Моя актриса

«Какая же ты конченая мразь», единственное, о чем подумала Даша, глядя на женщину, но вместо этого лишь сдержанно протянула: — И мне было крайне приятно познакомиться с вами, Анна Викторовна. Морозова даже не удосужилась одарить ее взглядом, всем видом показывая, что компания Даши ей не интересна. Куда интересней выкладывать в инстаграм очередное селфи из гримерки, с чуть приоткрытым воротником халата, где можно разгуляться фантазии. Аня не повела и глазом, когда дверь в ее трейлер противно скрипнула и захлопнулась. Эта выскочка, наконец-то, свалила. На ощупь Аня засунула руку в свою сумку и на самом дне откопала маленькую стеклянную бутылочку. Самое то в конце рабочего дня. Марина, их режиссерка, уже уехала, а значит, никто не застукает ее здесь и не начнет читать нотации. Быстрым движением открутив крышечку, она сделала несколько глотков, чувствуя, как горькая, несомненно противная, жидкость перекатывается у нее на языке. В дверь неожиданно постучали, и Аня едва успела спрятать пузырек в карман халата, прежде чем кто-то нетерпеливо дернул дверь на себя. — Теперь стука достаточно для того, чтобы ввалиться без приглашения? — раздраженно повела плечом Аня, оборачиваясь и замечая, как Ветров, их продюссер, без зазрений совести вваливается в ее трейлер. Такта ему явно не занимать. Впрочем, как и самой Морозовой, на чье замечание Сергей снисходительно промолчал. — Ну и что сегодня такое было? — сложив руки на груди тучного тела, Сергей явно не был в настроении. — Не понимаю о чем ты, — словно забыв обо всех рамках приличия, Аня все-таки достала свой пузырек с «хорошим настроением» и сделала несколько глотков, не обращая внимания на продюсера. — У тебя что-то личное с Ковалевой или ты просто встала не с той ноги? — Мама говорила, что я родилась не с той ноги, — легкомысленно отпустила шутку Морозова, наблюдая за тем, как лицо Сергея начинает розоветь от раздражения. — Ань, я серьезно. Это не профессионально, — он внезапно засуетился, измеряя шагами маленькое пространство внутри трейлера. — Даша ждала этой встречи, а ты повела себя, прости уж, как полная сука. Разочарованно осознав, что несколько глотков — это лимит карманных пузырьков с алкоголем, Аня подняла взгляд, как будто только теперь могла по-настоящему включиться в разговор. Где-то под ребрами завибрировало раздражение — иррациональное и неконтролируемое. Морозовой было нелегко признаться себе в том, что в глубине души она вдруг почувствовала эту пресловутую конкуренцию. Мысль о том, что когда-нибудь успех, блеск и слава обязательно закончатся, внезапно обезоружила прошедшим утром, когда Даша оказалась на съемочной площадке. Молодая, с сияющей кожей, энергичная, словно накаченная экстази прямо с утра, непростительно красивая. Аня поймала ее взгляд всего на долю секунды, прежде чем почувствовала, как ее живот волнительно сжался от подступающей паники. Она видела Дашу на билбордах города, в каждой третьей рекламе по телевизору, на афишах новых фильмов и даже в назойливых рекомендациях в инстаграме, но ничто — Аня поняла это с утра — ничто не шло в сравнение с тем, какой она оказалась в жизни. «Твоей карьере пришел пиздец» - первое о чем подумала Морозова, глядя на молодую восходящую актрису, которую «хотели» все. А она вдруг оказалась в одном проекте именно с ней. Вопиющая несправедливость. — Слушай, я все не пойму, что ты носишься с этой девочкой или она не в состоянии говорить за себя? — раздражение накрыло за секунду, на себя и на воспоминания с утра. — Ты знаешь, как я отношусь к этим зазнайкам. Это она сегодня такая милая, похлопает глазами, как олень, а потом и руку по локоть откусит. — Ты слишком категорична. — А ты думаешь одним местом, — бросила Аня быстрее, чем успела подумать. Сергей вспыхнул, кажется, что фраза не на шутку разозлила его. Конечно, Даша была здесь с его подачи в том числе, но лишь из-за того, что они отлично поладили на предыдущем проекте. Намеки о том, что в продвижении молодой актрисы были свои корыстные цели — были унизительны. — Какая ты дура, Морозова! — с нескрываемым жаром бросил он и тотчас оказался у двери. — Надеюсь, что у тебя хватит ума включить голову и не превратить съемки в ублажение твоего пошатнувшегося эго!

