'till death do us part

Когда заходит солнце и опускаются шторы, в его комнате воцаряется мрак. Это уютно. Темнота ласково обнимает уставшие разум и тело, скрывает от глаз лишние раздражители и позволяет ненадолго расслабиться. После дня, наполненного копошением в бумагах, болят пальцы. В пояснице жалобно ноет. И хвост готов, кажется, отвалиться из-за долгого сидения на одном месте. А кто говорил, что жить его жизнь просто? Он фыркает себе под нос, устало прикрывает веки и отсчитывает секунды тишины до того мгновения, когда... Это похоже на восход. Даже с закрытыми глазами он замечает, как вторгается на его территорию маленькое наглое Солнце. Солнце не спешит объявлять о себе ни звуком. Но сквозь веки пробивается исходящий от него свет, и его попытки подкрасться к развалившемуся на кровати ежу превращаются в безнадёжно провальное занятие. Скордж, правда, позволяет ему дурачиться и не показывает, что вторженца заметили. Награда не заставляет себя ждать. Обычно гиперактивное и шумное воплощение Хаоса, чуя момент, забирается к нему на постель очень-очень тихо. Так сильно боится спугнуть, упустить момент... Щёки обдаёт исходящим от Солнца теплом, когда его руки тянутся к лицу, поднимаются выше и прихватывают дужки очков, чтобы аккуратно стянуть их со лба. Вместо них сверху прижимается горячая жёсткая шерсть. Прикосновение длится совсем недолго. – Я вернулся, – тихо-тихо произносит Солнце и отстраняется. Не проходит и минуты, как его яркое тепло притыкается к боку. Удобно сложившись, он замирает. Зелёный ёж ждёт несколько долгих минут. Потом, шумно вздохнув, открывает глаза. ...солнечный свет остаётся где-то там – в мгновениях темноты за закрытыми веками. Под боком, свернувшись в клубок, лежит не сияющая звезда, а мирно отдыхающий ёж. Почти что ёж. И его золотая шерсть совсем не светится во мраке. Пока он сам этого не хочет. – С возвращением, – фыркает Скордж в ответ пренебрежительно. Но рука сама тянется к нему и пальцы, избегая остро всклокоченных игл, мягко ложатся на дурную горячую макушку. Его Солнце не сияет в тихой темноте, но ему это и не нужно.