Игры с оголённым проводом

      Три столкновения заставили Дубина с тревогой задуматься о своих предпочтениях. Первое произошло дождливым утром, самым обычным, немного зябким и пасмурным. Дима торопился на работу, в участок, в одной руке держал потрепанный временем жёлтый зонт, а в другой папку с документами, которую старательно прижимал к себе, чтобы не намочить ненароком. Мысли были забиты работой. А когда Дубин думал о работе, ничего вокруг более не существовало. Именно поэтому мимо его взгляда прошла и делегация иностранцев в костюмах, а уж тем более — высокий статный мужчина, шествующий во главе неё. Дубин очнулся внезапно, когда чуть не врезался в широкую грудь. В последний момент притормозив, он вернулся в реальность и поднял голову. Сам того не замечая, он откровенно уставился на мужчину, растерянно хлопая глазами. Как же тут не засмотреться? Иностранец выглядел величественно и пугающе, элегантный образ заставлял невольно задумываться об аристократизме и голубой крови. Уже и без того впечатляющую картину дополнял телохранитель, седовласый суровый верзила, который покорно держал чёрный строгий зонт над головой своего начальника. Дима заволновался, ожидая, что его ждёт серьёзный разговор от такой нахальной невнимательности, однако иностранец не торопился щетиниться и горделиво задирать нос. Спокойным жестом он остановил охранника, который уже собирался взять ситуацию в свои руки, снял очки, и Дима увидел заинтересованные глаза. Красивые. Опасные. — Извините, я… Я пойду? — с надеждой аккуратно произнёс Дима. — You should shave off that mustache, — задумчиво произнёс иностранец, рассматривая лицо Дубина. Того не возмутило такое острое внимание, ведь он сам только что бессовестно пялился. — Что? — переспросил Дима и снова уставился на мужчину. Английский в целом не был проблемой, однако Дима так растерялся, что прослушал всё, что ему сказали. На эту глупую реплику тот только обворожительно улыбнулся и уточнил с лёгким, приятным для ушей акцентом: — Симпатичные усы, говорю. — Правда? А коллеги говорят, что мне не идёт, — он заметно обрадовался комплименту, машинально провел пальцами по растительности на лице и мило, слегка нервно усмехнулся. Как ни странно, общество мужчины вдруг перестало его напрягать, и даже люди за его спиной перестали иметь значение и внушать трепет. Дима толком не понимал, что значило это чувство и к чему, собственно, появилось в груди. Оно усилилось, когда иностранец сделал шаг навстречу и слегка склонился над ним, приближая лицо. — Думаю, это вам пригодится больше, — он плавно забрал старый зонт и вручил Диме, настойчиво вкладывая прямо в ладонь, свой. — Что вы, не нужно… — глаза Дубина округлились в искреннем непонимании. Такого он однозначно не ожидал. — Просто возьмите. Подарок. И снова чарующая улыбка откликалась бабочками, порхающими в животе. Капли дождя тотчас же начали окроплять дорогое пальто. Встретив непонимание в глазах своих последователей, он недовольно хмыкнул, тепло в глазах испарилось, уступая место холоду и расчетливости. — One given umbrella will not affect my financial condition, — произнёс он очевидно с сарказмом, вновь улыбаясь, но на этот раз эта улыбка ощущалась как полоснувшее лезвие бритвы, бездушная и словно угрожающая. — Что ж. Не будем задерживаться. Так же быстро, как и появился, он ушёл прочь, заставляя всех поспевать за собой. Сжимая в руке чужой зонт, Дима не осмелился обернуться ему вслед и стоял вот так, в ступоре, неподвижно, ещё некоторое время, пока не начал замерзать. Второе столкновение произошло на следующий же день, на полигоне после испытания. Дима был воодушевлен вместе со всей командой. Мельком до его ушей донесся голос Прокопенко, что с гордостью нахваливал его Архиповой. — А это наш Дубин, перспективный парень. К тому же, не женатый! «Будто сватать меня ей решил», — в шутку подумал Дубин, оборачиваясь на бесстрастную Архипову. Сердце вдруг пропустило удар, когда за спиной дамы, ещё в тени, он заметил его. Словно притаившийся в укрытии хищник, Хольт пристально смотрел на Диму. Из-за тёмных очков определить его эмоции издалека было трудно, но Диме всё равно показалось, будто иностранец загорелся ещё большим интересом к происходящему после слов о нем. «Не ожидал, что я