Retenue

Семью месяцами ранее. Весна пришла неожиданно. Солнце уже пробивается сквозь плотные облака, заставляя первые лужи появляться на тротуарах. Тает снег, создавая слякоть на дорогах и оставляя за собой следы весеннего пробуждения. Птицы чирикают, березы начинают распускать свои почки, а воздух наполняется свежими ароматами. На улицах заметно прибавилось прохожих, все они словно вышли на свежий воздух, чтобы насладиться первыми лучами весеннего солнца. В уютном домике сквозь окна проникают тёплые лучи солнца, озаряя загорелое лицо Пирс. Она лежит в гостиной на большом красном диване и обнимает за талию свою спутницу — блондинку. Девушки устроились напротив тёплого камина и болтают, вспоминая события прошедшей ночи. Настенные часы показывали десять утра, а это означало, что скоро Генри вернётся со смены. Генри Конелл — очень вспыльчивый и агрессивный мужчина. Он работает в Джексоне сторожем, но за несколько лет работы ничем не проявил себя, разве что в плохом смысле. У него много недостатков: от участия в уличных драках до чрезмерного употребления алкоголя. Айша никогда не могла понять, что Эмма нашла в этом человеке. Конелл была очень красивой девушкой, нежной и утончённой, как первоцвет, распустившийся на солнце. Изредка она напоминала Майли: большие золотисто-карие глаза, пышные ресницы, тонкие аккуратные брови и длинные густые волосы делали её похожей на куколку — такую же невозможную и нежную. Характер у Эммы был подобен ее внешности: добрый и иногда игривый. Истерики — это было совсем не про неё. Наверное, поэтому они с Генри до сих пор вместе. Блондинка вздохнула, и её розовые губы сложились в печальную улыбку: — Останешься хотя бы на пять минут? Пирс посмотрела в янтарные глаза блондинки и поняла, что не может ей отказать. Она нежно поцеловала её желанные губы. — Пять минут так, пять минут. — с усмешкой говорит рыжеволосая, притягивая к себе Конелл, проводя рукой по её бледному лицу и снова целуя её. — Только без засосов, а то Генри меня на месте убьёт, — смеясь, блондинка отстранилась от веснушчатого лица. — Мне всегда было интересно, что ты в нём нашла? — Айша откинулась на свою подушку и устремила взгляд в белый, уже немного потрескавшийся потолок. — Он не всегда был таким, — начала девушка. — Раньше, до Джексона, он не был таким. Он был добрым, безмятежным и поэтичным. Эмма перевернулась на живот и посмотрела в голубые глаза своей собеседницы. — Ты не поверишь, но он писал мне стихи. — Не верю! — рыжеволосая смеётся и отмахивается руками. — Не может быть, чтобы суровый алкоголик Генри раньше был поэтом-романтиком. — Это были чудесные времена, когда я любила его. — А сейчас? — Веснушчатая вопросительно посмотрела на свою уже весёлую собеседницу. — А сейчас, я люблю тебя, — ответила Конелл, обнимая голубоглазую, притягивая её ближе. Затем она оставила засос на тонкой коже у шеи своей возлюбленной. — Миссис Конелл, вы такая хитрая, — сказала рыжая, вставая и прикасаясь к месту поцелуя. Она искала свои джинсы, которые, казалось, затерялись. — Миссис Пирс, а вы так сексуальны, когда стоите передо мной в одном нижнем белье. — Заткнись, — тихо огрызнулась голубоглазая, замечая джинсы в самом дальнем углу комнаты. — Как они там оказались? — У нас ещё сорок минут до одиннадцати, — сказала блондинка, поднимаясь с уютного дивана. Она подошла к столу и взяла тёплую куртку рыжеволосой подруги. — Не торопись. — Ну, не знаю… В прошлый раз твой Генри пришёл раньше, и мне пришлось прятаться в шкафу, пока он не уснёт, — сказала Айша, забирая куртку и сразу накидывая её. Она не смогла сдержать смех, смотря, как блондинка краснеет. — Боже, Айша, мне до сих пор стыдно, — ответила Конелл, закрывая лицо руками и пряча розовые щёчки. Пирс подошла к Эмме и обняла её за плечи. Кожа девушки была очень бледной и холодной. — Ты вообще загораешь? — В ответ Конелл лишь рассмеялась. — Открой личико, чмокну тебя и побегу, — сказала Айша, убирая руки с лица. Она прижалась своими обветренными губами к мягким губам своей возлюбленной и