С тобой

Я помню, как мы запрыгивали в фургон, Включали радио И колесили по миру, А потом вставали в 10, чтобы повторять то же самое До самого заката, потому что это было нашей жизнью. Thousand foot krutch, The last song©

Время пролетело неприлично быстро. Наступило четырнадцатое марта. Ранее утро, оживлённая суета аэропорта, спешащих в разные концы мира людей, механический голос диспетчера, периодически разбавляющий многоголосый, неразборчивый гул. Дориан всё-таки сделал пирсинг, и свежая ранка продолжала напоминать о себе периодической болью. Плохая идея делать прокол около рта накануне того, когда предстоит активно им работать. Но удовольствие от созерцания сверкающего украшения на своём лице сглаживало мысли о возможном дискомфорте, который оно будет приносить во время пения. Все сидели в зале ожидания. Дориан то и дело бросал взгляд на табло со временем вылетов, остальные о чём-то болтали. К ним подошла девушка с подносом, аккуратно поставила две белоснежные чашки на стеклянный столик. - Леонард, я и для тебя кофе попросил, - сказал Эван, забрав свою кружку. – А то ты совсем заснёшь, а на себе тебя на борт никто не понесёт. - Спасибо, - пробормотал Норват, на мгновение открыв глаза, и продолжил клевать носом и медленно съезжать в своём кресле. - Кажется, единственный способ взбодрить его – вылить кофе на голову, - подметил Леон. - А для меня кофе взять была не судьба? – возмутился Дориан. - Так ты в туалете был, откуда ж я знал, что ты тоже хочешь, я мысли читать не умею, - отозвался Прежан и, подув на кофе, громко отпил его. Дориан закатил глаза и огляделся в поисках той девушки. Она была в противоположном конце просторного, неподобающе светлого для хмурого утра зала. Вставать и идти к ней была лень, а имени с бейджика Дориан не запомнил. - Девушка? – громко позвал он. Не смутившись от столь фамильярного обращения, работница аэропорта вновь подошла к ним. - Желаете ещё чего-нибудь? - Два кофе без сахара, пожалуйста. Фишер укоризненно посмотрел на младшего подопечного и, когда девушка удалилась, спросил: - Это будет уже не первая твоя чашка за день? - Первая. Мы проспали, и я кофе выпить не успел. - Тебе было бы лучше вообще отказаться от него. - Рональд, с нашим рабочим графиком это невозможно. Я физически не успеваю высыпаться. А когда я сонный, я злой и раздражительный. Или ты мне предлагаешь тоже свернуться в кресле калачиком и спать, как Леонард? - А…? Что я? – пробормотал Норват, реагируя на своё имя. Все прыснули смехом, а Эван успокаивающе погладил его по плечу, приговаривая: - Спи-спи. И самое смешное, что Леонард кивнул, снова закрыл глаза и, кажется, на самом деле заснул. Дориан зажал ладонью рот, чтобы не заржать на весь зал, а потом, обнуляя ценность своей мимолётной заботы о покое друга, бросил в него пачкой сигарет. - Дориан, отвали… - С чего ты взял, что это я? - С твоей стороны прилетело, - Норват поёрзал в кресле немного и снова затих. Близнецы пересмотрелись. Обоим в голову пришла мысль, что товарищу никак нельзя давать спокойно поспать. Дориан кивнул старшему, как бы говоря этим: «Я первый» и крадучись направился к Леонарду. Постоял над ним немного и, хлопнув в ладоши перед носом друга, а после его по плечам, крикнул: - Горим, Леонард, просыпайся! На аэропорт упал самолёт! Работники нервно покосились в их сторону, но пока что решили промолчать. Звёзды, всё-таки, пока не буянят, можно потерпеть. - Дориан, займись чем-нибудь, - почти простонал Норват, надеясь на то, что ему всё-таки дадут вздремнуть. – Леон, прошу