Play on me

      Следующие несколько дней прошли, на удивление, спокойно. Гули вели привычный образ жизни, постепенно собираясь все чаще: до Ритуала остались считанные дни. Это, безусловно, задало атмосферу и темп, позволив полностью погрузиться в процесс. Чтобы показать на сцене совершенно новое, с присущим ранее духом, практически все демоны нашли свои способы для получения энергии, принадлежащей каждому из греху в частности. Копия ставил в приоритет, чтобы Безымянные «проживали» каждую песню, внимая не только его словам. В отличие от прошлых Пап, ему хотелось раскрыть потенциал всей группы, цепляя новых послушников чем-то еще, помимо слепой веры. Поэтому мнения участников не ставились под сомнения: за кулисами и на сцене ничего не делалось без их согласия.       Взаимоотношения в новом коллективе складывались благоприятно. Фантом, несмотря на опасения Папы, в последнее время давал отличный результат. Забота со стороны Рейна была видна невооружённым глазом. Да и остальные оказались не против присоединиться к энергичному парню, попутно узнавая, как такой юнец освоил электрогитару. Аврора, помимо гулетт, сблизилась со Свиссом: им было интересно поэкспериментировать с вокалом друг друга, хотя и без этой мелочи девушка легко пошла бы на контакт. Даже маски не могли скрыть их улыбок и заинтересованных взглядов. Вокруг рождалась совершенно уникальная смесь из талантливых и вдохновлённых творцов, но чего-то не хватало. Точнее, кого-то.       Содо почти не двигался и не общался с остальными, сосредоточенный только на гитаре в руках. По сути, это не было странностью, ведь в отличие от многих, он уже не первый год выступал с нынешним репертуаром группы. Если от него понадобится актерская игра, сымитировать любую эмоцию не составит труда, но все это будто повторяло прошлый, досконально выстроенный образ. На этот раз его молчаливое поведение настораживало всех. Когда заноза, которая питается чужим вниманием, резко перестает это делать, возникает своевременный вопрос:       — Что-то случилось? Ты сам не свой настолько, что даже не можешь притворяться. — Копия выглядел обеспокоенным, когда они, наконец, вышли на небольшой «перекур».       — Все же в порядке, к чему устраивать допрос? — вполне спокойно ответил огненный, затягиваясь никотином практически до кашля.       — Дью, ты можешь обманывать других, даже самого себя. Но от моих глаз не ускользает ничего. Я люблю продумывать все до мелочей, а еще я уверен в своей команде. Если ты решил утаить какой-то аспект своих беспокойств, они будут терзать тебя, пока не выжмут все соки. Ты же знаешь, как я ценю твои способности и харизму? Мне совершенно не прельстит потерять лид-гитариста из-за какой-то ерунды, особенно если она и правда стоит пары слов.       — Я настолько плох? — спрашивая на выдохе, гуль облокотился о стенку. — Если пообещаю, что, вернувшись, стану привычным собой, ты поверишь?       — Потерять мое доверие будет большой ошибкой. — Карди повернул голову в сторону, не скрывая скорби в глазах. — Мне бы хотелось отнестись к тебе, как к хорошему другу. Все в твоих руках. Просто сделай работу хорошо. — оставив длинноволосого докуривать в одиночестве, Копия мог только догадываться, что стало причиной такой резкой перемены настроения. Давить дальше просто не было смыла, по крайней мере в случае с Дью.       Содо смирился, что разговор с фронтменом ему никак не поможет, а жаловаться на перевозбуждение некоторых личностей уж тем более не стоило. Отделить личное от работы — и все будет в порядке. Пара бездумных ночей с незнакомцами задушит проблему с корнем, от прежних переживаний не останется и следа. Он не человек, просто привык его имитировать.       Убеждая себя, таким образом, уже вторую бессонную ночь, Дью безуспешно закрылся в собственных мыслях, которые не давали здравого решения проблемы. Почему Рейну удалось пойти дальше, а ему нет?       Раз уж «нормальное» состояние пришлось даже Кардиналу не по нраву, последний способ справиться со сложностью лежал во внутреннем кармане жилета. Лекарство прямиком из преисподней, стимулирующее все что угодно, за небольшую плату умственными способностями после употребления и нескольких лет жизни в «осознанной» форме. Стоит ли место в группе таких жертв?       — Приди в себя, ебанная тряпка. — проглотив сразу несколько пилюль, огненный вернулся в компанию демонов лишь спустя пятнадцать минут.       Копия внимательно следил за ним, к собственному удивлению не заметив признаков прошлой усталости с желанием поскорее смыться. Дью почти сразу занял лидирующую позицию, из-за чего и Фантом, и Рейн заиграли бодрее. Трио, собранное вместе, выглядело потрясающе, пусть двое из них старательно игнорировали присутствие друг друга. Теперь появилась возможность полностью прогнать программу, прежде чем все разойдутся добирать энергию перед предстоящим ритуалом, и, конечно же, отдыхать.       «Но что он использовал для восстановления духовного баланса?» — смутно возникшая мысль Кардинала вмиг испарилась, стоило почувствовать единство и гармонию, охватившую команду в этот миг. Перфоманс состоится незабываемый. И, к сожалению, в его преддверии, Четвертый не мог долго думать о чем-то другом. Гораздо легче поверить в то, что все в порядке, спокойно ожидая назначенный час.