***

Их первую встречу Даша, очевидно, представляла не так. Об Анне Морозовой не слышал разве что человек, живущий в бункере — ее головокружительная карьера в отечественном кинематографе началась совсем рано и уже в подростковые годы Аня получала лучшие контракты. Не без помощи матери, у которой были весьма удачные связи, но этот факт Морозова любила опускать. В конце концов, никто в действительности не сомневался в ее профессионализме. Высокая, поджарая блондинка, как русская борзая, с действительно аристократичными чертами лица — она пленила своей красотой и холодностью. Казалось, будто в ее отстраненности и закрытости таилась какая-то загадка. Редкие интервью, слепое пятно в ее личной жизни, щедро разбавленное сплетнями о романах, немногословность и неприступность — это почему-то цепляло людей. Да и Дашу тоже, чего уж скрывать. Еще со времен, когда она училась в актерском университете, она смотрела старые фильмы с Морозовой, восхищаясь ее игрой. В каждую роль она вживалась так, словно проживала действительно свою жизнь. Даша полагала, что образ Анны выстроен не случайно, а сама она, как часто и бывает, мягкий и вполне себе земной человек. Но когда сама начала сниматься и краем уха улавливала разговоры о Морозовой от коллег — поняла, что ошиблась. Даже в съемочных кругах все говорили о том, что Анна Викторовна человек сложный, но искренний. Требовательность вполне оправдывалась ее заслугами, а отстраненность — нежеланием втягиваться в чужие жизни больше положенного. Даша нашла оправдания всему и все же упрямо думала о том, что их первая встреча будет доброжелательной и приятной. Ожидание разбилось о суровую реальность и полную незаинтересованность Анны. Ребята со съемочной площадки с энтузиазмом приветствовали и знакомились с Ковалёвой, кто-то делал комплименты ее прошлым работам, кто-то видел ее впервые, но был дружелюбен, и только Анна делала вид, будто бы Даша не более, чем декорация к интерьеру. Она только и успела произнести свое имя, чтобы на секунду завоевать внимание Морозовой. Та слишком натянуто улыбнулась, вытянула свою тонкую руку с длинными и худыми пальцами Даше и едва коснулась в рукопожатии. Пожалуй, это было худшим, что могла представить в своей голове Ковалёва. В голове будто бы послышался противный треск. Розовые очки лопнули стеклами внутрь. Она никак не могла объяснить себе рационально поведение ее коллеги по цеху, учитывая то, что Даша собиралась играть одну из главных ролей, в том числе имея сюжетную линию с героиней Ани, но ощущения были такие, будто она пришла на временную стажировку, чтобы отсидеть где-то среди массовки и никогда больше не попадаться на глаза Морозовой. Первый день знакомства не заладился сразу, Даша никак не могла выкинуть из головы поведение Ани, несмотря на то, что остальная часть команды сполна окружали ее интересом и поддержкой. В какой-то момент показалось, будто и Морозова смотрела на нее с интересом, но всякий раз, поднимая взгляд, Даша замечала, как Аня увлечена разговорами с кем-то или копалась в своем телефоне. Что ж, Таня, ее агентка, предупреждала, что Ане нужно смотреть в рот, чтобы понравиться ей. Зря Ковалёва тогда посмеялась. Уже вернувшись домой, она достала из холодильника подаренное Таней вино, ценителем которого не являлась, и щедро наполнила бокал. Июньские вечера становились все жарче, воздух казался густым и душным. Она приложила мгновенно запотевший холодный бокал к щекам и зачем-то открыла страницу Ани в инстаграм. Подписалась Даша на нее только пару месяцев назад, когда узнала, что ее утвердили на роль, ну а Морозова, видимо, счастливо не заметила. Никакой взаимности ожидать не приходилось даже в инстаграме. Она пролистала несколько постов — такие же холодные и бездушные, как и сама Анна Викторовна, но приправленные этими идиотскими эмоджи, которые не значили ровным счетом ничего. Словно СММщица настоятельно посоветовала Морозовой разбавить свой текст чем-то более эмоциональным. Впрочем, на комментариях это никак не сказывалось — люди обожали Аню, считая, что она вежливая и сдержанная, без капли наигранности и высокомерия. Даша сама не знала, для чего листала комментарии под фото уже бесчисленное количество времени, даже не заметив, как опустел бокал. Нужно было прочитать сценарий и подготовиться к первому рабочему дню. И словно подслушав ее мысли, на экране всплыло сообщение от Сергея, их продюсера: «Прости за Морозову, с ней бывает сложно». Даша ухмыльнулась, не подозревая, что это только начало.

