Семья, любовь и верность

Толпа несла Машу куда-то к сувенирному ряду. Корвин пытался слиться с народной массой и добраться до любимой, но всё было тщетно. — Встретимся у Ленина! — Крикнула она на прощание, и толпа полностью её поглотила. Корвин остановился и смотрел ей вслед. Теперь остаётся только понять, что она имела в виду. Ленина Значит, принадлежащее Лене. Но про какую именно Лену кричала ему Маша? Он же не знает никакой Лены. Человеческий мир был ему не особо знаком, что такое Ленина, он не знал, как добраться туда тем более. Оставалась надежда на добрых людей, подходить к которым было страшно. Но он должен пойти в долгий путь и отыскать свою Марью-Царевну. И, желательно, без всяких волков и волколаков, если такое будет возможно. Путеводный клубок он с собой не взял, ориентировалась по навигатору всегда Маша. Нет, он не чувствовал себя беспомощным, но всё-таки стало как-то одиноко. Он обратился к первой попавшейся женщине. — Извините, вы не знаете… — Знаю! — Перебила она. — Всё про тебя знаю! Позолоти ручку — всё расскажу. Корвин отшатнулся от неё, как от огня и решил спросить кого-то другого. Торговые ряды простилались через всю улицу. Чего только не было: матрёшки, картины, вышитые крестиком, детские игрушки, сладости ручной работы… Он обратил своё внимание на скромный прилавок у самого края рядов. Все товары разложены просто на столе, нет никаких полок и нагромождений. Там сидела тихая бабушка, она вязала на спицах, что-то бубня под нос. — Здравствуйте. — Ага, — ответила она невпопад, проморгалась и уставилась на него. — И ты здравствуй. — А сколько стоит вот это колечко? — Он указал на изящное серебряное кольцо с россыпью камней изумрудного и белого цвета. В том, что это какие-то драгоценности, парень крайне сомневался, но смотрелось украшение просто потрясающе. — А ты себе покупаешь, или девушке? — Прищурилась она. — А от этого зависит цена? — Поразился он. — Если бы! — Хмыкнула старушка. — От этого зависит, потратишь ли ты зря свои деньги. — Почему же? — А как ты купишь, не зная размера пальца? — Размера пальца? — Не мог сообразить парень. — Вот, тебе это кольцо только на мизинец и налезет. А размера девушки мы с тобой не знаем. Это можно ниткой или лентой измерить. Так удобнее. И, если ищешь на конкретный палец, — она подмигнула, — в следующий раз приходи, зная циферку. — Точно, — осознал Корвин, немного смущаясь от намёком торговки. — Как я сам не догадался? — Мой тебе совет, — улыбнулась женщина, пододвигая к нему небольшую резную шкатулочку с бархатной подкладкой. — Во-первых, прежде чем покупать, узнай её размер, а во-вторых, сейчас лучше серьги купи. Они выйдут тебе менее затратно, но смотрятся тоже неплохо. На бордовом бархате лежали серьги. Большой овальный ярко-зелёный камень, окружённый мелкими белыми, разного диаметра. — Ого. Я беру. — Без лишних раздумий согласился он и протянул купюру. Маша научила его менять волшебные монеты на банкноты простых людей, так что, на фестиваль он пришёл не с пустыми руками. — Многовато. — Хмыкнула продавщица. — Мельче нет? — Сдачи не надо, — он забрал коробочку, закрыл её и бережно положил во внутренний карман поясной сумки. — Только скажите, она говорила, что будет ждать у Ленина. А как туда пройти? Женщина быстро и понятно объяснила ему, затем снова с лёгкой ухмылкой сказала про «циферку», а потом снова вернулась к вязанию, довольно улыбаясь. Корвин поспешил. Торговка упомянула «высокий белый постамент». Значит, эта «Ленина» — статуя. К своей досаде, он почти сразу её разглядел. Большая, можно даже сказать, громадная. Только слепой может не заметить. Ну, и Корвин ещё. Возле неё, нервно барабаня пальцами по коленке, сидела Маша. Заметив его, она тут же сорвалась с места, быстро добежала. — Фух, я уже думала идти на поиски, если честно. — Радостно обняла его она. — Куда теперь пойдём? Он посмотрел на неё печальным взором и предложил вариант, который казался максимально подходящим: — Давай, пойдём домой? Маша посмотрела на него удивлённым взором. — А как же фестиваль? — Я не хочу снова искать тебя по всей площади. И эта «Ленина»… — Ленин. — Машинально поправила девушка. — Эта Ленин… — Этот. Это человек такой. И статуя посвящена этому человеку. — Она указала на монумент. — Ясно, но я же этого не знал. — Ну да, точно, вы же не проходили человеческую историю. — Пробормотала Маша. — И, вот, по всей площади… — Погоди, а как площадь называется? — Понятия не имею. Он развернул рекламную листовку мероприятия, лежавшую до этого глубоко в кармане. К своему ужасу и Машиному смеху, увидел упрощённую карту площади с нарисованными подписанными ориентирами, указанными площадками и, самое главное, адресом. — Площадь Ленина? Серьёзно. Маша расхохоталась