Амброзия

      Летняя жара изнуряюще знойна, но это любимое время года омеги Йоичи, наряду с весной. Потому что это полная противоположность зиме, в течение которой он несколько дней просидел взаперти в особняке, не подозревая, что суровая зима — результат заклинания его тёщи.       Однако он не может изменить тот факт, что в это время года у его мужа день рождения и что её три щенка также родились в это время года.       — Папа!       Маленькая Роза, младшая из троих детей японо-немецкой пары, с энтузиазмом следит за огромной кошкой с золотистой шерстью и длинными усами, с благоговением и обожанием наблюдая, как кошка на её глазах превращается в огромную птицу, летящую над ней, а затем, прежде чем его дочь падает и ударяется об пол, споткнувшись о ковер, возвращается в свою нормальную форму и поднимает её прежде, чем маленькая девочка ударяется о твердый пол.       Держа её в объятиях, он гладит её золотистые волосы и прижимает к груди, боясь, что она вот-вот упадёт, утешая её своим теплом. Он благодарен за свою быструю реакцию, за способность действовать мгновенно и в мгновение ока вернуться в человеческий облик.       Но его дочь, вместо того чтобы испугаться ситуации, просто громко смеется, как будто это какая-то веселая игра, в которой отец её спас.       «Это не смешно, Роуз. Ты чуть не ударилась», — ругается Кайзер, морща лоб и приглаживая светлые локоны, покрывающие лоб молодой девушки.       Его гнев длится недолго: младшая протягивает свои крошечные ручки, чтобы обнять отца за шею и обнять его, полная восхищения и нежности, и трётся щекой о его лицо. Она так любит отца, что Кайзеру очень трудно не поддаться очарованию этого лица и объятий его очаровательной малышки, которую нелегко напугать.       — Но Роза знала, что папа меня поймает, он всегда рядом. — Она указывает, рисуя лучезарную улыбку, полную нежности и веселья.       Позади них появляется детёныш леопарда, играющий со старшим из тройняшек. Мальчики гоняются друг за другом, пока животное не принимает свой первоначальный облик: семилетнего светловолосого мальчика, точного близнеца.       — Роза тоже хочет превратиться в леопарда!       Длинные светлые волосы младшей девочки становятся рыжими из-за разочарования, что она всё ещё не может совершать полные превращения, в отличие от своего старшего брата Харуто.       «Всё в своём собственном темпе. Я тоже полностью освоил трансформации только в девять лет», — кратко объясняет Кайзер, сохраняя спокойствие и трогательность, когда его дочь расстраивается из-за того, что не может достичь того, чего она когда-нибудь достигнет.       «А почему он может?» Она возмущенно скрещивает руки на груди, наблюдая, как спорят её старшие братья. Михаэль тщательно продумывает, как объяснить своей дочери, что она должна быть терпеливой, и что не все быстро развиваются в достижении определенных целей.       Кайзер слегка целует её в лоб и направляется в большой зал, где он ставит дочь на землю.       — Некоторые рождаются гениями... А другие — вундеркиндами.       Это самый точный ответ, и его дочь до сих пор его не понимает, но, вероятно, забыла, что сказал ей отец.       Старший из трёх братьев, Эллиот, с тёмными волосами и японскими чертами лица, подходит к отцу с интригой и замешательством:       — А почему я не могу сменить цвет волос, как мои братья?       В то время как у Роуз и Харуто уже в раннем возрасте проявились признаки наличия у них отцовского гена Альфа, у старшего из тройняшек ничего не проявилось.       Немного грустно быть не таким, как они и их отец Альфа.       — Не все унаследовали мой ген метаморфомагуса...       Прежде чем Эллиот успевает что-то сказать, его папочка Омега обнимает его сзади, прислоняется к его спине, наклоняется и осыпает его щеку поцелуями. «Неважно, что ты не такой, как они. Я тоже не такой, как они, но я всё ещё умею сиять по-своему. Если очень постараться, можно научиться творить магию без палочки и без слов. Нужно стараться, тренироваться и очень усердно учиться. Понятно?» — Подбадривает он, широко улыбаясь и ласково гладя сына по волосам. Он поражён тем, как быстро растут его дети.       