Омаки к МКСВ: То, что осталось за кадром (Alt версия)
20 марта 2026 г., 21:49
Иногда Кроу думал, что лучше бы он умер тогда в Мистрале от яд Тириана. Иногда Кроу думал, (Или надеялся?.. Он иногда и сам не понимал.), что может быть в этом бою он умрёт и спираль трагедий наконец-то прервётся. Но каждый раз он умудрялся выжить. Каждый чёртов раз… Хотя сегодня, похоже, будет его последний день жизни. Не может же он остаться единственным выжившим, когда начался конец света? Не может же?
А конец света как раз и происходил. Реликвии, изначально бывшие подарком человечеству, обернулись его концом. Салем собрала Реликвии Знания, Созидания и Выбора, а потом пришла за Разрушением, чтобы призвать Богов и получить свою смерть. Для запуска призыва ей даже не пришлось отнимать последнею реликвию,. Было достаточно собрать их всех в одном месте в Шейде, последнем оплате человечества, и ритуал запустился самостоятельно. И вот Боги пришли, осмотрели окружающих, выставили неуд человечеству, которое не осознало своих ошибок, и щелкнули пальцами. Четыре реликвии взмыли в воздух и начали всасывать всё вокруг, предварительно расщепляя окружающее на мелкие светящиеся частицы.
Кроу посмотрел себе за спину. Стены зала академии, который они использовали в качестве места сопротивления, со всех сторон начали быстро рассыпаться на крупицы. Казалось, словно они все оказались в центре песчаного торнадо. Он поймал рукой пролетавшую мимо него искру света и растер её в руках, вызвав короткую вспышку и чувство тепла на пальцах.
— Прах… — сбоку от него заплакал один из студентов академии, смотря на свои руки. — Всё превращается в прах…
В точку. Всё. Не только здание, вещи или оружие в руках охотников, но и сами охотники. От всего начинали отслаиваться маленькие частицы и засасываться в реликвии. Это зрелище можно было бы назвать страшным, но вот Кроу не чувствовал абсолютно ничего.
Он уже давно перестал что-то чувствовать. Все его надежды на мирную жизнь, свет в конце тоннеля, мирное счастье или хороший конец были погребены под серой апатией. Он считал себя циником и реалистом, но раз за разом ему приходилось выковыривать из лица врезавшиеся осколки розовых очков. Принимая удар за ударом, он старался держаться за мысль: Он нужен своим племянницам.
Смерть первой любви? Он нужен своим племянницам.
Падение Бикона? Он нужен своим племянницам.
Смысл жизни, ради которого он раз за разом приносил жертвы, оказался пустышкой? Он, блять, нужен своим племянницам!
Смерть Кловера, подарившего ему надежду на спасение из бесконечной трагикомедии неудач? Он… Нужен… Своим… Племянницам…
Атлас рухнул на Мантл, а железный придурок, которого он, не смотря на свои слова, всё-таки считал другом, был убит своей же подчинённой, запомнившись народу, ради которого он был готов отдать всё, самодуром и предателем? Он… Нужен… Своим…
А потом RWBY упали вниз… Умерли. И он вместе с ними.
И когда Янг, Вайсс, Блейк и Жон вернулись из Иномирья, приведя с собой… Кого-то. Он уже ничего не чувствовал. Не радости за то, что хотя бы одна его племянница осталась жива, ни вины перед Саммер и Тайянгом, не ярости на это, занявшее место Руби, только потому, что какое-то дерево решило, что оно будет идеальнее.
Он ощущал себя Джеймсом под эффектом Храбрости. Сплошная эффективность робота. Встать. Съесть атлаский сухпаёк — всё равно вкус пищи он уже не чувствовал. Принять у Генерала Шни задание. Выполнить. Вернуться вечером. Съесть атлаский сухпаёк. Лечь спать, предварительно приняв снотворное. Никто ничего не заметил. Генерал Шни даже похвалила его за то, что он смог взять себя в руки. Наверное, это было хорошо?
— Что вы делаете? — громким уверенным голосом закричало это. — Какое право вы имеете на то, чтобы судить человечество?
— Да! Правильно! Она права! — поддержали окружающие это.