***

Водитель забрал Дашу в девять утра у подъезда и с сожалением сообщил, что по пути образовалась пробка. Времени хватит как раз на то, чтобы вновь перечитать сценарий. Она радовалась, что в ближайшее время у нее не ожидается никаких сцен с Аней, а значит — есть вероятность, что снежная королева оттает. Быть может, в тот день она действительно была не в духе и все изменится с началом съемок. Водитель разрешил ей покурить в машине, когда они уже подъезжали к съемочной площадке, опоздав практически на двадцать минут. Даша выпорхнула из машины, придерживая сигарету между губ и стараясь не выронить из рук болтающуюся сумку вместе со сценарием. Аня стояла неподалеку с Сергеем и Ильей — актером, который играл главную роль в фильме. По сюжету его герой изменял своей жене, которую играла Аня, с героиней Даши, и, навешав лапши на уши обеим женщинам, столкнулся с тем, как любовница и жена решили ему отомстить. Еще на этапе ознакомления с полным сценарием Даша поняла, что взаимоотношения их с Аней героинь проходят все стадии: от взаимной ненависти до искренней близости. «Может, Морозова уже вжилась в роль раньше положенного», мелькнуло в голове Даши, и в следующую секунду она поймала чужой ледяной взгляд. Даже при палящем на улице солнце, от чужого внимания захотелось поежиться. — У нас тут не курят, — вместо приветствия, холодно обронила Морозова, не глядя на Дашу. — Сереж, ты ей не сказал? Ковалёва даже растерялась от такой наглости. Мало того, что она была на улице и никому не мешала, так еще и тон Ани невероятно раздражал. Даша не любила конфликты, но почему-то хотелось ляпнуть что-то в ответ. Кем она вообще себя возомнила? — Дашуль, прости, у Ани аллергия на сигаретный дым, — тотчас бережно обхватив плечи девушки, Сергей отвел ее в сторону, вид у него был виноватый, как у побитого щенка, видимо, характер Морозовой никого не щадил. — Мы решили организовать курилку вон там, за крайним трейлером. Но если выдержишь съемки без сигарет, я буду тебе безмерно благодарен. У Ани на этот счет пунктик, а срывать съемки не хочется. Сама знаешь, мы и так начали позднее на месяц… По правде говоря, все это не особо интересовало Дашу — психозы словившей звезду актрисы, сорванные съемки, поехавшие сроки. Ей вдруг показалось, словно весь съемочный процесс крутился вокруг Морозовой, и даже если бы она сказала расставить трейлеры по всем законам фэн шуя, никто бы не смел ей перечить. Даша понимала, что один съемочный день Ани стоил кратно больше ее собственного, но все равно не понимала таких закидонов. — Да без проблем, — пожала плечами она, хотя сказать хотелось совершенно другое. Таня всегда учила ее приветливости и кротости. Даша много улыбалась и шутила, была совершенно не проблемной и легко подстраивалась под необходимые условия — может, именно поэтому, в свои двадцать шесть так быстро росла в проектах, срывая те контракты, о которых остальные мечтали годами. Не без этого Даша знала, что она хороша — режиссеры хвалили ее игру, коллеги актеры обожали ее простоту и душевность, а СМИ были в восторге от того, что Даша словно открытая книга. Пожалуй, Даша нравилась всем, кроме Морозовой, которая весь день бегала от девушки, не обращая внимания на жалкие попытки наладить общение. Аня не любила таких — сияющих, будто бы вечно счастливых, таких сладких, что хрустит на зубах. Она провела с Ковалёвой всего пару дней, но уже могла сделать выводы о том, что девчонке жизненно необходимо нравиться остальным, и чем больше она окружала команду своим очарованием, тем меньше Ане хотелось