тебя, забери его. - Не выйдет, Леонард, - отозвался старший близнец. – И я тоже иду к тебе. Леонард обречённо вздохнул. - Вы ужасные люди, - проговорил, не открывая глаз. – И вы никого не уважаете. - Уважаем, - возразил Леон и сел на подлокотник его кресла. – Но надо же как-нибудь тебя встряхнуть? - Полностью согласен, - поддакнул младший и плюхнулся другу на колени. - Я бы был более благодарен, если бы вы оставили меня в покое и дали мне поспать. Дориан, слезь с меня. - Не слезу. Лично мне удобно. И ты так спать точно не сможешь. - Говорю же – вы законченные эгоисты, - снова недовольно, но беззлобно на самом деле пробурчал Леонард. - Будешь возмущаться, ещё и я сверху сяду, - вставил своё слово Леон. В тот момент, когда к Норвату подошёл и Эван, намереваясь добить его, из курилки вернулся Рональд. Упёр руки в бока, пытаясь понять, что за очередной цирк здесь происходит. А исходя из страдальческого вида Леонарда и того, что на нём, как на троне, с довольнейшей ухмылкой восседал Дориан, можно было предположить всё, что угодно. - Даже на пять минут нельзя оставить вас без присмотра, сразу дурдом устраиваете, - произнёс продюсер. – Что вы делаете? - Мы не даём Леонарду впасть в спячку, - отозвался Леон. - Пожалуй, я соглашусь на кофе, - произнёс Норват. – И, Дориан, встань ты уже. - Не встану. Ты мягкий и тёплый, на тебе удобнее, чем просто в кресле, - младший Ихтирам поболтал ногами и качнулся назад, несильно ударив друга спиной. На своё место он всё-таки вернулся, но совсем ненадолго. Пересел на подлокотник кресла близнеца и закинул на него ноги. А потом втиснулся ему под бок, обвил руками за шею. - Леон, дай мой кофе. - А как я это сделаю, если я встать не могу? Эван? - Э, нет, я вам прислуживать не нанимался, - отрезал Прежан. - Эван… - протянул уже Дориан, состроив другу умоляющую моську. - Даже не пытайся, я на ваши эти хлопанья ресницами не поведусь. - Вредный ты, - вздохнул младший Ихтирам, сам взял свою чашку и вернулся под бок брату. Леонард уже не спал, медленно попивал кофе, наблюдая поверх чашки за товарищами; Фишер сверялся с расписанием, проверяя, вписываются ли они в него и ничего ли он не упустил. Подняв через какое-то время взгляд к подопечным, Рональд спросил: - Документы все взяли? - Рональд, ты каждый раз будешь спрашивать об этом? – отозвался Леон. – Мы уже бесчисленное количество раз перелетали-переезжали куда-то, а ты до сих пор волнуешься, будто нам это впервой. - Мне одного раза с забытым паспортом хватило, чтобы усвоить урок, что вас необходимо контролировать. Так что проверяйте, у всех ли всё на месте. Дориан ограничился взглядом на сумку, где лежали его документы, он слишком хорошо сидел, чтобы вставать и проверять их наличие полноценно. Леон пошарил по карманам и, нахмурившись, произнёс: - Ой… - Леон, я тебя убью, - проговорил Фишер. – Ты что, забыл документы дома? - Наверное… Ди, посмотри в сумке, может быть, я паспорт к тебе кинул свой. - Не клал ты его туда, я точно помню. - Проверь, - хором настояли Леон и Рональд. Дориан проверил, паспорта старшего в сумке не обнаружилось. - В следующий раз будете мне документы заранее сдавать, чтобы такого не повторилось, - сокрушался продюсер, судорожно думая, как же выйти из этой ситуации без ущерба для них. – Как можно быть такими безответственными? А ещё возмущаетесь, почему я волнуюсь! - Как видно, ты с нами не летишь, - произнёс Эван. – Всё равно ты не выступаешь, так что невелика потеря. Попытка пошутить и разрядить атмосферу не удалась. Дориан метнул