запечатлела на них нежный поцелуй. Затем повернулась и направилась к двери. — Айша, аккуратнее там, — закрыв дверь за голубоглазой, Эмма прислонилась к двери и медленно сползла на пол. Она чувствовала, как сильно колотится её сердце. Она любила рыжую до безумия, до боли в сердце, до судорог в ногах, до бабочек в животе. ***        Кофе уже не казался таким вкусным, и Айша отставила кружку в сторону. Тот единственный раз, когда Сэту удалось не испортить его, был последним. Рыжеволосая больше не могла позволить этой жидкости портить стенки ее желудка, поэтому, пододвинув красную кружку к мужчине, она слабо улыбнулась. — Не хочешь допить мой кофе? — спросила она, глядя на Томми, с которым они пришли позавтракать. Мужчина бросил на неё осуждающий взгляд. Он даже не пытался скрыть своё отвращение. К тому же вопрос Айши был довольно глупым, потому что Томми уже давно не пьёт кофе — вместо этого он предпочитает апельсиновый сок. — Нет, Айша, ты знала, на что шла, когда заказывала у него кофе, — говорит Томми. Голубоглазая со вздохом смотрит в потолок, прежде чем наконец решается и выпивает кофе залпом, чтобы быстрее закончить эту пытку. — Как рана? Шрам большой? Мужчина отпил оранжевую жидкость и окинул взглядом сморщенное лицо рыжеволосой девушки. Вкус подгоревшего кофе всё ещё оставался у неё во рту. — Из-за того, что рана постоянно открывалась, шрам получился ужасным. Но, слава богу, всё зажило, — выдохнула девушка, все еще морщась. Она больше не будет брать это чертово кофе. — Если бы ты сидела на попе ровно хотя бы недели две, то рана не разошлась бы, — Миллер укоризненно посмотрел на Пирс. Она лишь недовольно цокнула языком и отвела взгляд, стараясь не встречаться с мужчиной глазами. Но тут за их спиной послышались шаги. Рыжая обернулась и увидела, что в бар входят Джоэл и Элли. Миллер-старший улыбнулся своему брату, а шатенка продолжала смотреть на пасмурное небо. Дверь наконец закрылась, и в бар зашла Уильямс. Томми приветствует своего брата. Элли же поднимает глаза и встречает улыбающийся взгляд Айши. И, не колеблясь, улыбается в ответ. Они не виделись больше месяца. Зеленоглазая знает, почему так получилось. Спустя полчаса после того, как она ушла из дома рыжеволосой, Эмма появилась буквально на пороге ее дома. *** Уильямс сидела на своей небольшой веранде, перебирая рисунки. Некоторые из них были нарисованы уже давно, а другие, ещё свежие, красовались на пожелтевших листах блокнота. Говорят, рисунки умеют хранить воспоминания. Девушка с улыбкой вспоминала, как она только приехала в Джексон и познакомилась с Диной и Джесси. Также вспоминала, как нашла свою первую любовь — Кэт, и как быстро они расстались… Внезапно зелёные глаза девушки заметили объект, который приближался к её дому. Конелл шла медленно и спокойно, её мышцы были расслаблены, а светлые волосы собраны в конский хвост. Элли поднялась с веранды и сложила рисунки в стопку, а затем положила сверху блокнот, чтобы они не разлетелись. Эмма же была все ближе. И вот девушки друг перед другом стоят: — Привет, — сказала зеленоглазая шатенка, глядя на медсестру. — Что-то случилось? — Она не понимала, зачем пришла к ней Конелл. Они почти не общались, разве что когда она умудрялась получать травмы, то приходила к блондинке за помощью. — Случилось, — грустно произнесла девушка. — Элли, я не хочу, чтобы между нами были какие-то разногласия или недопонимания. Пожалуйста, выслушай меня, — сказала Конелл, поднимаясь на веранду и садясь на первую ступеньку. Затем она продолжила: — У меня были отношения с Айшей, хоть и недолгие. — Эмма посмотрела на небо, чувствуя, как слёзы подступают к глазам, готовые вот-вот пролиться. Элли была очень удивлена, услышав слова блондинки. Она и представить не могла, что Пирс встречается с замужней женщиной. Это уже совсем другой уровень отношений. Зеленоглазая заметила, как по щекам девушки неровной линией скатилась слеза. Уильямс не знала, что делать. Ей хотелось обнять и утешить девушку, но они не были так близки, чтобы Уильямс оказывала той