сотрудник полиции», — истолковал, как ему казалось, эту эмоцию Дубин. Совсем скоро Хольт сравнялся с Архиповой и не удостоил взглядом никого, даже прекратил преследовать глазами Диму. Зато Дима, напротив, засмотрелся на него так, что внезапная фраза друга над ухом заставила его слегка вздрогнуть. — Такой гусь, прямо весь из себя, — насмешливо прокомментировал Игорь, обращаясь к Дубину, пока Хольт важно представлял своих дронов. — Да, точно, — фыркнул в ответ Дима, но продолжал наблюдать за «гусем» с долей восхищения. «Скорее лебедь… Хотя нет. Какая-то хищная птица. Вроде ястреба» Запущенные после краткой презентации дроны в пух и прах разнесли цель, а вместе с ней рекорд полиции и достоинство каждого по отдельности. Такой мощи от навороченных железок не ожидал никто, и Дима в том числе. Довольный собой, Хольт вскоре удалился. Из-за впечатления Дима упустил момент, когда его высокая фигура исчезла. Оборачиваясь по сторонам, Дубин машинально последовал туда же, куда и Архипова. Ему казалось, что она точно шла именно к нему. Когда он наконец нашёл глазами Августа, тот выглядел не так жизнерадостно, как пару минут назад. Иностранец о чем-то негромко переговаривался с Марией и от каждого её ответного слова мрачнел как туча. Когда женщина быстро и принципиально ушла, он посуровел ещё больше, даже желваки на скулах стали заметно проступать от сдержанного гнева. Очевидно, что-то ему сильно не понравилось. Дима благоразумно решил не подходить, чтобы не попасть под горячую руку, хотя некоторое время назад чуть было не сорвался прямиком в его сторону. Хольт почувствовал на себе взгляд и резко обернулся, чем застал Дубина врасплох. Потупив взгляд, Дима попытался сделать вид, что оказался здесь случайно, уж точно не из-за него, но увлечённое рассматривание собственных ногтей вышло печально ненатуральным. Хотел ли он подойти? Казалось, будто вот-вот он сам сделает к нему шаг. Но ненамеренно загородивший путь охранник сказал ему что-то, отчего Хольт тут же напрягся, как натянутая струна, и поспешил к выходу, по пути доставая телефон. «Дела, — тоскливо подумал Дима, глядя ему вслед. — Меня они тоже ждут»       После череды замечаний и подколов, усы Дима всё же сбрил. Прямо с утра, собираясь на работу. А уже в участке выяснил, что его ждал сюрприз, причём буквально: на своём рабочем столе он обнаружил корзину с пышным букетом роз насыщенно-бордового цвета. Глядя на цветы, он оторопел, не понимая, какую эмоцию было бы уместно использовать при таком раскладе. Коллеги то и дело поглядывали в его сторону с интересом, усмехаясь и перешептываясь между собой. — Похоже кто-то решил утешить товарища Дубина после нашего провала на полигоне, — послышалось от одного из них, а следом и дружный смех. — Или похоронить, — мрачно дополнил Игорь, прожигая цветы подозрительным взглядом. — Количество лучше пересчитай. И проверь на наличие опасных предметов. — Думаешь, кто-то осмелился бы навредить сотруднику полиции прямо в полицейском участке? — протянул Дима с сомнением, но цветы всё же аккуратно проверил, больше надеясь найти в них какую-либо записку. Записку он не нашёл, как и запрятанной опасности (разве что колючие стебли). Это заметно расстроило. В голове крутилось имя потенциального отправителя, но хотелось подтвердить свою догадку фактами. Ситуация с цветами так и осталась недосказанной. Они прослужили столько, сколько могли, в доме Дубина, а его голова тем временем забилась другими важными заботами. Мятеж заключённых, подозрительно нервный Гром, расследования, интриги, загадки… Было уже не до этого. Однако… Третье, финальное, столкновение вышло так внезапно и словно ударило под дых, расставляя все точки над i. Это был день, когда поведение Игоря было на грани дозволенного. Такое игнорировать Дима попросту не мог, поэтому пришлось на время оторваться от собственных исследований и проследить за напарником. Он нагнал Грома как раз в тот момент, когда тот в пьяном угаре, словно слетев с катушек, стремительно направлялся к особняку по душу Хольта, о чем соизволил оповестить хотя бы своего единственного друга. Загородив Игорю дорогу, Дима крепко взялся за его плечи. — Не делай импульсивных поступков, сначала давай разберёмся! — настойчиво сказал Дима. — В чем? Я знаю, что это