Все увидят их!

Утро выдалось спокойное, если не считать странных переглядок между сокомандниками. Ники, не отрываясь, пялился в телефон и нервозно постукивал ногой за завтраком. Так как Нил с Эндрю легли раньше всех, то и встали первее, приготовив для всех омлет. – Кто из вас двоих приготовил это объедение? – спросила Элисон направляя вилку с одного парня на другого. Дэн, зевая, садилась за общий стол; Аарон с Кейтлин ещё не спустились. Хэммик замер, слушая, как Нил отвечает, пожимая плечами: – Я не умею готовить. Джостен не врал: блондин ни за что бы не подпустил его к плите. Помощь Нила заключалась в нарезке ветчины и взбивке сырых яиц и только. Он сам был в шоке от умений своего парня. Выслушав, Ники поднялся с места, сказал быстрое «спасибо» и вылетел из дома. Лисы переглянулись. Такое ощущение, что вчера произошел какой-то спор между гостями, но виду никто не подавал. Странно… – Что делаем сегодня? Выходной, все-дела, – Мэтт сел рядом с тренером на диван, а Кевин врубил телевизор. Нил глянул на рядом сидящего парня. Блондин, игнорируя требовательный взгляд, продолжал наслаждаться своей же стряпнёй. Может, у него и были планы на день, но говорить он не собирался и внимательно смотрел на экран в другом конце квартиры, где ведущий рассказывал о игре сборной США экси в летнем сезоне. С чего бы Эндрю прислушиваться к новостям об экси? – Думаю, надо съездить в магаз, – протянул Мэтт. – И что мы там забыли? – они ездили туда с Дэн чуть ли не каждые выходные от нечего делать. – Да фиг знает… Сходим в кафешку, устроим тройное свидание… Нил, Эндрю, вы пойдёте? Стук столовых приборов усилился; Ваймак выключил телевизор и в качестве благодарности за завтрак похлопал Миньярда по плечу. Он поставил тарелку в мойку и повернулся к Лисам: – Что вы затеяли? Игнор и молчание. – Опять ставки, не так ли? – уже с угрозой спросил Дэвид, но зная, что ответа не получит, просто сказал: – Завязывайте. И выметайтесь из моего дома! Тут вам не отель! Лисы притихли. Пара так и не ответила на вопрос. Кафешка? Это не для них. В десять часов утра, когда все стали собираться на улицу, вернулся Ники. В руках – пакеты из магазина одежды и три непонятные разноцветные бумажки; на лице – запыхавшаяся радость. – Фу-ух, я весь вспотел! Нил? – Хэммик увидел нужного человека в гостиной, – Ты приглашён на фестиваль! – Чего? – На фестиваль! – Я понял, но в честь чего? И … Кто приглашает? – растерялся рыжеволосый. Лисы собрались вокруг них, а Эндрю отошёл от близнеца и встал позади своего парня. – Я! И принимается только «да», – Хэммик дал Джостену целый пакет, – Собирайся. Нил хотел возразить, но тот шикнул: – Так, Нил. Я уже купил билеты и тем более… Ты сегодня свободен так? Фактически, у них с Эндрю ещё не было планов, поэтому он неуверенно ответил «Ладно». – Отлично! Одевайся! … Ах, да, Эндрю… Подвезёшь нас, окей? Лисы с открытыми ртами последовали за Ники в другую комнату. – Он что, правда надеется затащить их туда?! – Походу… – Я его спасать от Эндрю не собираюсь. – Ой, заткнись, Кевин, всё будет нормально… – Ага, конечно… С Эндрю-то?! Нормально? Заговорщики ушли на второй этаж, оставив Эндрю и Нила наедине. Миньярд выхватил пакет и вывалил одежду на диван. Первое впечатление от увиденного: у Нила разбежались глаза от разнообразия цветов. Диван превратился в радугу. Здесь была футболка шестицветной раскраски, чёрная худи с разноцветной надписью «happy pride month!» и ещё одна кофта, сочетающая фиолетовые рукава с чётными и серыми полосками. До Нила дошло. Он не стал смотреть на выражение лица Эндрю и просто надел трёхцветную кофту – подошла. У Миньярда был шанс предложить свои планы, но раз он