такой жест, она все еще не понимала, зачем Конелл ей это рассказывает? Зачем пришла? Чего хочет? — Правда, в последнее время она очень изменилась. Всё стало другим после той травмы, — кареглазая смотрит на Элли. — А вы, кажется, сдружились… — М-м-м? — протянула Элли, понимая, что её хотят обвинить во всех проблемах, которые возникли у девушек в отношениях. Она вздохнула, опустила голову и накрыла колени руками. — Есть такое, — тихо ответила иммунная. — Да, есть такое, — монотонно повторила кареглазая. — Знаешь, после того как ты ушла, мы расстались с Айшей. — Она резко замолчала. Уильямс лишь подняла голову и с удивлением посмотрела на лицо, покрасневшее от слёз. — Элли, я вовсе не виню тебя. Я просто хочу, чтобы ты не общалась с моей Айшей. Пусть она пока побудет одна, подумает о наших с ней отношениях, — вздохнула блондинка, поднимаясь с лестницы. — С чего я должна выполнять твои указания? — спросила шатенка у девушки, которая спускалась по лестнице. — Можешь не делать этого, я не заставляю. Просто прошу тебя. Я не хочу её бросать, понимаешь? Я хочу, чтобы она поняла, что наше расставание — это ошибка. — Эмма не обернулась и не увидела растерянное лицо веснушчатой. Она просто продолжала идти прочь от дома, оставляя Уильямс наедине со своими мыслями. *** — Я не знал, что вы тут завтракаете. Это что-то новенькое, — с усмешкой говорит Джоэл, присаживаясь рядом с братом. — Да, последние три дня мы завтракаем только здесь, — вздыхает Томми. — Кто-то наслаждается едой, а кто-то губит свой желудок, — добавляет он, указывая на чашку кофе, стоящую возле девушки. Пирс же встречается взглядом с Джоэлом и приветствует его улыбкой. На это Миллер-старший отвечает смешком. Мужчина явно был сегодня в настроении. — Вырастут, поймут, когда гастрит или язва будут их лучшим другом. — посмеялся мужчина. — И своевольничать перестанут, надеюсь. — произнёс Джоэл и посмотрел на Элли, которая стояла рядом и недовольно скрестив руки на груди. — А я-то тут при чём? — девушка отводит взгляд в сторону, пытаясь вспомнить моменты, когда она поступала по-своему, и понимает, что такое случалось почти всегда. — Моё тело — моё дело, — бормочет Айша перед тем, как сделать глоток апельсинового сока Томми. Мужчина с хмурым видом забрал стакан из рук рыжеволосой. В его голосе слышалась обида: — Я так и знал, что ему не удастся выжить рядом с тобой, — сказал он, глядя на остатки оранжевой жидкости в бокале. — Извини, но этот ужасный вкус кофе надо было чем-то перебить, — сказала девушка, разведя руками и глядя на обиженное лицо Томми. Затем она попросила Сета принести мужчине ещё один стакан апельсинового сока. — В любом случае, не забудь перекусить перед тем, как отправишься патрулировать. Я буду ждать тебя в конюшне. — Джоэл пожал руку брату, а затем повернулся к Айше. — Береги себя, — сказал он и хлопнул её по спине, невольно напоминая о шраме, который она собирается перекрыть татуировкой, эскиз которой находиться в процессе. Айша улыбнулась Джоэлу. Он начал уходить, а тем временем зеленоглазая так и осталась стоять, опершись локтями о стол, и внимательно наблюдала за Пирс. — Доброе утро, — наконец заговорила шатенка, привлекая внимание рыжей. Айша улыбается и снова берёт у Томми стакан с соком. Она делает глоток, заставляя мужчину вздохнуть. Но он решает не противиться и позволить ей сделать по-своему. — Как же давно мы не виделись, — начинает она, ставит стакан на стол и смотрит на Уильямс, которая с усмешкой присаживается рядом. — Ты меня избегала? — рыжая вопросительно смотрит на девушку, ожидая ответа. — Да, — Коротко отвечает Элли заказывая у Сета банку пива. — Сет, мне тоже! — крикнула рыжеволосая вслед мужчине, который уже скрылся из виду. — Мне стоит спросить, зачем ты это делала? — Не стоит. — Ты сегодня очень разговорчива, — усмехнулась рыжеволосая девушка. — Ты сегодня, случайно, не патрулируешь? — А что, хочешь со мной? — с улыбкой спросила Элли, забирая две банки пива и протягивая одну голубоглазой девушке. Айша не смогла сдержать смешок, а