All of me loves all of you / Всем своим существом я люблю всё в тебе

      — Да блять!              Вероятно, почтенному владельцу магазина книг, который специализируется на редких и очень редких экземплярах, с высшим образованием и ученой степенью не стоит так выражаться, тем более настолько громко и эмоционально. Но у вас есть какие-то другие слова, когда старая добрая стремянка под ногами начинает резко шататься, хотя раньше никогда не позволяла себе такого недостойного поведения?              Вот и у Галфа нет.              Зато есть трясущиеся руки, которые пытаются уцепиться за что угодно, чтобы не дать этой смертной тушке свалиться с высоты и обрести вечный покой.              Только вот беда: мозг отдает им приказ в первую очередь спасать редкое издание в этих самых руках, потому что Галф-то восстановится после падения, а вот фолиант по истории Таиланда 18 века — нет.              Поэтому лететь ему ласточкой с самой высокой ступени стремянки недолго, но эффектно — и с этим он уже за эти секунды, кажется, смирился.              — Осторожно!              И, кажется, кто-то другой все-таки решает пойти против судьбы и не очень хорошей координации его субтильного тела — и этот кто-то с руками.       Точнее: с РУКАМИ.       Вот так, большими буквами.              Потому что его подхватывают буквально за мгновение до страстного поцелуя с полом, о котором он никогда и не мечтал — ну чисто клише из дорамы!              Но теперь драгоценный фолиант спасен — и не менее драгоценная задница Галфа тоже, которую весьма удобно обхватывают чьи-то большие ладони, пока он сам шокировано пялится в темные глаза их хозяина:              — Ой!              И ехидный подлый голос откуда-то сбоку вопрошает:              — А как вы относитесь к творчеству Джери Холлиуэлл?              — Что? — кажется, они синхронизировались с его неожиданным спасителем в удивлении и в повороте головы.              И неожиданно подкравшийся Майлд, совершенно потрясающе фальшивя, затягивает:              — It`s raining men — hallelujah! It`s raining men, hey hey hey!              Галф может только ошарашенно хлопать глазами:              — Что?..              На что получает еще более “ужасный” вариант перевода:              — Это мужицкий дождь — аллилуйя! Дождь из мужиков!              — О боже! — он стонет от ужаса и прикрывает лицо спасенной книгой. — Майлд, не надо!              А его лучший (к великому сожалению на данный момент) друг совершенно не стесняется спросить у их посетителя:              — Как вам сезон дождей в Таиланде?              И из-за кромки книги получается разглядеть несколько смущенную красивую улыбку:              — Люблю дождь.              — О боже! — Галф снова стонет, на этот раз от двусмысленности ответа. — Меня можно отпустить уже.              — О, простите!              Главное — не пискнуть от странного огорчения, когда эти руки его все-таки выпускают из объятий.              Но зато сейчас у него появляется новая прекрасная возможность: наконец рассмотреть целиком своего спасителя.              О.       Ооо.       ООО!!!              Майлд в этот раз весьма великодушен и не отпускает комментарии вроде “слюни подотри”, а лишь утешающе хлопает по плечу, мол, понимаю, бро — а кому сейчас легко?              Галфу вот точно не легко, когда ему так мило улыбается буквально ожившая мечта, которая (тайский боженька, пожалуйста! ну пожалуйста! я так редко тебя о чем-то прошу! ну и что, что я — атеист? раз в год и палка стреляет) может интересоваться историей Таиланда так же, как и он сам. Иначе зачем заходить в их с Майлдом магазин?              Натужный намекающий кашель компаньона вполне себе дает понять, что стоит перестать пялиться на красивого незнакомца и все же поинтересоваться:              — Чем могу помочь? — и тут же дать себе мысленный подзатыльник. — И да: спасибо за помощь! Мне целостность моих костей дорога как память.              И — о тайские боги! — это прекрасное видение улыбается его банальной шутке:              — Был рад поучаствовать в этой маленькой операции по спасению. И надеюсь, что вы мне тоже поможете.              — Да, конечно, — Галф пытается сделать максимально профессионально-заинтересованный вид.              Но Майлд все равно злобно хихикает, подавая ему салфетку:              — На, вытрись.              Он мгновенно приходит в ужас, что представл в ненадлежащем образе перед мужчиной своей мечты:              — Что, лицо испачкано?! Где?! — и натирает судорожно тереть наугад.              И почти матерится, когда слышит тихое прямо в ухо:              — Это тебе слюни вытереть, Рапунцель, раз ты уж со своей башни свалилась прямо в руки принцу.              Галф ОЧЕНЬ НАДЕЕТСЯ, что у их посетителя плохой слух, потому что это же позор такой! Но надежды, кажется, не оправдаются, потому что уголок выразительного рта дергается в попытке скрыть усмешку. Но к чести его таинственного спасителя никаких комментариев не следует, а только:              — Вот список книг, которые меня интересуют. Возможно, что-то есть у вас?              