не поделился ими, теперь Нил проведёт день в обществе Ники. Главный спорщик ворвался в комнату: – Ну как? Едем? – на нём была розовая футболка с флагом посередине и просторные бежевые штаны-афгани. Он оглядел прикид рыжеволосого и ухмыльнулся: – Знал, что ты эту выберешь. Эндрю, нас надо подвести, поэтому… Блондин стиснул зубы, послал «убийственный» взгляд кузену и вышел из дома. Ключи повернулись в замке зажигания. Нил сел рядом с водителем, а Ники сконфуженно устроился пассажиром. Они ехали по той же дороге, что и к университету Пальметто, как вдруг Ники сказал: – Тут поворот, направо, – машина проложила ехать прямо. – Эй, мы пропустили поворот! Нил встревоженно уставился на парня: они ехали к университету. Дверь машины громко хлопнула, когда Эндрю безмолвно вышел: – Ждите. Ники буркнул что-то про опоздание и стал перестраивать карту в телефоне. Через пять минут из главного входа показался, как бы описал его Нил, «красивый парень» в тёмных очках. Белёсые растрёпанные волосы поднимал летний ветерок, чёрная свободная футболка с коротким разноцветным словом «pride» висела на стройных плечах; широкий вырез открывал ключицы. Рукава колыхались, разорванные дизайнерским решением и открывающие сетчатую обтягивающую ткань. Цепи облегали кожу шеи, словно чокеры. Штаны, под стать футболке, развивались и притягивали лучи тёмными узорами. Нил напрягся и покраснел. Сверкнув пирсингом на ухе и брови, «красивый парень» занял место водителя и положил руки на руль – чёрные ногти отливали серебристым оттенком: Нил не помнил, когда успел заметить эту мелочь во внешности (вроде пару недель назад), но сейчас лак смотрелся вызывающе. Мотор взревел; Мазерати тронулась с места и набрала скорость по новому маршруту. Ники изумлённо рассматривал образ Миньярда, забывая смотреть на карту и говорить дорогу. Всё шло по плану: Миньярд присоединился к тусовке. Как и обещали, на небе не было облаков, июньское солнце нещадно жгло нежную кожу. Машина вильнула и остановилась на стоянке, где было полно народа. Три билета были отданы охраннику. Люди валили неизвестно откуда и куда. Некоторые даже шли с зонтами, пытаясь укрыться от жалящих лучей. Привыкнув к прохладе кондиционера, трое учеников Пальметто в первую же минуту ощутили на себе тяжесть от пота. Ники махнул рукой, и они с Нилом проследовали за участниками фестиваля, пока Эндрю переставлял чёрную машину подальше в тень. Чем дольше они шли, тем сильнее болели уши от низких тонов музыки; толпа росла. Всюду мелькали цвета радуги и других незнакомых Нилу флагов. Когда они зашли в самую толкотню, Нил увидел большую сцену впереди. Фестиваль уже начался, его открывало выступление группы «Måneskin». Хэммик держался возле друга и пританцовывал, привлекая Нила и говоря ему расслабиться. Голубые глаза тщетно искали знакомую светлую макушку, а сердце билось от волнения. Понимая, что его парень невысокого роста, а перед глазами пляшут множество красок, Джостен кинул это дело и попытался слиться с толпой в один ритм. Не получалось. Чьё-то прикосновение на кончиках пальцев заставило волосы встать дыбом. Руки переплелись, и Нил увидел Эндрю: карие глаза блестели азартным огнём. Ники куда-то пропал; музыка раскалялась; люди толкали их и жали друг к другу. Миньярд отвёл его в сторону, где было поменьше народу, и протянул стакан: – Газировка. Нил вспомнил, как заказывал этот напиток в клубе «Райские сумерки». Тогда всё было иначе, проще и... Тише. – Ты сам согласился, – прочитав мысли, напомнил блондин. – А ты не отговорил. Не отказался поехать вместе. По телу расползалась прохлада и щекочущее наслаждение. Нил не мог насмотреться на парня, стоящего сейчас