любовь

Свежий северный воздух отрезвляет, легкий летний ветер щекочет волосы. Серые многоэтажки на фоне яркого заката выглядят очень атмосферно. Уличные фонари освещают тесную улицу, в окнах горит свет.На детской площадке все еще есть пару малышей, играющих с родителями. А на одном балконе стоит девушку и курит очередную сигарету. А в это время с подъезда, громко хлопая дверью, выбегает Серафим, крепко сжимая руку в кулаке, впиваясь ногтями в ладонь. По лицу было видно что молодой человек очень зол, ярость буквально выступала у него на лице, создавая довольно пугающий вид. Быстро доставая ключ из кармана, Сима садится в машину, громко ударяя по рулю. — Да сука! Серафим опустил голову на руль, пытаясь выровнять дыхание, по-прежнему травмируя руки. Он правда пытался успокоиться, даже вспоминал по его мнению «херь», про долгий вдох и быстрый выдох, или наоборот. Вспомнить он так и не смог, а надежда успокоиться и вовсе покинула Серафима. Оставалось только ехать домой, хотя конечно, в таком состоянии эта идея была очень нехорошей. Выезжая со двора, Сима тяжело дышал, пытаясь хоть как-то расслабится. Но в какой то момент нервы парня совсем сдали, и он вдавил на газ, уже почти полностью потеряв контроль на собой. Хоть и на трассе было очень мало машин, все равно это было опасно. Адреналин помогал успокоиться, давай ощутимость контроля хоть над чем то. Все также в трансе Серафим поднялся на нужный этаж, зашел в свою квартиру, буквально содрав с себя черную куртку, кинул на пол. — БЛЯТЬ ИДИ ВСЕ НАХУЙ, КАК ВСЕ ЗАЕБАЛО, — орал Сима, когда один снимал кроссовки, которые упорно не хотели сниматься. Все-таки справившись с обувью, Серафим кинул один из них в шкаф, стоящий в углу прихожей. Кроссовок с грохотом упал на пол, а пострадавшая мебель зашаталась. Полный гнева и злости Сима, на ватных ногах пошел на кухню, с надеждой найти там какой-нибудь алкоголь, и запить им эту бурю внутри. Начиная шариться во всех шкафах, открывая вообще все, поднялся сильный грохот. Дверцы шкафов хлопали, банки и упаковки от еды, кастрюли и сковородки, все это, через 5 минут оказалось на полу, что-то каталось на полках. Не найдя ничего что могло бы помочь, Серафим, сопровождая все матными криками, ударил ногой стул, отчего тот грохнулся и добавил свою музыку к уже имеющейся. Не найдя варианта лучше, Сима сел скатился по стене, обхватил рукой колени. Дрожащими руками вытащил телефон из кармана штанов, ища нужный контакт в телеграмме. Он очень наделся, что ему ответят и успокоят. Вы, 22:47 Глеб, все очень хуево. Поговори со мной, пожалуйста. Когда злость начала буквально мучать его, ища выход наружу из Серафима, мозг не придумал ничего лучше, чем бить стены. Ударив первый раз, костяшки сразу отдались болью, а кожу начало неприятно саднить. Не почувствовав нужного эффекта и хоть капельку облегчения, Серафим разом поднялся с пола и пошел в туалет, думая о том какой он еблан. Зеркало, висевшее над раковиной не сильно привлекало, но выбора особо не было. Занося руку в предвкушении облегчения, у Симы промелькнула мысль что изувечивать себя не поможет ему, но удар, разбивший зеркало в миг, также быстро разбил и эту мысль. Кисть вскоре покраснела, а на костяшках начала выступать кровь. А Серафим, почувствовав хоть какую-то боль, прикрыл глаза и, первый раз за последние полчаса, вздохнул нормально. Начал рассматривать руку, вновь наполняясь гневом и злостью, но уже на себя, Сима взял осколок зеркала, и кинул в стену ванны. Стекло разлилось вдребезги, разлетелось