Хроники Земфии. Книга 3. Дары Прародительницы

      Непобедимые сильно удивились. Нет, они были в шоке! Только что команда видела борьбу двух лавкрафтов и Мийфа утверждала, что один из них собирался к ним присоединиться. Всё бы ничего, да вот только волшебница заключила магическую сделку с монстром и теперь не могла её нарушить.       Даркус, держа наготове арбалет, не спускал глаз с Тамбрата. Глаза дроу выражали недоверие и гнев. От лавкрафта это не укрылось.       — Ты бы убрал свою стрелялку. Всё равно она бесполезна против меня.       Тем временем Дрен аккуратно опустил бесчувственную Эльду на землю, чтобы Лили смогла позаботиться об её ранах, и повернулся к Тамбрату. Мийфа, вернув Мудрость Дары и держа Покров, напряжённо смотрела на обоих. Ещё Фэйто недобро смотрела на лавкрафта.       — Кто ты такой? Если лавкрафт, то с какой целью утащил Мийфу? — спросил Дрен, всем видом выражая недоверие.       — По-моему, всё и так очевидно. Да, я — лавкрафт, но мои цели совершенно другие, чем у тех, с кем вы сталкивались. Я не желаю вам смерти, наоборот, хочу присоединиться к вашей странной компании.       Непобедимые недоумённо переглянулись между собой, потом вопросительно посмотрели на Мийфу. Та опустила глаза, как какая-то виновница, которую застали на постыдном. Только Лилиэль продолжала колдовать над ранами Эльды, без сознания лежащую на земле.       — Присоединиться? С каких это пор монстры захотели подружиться с нами? — Дрен скептически выгнул бровь. Разумеется, он ни на йоту не поверил словам Тамбрата.       — Я первый и единственный, кто захотел, — парировал лавкрафт. — Потому что у меня важная цель: прикончить эту мразь, Королеву.       Его слова ввели команду в ещё больший ступор. А из уст Фэйто раздался холодный смех. Все перевели на неё удивлённые взгляды, не понимая причины смеха.       — Лавкрафт, мечтающий прикончить свою повелительницу? Ничего глупее не слышала. Кто поверит в такое? — тон Фэйто из насмешливого перешёл на грубый и холодный. Фэйри тоже не верила словам Тамбрата. Мийфа внутренне напряглась. Дела обрели прескверный поворот, то, что она больше всего боялась: Фэйто была готова вцепиться с Тамбратом в жестокой схватке.       Тамбрат окинул Фэйто изучающим взором с ног до головы. Чёрные глаза сверкнули странным блеском, на который никто не обратил внимания. Лавкрафт почувствовал интерес к фэйри — заклятому врагу своей расы.       — А что ты, могущественная фэйри, забыла в столь разношёрстной команде? Ни за что не поверю, что прониклась к ним тёплыми чувствами. Ведь Гибель бессмертных известна безжалостностью к врагам и любовью к играм с жизнями других. Может, это твоя очередная игра?       Непобедимые буквально кожей ощутили исходящую от Фэйто ярость. Фиолетовые глаза вспыхнули ярким и острым блеском. Мийфа почувствовала мощную магическую ауру вокруг фэйри, в чьих руках появился меч. За спиной распахнулись крылья, переливающиеся радужным цветом.       До того, как Мийфа как-нибудь вмешалась, Фэйто со скоростью молнии налетела на Тамбрата, взмахнув мечом. Сталь столкнулась со сталью — лавкрафт успел покрыть свои руки сталью и защититься. Фэйри наносила выпады клинком, будто собираясь покромсать на части. Её движения и атаки выдавали ярость.       Она нанесла удар, он блокировал, их взгляды пересеклись.       — Я убью тебя.       — Попробуй, прекрасная убийца.       Фэйто оскалилась, даже по-звериному зарычала, и принялась наносить более смертоносные удары. Она нападала яростно, загоняя лавкрафта в озеро. Он, поняв её замысел, пытался перейти в сторону, подальше от воды, но фэйри не давала ни секунды расслабиться.       — Фэйто, остановись! — вмешалась Мийфа, но её не слышали.       Праведный гнев обуревал волшебницей. За эту ночь она достаточно пережила и слишком устала. Всё, что она хотела сейчас, это, чтобы длинная ночь, наконец, закончилась. Гнев придала ей сил. Сжав руки в кулаки, Мийфа призвала к своей магии. Если лавкрафты утверждают, что в её жилах течёт сила Дары, то пусть познают её сполна!       — Остановитесь! — яростный крик разорвал воздух. Яркий магический свет вырвался из её рук, озаряя пространство на озере. Непобедимые прикрыли глаза, боясь ослепнуть, а Фэйто с Тамбратом остановились, парализованные могущественной магией. Лавкрафт зашипел от боли, что причинял ему волшебный свет. А фэйри, прикрыв глаза рукой, обернулась и оказалась поражена силой, исходящей из рук Мийфы. Как Фэйто и думала: Прародительница избрала Мийфу Валетэйм и одарила своей силой.       — Прекратите драться! Хоть иногда слушайте то, что вам говорят! — сказала волшебница, чьи глаза пылали гневом.       Дрен осторожно приблизился к девушке и положил руку ей на плечо. Мийфа обернулась. Парень улыбнулся, а затем обнял её. Волшебница опустила руки и свет погас. Она расслабилась в тёплых, нежных и надёжных объятиях возлюбленного. Дрен поднял глаза на врагов, сердито прищурившись. Успокоившись, Фэйто отошла от Тамбрата, бросив напоследок холодный, обещающий смерть взгляд.       — А теперь объясни, что происходит. Почему ты решил присоединиться к нам? — вернулся к важному вопросу Тайрон.       Мийфа освободилась из объятий Дрена и подобрала гримуар и Покров Дары, что выронила ранее.       — Как уже сказал Тамбрат, он хочет присоединиться к нам, чтобы одолеть Королеву лавкрафтов. Он помогал мне найти Покров Дары, то, что Аманда украла из эльфийского дворца. С нами также была Джанна…       — Это та высокомерная стерва? А что она здесь забыла? — нахмурился Дрен.       — Это моя вина, — вмешалась Лили, грустно опустив голову. — Я узнала, что Джанна по воле Прародительницы попала в Эльфхам. Эльфы спасли её, не зная, что она — Иная. Джанна попросила меня не рассказывать о ней никому, даже вам, потому, что боялась за свою жизнь.       Даркус улыбнулся одним уголком губ. Он не смотрел с осуждением. Наоборот, дроу радовался, что его жена невероятно добрая. Именно её доброта и понимание спасли жизнь многим.       Дрен огляделся, выискивая Джанну, но той уже нигде не было. Сбежала при первой же возможности, когда Непобедимые прибыли на выручку. Странно, но Дрен не испытывал прежней злости на Иную. В каком-то смысле даже понимал её поступок.       Мийфа кивнула.       — Джанна сказала, что хотела вернуть нам долг, поэтому присоединялась к поискам артефакта. Она действительно очень помогла. Теперь надо вернуть артефакт эльфам.       Вдруг обруч в руке потеплел, под ладонью ощутилась пульсация. Знакомое чувство. Мийфа опустила глаза и увидела, как большой алмаз сверкает, переливается цветами радуги. Покров Дары на что-то реагировал. Неужели почувствовал избранного хозяина?       Как в ответ её мыслям, вперёд вышла Лили. Глаза эльфийки не отрывались от сверкающего камня. Словно зачарованная, она медленно подошла к удивлённой Мийфе и потянула руку к обручу. Её губы что-то беззвучно шептали. Это состояние было знакомо Мийфе.       — Лили… Неужели ты… — она поразилась своей догадке.       Доляк на миг сунул руку в карман, где лежал Кубок жизни. От маленькой чаши исходило тепло, отдаваясь тихой пульсацией. Так дары Прародительницы чувствовали друг друга?       Лилиэль потянула руку к Покрову Дары. Мийфа не стала возражать, когда эльфийка взяла обруч, а затем наделала себе на голову. Стоило Покрову оказаться на голове, надеться, как влитое, как алмаз засиял так сильно и ярко, что всем срочно потребовалось прикрыть глаза.       Когда свет померк, Непобедимые поражённо смотрели на застывшую Лилиэль.       Эльфийка моргнула, будто сейчас выйдя из транса, и сняла обруч. Тонкая полу-прозрачная ткань ласкала пальцы.       — Удивительно. Этот обруч такой удобный, словно сделан на мою голову.       — Значит, Покров Дары избрал тебя, — заключила Фэйто, удивительно быстро вернув себе самообладание. Но напряжение осталось.       — А сколько этих даров существует? — спросил Доляк, сжимая в кармане горячий кубок.       Фэйто немного помолчала, окунувшись в омут памяти.       — Согласно легендам, Прародительница создала семь артефактов, что использовались во время войны с лавкрафтов. Хоть монстров удалось заточить в другом измерении, богиня понимала, что рано или поздно они вернуться. Свои дары она спрятала, а также создала восьмой и последний артефакт — Мудрость Дары. В нём заключается информация о дарах.       — Но гримуар ничего не открывал о дарах создательницы, — вспомнила Мийфа.       — Думаю, артефакты обладают своей волей или получили указания от Прародительницы. Когда семь артефактов ждут своих избранников, как Доляк и Лилиэль, то Мудрость Дары, вероятно, открывает тебе зацепки по частям, видя, как ты упорно движешься к намеченной цели — победе над лавкрафтами.       Мийфа опустила взгляд на гримуар, что уже держала в руках. Выходит, гримуар — живой? Он не может говорить и чувствовать, но всё осознаёт. Он всегда помогает, подсказывает, не оставляет в самый трудные моменты. Мийфа чувствовала неразрывную связь между ними. А может, это сама Дара помогает через гримуар? Ведь в артефактах хранилась её сила.       Тёплые руки заключили её в объятия и прижали к Дрену, вывив из мыслей. Мийфа улыбнулась. Она чувствовала себя нужной и любимой. Знала, как любит Дрена и как он любит её. Волшебница не боялась своих чувств. Что бы не происходило сейчас и не ждало в будущем, она не боялась ничего, пока была вместе с Дреном.       — Ну? Так что вы решили? — нарушил молчание Тамбрат с неизменной ухмылкой.       Мийфа тут же напряглась. Ей предстояло принять крайне сложное решение.       — Тамбрат, ты действительно помог вернуть Покров Дары. Я готова принять тебя в команду, но если ребята согласятся. Пусть решит голос большинства.       — Эльда точно будет против, — заметил Дрен, кинув взгляд на девушку без чувств. — Я же поддерживаю затею Мийфы, какой бы она не была.       Тайрон, Доляк, Лили и Сайрес тоже не возражали против вступления Тамбрата в команду, но их взгляды оставались настороженными.       Фэйто сложила меч в ножны и одарила Тамбрата холодной улыбкой.       — Пусть вступает. Так у меня будет больше возможностей убить его.       — Посмотрим, — усмехнулся лавкрафт.       Между ними повисло напряжение и немой вызов.       Когда решение было принято, Мийфа сказала, что пора вернуться в замок, дабы рассказать эльфам обо всём и отдохнуть. Эта ночь выдалась долгой и тяжёлой.       Эльда пришла себя медленно, словно выплывая из глубокого озера на поверхность. В полу-открытые глаза ударил солнечный свет, от чего она зажмурилась. Потребовалось время, прежде чем она привыкла к свету. Когда Эльда села, то обнаружила себя на кровати в уютной комнате с зелёными стенами, изображённые лесными обитателями и растениями. Это была гостевая комната в эльфийском дворце.       Рядом с кроватью сидели Непобедимые и… тот лавкрафт. Узрев последнего, Эльда подскочила на кровати и чуть не упала на пол, но её вовремя поймали.       — Тише-тише, Эльда, не дёргайся! — взволнованно прошептала Лили.       Дрен и Тайрон уложили девушку на постель, хоть она слабо противилась, прорывалась в сторону лавкрафта, который молча наблюдал за происходящим.       — Пустите! Что он здесь делает? — требовала Эльда.       — Успокойся. Мы всё объясним, — убедил Тайрон. Хоть именно он вырубил её, Эльда послушалась, приняла сидячее положение и приготовилась слушать.       Мийфа рассказала обо всём. Также выяснилось, что прошлой ночью вернувшись во дворец, Непобедимые рассказали эльфийским правителям о Покрове Дары, что избрал в хозяйки Лилиэль. Король и королева без пререканий отдали артефакт, ибо не смели идти против воли Прародительницы. Теперь Непобедимые собирались отправиться дальше в путь. Брак Лилиэль и Даркуса объединил их народы, и они были готовы помочь Непобедимым в битве с лавкрафтами. Без помощи принца Ладарэля здесь не обошлось. Он сильно повлиял на родителей и свой народ, заставляя пересмотреть точку зрения. Пусть не сразу, но эльфы начали доверять дроу, а те — им.       Эльда враждебно посмотрела на Тамбрата, даже не скрывая это. Она не верила лавкрафту. С чего бы ему идти против своих же? Мотивы монстра были туманны, так что следовало наблюдать за ним.       — Где мой меч? — вспомнила Эльда о своём оружии.       Тайрон грустно опустил уши и посмотрел в сторону. Последовав за его взглядом, Эльда увидела то, что осталось от меча. На красном бархате лежали рукоять и куски лезвия, блестевшие на солнце. Сердце упало. Эльда протянула руку и коснулась холодной рукояти, не веря этому. Металл был холодным как лёд. Из меча будто ушла жизнь, а вместе с ней — частичка души Эльды. Воительница была опустошена потерей фамильного оружия, которое было с ней столько лет. Порой Эльде казалось, что в мече сохранились души её семьи, словно отец, мать и братья были с ней. А сейчас… их больше нет.       