он, этот сукин сын, этот гусь пернатый! — проговорил Игорь, обдавая его лицо перегаром. — Понимаешь, это его наёмник, у него на руке это чёртово клеймо… — И ты собираешься вот так, без официальных доказательств прыгнуть прямиком в руки злодею? А вдруг… Это не его вина? — Дубин, не будь дубиной, а, — Игорю надоело пререкаться, он раздражённо рыкнул, оттолкнул Диму в сторону и ускорил шаг. — Игорь, посто… Игорь! Стой! — Дима вновь поспешно бросился ему вслед. Схватив Игоря за шиворот куртки, Дима всё же смог его остановить. На него уставился недовольный Гром, и Дима размеренно перевёл дыхание, решаясь, после чего выпалил: — Я сделаю это вместо тебя! — Если ты решил геройствовать, то очень не вовремя, Дим, — мрачно ответил Игорь. — Дело не в геройстве. Просто я знаю, как выяснить правду, не привлекая лишнего внимания. Поверь мне, так будет лучше. План был столь же прост, сколь и гениален. Уговорить Игоря на него — о чудо — удалось, и теперь оставалось только провернуть: выступая в роли журналиста, под видом интервью с уважаемым гостем города, Дима собирался аккуратно вывести Хольта на чистую воду, если тому было что скрывать. В глубине души Дима надеялся, что тот всё же не причастен к происходящему криминалу. Не хотелось, чтобы человек, который заставлял отчего-то заливаться приятным румянцем, вынуждал Дубина применять к нему свои полицейские полномочия и в общем слыл негодяем и лицемером. Уже привычное странное чувство вновь разливалось в груди и вызывало трепет от одного только воспоминания о прошлых встречах, но Дима решительно подавил его. Сейчас было не до личных интересов. Он должен был действовать рационально и беспристрастно. «Если он окажется преступником… Судья ему — закон! И я ни капельки не расстроюсь!» — уверял себя Дима. Когда он остановился перед особняком, коленки как назло стали подкашиваться от волнения. Но он не успел даже зайти. Охраняли Хольта, по всей видимости, словно национальное достояние: уже у порога его остановил внезапно появившийся телохранитель, и Дима сглотнул, но смело посмотрел ему в глаза. — Мне нужно поговорить с господином Хольтом лично. Это заявление того не устроило. Дима вообще не был уверен, понимал ли его мужчина. Но отлично понимал он то, что Дубину здесь было не место, поэтому чуть было не выдворил нагло ворвавшегося полицейского с территории, но не успел. Дима уже был готов на любые методы, но ничего не пригодилось, когда двери распахнулись и к ним вышел Август собственной персоной. — Otto, I'll figure it out for myself. Что бы он ни сказал, мужчина беспрекословно подчинился и отошёл в сторону. Расслабленной и вальяжной походкой Хольт приблизился к Диме, и он в изумлении мысленно отметил то, что иностранец был в одном лишь халате на голое тело и мягких тапочках. В сочетании с очередной обольстительной улыбкой, этот образ невольно заставлял разум плыть, а мысли путаться. — Господин Дубин, я полагаю, — произнёс спокойный бархатный голос. — Так точно, — без запинки вымолвил Дубин. — Чем обязан? Это обыск? — он усмехнулся и тут же просиял. — О, неужели пришли поблагодарить за цветы? — Цветы…? Ах да, цветы… — Дима сконфузился, не зная, стоит ли ему подтверждать догадку Хольта. — Это было… Приятно, наверное. — Ах, как жаль. Неужели я не попал в ваши предпочтения? Может быть, в следующий раз лучше отправить пионы? — Следующий раз? — брови Димы поползли на лоб. — Я не ослышался? — Будьте добры, господин Дубин, ответьте хотя бы на один из моих вопросов, — мягкий голос стал заметно резче. Дима почувствовал угрозу и побежавшие от неё по спине мурашки. — Я пришёл с просьбой, мистер Хольт. Буду признателен, если ответите на парочку вопросов в небольшом интервью от меня. — Интервью? — Хольт выгнул бровь. — От полицейского это скорее допрос. — Если вы не знали, мистер Хольт, я ещё и журналист, — сказал Дима ровным голосом, глядя собеседнику в глаза, не мигая. Купится ли на честные щенячьи глаза? Или весь план провалится, так и не начавшись? Взгляд Хольта был пронзительным. Под таким хотелось невольно сдать все свои секреты, но Дима держался, и держался достойно. «Я же полицейский. Меня таким не проймешь, — думал он, старательно не отводя глаза, чтобы не проиграть. — Я собака, черт возьми, а не какой-нибудь ссыкун!» В