Детей не удивляет, что их родители обладают невероятными и уникальными качествами, которые отличают их от других волшебников.       Конечно, несмотря на то, что у них нет глубоких знаний о том, почему в магическом мире живет так мало волшебников, а большинство из них — в мире маглов, родители заставляют их изучать историю магии (по-прежнему опуская часть о последней магической войне), магических существ, что это такое и каким был Хогвартс до того, как он стал чем-то.       — Хорошо, папа Йоичи.       — Иди поиграй со своими братьями.       Эллиот кивает и уходит с Роуз и Харуто играть в саду, оставляя родителей одних. Кайзер подходит к мужу, чтобы обнять его и поцеловать, начиная с шеи и поднимаясь к щекам, но Йоичи выглядит несколько напряжённым и встревоженным.       «Каждый раз, когда я вижу Роуз, она напоминает мне твою мать», — признается он, не в силах не вспомнить ту женщину, которая была его самым большим кошмаром.       Некоторое сходство вполне нормально. Его дочь очень похожа на Кайзера, за исключением голубого оттенка глаз. А Кайзер, в свою очередь, поразительно похож на свою мать. Гены сильные, они присутствуют.       — Ты так говоришь, потому что она блондинка?       «Дело не в этом», — медленно отрицает он, измученно вздыхая. Он замыкается в себе. «У неё странная привычка говорить в третьем лице».       — А что в этом плохого? Я тоже так делал, пока не оправился в десять лет.       «Надеюсь, когда я стану старше, я перестану так делать», — говорит он с несчастным видом, глядя через окно на своих играющих тройняшек.       Чтобы отвлечь меня от мыслей об этом, Михаэль решает сменить тему.       — А где наш малыш?       Больше года назад Йоичи родил прекрасную девочку, точную копию его самого. Омега очень привязан к ней, возможно, потому, что она самая младшая в семье и у неё такие же карие глаза, как у матери.       — Спит, я уже покормил её грудью, и теперь она, должно быть, спит. — Он отвечает, счастливо улыбаясь и расслабляясь оттого, что вспомнил о ней.       Чувствовать ребенка на руках — его обожание, когда малыш прижимается к его груди и пускает слюни — это так умилительно.       Михаэль улыбается, довольный и облегченный тем, что его партнёр меньше напряжён и обеспокоен. Йоичи так же обожает своих детей, глубоко любя их, считая их лучшим подарком, который мог сделать ему Кайзер. Иногда определённые совпадения или черты характера, связанные с ними, особенно с Роуз, вызывают у него тревогу или воспоминания о неприятных событиях из прошлого.       Но он никогда не был с ними груб или особенно строг. Он учит их хорошему поведению, поощряет учёбу и никогда не расстраивается, если у них что-то не получается с первой попытки.       — Кстати, Несс поможет мне подготовить письма. Ну, для тех, кто хочет поступить в Хогвартс.       Как только он заговаривает на эту тему, Йоичи смотрит на него с большим интересом и интригой.       Проект по восстановлению Хогвартса начался вскоре после рождения тройняшек, более семи лет назад, и с помощью магии замок был восстановлен довольно быстро. Главная дилемма — найти учеников и учителей.       Они начнут с малого; они не могут       рассчитывать на большое количество учеников; прежде всего им нужно заслужить признание и доверие.       Всё это время Йоичи поддерживал важную связь с миром маглов. Все его знакомые и родственники были рады и воодушевлены новостями о нём и о том, что у него всё хорошо, но их трудно убедить, что он женат и счастливо живёт с Михаэлем, и что он полон энтузиазма по поводу нового проекта Хогвартса.       Единственные, кто способны его понять, не критиковать и, по крайней мере, слушать его и доверять ему, — это Эго, Саэ и его собственные родители.       Забавно видеть, как Итоши Саэ живёт и осваивается в мире маглов, ведь это не было его любимым местом, но из-за обстоятельств, возникших из-за войны, ему пришлось учиться и терпеть пребывание среди маглов, и всё это для того, чтобы создать свою собственную семью в Рюсее, его доме.       «Я разговаривал с Джинпачи Эго. Формально ты владелец замка, но именно он будет появляться здесь и проводить занятия», — с волнением рассказывает он, вспоминая письмо, которое получил от него несколько дней назад.       — Завтра ты поведешь тройняшек к родителям, да?       — Ага.       — Несс тебя проводит.— Он серьёзно уверяет, что Алексис — человек, которому он больше всего доверяет в вопросах безопасности Йоичи, и что он вернется без каких-либо неудач или неудобств.       Алексис по-прежнему довольно близок с ними, даже дети называют его дядей Нессом, и всякий раз, когда они хотят или проявляют небольшой интерес к растениям и зельям, они спрашивают его напрямую.       «Ладно», — разочарованно вздыхает он. Йоичи хочет, чтобы Михаэль пошёл с ним, но и заставить его не может. «Ты уверен, что не хочешь пойти?»       «Я не хочу идти туда, где мне не рады», — отвечает он, гладя по щеке своего Омегу, который трётся о руку Альфы, чтобы лучше чувствовать его прикосновения. «Кроме того, я останусь здесь, чтобы позаботиться о ребёнке».       Она ещё слишком мала, чтобы познакомиться с бабушкой и дедушкой. Мысли об этом наполняют Кайзера грустью, ведь в глубине души он хотел бы, чтобы мать познакомилась с его детьми. Жаль, что всё так обернулось.

***

      Трое детей играют в саду. Младшие пока не умеют колдовать и правильно направлять магию, хотя иногда, когда эмоции накаляются, они источают её слабую искру. Родители обещали им, что первые волшебные палочки им не дадут, пока им не исполнится десять.       Хотя они не чувствуют особой потребности научиться колдовать, за исключением старшего, который даже изучил и прочитал немало о магии и немного о зельях.       Как обычно, каждый раз, когда они ныряют в сад, где им приходится проходить через огромный вход особняка, они натыкаются на ледяную статую двух людей, обнимающих друг друга.       «Эта статуя невероятна», — говорит Харуто, любуясь ею.       Даже в тёплое время года, например, весной, и в жаркое, например, летом, ледяная статуя остаётся нетронутой. Она не тает и, если подойти к ней слишком близко, от неё исходит холодный ветерок, что так завораживает детей. Дети соглашаются, что это волшебная ледяная статуя, но не до конца понимают её предысторию.       Статуя окружена чем-то, напоминающим розовый куст с шипами синих роз. Конечно, малыши не знают, что этот розовый куст – та самая амброзия , которая зарыта под статуей, но с годами разрослась, покрыв её и окутав половину тел ледяных фигур, словно розы – это цепи , обнимающие ледяную пару.       Родители запретили тройняшкам подходить слишком близко, потому что это ядовито, и даже не позволять им почувствовать его запах, а шипы могут нанести им травму.       «Но кто они?» — заинтригованно спрашивает девочка. Она видит эту статую уже не в первый раз. По-началу две огромные фигуры рядом с ними, которые кажутся такими маленькими, пугают, но со временем к их присутствию привыкаешь.       Двое её старших братьев смотрят на неё, а затем на ледяную женщину. Несмотря на холодный синий оттенок их лиц, черты лица кажутся довольно знакомыми.       «Это наши бабушка и дедушка», — вполне убеждённо заявляет Харуто, вызывая любопытство у своих братьев, которые оборачиваются и смотрят на него с любопытством и сомнением.       — Откуда ты это знаешь?       — Я слышал, как наши родители говорили об этом, когда думали, что я сплю в гостиной.       Это случилось совсем недавно, и он до сих пор прекрасно помнит. Тогда он превратился в маленького кролика и заснул, прыгая и скакая по особняку, пока не рухнул устало на диван в гостиной.       «Услышат ли они нас, когда отмёрзнут?» — на этот раз спрашивает Эллиот, весьма заинтригованный.       Он видел изображения статуй в десятках книг. Сделанных из мрамора, камня и даже бронзы, но никогда — изо льда.       И что вызывает у детей определённый страх и изумление, так это то, что Харуто слышал от своих родителей, что эти две ледяные фигуры на самом деле его бабушка и дедушка. Как они оказались в таком положении? Случайность?       