пересекаться с ней. «Вот она, твоя погибель — сахарная принцесса, молодая кровь и мечта всех дедушек», думала про себя Морозова, мельком поглядывая на Дашу в течение съемочного дня. Они почти не разговаривали — Аня как можно чаще ретировалась в свой трейлер и выходила только когда были ее сцены, которые никак не пересекались со сценами Даши. Даже в обед, после того как первая сцена была отснята, а Сергей по доброй традиции разбил тарелку, Морозова взяла свой небольшой кусочек керамики и покинула коллег, оставшись наедине с собой. Она предпочитала не слушать весь тот лепет, которым окутывала Даша остальных. Голова гудела не то от знойного солнца, не то от девчонки. Аня заварила крепкий кофе и, казалось, даже задремала, когда в трейлер постучали. — Я отдыхаю, — предупреждающим низким голосом произнесла Морозова, но ее комментарий счастливо проигнорировала Марина, вошедшая внутрь и прикрывающая за собой дверь. — А я-то думаю, за что мы ей такие гонорары платим, — усмехнулась режиссерка, устало падая на диван. — Первый съемочный день, а ты уже сама по себе. Нехорошо так с коллегами, Ань. — Ну хоть ты-то мне нотации не читай. Аня потянулась за маленькой кружкой, делая глоток и блаженно прикрывая глаза. С Мариной они были знакомы кучу лет, Ане казалось, будто бы Марина знала ее всю жизнь. И это странно, учитывая то, что Морозова была не любителем заводить крепкие дружеские отношения на площадке, где работа — это работа. С Мариной как-то сложилось иначе, само собой, правильно и постепенно, так что она была одной из немногих, кто по-настоящему знал ее, о душевных терзаниях и личной жизни, которую никогда не обсуждают вслух на площадке. В зеркале Аня уловила чужой взгляд, насмешливый и теплый — без слов стало понятно, что ей хотят сказать. — Ветров тебе уже нажаловался? — Не без этого. — Бегает за этой соплячкой, как папочка, — фыркнула Морозова, не поднимая взгляда. — Эта соплячка сейчас на пике популярности, все ее хотят, сама знаешь, — Марина откинулась на спинку дивана и запустила руку в темные короткие волосы. — Даже представить себе не могу, чем она тебе не угодила. Мне казалось, ты спокойно отнеслась к тому, что она будет играть в проекте. — Марин, честно, я даже не думала об этом, — Аня обернулась к ней, держа в руках дымящийся кофе. — А потом посмотрела пару ее интервью и, знаешь, я фальшь, как собака чую… — Ты смотрела с ней интервью? — Марина так искренне засмеялась, что Морозова едва не бросила в нее кружку. — А вообще я не удивлена, она, кажется, в твоем вкусе. Если до этого Аня воспринимала шутки Романовой сквозь пальцы, то после последней фразы, ее лицо мгновенно побледнело и вытянулось. Никакого даже намека на улыбку, сердце пропустило тяжелый, неприятный удар, а в руках мгновенно чувствовалась слабость. Морозова опустила несчастную кружку на столик и посмотрела на женщину, как на умалишенную. — Ты еще с транспарантом выйди, чтобы все знали: Морозова любит трахать молоденьких актрис, — последние слова она произнесла еле слышно, опасаясь чьих-нибудь любопытных ушей. — Расслабься, все заняты своими делами, — Марина чуть подтянулась выше, приоткрывая пальцами тканевую занавеску на окне, словно пытаясь убедиться в собственных словах. — Так что? — Марин, вот не лезла бы ты туда, в чем не разбираешься, — с раздражением зашипела Аня, почему-то испытывая дискомфорт оттого, что Романова словно видела ее насквозь. — К тому же, посмотри на нее… Эта принцесса в команде традиционных ценностей. Марина отчего-то улыбнулась. Спорить с Аней совершенно не хотелось, тем