Жарко и душно, и не уснуть

— Здорово-то как, — сказала Лида и блаженно вытянулась в гамаке. — Не то слово, — буркнул Тошка. — Угу, — согласился Ваня. Вот уже третью неделю они сидели на даче безвылазно, особенно Лида. Ваня с Тошкой пытались вырваться в лес, но тот кишел малолетними паразитами, которых родители повытаскивали на лоно природы, предварительно отобрав гаджеты. Паразиты от безысходности носились повсюду с дикими воплями, поджигали деревья и взрывали петарды. Ваня пытался мысленно сочувствовать бедным засранцам, которые явно страдали в чуждой среде, но эти благие намерения ломались о беспардонную наглость вышеупомянутых засранцев. Из рая дача превратилась в ад. — Сегодня же ещё Тима с Миланой приедут! — спохватилась Лида. — Сегодня? — испугался Ваня. — Зачем? — угрюмо спросил Тошка. — Затем, что они наши с тобой любимые племянники, — сказала Лида и хлопнула Тошку по затылку сложенным веером. — Двоюродные, — напомнил ей Тошка. — Вы когда собираетесь убирать вашу дурацкую инсталляцию? — спросила Лида, и в голосе её засквозил металл. — Во-первых, она не дурацкая, а исторически-воспитательная, — сказал Тошка. — Я такую в краеведческом музее видел. Экскурсовод только класс к этой лавке с розгами подведёт — тишина идеальная. — Нам не нужна тишина, — отрезала Лида. — Нам нужны дети без психотравм. — Во-вторых, — с нажимом продолжал Тошка, — это наша дача и наша инсталляция, с чего мы будем её убирать из-за каких-то там полуюродных племянников? Вань, вот скажи ей! Инсталляцию они, конечно же, убрали. Вынесли во двор лавку, выкинули давно засохшие розги, бочку поставили под водосточную трубу. Нагайку и сбрую можно было и оставить на гвозде, но Тошка ободрал их ожесточённо и зашвырнул на стеллажи. Ваня эту горечь полностью понимал и разделял. Мало того, что дача перестала быть их местом уединения, так ещё и пришлось своими руками ломать то, с чего всё начиналось. — Ну вот… — сказал Ваня. — Конец эпохи, — кивнул Тошка. Ваня хотел возразить, что ещё можно что-то придумать, например, сбежать на квартиру, раз там теперь пусто, но промолчал. Может, дело в магии места. Может, дважды в одну реку не войдёшь. Толку ловить упущенный момент… — Ну вот, теперь идеально, — сказала Лида, заглянув в сарай. — Подметите как следует, чтобы надувной матрас не лопнул. — Ты им отдаёшь мой матрас? — с горечью спросил Тошка. — Нет, на матрасе будете спать вы с Ваней, — радостно ответила Лида. — Может, всё-таки вы с Ваней? — уточнил Тошка. — Всё же муж и жена, всякое такое… Он изобразил пальцами весьма недвусмысленный жест. — Дурак! — возмутилась Лида. — Я буду спать с Миланкой, она боится одна. Если хочешь, ложись с Тимой, но он писается. — Зашибись, отличный выбор, — протянул Тошка. — Я не писаюсь, — мрачно заверил его Ваня. — Зато я в таких условиях скоро начну, — буркнул Тошка. — Пойду прогуляюсь. Ваня хотел было двинуться следом, но Лида его удержала: — Психанул, у него бывает. Пусть остынет. Сначала Лида с Ваней вылизали весь дом, поменяли постельное бельё на кроватях, притащили в сарай матрас, приготовили окрошку, гору бутербродов и три разных салата, чтобы гости гарантированно набили брюхо. Потом приехали Тима с Миланой, и оказалось, что Тиме двенадцать, а Милане семь. Ещё оказалось, что окрошка на квасе — извращение, бутерброды должны быть без корочек, а салаты в принципе говно, чипсы намного вкуснее. Потом вернулся Тошка. Он действительно остыл и философски воспринял желание Миланы играть в стилиста. Правда, не дал себя обмазывать мёдом, но в остальном подыгрывал вполне жизнерадостно, и Ване стало завидно. Он тоже хотел отпустить свой потерянный рай, но не получалось. Спать легли поздно. Из дома доносились визги и хохот детей, а в сарае было нестерпимо душно. Ваня попытался открыть дверь — напустил комаров. Матрас тихонько сипел неизвестно откуда взявшейся дыркой и медленно сдувался. — А так хорошо всё начиналось, — вздохнул Ваня и осёкся. Может, Тошка не хочет вспоминать. — Есть предложение, — сказал Тошка. Ваня приподнялся на локте: — Слушаю. — Там за полем есть озеро. — Так. — На озере — остров. — Допустим. — Необитаемый, я проверял. Никакой школоты, никаких двоюродных племянников, ни-ко-го. Даже кошек нет. Где-то в темноте обиженно всхрюкнула Пуша, и Ваня вдруг сообразил, откуда в матрасе дырка. — На берегу озера есть лодка, — продолжал Тошка, — в ней запас еды, одеяла, спички и так далее. — Откуда? — удивился Ваня. — Так гулял же! — туманно пояснил Тошка. — Самое главное: на острове полно крапивы и краснотала. Ура? — Ура! — согласился Ваня.