Летнее солнцестояние

Настал день суда над Тёмным и его соучастниками. На площади установили возвышение, на котором поставили трибуну для докладчиков, столы для судей, а также большой экран для просмотра доказательств причастности к преступлениям. В качестве судей были выбраны Верховный маг, маг-прорицатель и Богён. Хосок, как главнокомандующий Хранителей, представлял обвинительную сторону и предоставлял доказательства и свидетелей. С самого утра на площади собрались все жители Волмаджика. Они были взволнованы и шокированы той информацией, которая на них обрушилась, поэтому постоянно переговаривались друг с другом, пытаясь переварить полученные сведения. Многие из них впервые находились в обществе магов, не подозревая до этого момента, что общение с себе подобными так приятно и волнительно. Многие маги разбились на группы по интересам и уже обсуждали тему создания своих поселений, где они будут развивать и внедрять свои идеи в жизнь. То тут, то там в небо выстреливали красные сердечки, которые, поднявшись высоко, взрывались красивым салютом, превращаясь в большой букет из разнообразных цветов и падая в руки счастливой обладательницы. Так влюблённый маг показывал свою симпатию. Видимо, после этой встречи появится много новых семей. Главнокомандующий провёл колоссальную работу по поиску доказательств и свидетелей, которых было очень сложно найти, но несколько выживших всё же удалось отыскать. Намджун не хотел, чтобы наказание Виолетты выглядело как самосуд или простая казнь. Он хотел показать, что каждое преступление рано или поздно приводит к наказанию. Поэтому он решил провести открытое судебное заседание. Постучав молотком по столу, призывая соблюдать тишину, Намджун встал и объявил о начале суда. Привели главную обвиняемую — Виолетту. Вид у неё был жалкий, она полностью обессилена, но держалась стойко, высоко подняв голову, расправив плечи, а во взгляде читались ненависть и презрение ко всем собравшимся. Вся её жизнь была лишь выживанием, тесно связанным с уничтожением тех, кто судил её сейчас. Виолетта была закована в кандалы, блокирующие магические способности, а вокруг неё установили энергетическую решётку, при соприкосновении с которой можно было получить сильный электрический разряд. Хосок зачитывал список преступлений, которые совершила ведьма за свою жизнь. По губам ведьмы скользила презрительная ухмылка — она совсем не жалела о содеянном, что шокировало присутствующих волшебников. Маги, собравшиеся на площади, возмущённо перешёптывались и откровенно охуевали, узнав, что долгое время находились под действием чар, которые должны были привести к неминуемому вымиранию их мира. Начались возмущённые крики, и Верховному снова пришлось успокаивать присутствующих. Закончив с обвинительным списком Виолетты, Хосок пригласил вывести соучастников — Мираса и Владлена. Их привели так же в кандалах, и вокруг них установили решётку. На лице Мираса была гримаса презрения ко всем присутствующим. Он относился ко всему происходящему как к цирку. Эти ничтожные маги не имели власти, чтобы судить о поступках его повелительницы, они были просто расходным материалом. Его лицо изменилось, когда он перевёл взгляд на Виолетту: в его глазах загорелись обожание и восхищение. Даже в таком жалком и истощённом виде она выглядела просто шикарно, она не была сломлена. Всё оставшееся время он не сводил с неё глаз, желая, чтобы она была последней, кого он увидит в этой жизни. Владлен же был напряжён и взвинчен. Он не хотел умирать, служил ведьме лишь потому, что был слишком молод, когда связался с ней, да и желание занять высокую должность сыграло против него. Он исхудал, с его лица исчезло выражение превосходства и самоуверенности. Сейчас перед толпой стоял жалкий, потерянный человек, который в своё время сделал неправильный выбор, приведший его к такому концу. Пока зачитывали список его преступлений, он настойчиво искал глазами лишь одного человека, о котором по-настоящему переживал, но так и не смог найти. Сначала были показаны доказательства на большом экране, многие из которых были добыты Юнги и его хитроумными магическими заклинаниями. Также были воспоминания пострадавших и свитки, чудом сохранившиеся. Когда очередь дошла до выступления свидетелей, первым вышел Чонгук. Его рассказ был долгим: он начал с раннего детства и дошёл до раскрытия своих магических сил. Тот факт, что ему пришлось большую часть жизни скрываться, вызвал вздохи сочувствия у соплеменников. Момент предательства Мираса у всех вызвал шквал негодования, толпа начала свистеть и кричать. Описание времени, когда он