Прайд

— Мы в жопе, командир, — заявил Милз, нервно грызя палочку мататаби. Стол вокруг него усыпали измочаленные щепки. Брок поднял бровь. Милз нежной ромашкой не являлся, а значит, повод для беспокойства есть. — В чём дело? — Смотри, — ткнул тот в монитор. — Не дрейфь, нас не накроют. Милз отодвинулся вместе со стулом, и Брок сел ближе к столу. Чем дольше он читал, тем больше портилось настроение. Отрытые Милзом данные поясняли всё и сразу: и откуда взялся Актив, весь такой красивый. И каким образом они все не протянули лапы в лабораториях. И почему они убивают тех, на кого указывает пальцем Пирс. И в какую клоаку они дружно угодили. Когда это всё всплывёт — а оно не может не всплыть, это невозможно — никто не воспримет их как жертв обстоятельств. Подписали разрешение на опыты? Подписали. Согласились на улучшение организма? Согласились. Работали на Пирса? Работали. Убивали с удовольствием? Да ещё с каким! Работали на ЩИТ? Нет. Это не ЩИТ, это Гидра. И пофиг, что считается вымершей. Пофиг, что ни по каким документам она не существует. Пофиг, что все ведомости, контракты и прочие подписанные бумаги увенчаны стилизованным орлом ЩИТа. Пофиг даже, что Пирс был в том числе частью государственной машины и имел полное право отдавать им приказы. Когда дерьмо польётся потоком, затопит не тех, кто на вершине, а тех, кто внизу. И шишки будут валиться на исполнителей, таких как Брок с отрядом, а совсем даже не на заказчиков. Брок отъехал от стола, задумчиво покусывая губу. Что ж. Вовремя у него чуйка сработала. Очень вовремя. Они, конечно, влипли, но ещё не фатально. Есть время и шансы соскочить с этого несущегося в пропасть поезда. — Милз. — Да? — Нам нужен компромат. Нам нужны данные. Нам надо сделать так, чтобы мы выглядели жертвами произвола. Понимаешь? — Понял, командир, — покивал Милз. — Мне нужны Браун, Серра и Актив. — Сделаем, — оскалился Брок. Нет уж. Его голыми руками не возьмёшь. Следующая миссия прошла без всех вышеперечисленных. Ничего, справились. Зато Милз явно повеселел. Потом Актив вернулся к привычной работе, а Милз стал изображать бурную деятельность. Брок не вникал, лишь средствами исправно снабжал. Быстрых результатов он не ожидал. Это было бы глупо. И совершать подвиги во имя демократии не планировал тоже. Их задача — перебраться в тёплое сытное местечко, и чтобы никто не начал искать. А пока что каждый чих начальства документировался, каждая мелочь фиксировалась, всё, что можно, сохранялось. Никогда не знаешь, какая ерунда склонит чашу судьбы в твою пользу. Тем временем с Активом начало твориться нечто странное. Он то замирал, мучительно хмурясь, то выплёскивал агрессию в саду или спортзале, то что-то ожесточённо записывал в блокнот. Судя по всему, дело сдвинулось с мёртвой точки, и вместо смутных ощущений, которые Актив описывал крайне невнятно, начали всплывать обрывки воспоминаний. Лично Брок помочь подопечному ничем не мог, но он мог найти специалиста. Этим и занялся. Хотя, по его подозрениям, Активу был нужен не психолог и даже не психиатр, а телепат. Дипломированный. Вот только где такое чудо добыть? Повздыхав, Брок уже решил было всё-таки искать обычного специалиста, как его осенило. Мутанты. Мутанты бывают разные. И проявляются мутации тоже по-разному. Так что и телепаты тоже должны быть. Значит, надо трясти мутантов. Эта среда достаточно тесная, большинство друг друга знает, по слухам или лично. Значит, вероятность найти нужного человека возрастает. С чего только начать? Или с кого? Брок объявил мозговой штурм. Мало ли кто что помнит? Бойцы оживлённо переговаривались, урча. Пусть раньше они были не очень болтливы, но в своём кругу не стеснялись чесать языками, у Лаки рот вообще не закрывался с пяти утра и до десяти вечера. Все расположились на лежанке, камин ярко пылал… Отряд сосредоточенно думал, вопросительно помуркивая и мяукая. Брок сидел и внимательно наблюдал за своим прайдом. Наконец Мэй — умничка какая, недаром она у них вторая бета после Роллинза, — подняла руку. — Командир? — немного неуверенно начала она. — Есть у меня мысль. — Излагай, — кивнул Брок, колупая когтем гигантскую пихтовую шишку. Актив хватал выпадающие из неё орешки и, хрустя, съедал вместе со скорлупой. Ещё и щурился блаженно. — На Манхэттене есть такая особенная школа, — начала Мэй. — Для особенных детишек. И там директор… — Чарльз Ксавье, — произнёс Актив. — Цель восьмого уровня. Категорически запрещено вступать в любые формы и виды контактов. Телепат. Брок мысленно присвистнул. Восьмой уровень. Охренеть. Это что же может профессор сделать, раз его так высоко оценили? Впрочем, прежде чем