Баланс Стихий

Рокэ старался расслабиться, ощущая, как в него все глубже проникает чужой палец. Ощущение было странным — вроде, не больно, но и ни кошки приятного. Но сам факт происходящего распалял и будоражил так, как еще не было. Рокэ никогда бы сам не решился попробовать связывание, не позволил бы этого сделать, а Окделл… Догадался? Ну нет, это слишком для неопытного юноши… Значит, ему самому так нравится? Первого маршала Талига, непобедимого Кэнналийского Ворона связал и имеет рукой его же оруженосец… — Каррьяра… — сладко простонал Ворон, ощущая нарастающий трепет внизу живота. — Теперь хорошо? — раздался обеспокоенный голос Ричарда. — А попробуйте двумя пальцами, юноша, — прошептал Рокэ. Закатные твари, как же сладко делать то, что запретно! Первым маршал не может отдаваться — это невозможно, немыслимо!.. От второго пальца ощутимо расперло внутри, Ворон зашипел и впился в перекладину кровати, к которой были привязаны его руки. — А-ах! — Рокэ выгнулся от неизведанного ощущения, что прострелило в паху. — Стойте! — Больно? — обреченно отозвался Окделл. — Это все потому, что я совсем неопытный… — Как раз там… — рвано выдохнул Рокэ. — Это... это очень яркое ощущение, юноша… Продолжайте, только… только не так сильно… Ричард мысленно обругал себя над надорским медведем. Эр Рокэ доверился, отдался именно ему — своему оруженосцу, девственнику, который только раз видел непотребство на конюшне! В главе «Искусство дарить наслаждение» было сказано, что нужно ловить каждый вздох, подмечать малейшее движение, чтобы понять, как сделать приятно. И говорить! — Так?.. — Ричард повторил движение, но медленней и мягче, и чуть согнул пальцы, как прочитал в книге. — Ах… Дикон… — Рокэ выгнулся, подаваясь навстречу руке. — Да!.. Вот здесь, да!.. Ричард и сам глухо застонал, понимая, что Ворону приятно. Неторопливо двигал рукой, любовался своим прекрасным эром, который при каждом толчке всхлипывал, пытался насадиться на ласкающие пальцы, выгибался… Дарить ласку, управлять чужими ощущениями, контролировать все, что чувствует любовник — о, Создатель, какое же это наслаждение!.. — Не могу больше… — выдохнул Окделл. Осторожно вынул пальцы и торопливо смазал свой изнывающий от желания член персиковым маслом. Эр ведь хочет, чтобы его взяли — вот и нечего тянуть! — Да, юноша… Только снимите повязку… — простонал Рокэ. — Я хочу смотреть… — Я тоже, мой эр… — прошептал Окделл, развязывая узел платка. — Хочу смотреть в Ваши глаза, когда буду брать Вас, в Ваши бездонные синие глаза, самые прекрасные во всех Золотых Землях… Рокэ снова застонал — теперь уже от слов своего оруженосца. Старался расслабиться, ощущая, как Окделл медленно втискивает в пульсирующую узость сочащуюся предсеменем головку. Смотрел в серые глаза Ричарда, горящие фанатичным огнем, смотрел, не отрываясь, и наслаждался своим положением — наслаждался тем, что руки затекли в шелковых путах, упивался своей беспомощностью, тем, что его «берет» собственный оруженосец… Внутри распирало и саднило, но Окделл быстро нашел нужный угол и от каждого мягкого толчка в низу живота отзывалось болезненно-сладким спазмом. — Еще… Еще, юноша! — просил Рокэ. — Мой эр… — хрипел Окделл. Глаза застилала пелена, он уже не контролировал себя, вбивался в прекрасное тело Ворона… «Взял»… Взял то, чего так жаждал, входил до основания, вжимался, чтобы быть глубже — насколько возможно! Уже не разбирал, чего хрипло просит его эр, вбивался, целовал… Зарычал, изливаясь в нежную жаркую узость, упал на Ворона, тяжело дыша. — Окделл… — слабо простонал Рокэ. Ричард приподнялся. Что делать? Его эр ведь не кончил. Рукой?.. — Сделайте уже… — в голосе Первого маршала Талига была мольба.