более в первый рабочий день. Напомнив о том, что через пятнадцать минут ее ждут на площадке, Романова выскользнула из трейлера, оставив женщину наедине со своими мыслями. Аня готова была поспорить, что видела где-то в прессе об ухажере Даши, но перепроверять это не стала. В конце концов, она не собиралась заводить никакую интрижку с коллегой по съемкам, и к тому же с девчонкой на десяток лет младше нее. Казалось, будто это ниже ее достоинства, а для Ковалёвой — лишь послужной список для громких заголовков в таблоидах. За всю свою карьеру Аню ни разу не подлавливали с ее женщинами. Фотографии были всякие, но кто оспорит то, что это всего лишь дружеский ужин в компании старой знакомой? Это было удобно — Морозова никогда не собиралась делать публичный каминг аут. Когда ей исполнилось двадцать, почти на пике своей карьеры, она начала встречаться с другой молоденькой актрисой и заявила матери, что не собирается скрывать эти отношения. Тогда дела обстояли чуточку лучше и лояльнее, Аня будто чувствовала, что ничего плохого из-за этого не случится. Но мама ограничилась кратким ответом: «Сделаешь эту глупость, и твоя карьера тут же закончится. Второго шанса на тупые поступки у тебя не будет». Аню это почему-то отрезвило и одновременно обидело до глубины души. Следующим вечером мама была не так резка и вполне миролюбиво объяснила дочери то, что о таких отношениях вслух не говорят, а на тв «голубых» не любят. Она убедительно рассказала о том, как ее знакомые закапывали карьеры из-за неосторожных высказываний и выхода в свет со своими партнерами, и Аня, свято доверяющая маме, которая была в индустрии уже десятки лет, решила не рисковать. Когда тебе двадцать — люди могут простить глупости, списать это на подростковый период, но когда тебе перевалило за тридцать семь, никто не станет разбираться в том, что женщины тебе нравились всю жизнь. Открытых геев Аня и вправду не знала, а на площадках такое не обсуждали, даже перебрав водки или в укромных разговорах в трейлерах. Конечно, Морозова знала о некоторых артистах, которые играли за ее команду, но даже с ними они обычно ничего не обсуждали. Об Ане были в курсе несколько ее близких подруг, а из мира кино только Марина — и то не факт, что она никому не растрепалась. Может, кто-то подозревал, что романы Морозовой с состоятельными мужчинами — чистой воды блеф, может, замечали ее редкие взгляды на других женщин, но никто в здравом уме не смел поднимать эту тему. А Аня отлично играла свою роль одинокой гетеросексуальной женщины, которой на самом деле просто тяжело угодить. Аня видела эту идиотскую улыбочку Марины, когда поздним вечером, уже после смены, Даша подошла к ней с бокалом шампанского. Неслыханная наглость. Честно говоря, Морозова не хотела оставаться на празднование первой смены, но уезжать с банкета сразу — было бы слишком некрасивым даже для нее. А уже после она потеряла счет выпитому, чувствуя приятную расслабленность в теле и даже улыбаясь над совершенно тупыми шутками коллег. Некоторые из них никогда не узнают, насколько они плохи. В конце концов, устав от преимущественно мужской компании, Аня отсела от всех подальше, наслаждаясь одиночеством. Даша, до этого почти не пересекающаяся с ней, появилась словно из ниоткуда — вышла из тени съемочной площадки, держа в обеих руках по бокалу шампанского и явно не собираясь пить его в одно лицо. Аня подавила в себе желание глубоко вздохнуть и закатить глаза. — Это последнее, что осталось, — Даша села рядом на плетеную небольшую скамью, оказываясь в непосредственной