Глаза защипали слёзы. Эльда зажмурилась и судорожно вдохнула, сдерживая рыдания. Нельзя плакать при других. Они не поймут причину слёз.       Мийфа подошла к ней и посмотрела на остатки меча.       — Мне жаль, Эльда.       В её голосе звучала искренность. Возможно, она действительно понимала её чувства?       Эльда глубоко вздохнула, собирая волю в кулак. Не время раскисать.       — Так, куда мы отправимся дальше?       — Мы собирались во владения Кратоса, чтобы раз и навсегда разобраться с ним, а также наконец снять заклятие с Сайреса. Но без оружия тебе будет сложно, Эльда. Нужно раздобыть новый меч, — сказала Мийфа.       Эльда какое-то время молчала, собирая мысли в единое целое, потом ответила:       — Да, мне нужен меч. Без оружия какой я воин? И заклятие с Сайреса надо снять.       Сайрес вытянул шею и коснулся носом плеча девушки, обдавая горячим дыханием. Эльда погладила гладкий чешуйчатый нос с улыбкой. Золотистые глаза дракона смотрели с благодарностью. Заколдованный княжич без слов благодарил её за поддержку. Ведь даже без оружия Эльда была готова идти хоть на край света, лишь бы снять с него чары.       — Насчёт оружия, — вмешался Тамбрат, приблизившись. Эльда тут же напряглась. — Слыхал я, что около Огненного кольца располагается людская деревня. Там живёт искусный кузнец Герфет. Говорят, оружия, выкованные его руками, самые красивые и крепкие в мире. Уж кто способен выковать лучший меч, то только он!       Фэйто с подозрением посмотрела на него.       — А ты откуда знаешь? И что людям делать на границе между эльфийским лесом и вулканической долиной, где живут драконы?       Тамбрат с самодовольной ухмылкой скрестил руки, постучав пальцами по крепким мышцам.       — Я лично знаком с Герфетом. Чтобы пополнять свои силы, мне необходимо поглощать много железа.       — «Поглощать»? — переспросила Мийфа.       — Чего не понятного? Я ем железо! Я иногда заказываю у Герфета дюжину мечей, а потом съедаю.       Доляк попытался представить, как выглядит поглощение мечей, но от одной мысли об этом становилось плохо. Впервые юный волшебник порадовался своему плохому воображению. Ну вот никак он не мог представить ни одного человека, способного глотать клинки!       Остальным в команде тоже было трудно представить такое. Лишь Фэйто презрительно посмотрела на Тамбрата, не веря ни единому слову. Лавкрафт заметил её скепсис, и это его разозлило.       — Не верите? Тогда я докажу!       Он протянул руку в сторону осколков от меча, но Эльда помешала ему, закрыв собой остатки.       — Не смей осквернять последнюю часть памяти о моей семье! Именно вы, твари, убили её!       Тамбрат отдёрнул руку, словно Эльда могла его укусить, и отошёл назад на пару шагов.       — Ладно-ладно, успокойся. Не буду глотать осколки твоего меча. Всё равно от него мне никакой пользы.       — Так что насчёт кузнеца? Ты предлагаешь отправиться к нему и попросить его выковать Эльде новый меч? — вмешалась Мийфа, желая прекратить назревающий новый конфликт.       — Да. На самом деле, Герфет не знает, что я — лавкрафт. Он думает, что я военный начальник Энмерна, который снабжает армию оружием. Если я попрошу его выковать меч, он это сделает. За определённую плату, конечно. И да, не рассказывайте ему о моей истинной природе. Незачем портить рабочие отношения.       — Посмотрим на твоё поведение, — холодно проронила Фэйто.       Тамбрат долго смотрел на фэйри. В чёрных глазах читался целый калейдоскоп эмоций, и было не ясно, какое чувство он испытывал больше всего.       Мийфа подошла к окну. Яркое солнце светило на небосводе, озаряя тёплыми лучами лес. Эльфхам продолжал жить и цвести. Древо мира, раскинув могучие ветви и корни, возвышалось над эльфийским городом, как внимательный великан.       — Мы отправимся в Огненное кольцо. Сначала наведаемся к Герфету, чтобы он выковал меч Эльде, а потом пойдем во владения Кратоса. Это последняя возможность снять заклятие с Сайреса, — сказала Мийфа. Её голос звучал твёрдо, уверенно.       — Хороший план, — одобрил Дрен. Он подошёл к Мийфе и приобнял за талию.       Мийфа улыбнулась. Она знала: какие бы испытания не ждали впереди, Непобедимые справятся со всеми.