***

      Резкая перемена в Содо заставила всех вздохнуть с облегчением, поскольку его фигура играла не последнюю роль в успехе всей группы. Каждый гитарист должен успеть придумать, какое взаимодействие точно войдет в программу, а где им нужно сымпровизировать. Новые костюмы и сама концепция явно намекала на сексуальный подтекст, однако это рок, и гули давно дали согласие на такие вещи публично. Свиссу было только в радость творить самые безумные вещи с Безымянными. Но, видимо, его одного насторожила искусственная улыбка Дью и на время появившаяся оживлённость, которая наверняка пропадет, стоит ему оказаться в стенах своей комнаты. Как говорится: «Знаем, проходили».       — Эй, большой мальчик только что загрустил? — Аврора, по-прежнему стоявшая возле мульти, не могла не заметить перемен после появления огненного. — Или вы поругались? Тогда это станет проблемой.       Как раз в этот момент лид-гитарист оторвался от воодушевленного его присутствием Фантома, направляясь прямо к ним.       — Меня обсуждаешь? — он положил голову под руки, облокотившись на их платформу. — Кажется, мы так и не пообщались наедине. Зато, с кое-кем ты прямо спелась. — пустой взгляд сначала уперся в голень мужчины, после чего все внимание переключилось на гулетту.       Девушка спустилась, поскольку болтать с полутораметровой высоты неудобно. Она светилась от счастья, ведь Содо был последним, с кем она еще не подружилась. Тем более, сейчас он сам сделал первый шаг. Обсуждая по большей части рабочие моменты, они пришли к общему выводу, что встретиться вне сцены и посплетничать наедине будет чудесным времяпровождением. Девушки по природе более эмпатичные, поэтому с ними легче откровенничать, а парень, пусть и выглядит вредным, на самом деле не против вспомнить былое. Свисс все это время молча наблюдал за ним.       Наконец спрыгнув, он прервал их небольшую беседу, и как будто спугнул этим Дью. Хотелось поскорее уйти, но Аврора словно очнулась из транса и спросила то, о чем планировала с самого начала:       — Между вами что-то произошло? Он не признаётся и отнекивается, но все равно постоянно наблюдает за тобой. Если нужна помощь со стороны, я готова с вами все прояснить.       — Что за глупости. — посмотрев на бэк-вокалиста, Дью сразу же встретился с ним взглядом. И пусть вопрос задала девушка, отвечал он явно ему: — Мне кажется, он просто слишком много на себя берет. Ничего не было. Докажи ей, а то еще не поверит. — последняя фраза показалась слишком сюрреалистичной, словно чье-то воображение дало сбой, искажая действительность.       Но вот, Содо приблизился к нему. Гитара перевешивала, и для удобства он решил опереться спиной об крепкую грудь, пустив пальцы по чужим карманам. Мульти в очередной раз опешил, желая отстраниться, но руки гитариста вцепились в него мертвой хваткой, нащупывая что-то в слепую.       Гулетта, не ожидая такой внезапной близости двух сокомандников, вдруг улыбнулась. Может, у нее и были соображения на счет отношений внутри группы, но теперь некоторые стрелочки явно изменили свое направление.       Найдя то, что искал, Дью сделал шаг вперед. Между пальцев он сжимал вейп. Единожды затянувшись, демон демонстративно протянул палочку ко рту Свисса.       — Как думаешь, фанаткам понравится, если я сделаю так прямо во время ритуала? — спрашивая обоих, Содо с удовольствием наблюдал за тем, как мульти закуривает из его рук.       — Думаю, о вас начнут фантазировать еще больше. — зная про человеческое творчество и их любовь к фансервису, Аврора ответила без малейших сомнений. — Хотя, насколько я помню, с тобой чаще сводили именно Рейна.       По лицу огненного в буквальном смысле пробежала тень. Непринуждённая атмосфера растворилась так, словно ее и не было. Свисс успел перехватить курево вместе с рукой Дью, которая прямо сейчас усиленно дергалась, предпринимая попытки вырваться из хватки. Аврора испуганно отпрянула, почувствовав давление с его стороны на физическом уровне. Откуда ей было знать, какие темы лучше не упоминать даже в шутку?       — Да отпусти ты! — вынужденный сдаться сразу по нескольким причинам, он убедил мульти в том, что неприятного инцидента удалось избежать.       Когда Свисс отступил, Содо замер лишь на несколько секунд. А после, не собираясь объясняться, покинул место происшествия, поставив точку в своей репетиции.       Мульти смотрел ему вслед, испытывая при этом неоднозначные эмоции. Презрение мешалось с жалостью, давняя обида и непонимание не давали ответа на главный вопрос: для чего он сам начал эту игру и к какому результату их приведет кривая дорожка? Но отпускать Огненного просто плыть по течению будет большой ошибкой. С ним явно творилось неладное, Свисс мог только догадываться, к каким мерам пришлось прибегнуть, и это раздражало еще больше. Неужели так трудно было попросить о помощи, пусть даже не его? Некогда близкие люди ослепли, не замечая, как от их прежнего друга остаётся лишь пепел.       Бэк-вокалиста нельзя назвать влюбчивым, более того, он совсем не скрывал свой разносторонний интерес, который мог возникнуть одновременно сразу к нескольким персонам. Однако ему стоило признать уже давно, что Дью во всей этой цепочке давно стал исключением, и с ним не хотелось ссориться по-настоящему.       В начале совместного пути, когда старый состав группы принимал их в свои ряды, новоприбывшие гули неразлучно держались друг друга. Оказалось, что они вышли в мир людей из одного и того же места. Для первого призыва, самого напряженного и тяжелого времени в жизни каждого демона, более спокойный уверенный Дьюдроп стал опорой и последним напоминанием о доме для Свисса.       Много воды утекло с тех пор, многое изменилось. Их «семейная» идиллия давно потерпела крах, и мульти первый дал слабину, позволив себе посмотреть на Содо под другим углом. Подобные чувства никогда не были взаимны, а потому и говорить о них открыто он не стал: все ведь и так лежало на поверхности.       Бросить свою затею и остыть самому: с какой-то стороны верное решение, но ноги, повинуясь инородному импульсу, двинулись в сторону выхода. Свисс, без каких-либо объяснений перед Авророй, проследовал за Содо. Остановить гуля удалось только перегородив путь, ведущий на улицу. После их последней встречи наедине, ситуация «за кулисами» значительно ухудшилась.       — Это точно не мое дело, но, может, ты все-таки объяснишь? — расставив руки в стороны, он неосознанно открывался ему, как если бы приглашал в свои объятия прямо сейчас. — И ладно твое состояние, но к чему наигранность? Сначала ты меня посылаешь, потом сам тянешься, как ни в чем не бывало, и так по кругу. Ты буквально настаивал на прописанных взаимодействиях, но сам не следуешь этому правилу.       — Прости, — ответ гитариста поверг Свисса в шок. — Я сегодня совсем не в форме. И мне не стоило пугать Аврору. — на его лице появилась странная улыбка, что окончательно выбило из колеи и без того запутанного мульти.       В голове вновь мелькнула догадка, и стоило этой мысли развиться, как все встало на свои места. Злоба смешалась с издёвкой, когда Свисс импульсивно притянул длинноволосого к себе за жилет. Глубоко вдохнув, он почувствовал знакомый наркотический запах, который уловим лишь на столь близком расстоянии. В глубине души Свисс был разочарован. Однако наяву он не собирался менять язвительного тона и уж тем более грубых действий.       — Ты предпочитаешь ебанный порошок разговору. Неужели так сложно просто попросить? Старый друг по «оружию», вроде меня, запросто вызовет в тебе самые разные ощущения. Эта дрянь была совершенно ни к чему. — бэк-вокалист прижал Дью к стенке, окончательно забыв про обещанные личные границы. Накопленная сила, посредством негативных эмоций, выходила из-под контроля, сжав в тиски ослабевшего гуля. Получить бы желаемое поскорее, чтобы больше никогда с ним не связываться. Но поможет ли такой исход избавиться от собственной пустоты внутри?       — С чего ты взял, что мне нужен этот разговор? Почему всем хочется сунуть нос туда, куда не следует? Это мои проблемы и моя жизнь, группа — лишь малая ее часть, но я как будто обязан докладывать о каждом своем заебе. Если не смогу больше выступать, значит, я сам довел себя до такого состояния и заслужил потерять все. — Содо прикрыл глаза, напрягаясь. Колено Свисса задевало пах, дышать становилось труднее и все это за пару шагов перед заветным выходом.       — С Рейном почему-то работало иначе, и ты до сих пор реагируешь на него «по-особенному». Вы были вместе, все об знают. — хотел бы Свисс взять себя в руки, чтобы успокоиться и наверняка вывести Дью на чистую воду, но его же «стихия» теперь обернулась против. Экстремальная близость начала напрягать обоих. Огненный выдохнул, проглатывая ком не только от услышанных слов.       — Отродья, подобные нам с тобой, никогда и рядом с ним не стояли. Я это понял не сразу, ввел всех в заблуждение… но ты все равно жаждешь получить меня, раз так отчаянно преследуешь. А почему бы и нет? — вопрос прозвучал в пустоту, адресованный своим же мыслям из прошлого. — Плевать, кто будет первым в моем блядском рандеву. Хочешь, трахни прямо в этом коридоре, на потеху чужому глазу. — холодный тон, выражающий безразличие, и совершенно противоположное поведение в подобной ситуации, отчетливо передавали плачевное состояние Содо. Он ушел, оставив на растерзание только тело, делающее все возможное, чтобы избавиться от накопившегося стресса.       Имея небольшую возможность двигать бедрами, огненный воспользовался до сих пор прижатым коленом, как стимулятором. Если бы мульти не держал его так крепко, он бы уже снимал с себя верхнюю одежду. Свободным остался только рот, которым Дью тоже решил воспользоваться. Сначала линия подбородка, скула, потом уголок губ. Он покрывал слабыми поцелуями все, до чего мог достать. Не заметив ответных ласок, гитарист опустился к шее, медленно прикусывая тонкую кожу.       Свисс стоял неподвижно не больше минуты, борясь с желанием продолжить и поддаться животному инстинкту, вместо разумного завершения этой неправильной встречи. Наличие в крови Дью инородного вещества отрезвляло порочную душу, тем легче было сейчас все прекратить. Особенно это чувствовалось в прикосновениях ледяных губ к его теплой, даже горячей коже. Чтобы избежать последствий передозировки, он все же сумел совладать с нахлынувшими эмоциями. Отступив на полшага, вокалист перехватил инициативу, затягивая длинноволосого в первый и последний поцелуй. Тот был слишком податлив и даже нетерпелив, совсем не догадываясь о том, как яд постепенно пропадал из тела, позволяя чувствовать себя в разы лучше. Так они и разделили тройную дозу на двоих.       Вырванный из объятий наркотического опьянения, взгляд Содо стал куда более осознанным. Поэтому услышанные далее слова отложились в памяти гораздо лучше, чем весь этот день.       — Невинные шалости — лишь часть нашего Ритуала, не так ли? — Свисс отстранился, дав достаточно пространства для них обоих. Теперь оно требовалось ему даже больше, поскольку без достаточного количества воздуха, думать было бы совсем невыносимо. — Отнесись с пониманием к моему поступку, я еще получу свое. Твоя энергия, в состоянии полной концентрации на внутреннем Огне — именно то, чего мне не хватает в последнее время. — Дьюдроп неосознанно взял на себя обязательство: отплатить за помощь той же монетой. Со стороны мульти данные слова были скорее предупреждением, что в этом туре от него стоит ожидать чего угодно. — Я как паразит, и правда жажду получить, но только лучшую версию тебя.       Они разошлись молча, больше никогда не упоминая между собой происшествие в коридоре.       Тур начался без задержек. Копия, как никто другой, мог судить об успехе их работы, напрямую глядя со сцены в загоревшиеся глаза приходящих людей. За счет плотного графика, поговорить с Безымянными по душам практически не получалось. Но кое-что все же начало происходить за его спиной, о чем он, к сожалению, догадался не сразу. И если ситуацию не взять под контроль, их гастроли совсем скоро могут подойти к концу.