— Смерть… — с экстазом в голосе произнесла Салем, словно пробуя слово на вкус. — Долгожданная смерть…
— По праву создателей, — спокойно ответил Светлый Мудень.
— По праву Богов, — скучающе ответил Чёрный Придурок.
— Но это не значит, что вы имеете право устраивать геноцид человечества! — это развернуло Кресент Роуз Руби в боевое положение. — RWBY вас остановят!
— Не раньше, чем сдохну я сама! Сгинь! — Салем взмахом руки отправила мощный порыв ветра в сторону, но к её недовольству, это вспышкой серебряных глаза просто погасило магию.
— Геноцид? — удивился Мудень. — Ты ошибаешься. Если бы мы с братом хотели вас уничтожить, то вы были бы уже мертвы. Для Бога Разрушения это не потребовало бы ни усилий, ни времени. Сейчас идёт гораздо более сложный процесс. А именно ********.
— Что? — растерялась толпа.
— Смерть? — с надеждой переспросила Салем.
— Как бы объяснить это таким ограниченным формам жизни, как вы?.. Хм… — он осмотрел собравшуюся толпу. — Джинн?
— Повторная загрузка игры, — откликнулась Джинн. — Сейчас мы на этапе, когда администратором игровая сессия была определена как провальная, и администратор откатывает игру к первому сохранению. В нашем случае — к моменту, когда Братья Боги только покинули наш мир, оставив Озму и Салем делать работу над ошибками.
— Что?.. — растерялся Брат Света.
— Поверьте, большинство присутствующих прекрасно поймут подобное сравнение, — равнодушно пожала плечами Джинн.
«То есть… Всё начнётся сначала?..»
— Что?! — взвизгнула Салем. — Вы должны были меня убить! — она обвинительно ткнула пальцем в Богов.
— Я не хочу умирать! — завизжала Синдер. — Я не для этого получала силу, чтобы так просто умереть!
«Хотя, если всё откатится так далеко, то, может быть, в следующий раз он просто не родится? Тогда неплохо».
— Ты не умрёшь, а просто не родишься, — отмахнулся Мудень. — Да и шансы на изменения не так уж велики. Лично я тебя уже пару раз видел. Правда, один раз ты была парнем, а несколько раз была на стороне Озмы.
«То есть ему придётся проходить через это ещё раз? Опять?»
— Не-е-е-е-ет! — заорала Салем, выпуская в Братьев потоки Магии.
— А-а-а-а-а-а! — завизжала Синдер, помогая ей силами Девы. К ним присоединились остальные Девы. Силы Зла и Силы Добра встали плечом к плечу, чтобы дать отпор Братьям.
«Опять. Опять. Опять. Опять. Опять. Опять. »
— Что же вы из раза в раз совершаете одни и теже ошибки? — скучающе спросил Мудень, лениво почёсывая бок, куда продолжительное время прилетали пули, огненные шары и молнии.
— Сесла, я чуфсвую себя как-то стланно, — тут всхлипнула партнер Руби. — Так стланно.
— Вайсс! — генерал Шни, прекратив атаку, бросилась к сестре, начавшей выглядеть как маленький ребёнок. — Вайсс! Ва-а-а-а-айс!
Рядом с ней рухнула на колени Уиллоу, прижимая свою старшую дочь к свой груди, которая всё ещё не верящими глазами смотрела на рассыпавшуюся синими искрами Вайсс. Рядом рыдал Тайянг, пытаясь подгрести поближе оставшиеся после Янг и этого кучки праха. Охотник за охотником падали на колени, охваченные отчаянием неравности сил, страхом перед приближающейся смертью и болью от потери близких для них людей.
«Опять…»
«Не позволю!»
Кроу стремительно сорвался с места, чему очень помогло резкое омоложение до двадцатилетнего возраста, когда он был на пике физической формы.
— Да когда же вы поймёте… — печально вздохнул Мудень, закатывая глаза, всем своим видом показывая, как ему всё это сильно надоело. — Благодарите, что я так милосерден и, не смотря на все ваши отказы учиться на своих ошибках, всё равно даю вам шанс… Ты что делаешь?
Кроу, обернувшись вороной, пролетел мимо братьев и, вцепившись в Корону Выбора, начал оттаскивать её от остальных Реликвий.