конце концов, Хольт велел следовать за ним. По его пятам пошёл и Отто, но когда они добрались до просторной залы, Август сурово выдворил всех до единого, и вскоре он остался один на один с Дубиным. — Вы вовремя, господин Дубин, я как раз час-другой назад заключил отличную сделку с Марией Архиповой, — сказал Хольт, усаживаясь на диван. Положив ногу на ногу, он приглашающим жестом указал на кожаное кресло напротив. — Устраивайтесь поудобнее, пожалуйста. Дима устроился, как ему и велели, как можно удобнее, чтобы не нервничать и ни на что не отвлекаться. Хольт расслабленно откинулся на спинку. — Вина? — предложил он, рассматривая лицо гостя. — Нет, спасибо, я не пью на работе, — скороговоркой проговорил Дима привычную фразу, которую приходилось говорить не единожды. — Вы сбрили усы, — невпопад заметил Хольт с полуулыбкой. — Да, я… — Дима замялся и поправил очки, потупив взгляд. Казалось, будто иностранец намеренно его смущал. — Давайте перейдём к делу. Что вы можете рассказать о своём новом изобретении? — Вам не хватило информации на презентации? — Понимаете… Цель интервью в том, чтобы через ваши технологии раскрыть вашу личность, — быстро выкрутился Дубин. — А вы заинтересованы в моей личности? — довольно ухмыльнулся Хольт в свою очередь. — Как журналист, естественно… — Дубин вновь поправил очки, чувствуя, что вновь начинал невольно волноваться. — Очень жаль, господин Дубин. Очень жаль. — О чем вы вообще… Дима запнулся и замолк, когда Хольт буквально разлегся перед ним на диване. Халат задрался, открывая верхнюю часть ног, и Дима с ужасом обнаружил, что на мужчине даже не было нижнего белья. Он сглотнул и резко отвёл взгляд, чтобы не пялиться. — Продолжайте, не останавливайтесь, — будто с издевкой произнёс Август и вытянулся всем ростом на диване, лежа на боку и подперев голову ладонью. — Ладно… Что вы думаете о… — Дима с усилием пытался выдумать ещё один вопрос, но все они разом испарились из его головы при виде голых стройных ног и слегка приоткрытой под халатом гладкой груди. — Я хочу сказать… Что… — Не напрягайся, Димочка, — полушёпотом, с хищной улыбкой произнёс Хольт, приводя полицейского в ещё больший ступор. — Я уже давно тебя раскусил. Тебе не нужно больше притворяться, что берёшь у меня это нелепое интервью, чтобы вытянуть из меня зацепки для вашего дела. Дима заметно побледнел, но более ничем не выдал свой ужас, который испытал в одно мгновение от слов иностранца. Хольт неторопливо встал и направился к нему. Оперевшись на подлокотники, Август наклонился к Диме, тем самым заставив его вжаться в спинку кресла и потянуться к электрошокеру. Краем глаза заметив это, Хольт усмехнулся. — Тебе это не понадобится. Он перехватил руку Дубина и с силой сжал запястье. Парень передернул плечами, сам даже не понимая, сделал он это от стискивающих его руку пальцев или лёгкого колючего разряда тока, что прошёлся по всему телу. Покосившись на дверь, Дима понял, что мог только подчиниться. В другой ситуации он бы попробовал оказать любое возможное сопротивление, но перед этим человеком он не мог даже ровно дышать, не срываясь на дрожь. Словно ядовитый змей, Хольт плавно и медленно обвивал свою жертву кольцами потенциальной угрозы, вводя ее этим в оцепенение, заставляя смиряться и ждать, когда последнее кольцо сдавит горло, не оставляя права выбора. — Успокойся, cutie, — раздался прямо над ухом шёпот, вызывающий мурашки. — Мы можем договориться. Изящные пальцы нежно коснулись щеки Димы, провели по ней медленно, изучающе, оставляя лёгкие покалывающие ощущения тока. Дима пристально смотрел вниз, не в силах поднять глаза. Ему казалось, будто если он посмотрит в глаза иностранца, то в тот же миг отдастся ему целиком и полностью, не взирая на собственные принципы и убеждения. Он держался до последнего, пока колено Хольта не заставило его раздвинуть ноги, вторгаясь прямо между них. Он довел ногу до упора, вжимая колено в чужой пах. Дима судорожно облизнул пересохшие губы, глядя на это зрелище во все глаза. Сердце выдавало его чувства громкими ударами, думать становилось затруднительно. Прекращать происходящее не хотелось. Хольт взялся за подбородок и аккуратно приподнял голову, чтобы Дубин посмотрел ему в глаза. И тогда Дима окончательно сдался. — Ну так