалуйста, не раньше завтрашнего дня. Его голос еле заметно дрожал. И после сакральной тишины нас оглушила волна магии, сотрясшая весь Хакобаруке. Длен сразу выскочил из комнаты. На зов войны откликнулись все, кто, казалось, уже сдался. В оставленную открытой дверь я видела идущих людей - хоть соседи и не были мне знакомы, ощущение, что они сплочены, дотронулось и до моего окаменевшего сердца. Я выглянула в коридор и увидела двигающуюся им навстречу волну разноцветного дыма. И поняла, что это куски пространства, окружавшего нас. И гнев забурлил во мне. Послышались звуки разбитого стекла, драк, крики, и я оказалась в охваченной паникой толпе. Из-за поворота хлынул поток магов. Казалось, я чувствовала дрожь воздуха, отмеченного печатью смерти. - Здесь не было мёртвых до того, как вы развязали войну, - позади нас раздался крик Аурелиано. Из толпы магов вышла женщина в чёрно-зелёной форме: - Так не делайте свои смерти напрасными, - сказала она звонким голосом. Я вздрогнула и сделала шаг назад, глядя на Инейцу, который даже головы в сторону двери не повернул - я почувствовала, что это уже не он. Военные маги начали атаковать, наши начали защищаться, но всё это было для меня на фоне. Мрак был рад, что захватил тело Инейцы. - Что будет после того, как мы все умрём? - спросила я, закрывая дверь на замок и оставляя шум борьбы позади. В кармане зашуршала записка Инейцы, и я подумала, не исчез ли он уже навсегда. - Не забирай его! - И для чего вам всем здесь оставаться? Внутри возникло странное чувство, а в комнате витало настроение, располагающее к беседе. Инейця развернулся ко мне, и когда блик света мелькнул на его лице, я увидела, что его глазницы полностью чёрные. В этой черноте мелькнул полковник Адцсул, но я уже не была удивлена. - Не лучше ли закончить свои страдания и вернуться к истокам? - улыбнулся он. - Когда достаточно всего лишь шагнуть в мои объятья. - И начать новую жизнь там? - вопрос был каким-то глупым, но мне всё равно. - Там нет жизни, Се, там не нужно перечитывать книгу за книгой и видеть всю пережитую боль человека. Борьба заставляет вас трепыхаться, однако вскоре вы поймёте, что ваша магия меняется, что бороться за её сохранение бессмысленно. Но зачем ждать так долго? Его поганую ухмылку хотелось стереть с лица Инейцы. - А в какой момент ты начал меня использовать? Он вскочил, схватил меня за плечо и мы переместились. На заснеженном холме было холодно, ветрено, но шок не давал мне задрожать. Передо мной раскинулся небольшой город, серый и заброшенный. - Когда он был населён, всё здесь выглядело иначе. Маги этого холодного материка называли свой городок Кудз, и хоть они его любили, у них хватило духу вернуться обратно ко мне. Когда он этого говорил, в его голосе послышалась печаль. - Так что, Се, всё началось задолго до тебя. Я начинал с власть имущих, с прославленных знаменитостей, но их устраивает такая жизнь, ведь они на её вершине. И тогда я понял, что нужно идти к тем, кто уже одной ногой во мраке. От последнего слова меня передёрнуло: - Но ты сам мрак и есть... - Сам мрак неистовствует в своей обители. И я это чувствую каждую секунду. На его лице появилась печальная улыбка. - Потому что я просто малая его часть. - Ты был человеком, - ответила я на своей неозвученный вопрос. - Я стану им снова как только перестанет дождь... - он пропел старые знакомые строчки, и моё сердце сжалось. Я позволила себе схватить его за предплечье. - Я сделал это ради неё... Ради Мояа... Но, может, сейчас наконец-то всё закончится, и я найду себе в облаках местечко поудобнее. Я смотрела на него в недоумении, и он решил всё-таки пояснить: - Мы наткнулись на старые записи, которые должны были быть уничтожены, мы повторили то, что никогда не должно было повторяться. - Ты один из восставших из мрака магов... - ответила я вновь сама себе. - На самом деле, я не восставал. Я был двенадцатым и единственным, кто не захотел в итоге приносить в мир магию. Может, решишь умереть хотя бы из вежливости? - Значит, правительство послало убивать нас с твоей подачи?! - Се, - он взял меня за плечи, - нет, это не так. Это сама магия, её законы. Они с мраком неразрывно связаны, но он, можно сказать, её муж, более мягкий и терпеливый.