выхаживал Тэхёна после снятия наложенного заклятья, было встречено поддержкой и сочувственным молчанием. Появление Тэхёна и Чимина вызвало шквал аплодисментов. Маги понимали, что парни проявили героизм и не раз рисковали жизнью, не имея никакого отношения к их миру, что вызывало уважение к этим мило улыбающимся и скромным парням. Выглядели они полностью восстановившимися — сказался бережный уход. Владлен, увидев Чимина, выдохнул с облегчением и ловил каждое слово и движение парня, пока тот выступал, понимая, что это последний раз, когда он его видит. Юнги выглядел сильно измотанным — подготовка доказательств отняла у него много сил. Он также выступал в качестве свидетеля и рассказал о сговоре и помощи Почтенного Старца Тёмному. Замыкал выступление секретарь Мадлен, который своим рвением в поиске и предоставлении доказательств перешёл в разряд свидетелей — изначально его хотели судить вместе с Владленом. Секретарь был беспринципным магом: главное для него было не правильность поступков, а служение тому, кто был у власти. Когда Владлен потерял свою власть, он с удовольствием переметнулся на сторону Верховного. При этом в ходе следствия выяснилось, что секретарь лишь выполнял поручения и никак не был причастен к гибели магов, что спасло его от смерти. Выслушав всех и изучив все доказательства, судьи, посовещавшись, вынесли приговор. — Суд вынес приговор, — встав, торжественно объявил Намджун. — Тёмный маг, он же Виолетта, приговаривается к смерти за убийство магов с особой жестокостью. Мирас приговаривается к смерти за пособничество Виолетте, убийство своих близких, а также покушение на убийство. Владлен приговаривается к смерти за уничтожение ценной информации, которая чуть не привела к гибели нашего мира. Решение привести в исполнение тут же, учитывая опасность осуждённых. На площади воцарилась гробовая тишина. Маги не любили насилие, но сейчас был тот случай, когда это необходимо. Все это понимали. Нужно было избавиться от опухоли ради жизни всего организма, как бы это ни было больно. Маг в тёмном плаще с капюшоном, закрывающим лицо, вынес продолговатый футляр. Хосок подошёл к нему и, открыв, достал чёрный меч, аккуратно держа его за рукоять. Он поднял меч над головой. Маги на площади видели, как лезвие меча было окутано тёмной дымкой. — Это меч смерти! — громко произнёс Верховный маг. — Поражённый им маг не просто умирает, он лишается возможности возрождения на тысячу лет. Всё это время душа будет проходить очищение в мире демонов. Невозможность перерождения — суровое наказание. Душе не дают возможность развиваться, а, находясь в мире демонов, она будет постоянно сталкиваться со своими грехами и переживать страдания, которые причиняла другим. Этот меч ещё ни разу не использовался, так как считалось, что подобное наказание слишком жестоко. Маги молчали, понимая правильность принятого решения. Как только Верховный замолк, Хосок подошёл к Виолетте, убрал защитную клетку и пронзил её мечом. Тело колдуньи вздрогнуло и упало, из раны вышла сфера тёмно-серого цвета и начала кружиться вокруг лезвия меча, а через несколько мгновений её поглотила чёрная дымка. Все поняли, что душа ведьмы переместилась в мир демонов. Мирас, видя смерть Виолетты, закричал в исступлении и начал проклинать всех присутствующих. В момент, когда Хосок приблизился к нему с мечом, он неистово захохотал, показывая своё презрение к происходящему. После удара мечом его душа также отправилась в мир демонов. Очередь дошла до Владлена. Он упал на колени и стал громко плакать, прося о пощаде. Он понял сейчас, как никчёмно прожил свою жизнь. Осознал, что есть вещи ценнее власти и богатства — в этом ему помогла встреча с Чимином, которая произошла слишком поздно. Главнокомандующего Хранителей не тронули мольбы Старца — он вонзил меч, прекращая его жалкие просьбы. Как и у предыдущих преступников, его душа тоже была поглощена мечом. Хосок дал знак своим людям, и они аккуратно унесли безжизненные тела. Их похоронят, и на могилах поставят таблички с полным списком их злодеяний, чтобы никто не забывал о том зле, которое они причинили этому миру. Встав из-за стола и подойдя к краю возвышения, Намджун обратился к собравшимся: — Я принял решение реформировать систему управления, — после небольшой паузы сказал Верховный. — Если у вас есть предложения, буду рад их услышать на совещании, которое состоится завтра, — после чего покинул площадь. Собравшиеся маги в полной тишине расходились с площади. Тёмная и печальная глава в их истории подошла к концу. Будущее — светлое и счастливое — находилось в руках каждого из них.