пуще прежнего. — Да. И поэтому этот огромный дядька тут стоит. — Я бы сказал не «да», а «мда». — Вздохнул удручённый Корвин. — Может, пойдём, блины купим. — Блины? — Он нахмурил лоб, что-то вспоминая. — Звучит знакомо. — Я же приносила их в марте, помнишь? Тебе тогда очень понравилось. — Напомнила девушка. — Но эти будешь печь не ты. — Парировал парень. — Тогда, просто чай? — Предложила Маша. — Давай. — Вынужденно согласился Корвин. По дороге они также успели сфотографироваться с парой памятников поменьше, увидеть выступление гусляров, всё-таки купить блин для Маши и чуть не попасть под колёса самоката. Хорошо, что Маша успела уладить конфликт, прежде чем её парень стал гигантской птицей. — Долго ещё? — Мы почти пришли, — оправдывалась Маша. — Почему мы не купили чай там же, где и блины? — Запоздало спросил он. — Потому что там дороже. А копейка рубль бережёт. — Я же говорил, что оплачу. — Возразил Корвин. — Даже слышать об этом не желаю. — Пресекла Маша. Ей не хотелось пользоваться не своими деньгами. Ей казалось, что так она будет выглядеть меркантильной. — Погоди, мы снова у Ленина. — Проморгался парень. — Ну да. — Улыбнулась девушка. — Но не дорога же главное, а путь. — Ладно. Но, тогда, за чай плачу я. Считай, что это такой подарок. В честь праздника. Маше ничего не оставалось, кроме как, смириться, сесть на лавочку и ждать парня. Он вернулся быстро, держа в руках два бумажных стаканчика. — Чёрный или зелёный? — Зелёный. — Ответила она. Корвин отдал ей стакан, оставшийся забрал себе. — Сахар? — Он протянул бумажный стик. — Нет, спасибо. — Маша вдохнула аромат чая и прикрыла глаза. Пускай, из пакетика, но пахнет неплохо. Когда она, наконец, открыла веки, то заметила у себя на коленке небольшую коробочку. Корвин, как будто специально, отвернулся и насвистывал ненавязчивый мотив. Маша тыкнула указательным пальцем ему между рёбер. — Ай, больно же! — Он потёр место внезапного нападения. — Это ещё что? — Сунула она ему под нос коробочку. — Не откроешь — не узнаешь. — Загадочно повёл плечами он. — Ладно. — Она поставила почти пустой стакан на лавочку и приподняла крышку. — Ой… — Нравится? — Заглянул в глаза Корвин. — Нравится. — Только и смогла выдавить она. — Но, правда, не стоило… — Это же бижутерия. — Возмутился парень. — Не так уж и дорого. — Не дорого? — Поразилась она. — К твоему сведению, я изучала магию минералов и могу отличить фикцию от драгоценности. Это не просто какие-то стекляшки, Корвин. Он лишь удивлённо раскрыл глаза. Быть того не может. Что же это за старушка там сидела? Маша достала одну серёжку и покрутила в руке. Сзади, на серебряной подложке заметила еле различимый герб, хмыкнула. — Так я и думала. Хозяйка Медной Горы. И что она тут забыла? — А разве это не молодая женщина? — Попытался вспомнить продавщицу Корвин. — И волосы у неё чёрные как смоль? — Ну да. Всё точно, как ты сказал. — Если это так, это была не она. Та женщина пожилая, волосы седые. Она сидела и вязала, пока я не подошёл. — Тогда, пошли. Надо вернуть серьги. Обсчитал бедную женщину. Как тебе не стыдно? — Маша выкинула стаканчик в урну и стала истерично собирать вещи. — Кто мы с тобой после такого, если не воры? — Погоди, ты же сказала, что это была Хозяйка. — Маша уже шла к лавкам, Корвину оставалось лишь её догонять. — Да мало ли! Может, это, как раз, её дары распродают, чтобы денег на пропитание добыть? — Так-то оно так, но я дал даже больше. И сдачи не потребовал. — Ладно, это потом обсудим. Где она сидела? — У края, примерно, — Корвин указал на абсолютно пустое место, слева и справа от него уже разместились новые мастера, но старый участок остался никем не занятый, — вот здесь. — Ой. — Ага. — И как теперь её искать? — Без понятия. Адреса на коробке нет. Маша опечалилась. Ей казалось, что они просто ограбили бедную женщину, за бесценок выкупив у неё фамильное наследство. — Молодые люди, вы старушку ищете? — Спросил длиннобородый мужчина, сидевший справа от локального пустыря. Он продавал изделия из кожи: браслеты, обложки на паспорт, кошельки. — Да, её. — Оживилась Маша. — Она просила передать вот это. — Он протянул им ещё одну коробочку, уже полностью покрытую красным бархатом. — Сказала, что вместо сдачи. И ещё, что на сегодня её рабочий день окончен. Но в следующем году она точно появится. И тебе, — бородач пристально поглядел на Корвина, — надо узнать циферку. — Какую циферку? — Не поняла Марья. — Потом расскажу, — пообещал Корвин. Он принял «сдачу», приподнял крышку, заглянув туда одним глазом и удовлетворённо хмыкнул. — А что в коробочке? — Поинтересовалась девушка. — Ничего, — честно ответил Корвин. — Как так? Честно? — Честно. Но любая пустая коробочка однажды может обрести содержимое.