близости и чувствуя, как напряглась женщина рядом. — Я сегодня больше не пью, — сухо бросила Морозова, опуская взгляд в телефон, надеясь, что даст понять Даше, что к милой девичьей посиделке она не расположена. — Я думала пять бокалов не ваш предел. — Прошу прощения? — Аня медленно подняла голову, теперь ее взгляд встречался со взглядом Даши: бесстыдным, провокационным, совсем не таким, каким она его запомнила в компании съемочной команды. — Ну, знаете, в прессе пишут, что у вас проблемы с алкоголем, и я подумала, что мы можем еще обмыть наш первый день. Даша широко улыбалась, даже не пытаясь прятать взгляд за пузырящимся бокалом шампанского. Наглая, совершенно без чувства такта актрисулька, которая решила, что может так с ней разговаривать. Аня вспыхнула, но всеми силами постаралась сохранить спокойствие — еще не хватало, чтобы эта малолетка выводила ее на эмоции. — Напомни, что пишут про тебя? — оскалилась Морозова, неожиданно выхватывая из рук Даши бокал, и хотела было продолжить, но Ковалёва перебила ее. — Всенародная любимица… Самая быстрорастущая актриса России… Новое лицо обложки Vogue? — Должно быть, твои колени не заживают, — сочувственно протянула Аня. Колкая фраза снова была бездумной, ниже ее достоинства, но Даша в ответ лишь рассмеялась. Так искренне и заливисто, словно Морозова действительно рассказала шутку года. — Познакомите меня с Борисом Овсянниковым? Всегда мечтала сняться у него, — делая небольшой глоток шампанского, Даша кокетливо убрала волосы за ухо. — Колени почти зажили, но ради такого я готова встать на них перед вами прямо сейчас. Не переживайте, я никому не расскажу… Даша наклонилась совсем близко, будто теряя голову от выпитого и не осознавая, что окончательно портит все отношения с Морозовой. Та не пошевелилась даже когда Ковалёва оказалась в непосредственной близости — так, что от нее едва ощутимо пахло алкоголем и сладким парфюмом. Аня не повела и бровью — эта малолетка решила взять ее на слабо, думая, что смутит своим выпадом. Взгляд зацепился за чужой — блестящий, пьяный, горячий, как если бы их с ног до головы облили бензином и подожгли. Выражение лица Морозовой не поменялось ни на секунду, когда она медленно кивнула головой перед собой, безразлично добавляя: — Тогда вперед, — намекая на то, что опуститься на колени можно прямо здесь и сейчас. Вопреки здравому смыслу, Аня представила это так ярко и живо — как Даша опускается голыми коленками на мелкие камни, смешанные с песком, царапает нежную кожу, обхватывает пальцами ее бедра, нетерпеливо скользя под длинный подол летнего платья. Как пьяно улыбается, целует внутреннюю поверхность бедра и жмется щекой к теплой коже… — Я смотрю, вы уже поладили, — Сергей появился из-за спины, словно маньячина, заставляя Морозову вздрогнуть от испуга. Даша лишь улыбнулась этой реакции и медленно отстранилась, прерывая свои размышления на тему, что могло бы быть дальше. Смертельно захотелось курить. — Я как раз собиралась домой и уже вызывала такси, — голосом ниже обычного протянула Аня, чувствуя себя раздраженно и глупо. Что это только что было? — Ты бы предупредила, водитель бы заехал за тобой, без проблем, — Сергей, наконец, обошел их со спины, останавливаясь напротив и улыбаясь во все тридцать два зуба. — Дашуль, эта злобная тетя тебя тут не покусала? — Еще не успела, — улыбнулась Ковалёва, наблюдая за тем, как Аня встала со своего места и подойдя к Сергею, похлопала его по плечу. — До завтра, — вновь не обращая никакого внимания на Дашу, кинула Морозова, стремительно покидая площадку.