в товарища испепеляющий взгляд. Начались споры, ор, потому что все и так нервничали перед турне в новом формате, а тут ещё и это. Отмолчавшись какое-то время, с интересом наблюдая за происходящим, Леон привстал и, достав из заднего кармана джинсов паспорт, звучно бросил его на стол. - Та-дам! Свершилось чудо! Все разом смолкли и посмотрели на него. Фишер медленно, глубоко вдохнул и выдохнул, чтобы не настучать приколисту по голове; Леонард закрыл рукой лицо, хихикая в ладонь. - Леон, у тебя нет совести, - всё-таки заговорил Рональд. – Как можно так шутить? - Тебе не угодишь, - развёл руками Леон. – Нет паспорта – плохо, есть – тоже плохо. - А я говорил, что лучше ехать на автобусе, - подал голос Эван, - так бы было не страшно, даже если бы кто-то на самом деле документы забыл. - Эван, мы направляемся в другую страну, документы нужны по любому, - ответил Фишер. – Или ты хочешь границу нелегально пересекать? Близнецы покатывались со смеху от слов друга; Прежан открыл рот и снова закрыл, только сейчас поняв, что сморозил глупость. - Так в аэропортах строже всего проверяют, - попытался реабилитироваться он. – А в автобусе спрятали бы куда-нибудь Леона и проехали бы спокойно. - А не боишься, что мы тебя сдадим в багажный отсек как крупногабаритный груз? – отозвался Леон. - А я согласен, что лучше переезжать на автобусе, - вставил слово Леонард, - в нём хоть поспать можно. А в самолёте только сел – и уже выходить нужно. - Вот отправимся на гастроли в Америку, и отоспишься по дороге, - отозвался Эван. - А уверен, что будут эти гастроли? – высказался Леон. - Думаешь, там нас уже не ждут? – встрял Дориан. – А если даже так, поедем туда в качестве туристов. Билет на самолёт купить не проблема и деньги на проживание у нас тоже имеются. - И снова будут вас двоих особо тщательно проверять и досматривать, чтобы вы Аллах Акбар в штатах не устроили, - гоготнул Прежан. Близнецы синхронно поджали губы и впились в него недовольными взглядами. - Будешь так говорить, мы тебе Аллах Акбар устроим, - ответил Дориан. - Тише вы, - строго сказал Фишер. – Мы всё-таки в аэропорту, так что воздержитесь от данного выражения. - А это уже ущемление свободы вероисповедания, - вздёрнув подбородок, отозвался младший Ихтирам. – Если мы определимся с верой и решим стать мусульманами, ты тоже будешь запрещать нам говорить, что Аллах велик? Нельзя так, Рональд, мы на тебя в суд подадим. Леон дал близнецу пять, а Фишер только покачал в ответ на это головой. В назначенный срок они прошли на борт самолёта и заняли свои места, пропустили мимо ушей инструктаж стюардессы, слишком много раз они уже слышали его. Выполнив свою работу, стюардесса ещё раз напомнила о том, что необходимо пристегнуть ремни, проверила всё и удалилась; в скором времени лайнер выехал на взлётную полосу и, набрав скорость, оторвался от земли, стремительно поднимаясь в небеса и беря курс на мировую столицу любви. Взглянув в иллюминатор, за которым уже не было видно ничего, кроме молочных облаков, Дориан беззвучно вздохнул и, прижавшись боком к близнецу, положил голову ему на плечо. Он ведь на самом деле переживал из-за концертов, первый из которых должен был состояться уже сегодня вечером, и потому нужно было просто помолчать и побыть рядом, чтобы обрести уверенность в том, что всё на самом деле будет хорошо. У Леона от неудобной позы болело плечо, но он не двигался. Тоже понимал, что так нужно, тоже испытывал потребность в этом. Ничего не говоря, накрыл ладонь младшего своей ладонью и переплёл их пальцы.