затем отвела взгляд от подруги и закатила глаза. — Вовсе нет. — Сегодня я не в патруле, а просто сопровождаю его величество Джоэла в конюшню, — с усмешкой говорит шатенка, попивая холодный напиток. Рыжая наклоняется к уху Уильямс и произносит: — Возьми меня с собой, когда будешь патрулировать. А то Мария так меня никогда не отпустит, а если я ещё неделю просижу дома, то забуду, как вообще стрелять из ружья. — Я подумаю, — коротко ответила Элли, глядя на Томми, который уже собирался уходить. — Пойдём, — сказал мужчина с зелёноглазой, догоняя Джоэла, который стоял у входа и разговаривал с каким-то парнем. Айша допила апельсиновый сок Томми и, прежде чем встать со стула, повернулась к Сету, который протирал салфеткой несколько стаканов за стойкой. — Спасибо, Сет, кофе, как всегда, вкусный, — солгала голубоглазая, не желая обижать мужчину. — Не за что, — послышалось из-за спины рыжей. *** POV АЙША — …ПОТОМ ОНА КАК ТРЕСНЕТ МНЕ ПО РУКЕ, — Джесси, активно жестикулируя, расска… Нет, орал на всю Ивановскую, мне кажется, уже весь Джексон знает, как они с Диной повздорили. Я лишь тихо смеялась, парню нельзя давать пить, он становится излишне эмоционален. — Не понимаю я вашей женской логики: когда я не убираю, она на меня кричит, а когда я убираю — тоже кричит. — Мужчина разводит руками и делает ещё один глоток крепкой настойки Томми, которую я украла на днях. — У меня таких проблем не было, Эмма — просто ангел, — улыбаюсь вспоминая кареглазую, наливая вторую рюмку. Изначально мы собирались у меня дома, чтобы обсудить подарок для Элли на день рождения. Однако что-то пошло не так, и теперь мы просто беседуем за столом, обсуждая семейные проблемы. Поднимая рюмку вверх и выдаю тост: — Выпьем за женскую логику! — Джесси лишь закатил глаза, поняв, что молодая женщина вообще не воспринимает его всерьез. — Выпьем, — обречённо вздохнул парень и залпом осушил стакан. Его лицо сразу сморщилось, а девушка только прыснула со смеху. — Боже, Джесси, мы же без закуски, как ты можешь так сразу? — Не бери в голову, — махнул рукой парень, приходя в себя. — Лучше бы поддержала меня, дала совет. У тебя ведь тоже есть женская интуиция? — Не знаю, Дина — очень интересная девушка, но мы с ней не так уж много общаемся, сам понимаешь. Возможно, у неё просто месячные? — Я миролюбиво улыбнулась и откинулась на мягкую спинку дивана. — Понимаешь, во время месячных я становлюсь в три раза злее, поэтому стараюсь меньше бывать на улице, чтобы не пугать людей. — Нет, если бы шли, я бы знал, — ответил молодой человек, наливая себе ещё одну рюмку спиртного. — Я думаю, она просто разозлилась из-за того, что поскользнулась. Вот и всё. — Вы, ребята, ссоритесь по любому поводу, — говорю я, наблюдая, как Джесси наливает себе спиртное. — Тебе просто повезло с нашей замечательной медсестрой. Как же ты раньше это от меня скрывала? — У неё, блять, муж есть вот почему мы всё скрывали, — вздыхаю я и протягиваю руку к бутылке, которая, кстати, уже наполовину пуста. — Почему же расстались? Восемь или семь месяцев отношений не просто так же? — Чувства угасли, — неохотно отвечаю я. — Они исчезли спустя четыре месяца после начала наших отношений. Я не знала, как ей объяснить, ведь она слишком добрая для этого жестокого мира. — Как же я ненавижу отношения, особенно если они с теми, кто хорошо ко мне относится, — вспомнив образ блондинки, которая всегда приветлива и добра ко всем. Я залпом выпила рюмку, вспомнив, как это делал азиат. Огненная жидкость мгновенно прокатилась по моему пищеводу, обжигая всё на своём пути. — Вот дрянь! — невольно вырвалось у меня. Парень бросает на меня взгляд, в котором читается неодобрение. Он вздыхает и собирается возразить Айше, как делает это обычно. — Ты просто не нашла ту самую с характером, которая тебе не даст скучать, будет такая же сумасшедшая как и ты. — Как скажешь, Джесси. Я буду только рада. У меня не было секса почти два месяца, — грустно протянула я, вспоминая последнюю ночь. Которая не была такой хорошей, как обычно. — Боже, как ты