по ванне. Серафим, ничего не понимая, быстрым шагом направился в спальню, начиная крушить все на своем пути. Под руку попали какие-то документы, лежавшие на письменном столе, табуретка, различные коробки, которые стояли на видных местах. После нескольких минут такой истерики, комната была похоже на место после боя. Серафим, с затуманеной головой, слабо начинал осознавать что натворил. И вдруг вспомнил про Глеба. Что он писал ему, и держа это в голове, Сима пошел на кухню в поисках телефона, с надеждой на ответ. Зайдя на кухня, он ужаснулся, но не стал пока думать от этом, поднял телефон. Нет новых уведомлений. Сука, блять, спасибо нахуй. Подняв голову наверх, Сима зажмурился, думая о том что недавно было. Он думал о том, что устал. Что устал очень сильно. Что он чувствует себя паршиво от безответственности людей, которым он доверял. Да, Серафим тоже переборщил. Может не стоило так ругаться и кричать, а стоило сесть и спокойно поговорить, все обсудить и договориться. Но в этом раз надо Симой эмоции взяли вверх, и злость полностью приняла его в свои магазин и темные объятия, буквально растворилась в нем. Просто Серафим абсолютно не умел контролировать свои эмоции, а особенно гнев. Он брал над ним вверх, и это знали все. Хотя на самом деле, под этими эмоциями злого человека, скрывался маленький мальчик, очень ранимый и эмоциональный. Ничего не придумав лучше, Сима пошел в свою комнату и лег на кровать. Из последних сил заставил себя раздеться до боксеров, он откинул одежду и укрылся одеялом, закрывая глаза. Даже темные мысли не успели пробраться в его голову, как он заснул. А ослабленный организм сказал ему «спасибо» кошмарами, которые мучали его иногда, эта ночь не стала исключением. Ужасный сон, крики людей, много крови и разных монстров, пугали. Как будто через толщу воды, Серафим слышал что вроде как знакомый голос произносит его имя. Голос постепенно становился все громче и громче, а потом появилось ощущения чужих рук на себе. — СИМА, ПРОСНИСЬ, НУ ЖЕ! И в этот момент Серафим смог открыть глаза. Он увидел лицо Глеба, напуганное и даже как будто заплаканное. Глаза его друга выдавали переживание. Сима от неожиданности и страха резко откинулся назад, прижимаясь к стенке кровати, начиная тяжело дышать. — Симочка, тише, это я. Это я, Глеб, твой друг, — тихо говорил последний, стараясь не напугать Серафима еще больше. — Сима, успокаивайся, это просто я, все хорошо. Дыши пожалуйста, я рядом, тут, — продолжал произносить Глеб, нежно гладя напуганного друга по плечу, смотря в наполненные страхом глаза. Серафим правда старался дышать спокойно, и успокоиться, как ему и говорили, хотя получилось на самом деле не очень. — Хочешь будем дышать вместе, чтоб тебе было легче? Сима нашел в себе силы кивнуть, и Глеб медленно взял его руку, положив себе на сердце. Несколько минут таких успокоений помогли Серафиму наконец-то успокоиться, и он расслабился, чувствуя рукой друга рядом. — Сима, что случилось? — тихо спросил Глеб, нежно смотря на названного. — Не знаю. я просто очень разозлился, пришел домой и. вот. — Я сначала не увидел твое сообщение, а потом звонил тебе раз сто, — с нервным смешком сказал Глеб. А Серафим опять опустил глаза вниз. — Сима, что мне сделать для тебя? Как помочь? — Ты можешь обнять меня? — неуверенно говорит Сима. — Конечно. И заключает друга в такие нужные объятия, кладя его голову себе на плечо, начиная перебирать кудряшки. — Я рядом, и никогда тебя не брошу, — шепчет Глеб, крепче обнимая любимого человека.