И если да, то почему они не вернулись к своей обычной форме?       Эллиот предполагает, что, возможно, вместо того, чтобы просить о кремации или просто о создании для них нормальных могил, последним желанием его бабушки и дедушки было быть замороженными именно так: вместе.       Это немного странно, но в его юном сознании это вполне объяснимо. Но его внимание привлекает то, чего его братья и сёстры пока не заметили: его бабушка и дедушка выглядят не совсем старыми. Другими словами, их заморозили в раннем возрасте, и это вызывает много вопросов.       «Кто знает», — вздыхает блондин, пожимает плечами и вытирает лоб от пота, выступившего от жары.       «Это так романтично», — признаётся Роза, рассмеявшись от умиления, но Харуто смотрит на неё как-то странно. Недоверчиво.       — Что романтичного в заморозке?       Роуз не может этого объяснить; она ещё слишком мала, чтобы адекватно выразить свои мысли и убеждения. Она чувствует себя несколько неуклюжей в этом вопросе, и, возможно, именно поэтому её отец, омега, старается, чтобы она много читала и расширила свой словарный запас. Иногда это заставляет её грустить, что она не оправдала ожиданий своего отца, Йоичи.       Эллиот, самый старший, берет слово и высказывает свои мысли.       — Может быть, дело в том, что, несмотря на эту ситуацию, она не может перестать видеть его. Как будто он — самое дорогое, что есть в её мире. Принимая, что, даже если её заморозят навсегда, она будет видеть его хотя бы вечно .       Тишина. Оба светловолосых ребёнка удивленно смотрят на старшего. Роуз восхищается тем, как изобретательно, терпеливо и добродушно её брат объяснил то, что она тоже считает правильным, но Харуто смотрит на него как на чудака, хмурясь и морща нос.       —...Иногда ты бываешь страшным, — говорит Харуто скорее насмешливо, чем серьезно, делая забавное выражение лица, чтобы сменить атмосферу и посмеяться над Эллиотом.       На его маленьком личике вырисовывается утиный клюв, отчего его сестра смеётся над тем, как забавно это выглядит. Эллиот закатывает глаза и недовольно фыркает, думая, что младший портит серьёзные, душевные моменты.       — Я хочу съесть бутерброды.       — Папа сказал, что завтра отвезет нас в мир маглов, чтобы мы познакомились с бабушкой и дедушкой.       — Ещё бабушки и дедушки?       — Да! А ещё говорят, что мы можем поиграть с девочкой нашего возраста, которая, возможно, волшебница Кажется, его зовут Итоши…? — задумчиво произносит Роуз: у неё не такая хорошая память, как у Харуто и Эллиота.       Она не жалуется на то, что постоянно играет с родителями, особенно друг с другом, но также считает, что было бы гораздо веселее и разнообразнее играть с кем-то другим, её ровесником. Поэтому она спешит вслед за Харуто обратно в особняк, чтобы перекусить на кухне, где эльфы отвечают за готовку и уборку дома.       Но перед этим Роуз смотрит на Эллиота, который все еще завороженно смотрит на ледяную статую.       — Ты придёшь...?       Он смотрит на статую, особенно на женщину, которая не может оторвать глаз от мужчины, который, как предполагается, является дедушкой. Если он смотрит на неё несколько секунд, то чувствует, как её зрачки меняются и застывают на нём на несколько мгновений, которые кажутся вечностью.       «Это невозможно» , — думает он, но всё равно немного пугающе и одновременно волшебно. Голос младшей сестры возвращает его к реальности, он моргает и наконец отрывает взгляд от статуи.       — Я иду...       — Брат, изучая так много книг, ты говоришь странные вещи, которые мы часто не понимаем, — замечает Харуто со странным ощущением, что за ними кто-то наблюдает.       Может быть, это их собственные родители, находящиеся внутри особняка, или Несс, который иногда превращается в сову, чтобы наблюдать за ними с определенного расстояния, поскольку он анимаг .       Они этого не знают, но им предстоит долгая жизнь. Как братья, они связаны неразрывной связью, которая объединяет их пути.       История их родителей подошла к концу, но их собственная история только начинается.