наносить визит и просить профессора поработать по специальности, надо решить проблему. Актив. Если говорит, что вступать в контакты нельзя, то не будет. И что теперь? Не лупить же по башке, она и так у него дырявая. Хотя… Транквилизаторы. И снотворное. Надо нанести визит хирургической группе. Терять время Брок не стал, на следующий же день улучив момент и спустившись на минус четвёртый. Милз прикрывал, тщательно просчитав маршрут, пришлось и по потолку ползать, но чего только не сделаешь для благополучия прайда и своего собственного! Врачи отнекиваться и делать вид, что ничего не знают, не стали. Быстро дали нужное средство, рассчитали дозировку… Достаточно было сказать, что если не подействует как надо, озверевшего от боли Актива он запустит сюда. И двери закроет. Снаружи. Анестезиолог, катавший какой-то многостраничный отчёт, сразу стал шёлковым и выдал восемь неучтённых ампул и шприц-пистолет для введения препаратов. — Вы только не забудьте, что только в кино такие штуки действуют мгновенно, — сказал он. — В реальности обычного человека этот препарат убьёт, Актива же достанет минут через десять-двадцать, в зависимости от его активности. — А если напоить? — осведомился Брок. — Подействует, подействует не так, как надо, не подействует? Что скажете? — Не подействует, — фыркнул анестезиолог. — ЖКТ Актива — это топка по обезвреживанию всего, — вмешался кто-то неопознаваемый. — Его никакие яды не берут. — Так что исключительно внутримышечно, — продолжил анестезиолог. Брок вздохнул. И вот как эту тушу уколоть? Причем так, чтобы не обиделся? А он обидится! К гадалке не ходи! Им надо, чтобы добровольно и без дальнейших эксцессов. — Благодарю, — вежливо поблагодарил Брок врачей. — Если что, за мной услуга. Врачи запереглядывались, заметно повеселев. — Годится, — кивнул анестезиолог. Брок выскользнул за дверь, спеша вернуться к остальным. Что ж. Придётся думать. Добровольно Актив к профессору не пойдёт, а тащить силой… Нет. — Ты чего? — пихнул его плечом Роллинз. Брок, тяжело вздохнув, обрисовал проблему в красках. И пожаловался на то, что фантазия отказывает. А без транков Актива к профу не затащить. И вот что делать? — Поговорить с ним. — Роллинз постучал Броку по темени согнутым пальцем. — Он нам доверяет. Тебе доверяет. Скажешь ему, что уколы — очень важно, и он согласится. Брок оторопело уставился на Джека. Нет, всё-таки правильно, что Роллинз его второй номер. Всегда поможет. — Я туплю? — задал он риторический вопрос, и сам ответил. — Я туплю. Отлично. Значит, поговорим. Тем же вечером он усадил Актива в самое тёплое место у камина, вручил ему здоровенную кружку горячих сливок с ложкой меда, и начал чётко и по пунктам пояснять, насколько важно, чтобы Актив позволил вколоть себе транки. Потому что только таким образом можно обойти запреты и привести к Активу помощь. — Я не хочу, чтобы ты мучился, — честно заявил Брок. — Ты — один из нас, тебе нужна помощь. Позволь тебе помочь. Пожалуйста. — Наказание за запрещённый контакт? — с напряжением спросил Актив, царапая когтями толстостенную фаянсовую кружку. — Никакого наказания! — уверил его Брок. — Ты же не будешь видеть, а следовательно, и знать, что запрещённый контакт состоялся. А нам такой запрет не озвучили. Нам можно. Что скажешь? — Вам точно можно? — нахмурился Актив. — Точно, — подтвердил Брок. — Такого приказа нет. Милз может представить перечень запретов, если надо. Их очень мало. В принципе, стандартные подписки о неразглашении. — Когда? — спросил Актив. — Когда колоть? — Как только я договорюсь с профессором о визите. Тебя обязательно предупрежу, потому что надо будет колоть заранее. Только с твоего согласия. Я не хочу, чтобы ты обиделся. Это неправильно. — Теперь не обижусь, — заверил Актив и наконец начал очень медленно, маленькими глоточками пить сливки. — Вот и отлично, — облегчённо выдохнул Брок, у которого камень с души упал. — Тогда я договариваюсь. А ты отдыхай. Милз добыл номер, адрес и прочее. Брок почитал досье, поскрёб подбородок, пожал плечами и начал собираться. Обговаривать хоть что-то по телефону? Он не настолько идиот. Только лично, только с глазу на глаз. У них как раз образовался перерыв между миссиями — целых три дня. Брок намеревался использовать их с пользой, тем более что до Манхэттена рукой подать. Сопровождала его Мэй — самая мелкая и неопасная на вид. Оделись цивильно, вызвали такси — мало ли, вдруг где неучтённый жучок прилепили в автомобили? Через час уже подъехали к нужному месту. Брок расплатился, и они подошли к огромным кованым воротам. Мэй ткнула пальцем в кнопку. — Слушаю. — К профессору Ксавье. Личное дело.