***

Прошёл почти год после казни Тёмного. — Зайчоныш, ты всё собрал для похода? — наливая чай, крикнул Тэ. — Нам уже скоро выходить. — Да, тигрёнок, всё готово! — выходя из спальни с большой сумкой, ответил Гук. После суда над колдуньей они решили жить в мире людей. Поначалу они обосновались в квартире Тэ, но позже Чонгук предложил создать базу отдыха на острове как для людей, так и для магов, и эта идея оказалась удачной. Правда, Чонгуку пришлось многому научиться — он даже пошёл в институт на факультет туризма и сервиса. Жизнь в мире людей ему очень нравилась, тем более что рядом с ним был его любимый, связь с которым крепла с каждым днём. Тэхён продолжил работать на прежней работе, что позволило ему находиться рядом со своим зайчиком и помогать ему. Ради него он даже переехал жить на остров, о чём ни разу не пожалел. На годовщину знакомства они решили повторить поход на вершину и встретить летнее солнцестояние со своими друзьями Чимином и Юнги, которые жили во Волмаджике и занимали там значимые должности. Чимин стал главным советником Верховного мага, а Юнги — руководителем по безопасности. Оба были очень заняты, поэтому встречались с друзьями редко. Сегодня они решили переночевать в квартире Тэ, повторив тот путь, который они с Чимином проделали в прошлом году. В этот раз Тэхён поедет со своим любимым, который научился водить машину и даже получил водительские права (пусть и не с первого раза). Они договорились, что, живя в мире людей, будут использовать магию по минимуму. Это делало их жизнь ещё интереснее и наполняло её приключениями. Тэхёну было сложно представить свою прошлую жизнь, где он постоянно находился в одиночестве, занимался исключительно работой и зависал в интернете. Видеть мир вживую приносило гораздо больше удовольствия, приятных эмоций и воспоминаний. Теперь ему нравилось общаться с новыми людьми, он даже начал устраивать вечеринки, на которых и сам развлекался от души. Руки любимого, обнимающие его за талию, и нежный поцелуй за ушком вывели Тэ из размышлений о глобальных переменах в его жизни за последний год. — О чём задумался, мой тигрёнок? — промурлыкал на ушко Чонгук. — О том, как мне повезло тогда столкнуться с таким чудиком на поляне, — поворачиваясь и оставляя лёгкий поцелуй на губах Гука, ответил Тэ. — Моя жизнь после этого изменилась на сто восемьдесят градусов. — Как и моя, любимый! — сильнее прижимая Кима к себе, прошептал Гук. — Нам пора выезжать, иначе, если мы опоздаем, Юнги мне всю плешь проест! — с тоской в голосе проговорил он. — Да, нужно поспешить, Чимин тоже будет ворчать. Общение с твоим другом на него не совсем благоприятно повлияло, — закатывая глаза и с неохотой отлипая от Гука, пошёл на выход Тэ.

***

Поляна встретила их благоуханием и пёстрой палитрой полевых цветов. Разноцветные бабочки порхали, создавая иллюзию оживших цветов, напоминая Чонгуку царство фей, которые издалека тоже походили на бабочек, что было контрастом их утончённой внешности и жутко грубого характера с отличным знанием матерного языка. Вспомнив сейчас, как его обложил один фейри, которого он по неосторожности смахнул с цветка, где тот изволил почивать после обеда. Гук передёрнул плечами и порадовался, что они сейчас в мире людей. Появилась пространственная дыра, из которой вывалился его друг, нагруженный несколькими сумками, а следом лёгкой походкой вышел Чимин. — Привет, Тэ! — увидев друга, с разбегу кинулся к нему Чимин. — Как ты похорошел! Морской воздух тебе на пользу! — продолжая тискать его в объятиях, пищал Чим. — Здорово, бро! — бросив сумки, протянул руку Юнги. — Как жизнь? Давно не виделись! — обнимая и похлопывая друга по спине, спросил он. От магических палаток решили не отказываться и провели ночь в комфорте. За разговорами незаметно прошёл день. Редкие встречи сделали их только ближе, а их связь — крепче. Все понимали, что случайная встреча год назад была судьбоносной и перевернула жизнь не только каждого из них, но и спасла целый мир. — Будем ложиться спать? — зевая, проговорил Чимин. — Мне пришлось работать несколько дней без отдыха, чтобы Верховный отпустил меня. — Думаю, пора. Вставать рано, — взяв Чимина за руку и поднимаясь, ответил Юнги. — Выспаться нужно, чтобы бодрячком подняться в гору! — У меня предложение! — хитро улыбаясь, произнёс Тэ. — Может, ну его, этот подъём в гору? Воспользуемся магией! Хоть поспим на пару часов дольше! — делая милую мордашку, заныл он. — Идея — огонь! Не стал предлагать, зная ваш договор про жизнь без магии, — хихикнул Чимин. Все кивнули в знак согласия и разошлись по комнатам. Край неба начинал светлеть, постепенно вытесняя темноту и гася звёзды на небосклоне, когда четверо взлохмаченных и зевающих парней нехотя вышли из образовавшейся дыры. Юнги расстелил плед и усадил на него сонного Чимина, устраиваясь рядом и обнимая его за плечи. Чонгук, обнимая за плечи Тэ, замер от красоты, которая простиралась перед ним. Он уже забыл, как тут красиво. Они застыли, наблюдая, как медленно появлялся край солнца, окрашивая небо во всевозможные розовые оттенки, и вздрогнули, когда Чимин напомнил им загадать желание. Посмотрев друг другу в глаза, они загадали одно желание на двоих, а потом поцеловались. Загадав своё желание, Чимин притянул любимого и припал к его губам, сразу начиная сминать их и углублять поцелуй. В ответ его сильнее обняли и начали руками забираться под одежду. — Вы чем-нибудь другим занимаетесь? — возмущённый голос Хосока, который только что появился из портала и ошарашено смотрел на них, испортил всю романтику. — Брат! Ты когда-нибудь перестанешь нас обламывать? — возмущённо прошипел Чонгук. — Не время сейчас для нежностей! Вас всех вызывает Верховный! У нас ЧП! — тон голоса Хосока говорил о том, что возражения не принимаются. — Да ладно! — хором отозвались парни.