— И что дальше? — заинтересованно спросил Мудень. — Увеличив расстояние между ними, ты ничего не изменишь. А ведь тебе сейчас должно быть очень больно, — сочувствующе констатировал Бог. — Я специально растянул процесс, чтобы сделать его как можно более безболезненным для вас, а ты сейчас буквально сунул руки в эпицентр реакции и полноценно ощущаешь всю боль от превращения в чистую магию.
Проигнорировав чужой монолог, Кроу, сделав пируэт, полетел в сторону Богов, всё ещё удерживая Реликвию в когтях. Светлый Брат был прав, боль была нетерпимой, и он бы давно выронил корону, если бы лапы, окончательно кристаллизовавшиеся, его всё ещё слушались.
— Хм… Интересный случай самопожертвования, но бесполе… Пкха!
Кроу спикировал с небо, буквально ввинчиваясь в пасть бога, пропихивая-проталкивая Реликвию своим телом.
— Кха!.. Пхах! — Бог замахал руками, пытаясь то ли выплюнуть, то ли прокусить посторонний предмет. Вопрос, сможет ли Бог Созидания разрушить собственное концептуально неразрушимое творение стоял остро как никогда.
— Брат! — к нему бросился младший Бог.
Реликвия Выбора ярко засияла, и весь мир исчез в вспышке света.
***
— Кроу! — Тайянг барабанил в дверь комнаты Кроу на Патче. — Кроу, брат, открывай! Я знаю, что ты дома! Твои соседи подтвердили, что ты никуда не выходил! И что в твои окна только влетали птицы, а не вылетали. Кро… Дверь щелкнула. — Заткнись, — хрипло сказала Рейвен, встречая бывшего мужа на пороге дома брата. Она выглядела просто ужасно. Взлохмаченная, в мятой одежде и жуткими мешками под глазами. От неё сильно пахло алкоголем. — Рейвен? Что ты здесь делаешь? — Пришла помянуть, — подумав, она протянула ему бутылку крепкого алкоголя. — Присоединишься?.. — Кого? Время откатилось назад ещё до падения Бикона, ранения Эмбер и начала всей катастрофы. Все живы, разве не так? — Проходи, — она отодвинулась от двери, приглашая в квартиру. — Знаешь, с помощью своего Проявления я немного могу определять состояние человека, с которым имею связь. Это похоже на приём сигнала. Сигнал сильный и стабильный — с человеком всё хорошо, слабый, но стабильный — с ним всё хорошо, но он очень устал или между нами большое расстояние. Прерывистый, сильный — в опасности, возможно ранен. Слабый и прерывистый — сильно ранен, на краю гибели. Нет сигнала — мёртв. Десять лет назад я перестала чувствовать Саммер. Сегодня я перестала чувствовать Кроу. — Нет… Нет! — неверующе закричал Тайянг. — Возможно, ты просто устала! Или он просто улетел очень далеко! Ты говорила, что расстояние может влиять на твои силы! Точно! Он просто полетел к Озпину, а ты лишь… — Я чувствовала, что Янг жива даже, когда она попала в Иноземье. Что может быть дальше другого мира? — она, упрямо смотря себе под ноги, махнула ладонь в сторону не заправленной кровати. — Ответ: загробный. — Что же я скажу девочкам?.. — Тайянг рухнул на колени, неверующе смотря на кучу рассыпанного по простыням черно-красного праха. Такого же цвета, какого была аура у Кроу.***
Таяйнг пришёл на встречу, организованную Озпином. Тут были все, кто помнил будущее. Это были Озпин, Глинда, Теодор, Уиллоу Шни, Тириан Кэллоуз и Робин Хилл. — Тайянг, — Озпин подошёл поприветствовать прибывшего. — Рейвен не будет? — Она отказалась приходить, — ответил Тайянг. — Не вижу Винтер. Она придёт позже? — Она недожила до момента самопожертвования Кроу, — ответила подошедшая мисс Шни. — Она не помнит ничего о будущем. Как и Вайсс. — Янг и Руби тоже, — кивнул Тайянг. — Думаю, о будущем помнят лишь те, кто был в зале на момент призыва и был старше тридцати лет, — сказал Озпин. — Про первое сложно утверждать наверняка, но на эту вероятность намекает то, что в СМИ ещё не трубят