Рыжая непослушная причина

Одри стояла у кухонного стола, нарезая овощи для салата. Легкий свет падал на ее рыжие волосы, подчеркивая каждую прядь. Давид, опершись о дверной косяк, наблюдал за ней с улыбкой. — Ты готовишь как шеф-повар, — сказал он, приближаясь к ней. Одри подняла глаза и улыбнулась, ее голубые глаза сверкнули озорством. — Ну, кто-то же должен готовить, а не только есть, — поддразнила она. Давид засмеялся и подошел ближе, его карие глаза искрились. — Ты знаешь, я мог бы помочь, — предложил мужчина, беря у нее нож. — Ты и нож? — Одри скептически подняла бровь. Давид, ты же едва можешь пожарить яичницу. — Не такой уж я и безнадежный. Позволь мне доказать, — брюнет аккуратно начал нарезать помидор, стараясь быть максимально точным. Одри наблюдала за его руками, чувствуя тепло от его близости и теплые волны возбуждения медленно накатывали на нее. Ведь в голове было четкое представление, что он может делать этими руками. — Ладно, посмотрим, — рыжик закусила губу, начиная нарезать огурец. — Знаешь, когда ты так серьезно готовишь, ты становишься еще красивее, — сказал Давид, не отрывая взгляда от ее лица. — Ты всегда знаешь, как заставить меня покраснеть, — Одри почувствовала, как ее щеки запылали, но глаза на мужчину не подняла. Давид слегка наклонился к ней, его дыхание касалось ее уха. — Может, это потому, что ты мне очень нравишься, — прошептал он. Одри посмотрела на него, их лица были всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Она могла чувствовать его тепло, его близость. — Ты знаешь, что ты опасен, когда так близко, — тихо сказала она. — Опасен? — он улыбнулся, его губы были так близко к ее, что рыжик чувствовала тепло от дыхания. — Тогда, может, мне стоит отступить? — Не смей, — сказала Одри, и прежде чем она успела осознать, она обняла его за шею и притянула к себе. Их губы встретились в страстном поцелуе, который казался бесконечным. Одри чувствовала, как Давид крепко обнимает ее, его руки скользят по спине девушки немного сжимая. Она ответила ему с такой же страстью, чувствуя, как их сердца бьются в унисон. Поцелуй был глубоким и насыщенным, и когда они наконец оторвались друг от друга, оба тяжело дышали. — Кажется, наш ужин немного задержится, — прошептал Давид, его лоб прижимался ко лбу Одри. — Ничего страшного, — ответила Одри, ее глаза горели. — У нас еще много времени. Они вновь встретились в поцелуе, не обращая внимания на оставленный салат и остывающую плиту. В тот момент на кухне существовали только они двое, поглощенные друг другом. Одри почувствовала, как дыхание Давида стало глубже и тяжелее, когда его руки начали медленно скользить вверх по ее бедрам. Мужчина прижал ее к столу, их тела плотно соприкоснулись. Давид нежно целовал ее шею, оставляя легкие, едва ощутимые следы. Рыжик выгнулась навстречу его губам, наслаждаясь каждым моментом. Брюнет ловко посадил ее на кухонную столешницу и медленно опустился на перед ней, его взгляд был полон желания и обожания. Одри ощущала, как ее сердце колотится в груди, когда он начал поднимать подол ее платья, обнажая кожу. Мурашки мириадами прокатились по телу от осознания, что Давид сейчас сделает. — Ты невероятная, — прошептал он, его голос был хриплым от страсти. Одри ответила ему мягкой улыбкой, погладив его волосы. Давид аккуратно раздвинул ее бедра, его пальцы нежно касались ее кожи, вызывая мурашки по всему телу. — Мммм, ты забыла трусики, — в глаза мужчины сверкнули огоньки, ведь рыжик всегда его дразнила, ходя по дому без белья. Одри лишь игриво улыбнулась в ответ, расставив ножки шире. — Это должно было быть твоим десертом, — съязвила рыжик. Она почувствовала, как его губы коснулись внутренней стороны ее бедра, оставляя горячие поцелуи на коже. Его поцелуи медленно продвигались вверх, пока он не достиг самого интимного места. Одри затаила дыхание, ощущая теплое дыхание на своей коже. Давид аккуратно поцеловал промежность, а потом его язык нежно коснулся клитора, вызывая волны удовольствия, которые прокатились по всему ее телу. Он начал медленно и нежно, круговыми движениями языка обводя клитор. Прикосновения мужчины были деликатными, как шелковистое прикосновение лепестка розы, но достаточно настойчивыми, чтобы доставить рыжику непрерывное удовольствие. Он менял ритм, чередуя медленные, ласковые