Rises the moon.

Банда наемников вернулась в Данию, в свою деревню, после успешно выполненной миссии по убийству одной важной шишки. Возвращение сопровождалось радостными криками и смехом, который эхом разносился по узким улицам деревни. Каждый член банды был полон адреналина и удовольствия от хорошо выполненной работы. Почти все, включая Аскеладда, отправились в таверну праздновать и пропивать заработанные с миссии деньги. Они поднимали кружки с пойлом, смеялись и громко обсуждали последние события, их лица сияли от счастья и гордости. Нора же ненавидела подобные "гулянки". Весь этот шум, запах пота и алкоголя, пьяные выкрики и драки — всё это вызывало у неё отвращение. Она любила тишину и спокойствие, моменты, когда могла уединиться и побыть наедине с собой. Просидев в таверне не больше двадцати минут, она поняла, что больше не может выносить этот хаос. Она встала, бросив взгляд на смеющихся и кричащих "товарищей", и направилась к выходу. "Аскеладд." — она кивнула, проходя мимо их предводителя, сидящего во главе стола. Аскеладд поднял глаза и улыбнулся, заметив её намерение покинуть шумное помещение. "Нора, подожди," — он остановил её своим глубоким голосом. "Отнеси немного еды Торфинну. Малец,наверное,как обычно сидит затаившись на драккаре Торса." — сказал её наипрекраснейший предводитель с насмешкой. Нора остановилась, глядя на Аскеладда с лёгкой неохотой. "Почему я?" — спросила она, приподняв бровь. "Почему не кто-нибудь другой?"—спросила Нора, стараясь скрыть раздражение. Аскеладд усмехнулся и взял кусок мяса с блюда перед ним. "Ты знаешь, что Торфинн никого не подпустит к себе, кроме тебя." Нора вздохнула, понимая, что спорить бессмысленно. "Ладно, только чтобы больше меня не беспокоили." — бросила она через плечо, взяв корзину с едой. Она шла по улице, держа корзину в руках, и наслаждалась прохладным вечерним воздухом. Небо было покрыто звездами, и легкий ветерок трепал её волосы. Она всегда находила в таких прогулках какое-то успокоение, возможность отдохнуть от постоянного напряжения. Когда она подошла к драккару, на котором сидел Торфинн, она заметила его фигуру, сидящую на борту корабля, и устремлённый в темные воды взгляд. Он явно о чем-то глубоко задумался, его лицо было сосредоточенным и мрачным. "Эй, Торфинн," — позвала она, поднимаясь на борт. "Аскеладд прислал еды. Ты хоть ел сегодня?" Торфинн поднял глаза и взглянул на неё, его выражение лица не изменилось. "Нет” — наотрез сухо вывалил он,перенимая корзину с едой из ее рук. "Сидишь тут, комарам на корм," — сказала Нора, её голос был скорее насмешливым, чем заботливым. — "Ты бы хоть зашёл куда-нибудь." Она знала, что ему нет дела до её слов, но всё же решила продолжить разговор ради видимости заботы. Торфинн промолчал в ответ, что и ожидалось. Нора наблюдала за тем, как он жадно уплетает еду, так, будто голодал месяцами. Это её даже немного позабавило. Торфинн, с его непокорным духом и яростью в глазах, выглядел как дикий щенок, которого нужно подкармливать, поручать ему сбегать за брошенной палкой и гладить, если, конечно, он не укусит. Но это явно не о породе Торфинна. Он был слишком горд и ожесточён, чтобы позволить кому-то проявлять к нему заботу. Она даже не заметила, как на её лице появилась лёгкая улыбка, вызванная этим сравнением Торфинна с собакой. Внезапно Торфинн, заметив её выражение лица, раздражённо вскинул бровь. "Чего ты на меня так глазеешь?" — его голос был холоден и полон скрытой агрессии. Он не терпел, когда кто-то смотрел на него с любопытством или жалостью. Нора усмехнулась, её взгляд оставался спокойным и уверенным. "Да просто думаю, как тебя никто ещё не поймал и не приручил" — ответила она, слегка наклонив голову в сторону, её тон был скорее насмешливым, чем серьёзным. Торфинн откинул корзину в сторону, не отрывая от неё взгляда. "Никто и не поймает" — процедил он сквозь зубы. Нора пожала плечами. "Ну, тогда продолжай свою битву. Только не забудь поесть. Не вижу смысла умирать на пустой желудок." Её слова не имели в себе истинной заботы, лишь сухую практичность, продиктованную годами жизни среди варваров. Торфинн молча продолжил есть, а Нора просто наблюдала за ним, ощущая странную смесь раздражения и уважения к его упрямству. Вечер становился всё тише, и только звуки природы окружали их. Нора поднялась, собираясь уходить, но остановилась на мгновение, оглянувшись на Торфинна. "Если что, я буду неподалёку," — сказала она, её голос был уже мягче, чем обычно. Она знала, что Торфинн не ответит, но всё равно сказала это. В глубине души она понимала, что они оба — выжившие, каждый по-своему, и в этом их связывала невидимая нить. Но вдруг ей послышалось тихое, еле уловимое "…спасибо." Она резко остановилась, её глаза расширились от удивления, и она повернулась к нему, не веря своим ушам. "А?" — вырвалось у неё, голос был полон недоверия. — "Что ты сказал?" Торфинн раздраженно вздохнул, бросив на неё мрачный взгляд. "Спасибо, говорю. Оглохла, что ли?" — Его голос был резким и неприветливым, но факт оставался фактом — сам Торфинн, сын Торса, выражает благодарность кому-то. Этот день нужно запомнить. Нора стояла, ошеломлённая его словами. Она никогда не ожидала услышать что-то подобное от этого озлобленного на весь мир мальчика. Нора лишь мягко кивнула ему, её лицо стало чуть более тёплым, чем обычно. "Не за что," — сказала она, её голос был спокоен и лишён насмешек. В её словах не было и следа сарказма, только искренняя простота. Взяв уже пустую корзину, она повернулась и удалилась, оставив Торфинна наедине с его мыслями.