живешь. — Джесси, не представляешь, меня этот вопрос преследует последние… м-м-м, двадцать три года! — Мы на самом деле сидим, как сплетницы, обсуждаем отношения, вместо того чтобы обсуждать подарок Уильямс. Я поражена! Пробила дно дважды, как говорится. — В любом случае, твой любимый Джон устраивает завтра вечеринку по случаю своего дня рождения в подвале своего дома. Ты же идёшь? — парень с интригой приподнял брови и потянулся к бутылке, но я успела шлёпнуть его по руке. — Хватит, а то Дина снова будет показывать свою женскую логику. — Ты не ответила на мой вопрос, — сказал парень и обиженно посмотрел на меня, а затем на бутылку. Я не смогла сдержать смешок, который разрядил обстановку. — Не хотела бы. Это же Джон, он постоянно пристаёт ко мне, — сказала я устало, поднимаясь с дивана. — Но в то же время там будет Элли. Взяв рюмки в одну руку и бутылку в другую, я направилась к раковине, чтобы положить посуду. — Давай, Айша, я лично проконтролирую, чтобы он к тебе на метр не подошел, а лучше направлю Элли, у нее изгонять нечисть лучше получается. — улыбнулся азиат и продолжил. — Я знаю, ты любишь напиваться и танцевать, а там этого будет навалом. — он снова хитро водит бровями, и снова не сдерживаюсь и смеюсь, оперевшись об столешницу. — Сударь, да вы меня разоблачили. — Все так же стоя у столешницы, я продолжила: — Как же много этих дней рождений, ладно Элли, но ему-то что дарить, путевку в загробную жизнь? — Смешок вырвался с тонких губ азиата. — Боже, подарю запись на прием для удаления татуировки, а-то, клянусь, этот уродливый волк пялится на меня каждый раз, когда я разговариваю с ним. Джесси не может сдержать смех. — Я думал, это только у меня такая проблема. Надо спросить у Кэт, есть ли у неё что-нибудь для сведения татуировок. — Боже, я тебя умоляю, легче руку отрезать, чем свести это чудо. — Джесси хохочет, вызывая у меня улыбку. — А так не дари ты этому придурку ничего. Просто иди и развлекайся. — Я подумаю, — уже спокойно отвечаю. — Боже, с подарками Элли мы так ничего и не решили, тогда предлагаю, как и собирались, так и дарить и будем, по отдельности. — Отлично, завтра прекрасный день — день рождения Джона и Элли. Что может быть лучше? — с улыбкой произнёс парень, вставая с дивана. — Тебя проводить? — Сам справлюсь. *** Я так и не решилась пойти к Уильямс домой. Но зачем? Ведь она, кажется, собиралась на вечеринку, вот там ее поздравлю. Джесси рассказал мне, что Элли не любит праздновать день рождения и предпочитает проводить время со своими друзьями. Поэтому она решила присоединиться к вечеринке Джона. Действительно, зачем устраивать две вечеринки в один день? Подарок, который я приготовила, был превосходным. Глядя на небольшую коробку, меня брала гордость за подарок, словно на ребенка смотрю, который получил первое место на олимпиаде. Хотелось как можно скорее вручить шатенке подарок и наконец увидеть ее реакцию. Так я провела весь день, лёжа на кровати в ожидании вечера. *** Я стояла возле зеркала, рассматривая каждую мелочь своей внешности, делаю это очень редко и порой забываю, как выгляжу. Да и в наши времена прихорашиваться каждый день может только Кэт. Это было первое платье, одетое на мне за долгое время, проведённое в Джексоне. Нежно-голубое платье красиво облегало стройную фигуру. Завязки корсета нужно было подтянуть, чтобы закрепить платье на талии. Потратив около получаса на то, чтобы справиться с завязками, я распустила свои огненные волосы и удивилась, насколько они отросли: теперь они почти доставали до копчика. Небесные глаза делали образ ещё более выразительным, а платье, которое было чуть ниже колена, смотрелось особенно элегантно. Спустившись вниз по лестнице, я взяла в руки подарок, накинула поверх наряда куртку, обувшись, вышла из дома. Вечеринки, подобные этой, старались устраивать втайне от старших, которые не всегда одобряли такие мероприятия с алкоголем и его последствиями, точнее, никогда не одобряли. Однако старшие не были глупыми людьми и понимали, что происходит у них за спиной, но ничего