движения с более быстрыми и глубокими. Одри закрыла глаза, погружаясь в эти ощущения, ее тело отвечало каждой его ласке. Пальчики все сильнее сжимали его прекрасные кудри, а стоны заполняли кухню с новой силой. Давид постепенно увеличивал темп, язык двигался увереннее, исследуя самые чувствительные точки. Он добавил к ласкам легкое посасывание, что заставило Одри выгнуться и застонать от наслаждения еще громче. Ее дыхание стало прерывистым, а руки инстинктивно схватили края стола, пытаясь удержаться на поверхности удовольствия, которое она испытывала. Он знал, как доставить максимальное наслаждение и умело пользовался этим. Давид использовал кончик языка для легких, быстрых движений, затем медленно проводил плоской частью языка вдоль клитора, вызывая у нее новую волну экстаза. Он добавил к ласкам свои пальцы, нежно входя в нее и усиливая ощущение удовольствия. Рыжик почувствовала, как волна удовольствия накатывает на нее, захватывая все ее существо. Она не могла сдержать стон, когда оргазм накрыл с головой, заставив тело содрогнуться от наслаждения. Давид продолжал ласкать, пока она не успокоилась, медленно приходя в себя после удовольствия. Он поднялся, его глаза светились удовлетворением и любовью, хитрый словно лис. Рыжик притянула его к себе, их губы вновь встретились в нежном, но страстном поцелуе, и девушка отчетливо чувствовала свой вкус. Поцелуй от этого стал только развратнее, расспаливая новое желание у обоих. — Закажем доставку, — с нетерпением шепнула рыжик. Давид ответил ей горячим поцелуем, его губы прижались к ее, его язык нежно проникал в рот, вызывая новый прилив желания. Одри крепко обняла Давида за шею, притягивая его к себе ближе. Она чувствовала его твердое тело, его жар, который передавался ей через их объятия. Давид начал медленно спускать руки вниз, обхватывая ее ягодицы и приподнимая немного над столом. Их поцелуй становился все глубже, все страстнее, и каждый вздох, каждый звук только усиливали их возбуждение. — Ты сводишь меня с ума, — прошептала Одри, ее голос дрожал от страсти. — Я хочу тебя прямо здесь и сейчас, — ответил Давид. Одри ощутила, как волна желания накрыла ее с новой силой. Она медленно провела руками по его спине, чувствуя каждый мускул под своими пальцами. Брюнет начал стягивать с нее платье, не спешил, наслаждаясь каждым мгновением, каждым движение. Давид отступил на шаг назад, его глаза жадно блестели, рассматривая обнаженное тело прекрасной девушки. — Ты прекрасна, — прошептал он, и его голос был полон искреннего восхищения. Одри улыбнулась, чувствуя себя желанной и красивой, такой как не чувствовала себя никогда. Давид умел показать ей собственную красоту, которую девушка не замечала. Она притянула его обратно, расстегивая пуговицы на его рубашке и скидывая ее на пол. Руки быстро нашли застежку на его брюках, и вскоре Давид оказался перед ней полностью обнаженным. Рыжик прикусила губу, ведь всегда восхищалась его телом. Прижавшись к девушке, Давит уперся головкой в промежность, смотря в голубые глаза партнерши. Она чувствовала его твердость, его желание, и это только разжигало страсть еще больше. Мужчина медленно вошел, и Одри выгнулась от наслаждения, издавая сладкий стон. Они двигались в унисон, их тела сливались в ритме страсти. Каждый его толчок был полон силы и нежности, каждый ее стон отражал их общую страсть. — Ты такая горячая, — прошептал брюнет, его голос был хриплым от желания. Она чувствовала, как удовольствие нарастает внутри нее, тело дрожало от каждого движения. Давид ускорялся, движения становились все более уверенными и глубокими. Рыжик крепко обнимала его, чувствуя, как их тела соединяются в одно целое. Кульминация накрыла их обоих, заставив тела содрогнуться в едином ритме. Они оба достигли вершины наслаждения, и это ощущение было настолько мощным, что заставило их обоих замереть на мгновение. — Это был потрясающий ужин, — прошептала рыжик со смешком, а голос еще дрожал от пережитых эмоций. — Не то слово! — ответил Давид, улыбаясь. — Кто бы мог подумать, что ты так быстро перешла к десерту, не заставив меня даже помочь за плитой. Боишься меня с ножом? Оба засмеялись, погружаясь в свою любовь друг к другу, но сегодня им пришлось обойтись без ужина. Они оказались слишком поглощены друг другом, чтобы думать о еде.