Галф яростно бросает ненужную салфетку в своего ржущего (не)друга и берет в руки бумагу, изучая перечень:              — Хммм… Первые две точно есть, насчет третьей надо уточнить в каталоге. Подождете немного?              Незнакомец кивает и улыбается так мило, что хочется выть от несправедливости: вот почему такие парни достаются кому-то, кто не Галф! Но профессионализм — превыше всего, поэтому так удобно прикрыться поиском пока его мозг лихорадочно пытается сообразить, как выудить жизненно необходимую информацию о посетителе: наличие отношений и номер телефона. Да, именно в таком порядке — он себя не на помойке нашел, чтобы связываться с женатиками!              Но можно же зайти издалека и совершенно невинно поинтересоваться:              — Увлекаетесь архитектурой?              Тот совершенно умопомрачительно хрипло хмыкает:              — Что-то вроде этого. Я и есть архитектор, поэтому интерес можно назвать профессиональным.              О боже!       Умный мужчина с чувством юмора — это настолько секси, что хочется повыть койотом, но Галф, конечно же, сдерживается.       Ну и что, что эти шутки специфические? Вот лично Галф в полном восторге!              Но книги в списке позволяют задать еще один вопрос:              — Пробуете применить что-то из древних образцов в новых зданиях? Сомневаюсь, что описания строений храмовых комплексов помогают с современными постройками.              Тот снова улыбается и повторяется:              — Что-то вроде этого. Я считаю, что некоторые идеи являются универсальными, поэтому грех было бы их не использовать с теми материалами, что есть сейчас у нас в распоряжении. Так что…              Он кивает:              — Понимаю: бессмертная классика. Да, третья книга тоже у нас есть — сейчас принесу.              И за дверью в склад начинает буквально отбиваться от Майдла, который проскользнул за ним и буквально пихает его обратно на выход:              — Не тормози! Возьми у него контакт! Канавут, ну! Он же тебе понравился!              Поэтому злобно шипит:              — Понравился! И что? А я ему, может, нет!              — А, может, он стесняется!              — За задницу меня лапать он не стеснятся, а вот номер попросить — уже невинная ромашка? Так это работает?              Майлд тут же активно восхищается:              — Прямо-таки полапал? Тогда у него нет шансов: перед такой попкой не устоит ни один мужик!              — А если он гетеро? И если даже нет, то если у него уже кто-то есть? Об этом ты не подумал?              — “Думать” — это по твоей части, а по моей — “действовать”!              Ему в руки пихают искомую книгу, потому что мозг Галфа был занят чем угодно, но не осмотром полок, а потом разворачивают в сторону двери со смачным пинком напоследок, как парашютиста, который совершает первый прыжок с высоты:              — Пошел!              Ну Галф и пошел — и прямо в эти божественные руки, чей обладатель, оказывается, стоял совсем рядом у входа и (тайский боженька! пожалуйста! пожалуйста-пожалуйста! пусть он вообще ничего не слышал!) со странной готовностью перехватил этот спотыкающийся снаряд, начиненный книгами и неуверенностью:              — Аккуратно!              Тайский боженька, а можно его каждый раз будет ловить этот прекрасный мужчина? Ведь Галф часто спотыкается, очень часто — как еще цел остается.              Но вечно вжиматься лицом в широкую грудь невозможно несмотря на молитвы всему тайскому пантеону, поэтому приходится отлеплять это самое целиком красное лицо и смущенно бормотать:              — Вот… книги…              Его спаситель довольно кивает, когда видит обложки:              — Отлично, это то, что надо! Могу я оплатить картой?              — Да, конечно.              А теперь Галф готов взвыть от досады, потому что при оплате этот самый желанный покупатель как-то совершенно неудачно прикрывает имя владельца, как бы ни пытался хозяин магазина нарушить правило и подсмотреть это самое имя, ужасно скосив глаза.              Поэтому:              — Спасибо за покупку, хорошего дня!              Хочется плакать, когда ему улыбаются в ответ, а потом хлопает входная дверь, опускаясь гильотиной на его надежду.              Тайский боженька, мы, кажется, договаривались!              Но никто не внял его молитвам, поэтому придется Галфу дальше быть атеистом, оплакивая свой несостоявшийся роман — и даже привычные ехидные подколки Майлда не задевают сегодня так сильно.              Потому что сам побоялся взять номер, ведь так страшно, что откажут, что отвергнут, поэтому лучше и не начинать.       Правда, Галф?              Но это совершенно не помешало его гадкому подсознанию подкинуть прекрасный сон, в котором они с таинственным незнакомцем влюблены друг в друга, встречаются и совершенно отвратительно и ванильно счастливы.       Фу, какая гадость!       Дайте два!