не делали. Я довольно быстро добралась до дома Джона. Обычный небольшой деревянный домик с чердаком наверху. Я подошла к входной двери и увидела табличку, призывающую войти через заднюю дверь, чтобы не привлекать внимания. Пришлось обойти дом и войти через заднюю дверь, где сразу же меня окутала атмосфера веселья. В воздухе витал запах алкоголя, играла музыка, а на проигрывателе был включён винил с лучшими хип-хоп треками 90-х. Я слабо улыбнулась, но потом резко осознала, что в доме собралось довольно много людей — не меньше двадцати. Кто-то разговаривал, кто-то целовался, а кто-то танцевал. — Айша, ты все же пришла — Слышу знакомый голос. Повернувшись мой взгляд ловит уже веселого Джесси, прислонившегося к кухонному столу с привычной до него компанией: Диной и Элли. Он обнимает кудрявую за талию прислонившись лицом к ее макушке, попивая крепкий напиток — Привет! — Подхожу к ребятам, негромко здороваясь. Джесси сразу же протягивает стакан виски, но единственное, что мне хочется сейчас, — это выпить свежевыжатого яблочного сока, особенно после вчерашней настойки Томми, закрепить все это виски? Боже упаси, тогда моему желудку действительно рано придется познакомиться с понятием «гастрит». Да и одной возвращаться домой в нетрезвом виде не очень хочется. — Оу, нет, Джесси, два дня запоя я не выдержу. — У этого виски странный вкус, — сказала брюнетка, сделав маленький глоток. Кудрявая отпрянула от парня, посмотрев на Элли, которая спокойно попивала крепкую жидкость. — В виски имбирный сок, Сэт тоже так делает, вкус напитка будто становится ярче, — говорит шатенка, допивая содержимое в стакане. — Как мне кажется. — Как по мне, только хуже, — усмехается Дина, не отводя взгляда от зеленоглазой. — Джесс, тебе, кажется, понравилось. Я не буду пить эту гадость, — с отвращением говорит брюнетка и отдаёт стакан парню. — Может, выберем что-нибудь другое? — предлагает парень своей спутнице и уводит её в угол комнаты, где стояли напитки. Я лишь провожаю парочку взглядом, а затем, повернувшись иммунной, улыбка невольно расцветает на моем лице. Приближаюсь к зеленоглазой девушке, прислоняясь к стойке. Элли полностью поворачивается ко мне, открывая полный обзор на свое загорелое лицо, на котором круглый год шествуют веснушки. — Держи, — протягиваю небольшую синюю коробку шатенке, наблюдая за ее реакцией.— С восемнадцатилетием! — Спасибо — девушка удивилась, принимая подарочек, слабая улыбка скользнула по ее лицу. — Открою? — Конечно, — усмешка непроизвольно вырвалось у меня с губ. Элли развязывает маленький бантик на коробке и открывает её. Внутри она обнаруживает плеер ярко-красного цвета. Мне пришлось немало потрудиться, чтобы заменить наушники на более привлекательные и рабочие, а то прошлые еле как работали, звук почти не доносится с наполовину сломанных наушников, также пришлось покрасить плеер в красивый оттенок. И это определенно того стоило.Уильямс удивленно подняла брови. — Это плеер? — девушка расплывается в улыбке и спряталась в моих объятиях. Мои руки ложатся на плечи Уильямс, нежно их поглаживая, в лицо на макушку. — Спасибо большое. Этот вечер мог бы и дальше продолжаться с таким же приподнятым настроением. Но тут объятия обрывает голос второго именинника, который уже не совсем трезв. — Дамы, можно присоединиться к вам в тесную компанию? — раздаётся неподалёку от девушек. Мне удается вздохнуть, прежде чем повернуться к парню, встречаясь с его карими глазами. Джон выглядел весьма… паршиво. На его серой облегающей майке были видны разводы от разных напитков, а большое пятно расположилось прямо посередине. Зелёные штаны, которые я видела на парне всего три дня назад, теперь выглядели не лучшим образом. Одна штанина была порвана, а капли от шампанского стали новым украшением этих ранее неплохих штанов. Всё его поведение и слова указывали на то, что он был сильно пьян. Смотря на состояние парня, Уильямс невольно закатывает глаза, убирая руки в карманы, и отводит взгляд на выход с этого дурдома. — Нет, нам вместе вроде неплохо, — отвечает Элли, попивая напиток, даже не смотря в сторону парня. Но Джон не воспринял слова шатенки всерьез, а только усмехнулся: — Элли, и тебя с днем рождения, — пытаясь обнять девушку, которая еле как уворачивается от тактильных приемов брюнета. — С днём рождения…уб — «ублюдок» — чуть не сорвалось с языка, но зеленоглазая вовремя сдержалась, прикусив его, и окинула Джона быстрым, гневным взглядом. Они никогда не были близки, чтобы парень смог так бесцеремонно ее обнять.