что, господин Дубин, мы с вами договоримся, если завтра в участке появятся пионы? — Я не беру взяток… — пробормотал Дима. — Ни деньгами, ни цветами. — Хм. Значит всё-таки придётся пробовать поцелуями. Не успел Дима толком осознать, что только что услышал, как его губы накрыли в настойчивом, слегка грубом поцелуе. Зажмурив глаза, Дима схватился за ворот халата и сжал его со всей силы, пытаясь оставаться в здравом рассудке. Болезненный поцелуй пугал, но так же и манил своей запретностью и опасностью. Целовать Хольта было сродни игре с оголенным проводом. Чужие губы вызывали мандраж и прилив возбуждения, их хотелось целовать и пробовать на вкус, хотелось запоминать, изучать и терпеть укусы зубов и лёгкие выплески энергии. Хотелось… Его. Так тупо и легко поддаться всем уловкам, позволить себя обмануть, соблазнить и уговорить. Отстранившись от поцелуя, Хольт на мгновение залюбовался припухшими губами Димы, коротко улыбнулся и скинул с себя халат. Теперь залюбовался Дима. Весь, от макушки до пят, Хольт был словно произведение искусства, скульптура, высеченная профессионалом, любящим свое дело. В одно мгновение, сам того не замечая, Дима раскраснелся, рассматривая его тело и стараясь избегать паховой зоны. Хольт знал, он видел, какое впечатление производил, и был доволен, словно кот, объевшийся сметаны. А стоило ему повернуться спиной, чтобы дойти до стола, как Дима залюбовался ещё больше, даже затаив дыхание. Позвоночник Хольта был поистине впечатляющим: каждый искусственный позвонок был напитан энергией, которая так и норовила вырваться наружу. Рассматривать его долго не удалось. Достав из ящика стола специальные перчатки, разработанные им же однажды, Август надел одну из них, вернулся и пояснил: — Благодаря этому, тока не будет. До этого ни разу не подводило. «Зачем?», — только это успело пронестись в голове Димы, прежде чем он удивлённо раскрыл рот, наблюдая, как Хольт опускался на колени. Вопросов больше не возникло. Особенно когда мужчина смело сорвал с него штаны и обхватил полувставший ствол. Дима вцепился в подлокотники и попытался отстраниться, понимая, что это уже слишком, но тут же послушно замер, когда голой рукой Хольт коснулся его бедра, намеренно выпуская лёгкий разряд, чтобы Дима не сопротивлялся. «Как до этого вообще дошло? Меня бьёт током миллиардер, чтобы я ему отдался, словно пастырь, загоняющий скотину кнутом». Сказать, что Дубин был поражён — ничего не сказать. Но ровно настолько же он был заинтригован происходящим. Мягко и пока что неторопливо Хольт провел по члену пальцами, от самой головки до основания, заставляя возбужденную плоть подрагивать. Дима шумно выдохнул, стиснув зубы, вызывая тем самым у Хольта улыбку. Он не торопился, ласкал аккуратно, поэтапно, чтобы раздразнить до грани, исступления. Не пропускал каждую венку, складочку, поглаживая, обласкивая, добиваясь тихих стонов и хныканья. Оттянув крайнюю плоть, он провел большим пальцем по головке и слегка надавил. Ногти Димы царапнули по подлокотникам, а бедрами он машинально подался вперёд. — Умница. Какой хороший мальчик, — промурлыкал Хольт, обдавая чувствительную головку горячим дыханием. Дубину показалось, будто он мог кончить прямо сейчас, после этих слов, сказанных так томно, интимно и потрясающе в сочетании с лёгким акцентом. Кровь в висках застучала сильнее, а на лбу проступила испарина, когда чужая рука обхватила член всей пятерней и стала скользить по стволу с ритмичными толчками. Он закусил губу до боли, наблюдая за своим членом, стоящим колом и готовым к разрядке, и Августом, что увлеченно надрачивал его, ускоряя и темп, и силу… Ощущение эйфории накрыло с головой внезапно, вызывая рой бабочек в животе и звезды перед глазами. Перехватив пульсирующий орган, Дима за несколько толчков довёл себя до эякуляции, и белесая жидкость вырвалась наружу, пачкая его руку. Хольт наблюдал за этим с интересом, даже с восхищением. — Надеюсь, я могу воспринять это как согласие? — наклонившись, Хольт слизал капельку спермы с головки, чем вызвал новую волну дрожи у выбившегося из сил, взмокшего Дубина. Ответить Дима ему не смог.       Из особняка он вышел запыхавшийся, взволнованный и растерянный. А на следующий день в участке на своём рабочем месте обнаружил огромный букет пионов.