перед ним и немного качающегося из стороны в сторону в такт нервной музыке: если Миньярду она и помогала отвлечься от мешающих мыслей, у Нила было всё наоборот. – Хватит, – Эндрю надоел взгляд голубых глаз, – Пошли, – он потянул Нила за рукав кофты. Они прошли на середину сборища. Звуки резко затихли и превратились в более плавную мелодию. – Не знал, что ты танцуешь, – Нил смотрел на блондина, что старался поймать темп музыки. У него был свою стиль танца: тело двигалось в такт с ногами, руки спрятались в карманах. Он, скорее, стоял на месте, чем по-настоящему танцевал… Но это приковывало взгляд не меньше. – Тебе и не нужно. Не услышав щелчка зажигалки, Нил смотрел, как между двумя пальцами встревает зажжённая сигарета. Сделав затяжку, Эндрю приблизился, сжал пальцы Джостена и встал на носочки. Казалось, они единственные замерли в этом моменте. Люди продолжали подпрыгивать и махать флагами, когда двое парней слились в жарком поцелуе. Эндрю положил вытянутые руки на плечи Нилу, оставив меж пальцев сигарету. Он изучал лицо и трогал рыжие волосы, иногда поднося сигарету ко рту и давая вдохнуть дым рыжеволосому. После этого тихого вступления, сцена взорвалась. Уши заложило; тело остановилось, не хотя поддаваться бешеным скачкам музыки и отпускать губы. Запах гари обволакивал, успокаивал мечущееся сознание. Ники чудом наткнулся на них. Он что-то кричал о выступлении известного певца и танцора Омара Рудберга, а после снова скрылся в толпе. Эндрю сходил за повторными напитками, Нил даже подумал, что выпил алкоголь вместо газированной сладости, и что ему все мерещиться. Они на фестивале по случаю «Месяца Гордости ЛГБТ» ... Эндрю пошёл вместе с ним и даже не препирался... Нил Джостен мёртв? Кто-то вчера ночью пришил его в постели? Всплеск света и огня привлёк внимание людей к выступающим. Нилу не удалось чётко рассмотреть, но человек, который сейчас был у микрофона, накинул на себя радужный флаг. Вокруг кричали девушки и мужчины, орали и смеялись. Нил Джостен стоял без малейшего движения и докуривал сигарету, протянутую минуту назад. Миньярд положил руки в карманы штанов, поднял голову и выпустил белый дым. Нилу стало тошно от звуков. Они «танцевали» почти два часа; иногда отходили в сторону или просто стояли, окружённые толпой. Кровь вскипала от жары; голова не выдерживала громкости колонок, а глаза устали от вспышек. Эндрю поднял его подбородок: – Хочешь уйти, – это был не вопрос. Миньярд всегда знал, когда стоит прекращать, – Да или нет? – крикнул он сквозь нагнетающие звуки. – Да, – прошептал Нил. Его тут же схватили за руку и увели. Их пихали, толкали; в них влеплялись, но в итоге парням удалось добраться до машины. Их авто было не видно из-за приличного расстояния от сцены, поэтому они спокойно выехали с фестиваля, с ужасом смотря, как на крышах остальных тачек танцевали и улюлюкали люди. – Ники… – вспомнил Нил о друге, когда охранники открывали для них ворота. – Доедет на такси, – равнодушно ответил Эндрю, и машина, ощутив свободу, погнала на всей скорости в неизвестном направлении.

…………………….

Ники потерял их… Скоро будет финал его плана, и где они, чёрт возьми?! Никто из Лисов не брал трубку. Машины на парковке не было. Эндрю, блять! План рушился на глазах: Джостена и Миньярда должны были пригласить на сцену для «открытых поцелуев», как обладателей випбилетов… Хэммик закатил глаза, понимая, что он проиграл сделку. Впрочем, как и все остальные: Лисы пытались переманить парней пойти в другое место, но те решили поехать с ним! С Ники, блять, Хэммиком! Это уже прогресс! Он устало смахнул пот с волос и вернулся к гуще танцев и выпивки. Вечер ещё не окончен, ребята!