Но Джон только отпрянул от Уильямс переводя взгляд на меня. В пьяном состоянии он был очень даже смешон, но признаться честно от таких людей всегда стоит держаться как можно дальше, кто знает, что в следующий минуту взбредает ему в голову… Парень с улыбкой подошёл ко мне. Его рука скользнула по моей талии, прижимая ближе к себе. Твердая рука скользнула по животу, а легкая щетинистая щека брюнета коснулась моей шеи, горячее дыхание обжигало кожу. В тот момент я будто разучилась дышать, моё тело словно онемело, не желая двигаться дальше. — Раз уж ты не принесла подарок, можно мне получить поцелуй в честь дня рождения? — спрашивает брюнет, переводя взгляд на слегка подкрашенные губы. Я в ужасе отпрянула от мужчины. Никогда прежде ни один мужчина не позволял себе приближаться ко мне так близко и нарушать мои личные границы. — Джон, ещё раз так сделаешь… — Я осеклась, не желая продолжать разговор с пьяным человеком. Мне хотелось как можно скорее закончить эту неприятную ситуацию. — Милая, всего один поцелуй, и ты забудешь о своей ориентации навсегда, — брюнет не унимается и приближается к девушкам ближе, он похож на сильного волка, который поймал двух зайчат в ловушку. Только правда в том, что волк беззубый, а два зайца заразны бешенством. Элли вышла вперед отталкивая парня, смотря на растерянные лицо подруги . — Кажется, она сказала «нет», приятель, — говорит иммунная, стараясь сохранять спокойствие и рассудительность. Парень лишь вздыхает, смотрит на шатенку с ног до головы. Вероятно, он не понимает, в чем провинился и почему вызвал у девушки такую реакцию. Он уходит молча, тихо, без вопросов, оставляя девушек вновь наедине друг с другом. Видимо, Джесси тогда был прав — у зеленоглазой хорошо получается отгонять нечисть. Как только Джон развернулся тяжелый вздох сошел с моих губ, глаза резко поднялись к потолку « Как он заебал». Перед глазами всё плыло, и только воспоминание о том, как брюнет прикасался к моей талии, вызывало у меня дрожь во всём теле. Сжав челюсть от накопившейся злости я чуть не треснула рукой по столешнице, сегодня точно нужно будет выпустить пар. — Спасибо, — кидаю я шатенке. Уильямс кивнула, убирая подарок со столешницы и кладя его в задний карман джинс, прежде чем сделать глоток виски. — Боишься мужчин? — спросила зеленоглазая. — Не то чтобы боюсь, — я нервно отвожу взгляд от девушки, не выдерживая зрительного контакта, всё же эта тема одна из самых трудных, ведь на самом деле были случаи куда неприятней этого. — Я не знаю, что можно ожидать от пьяного мужчины, даже если сильно хорошо его знаю и доверяю ему. — Так поступил Роджер? — Вторая пуговица на клетчатой красной рубашке расстегнулась, приоткрывая часть тела шатенки. Уильямс не обращает на это внимания, ожидая ответа рыжеволосой. Мой взгляд невольно задерживается на маленьком оголенном участке кожи. — Так поступил мой отец, — говорю я и все же тянусь к пакостному имбирному напитку. — У тебя пуговица оторвалась, — указывая пальцем на оголенный участок кожи, я почти дотронулась до него, но вовремя убрала руку под пристальный взгляд шатенки. Уильямс лишь улыбается, расстегивая первую, открывая вид на явно выступающие ключицы. Виски с имбирём обжигает мои внутренности, заставляя забыть о пережитом позоре. — Ты будто не могла пошевелиться — Элли не собирается заканчивать эту тему, ей действительно интересно, что произошло в прошлом с рыжей. — Да, со мной так иногда бывает. — Теперь точно не буду брать тебя на патрулирование. — Эй, я тебе больше ничего не расскажу, — ставя стакан на