о появлении тысячах пророков, видевших конец света. — Что он здесь делает? — Тайянг хмуро посмотрел на хлещущего алкоголь фавна. — Он выполняет последнюю волю Салем, — ответил Озпин. — Она отправила его в качестве слуги Кроу, как благодарность за выход из бесконечной петли, устроенной Братьями. А после совершила попытку покончить жизнь самоубийством. Успешную. — Что? — вскинулся Тайянг. — Да, похоже, проклятье спало, — кивнул Озпин. — Я на себе ещё не проверял и предпочту не ускорять время проверки, дождавшись естественной смерти. — Ты говорил ему, что Кроу мёртв? — Да, именно после этого он ушёл разорять винный запас Бикона. Сейчас за ним присматривает Глинда. — Почему ты не взял его под арест? — Не думаю, что он опасен. Он сейчас потерял цель своей жизни. Думаю, самая большая проблема, которую он может создать - это заставить меня объясняться откуда у меня в академии труп одного из разыскиваемых убийц Ремнанта, решившего покончить жизнь самоубийством. К тому же он пообещал помочь поймать Синдер, Лео, Хейзела и Артура. — Почему? Они же были союзниками? — Раньше они приносили пользу Салем. Теперь нет. А он всё ещё злится на них за их эгоистичное использование покровительства своей Богини. — Раз мы про политику закончили, может, перейдём к более важным вопросам? — вступила в разговор Уиллоу. — Когда будут проходить похороны Кроу? Я хочу присутствовать. — Официальные похороны будут объявлены только через три месяца. Когда закончится срок установления пропавшего без вести охотника мёртвым. Без тела будет невозможно ускорить этот процесс, а процесс прахофикации человеческих останков будет сложно объяснить судмедэкспертам. — Сосуд с прахом временно будет храниться у меня в кабинете. У Тайянга дети в доме. Рейвен отказалась. — Как он будет похоронен? — Рядом с Саммер. Думаю, он бы этого хотел. — Думаю, он бы хотел выжить, — дернула щекой Уллоу. — Вы встречались? — прямо спросил Тайянг. — Нет. Он был… Он был мне другом. И я, и он чувствовали себя слишком уставшими, чтобы искать секусуальные связи. — Разве? — удивился Тайянг. — Он же после того, как завязал, стал гораздо энергичнее. Уиллоу хмуро посмотрела на него. — Ты и правда дурак… Если хочешь подробностей, спроси у Рейвен. Я не буду об этом говорить. Тайянг нахмурился. Тут затрещал воздух, оповещая о том, что скоро откроется портал. — Рейвен? Ты же говорила?.. — Старый пень, Боги что-то говорили про откат времени, помнишь?! — Рейвен, проигнорировав Тайянга, подбежала к Озпину и затрясла его за плечи. — Про то что мир должен вернуться к изначальному сохранению?! Могло ли из-за вмешательства Кроу создастся два параллельных сеанса?! — Что? — Может ли существовать одновременно прошлое и настоящее?! — Что? — Может ли!.. — Рей, — Тайянг мягко попытался отцепить Рейвен от директора. — Тише. Что случилось? — Я сегодня почувствовала Кроу, — Рейвен потерянно посмотрела на Тайянга, позволяя Уиллоу оттащить Озпина подальше от неё. — Я сначала подумала, что у меня галлюцинации из-за похмелья, но всё-таки решила открыть портал. И на той стороне был Кроу. — Кроу? — тут сзади выпрыгнул Тириан. Уиллоу и Тайянг шарахнулись в стороны. — Где он?! Я должен выполнить последнюю волю моей Богини. — Или не Кроу, — пожала Рейвен плечами. — У него были черты лица Кроу, и он ощущался как Кроу. Но на этом вся схожесть закончилась. Другой стиль одежды. Другая походка. Он был чисто выбрит, а Кроу никогда не позволял кому-либо сбривать себе бороду. Незнакомый дом, который я вижу впервые, но в которым он кажется давно живёт. Другое оружие. Другие жесты. Другая манера держаться. Он назвал меня Рей… Он никогда не называл меня Рей! — А ещё... Кажется, это был не Ремнант.