***

Даша не заметила, как пролетела неделя, а затем и другая. Вопреки каким-то внутренним ожиданиям, обстановка на съемках никак не изменилась — Аня была сама себе на уме и практически не общалась с Ковалевой, если не считать рабочие процессы, в которые им необходимо было разговаривать. К ее удивлению, Морозова даже не пыталась ее подкалывать, предпочитая отстраненное молчание и полное игнорирование, словно Даши не существует. Она даже невольно стала свидетелем разговора с Сергеем и Мариной, которые пытались убедить Анну Викторовну в том, что игнорировать одну из главных актрис — совершенно безумно, и если такое ребячество мелькнет где-то в прессе, это будет явно неприятным бонусом к репутации Морозовой. «Вы всерьез мне предлагаете играть в дружбу с этой девочкой?» — Аня даже не пыталась быть тихой, напротив, вся она громкая, демонстративная, недовольная. Даше было совсем неясно, как популярность могла прийти именно к такому человеку. — Уж не подумайте, что я была бы без ума от такой подружки, — проходя мимо, не удержалась от комментария Ковалёва и проскользнула в свой трейлер. «Знаешь, я себя тоже не на помойке нашла!», — рассерженно писала она своему агенту, почему-то злясь на то, что все в ее окружении знали Морозову, но никто не предупреждал, что все может быть так. Даша даже хотела по-детски наивно подойти к женщине и напрямую узнать, чем она так ей не угодила, но каждый раз эта мысль разбивалась о какое-то самоуважение. Нет, она не будет позориться и пытаться быть хорошей для этой стервы. Пару месяцев можно потерпеть, улыбаться в камеру и говорить, какие у нее замечательные коллеги, а затем демонстративно отписаться от Морозовой в инстаграме, вызвав настоящий фурор в СМИ. И вот тогда-то… тогда-то она расскажет, как ей на самом деле работалось с непревзойденной Анной Викторовной. Очередным вечером после рабочего дня, Даша чуть задержалась, чтобы обсудить некоторые сцены с Ильей, которые должны были снимать на следующей неделе. В целом, они отлично шли, а благодаря команде сниматься было комфортно и легко. Аня не мозолила глаза и почти все время вне ее сцен отдыхала в трейлере, лишь последние несколько дней отчего-то выползала на улицу, безмолвно наблюдая за съемочным процессом. Стоя у выхода из павильона и ожидая такси, она наслаждалась прохладным вечером. Наконец-то жара чуть спала, а воздух чувствовался свежим и легким. Несколько моментов спокойствия после напряженного дня казались Даше целой вечностью, если бы только она не ощутила чье-то присутствие рядом с собой. — Опять ждешь такси? — Аня подошла чуть ближе, голос ее был слегка насмешливым и бодрым, словно тяжелый день был только у Ковалевой. — Или это способ задержаться подольше, чтобы все думали, что ты работаешь усерднее остальных? Даша вздохнула, чувствуя, как внутри поднимается волна раздражения. Она повернулась к Анне, готовая к очередной словесной перепалке. — Что тебе нужно? — устав от напускной вежливости и впервые переходя на «ты», Даша все равно старалась говорить спокойно. Анна слегка наклонила голову, её глаза блестели насмешкой. — Просто интересно, как ты собираешься справляться дальше. Занятно наблюдать, как ты выпрыгиваешь из трусов, пытаясь всем понравиться. Знаешь, конкуренция в этом бизнесе жестока. Даша скрестила руки на груди, её взгляд стал твердым. Она почувствовала, как жар прилил к щекам от хамства, которое позволяла себе взрослая женщина, которой все так восхищались. Медленно окинув Морозову с ног до головы, Даше даже как-то стало обидно — такая красивая, совершенно невероятная актриса, которой она восхищалась, в момент превратилась для нее во что-то отторгающее. — Знаешь, я уже поняла, что ты не упустишь шанса меня подколоть, но никак не могу понять, что с тобой не так? Боишься, что я могу затмить тебя на экране? Морозова фыркнула, но её лицо осталось непроницаемым. — Бояться тебя? Смешно. Ты даже не представляешь, что значит настоящая конкуренция, — тонко намекнув на то, что популярность настигла Дашу слишком быстро, Аня била по самым больным местам. — Может, и не представляю, но я не позволю тебе унижать меня на каждом шагу, — Даша сделала шаг вперед, ее глаза метали молнии. — Если ты думаешь, что твои язвительные замечания как-то помогут нашему съемочному процессу или нашим с тобой отношениям, то ты ошибаешься. Аня впервые ничего не ответила, но ее глаза потемнели, напоминая синий, глубокий океан. В этот момент подъехало такси, и Даша, не дождавшись ответа, села в машину. — Увидимся завтра, Анна, — сказала она напоследок и захлопнула дверь. Морозова осталась стоять на месте, смотря вслед уезжающему такси. Её мысли путались, а эмоции бурлили внутри, рождая странную зависимость от их перепалок — приятного в этом было мало, но Аня искренне наслаждалась, с какой смелостью Даша отвечала ей. Она не могла признаться себе в причинах своей неприязни к Даше, но одно было ясно — эта молодая актриса заставляла её чувствовать что-то, с чем она не могла справиться. И это пугало её больше, чем она была готова признать.