стойку, говорю я, наблюдая за улыбающимся лицом Уильямс. Мне было очень хорошо с веснушчатой. В её присутствии я не стеснялась своей уязвимости, не боялась говорить о прошлом, о Роджере, об отце и Майли. Я раскрылась перед ней почти так же, как и она передо мной. И теперь зеленоглазая знала обо мне гораздо больше, чем Мария или Томми. Эмме же всегда было трудно говорить о своих переживаниях, она не знала о моем прошлом и как-будто оно ей и не сильно было интересно. С Конелл нельзя было быть слабым, ее все время хотелось оберегать, защищать, казаться сильнее, чем ты есть на самом деле, возможно, это и погубило наши отношения, которые с самого начала были обречены. — Онемеешь еще, когда меня зараженный хавать будет. — Она отпивает напиток, чувствуя себя уже в легком, нарастающем опьянении. Я лишь хмыкаю, переводя взгляд на Джона, который время от времени пятился в нашу сторону, и, признаться честно, это меня сильно напрягало, особенно его присутствие в одном помещении со мной. — На самом деле такое бывает только с мужчинами, — признаюсь я шатенке. — В первый раз, когда мой отец меня потрогал, мне было девять? Или восемь, именно тогда я впервые оцепенела, замерла в бездействии, не зная, что мне делать и как на это реагировать. — Потрогал, в смысле… — Элли не успевает договаривать, я лишь киваю ей в ответ, смотря, как в удивлении расширяются изумрудные глаза. — Пиздец. Виски с имбирным соком — напиток не самый приятный на вкус, но он дарит ощущение независимости и свободы, а также лёгкую туманность. Я была гораздо трезвее шатенки, потому что это был мой первый бокал виски, а у неё, кажется, четвёртый или пятый. Не помню точно… Сколько бы я ни смотрела на открытые ключицы девушки, меня никогда не охватывало возбуждение, как это было с Эммой. Не буду спорить, Элли выглядела горячо. Её выпирающие косточки, блестящие от пота, были очень привлекательны, а приятные черты лица лишь усиливали симпатию к ней. Но я никогда не испытывала сексуального влечения к Уильямс и даже не думала об этом. Она была слишком юной для меня, хоть и не по годам развитой. Она была очень смелой и рассудительной, а в наше время таких людей мало. Она была особенной — той, с кем просто хотелось общаться. Её изумрудные глаза всегда светились улыбкой, а голос был нежным и приятным, словно согревал сердце. На данный момент Айша могла сказать, что Элли — ее хороший друг, которому она хочет доверять. Джон же не отрывал взгляда от тоскующей парочки. Дина и Джесси снова куда-то пропали, скрывшись от ненужных глаз. — Может, ты хочешь уйти? — спрашивает Уильямс, косясь на брюнета, который стоял вдали от нас и время от времени оглядывал нас. — А то Джон не унимается, как бы снова не подошел. — Не хочу уходить, здесь так хорошо — говорю я с улыбкой и откидываю голову назад. — Он меня раздражает только потому, что тот момент напомнил мне кое-что… *** Темно, сыро и тихо. Лишь мой нос улавливает скопление влаги в одном месте. Мы находились в подвале нашего дома, а точнее — в бункере в Калифорнии. Роджер и Майли были далеко, я даже не знаю где. Кричать бессмысленно. Он нашел меня. Ледяные руки коснулись моей обнажённой талии, а горячее дыхание обожгло шею. Мужчина бесцельно блуждал руками по моему телу, иногда задерживаясь на ранах. Тогда он надавливал на них, и на коже появлялись капельки крови. Я же, как кукла, стояла неподвижно, боясь пошевелиться или что-то сказать. Руки отца зашли под топик, стягивая ткань с тела. — Аи, глаза у тебя как у твоей матери, — прошептал мужчина, целуя дочь в губы, он не ждал ответа, он понимал, что она его боится, он знал, что ему ничего не будет. *** — Мой отец — ужасный человек, — сказала я, вспоминая прошлое. Меня передёргивало при одной мысли о нём. Я была рада, что теперь я в безопасности и сама могу решать, как мне жить. — Я бы его убила. — заключила шатенка, по ее голосу уже было понятно, что та была пьяна. — Где ты там говорила он обитает? В Калифорнии? Завтра едем. — девушка вздернула нос, косясь на подругу, которую только умиляла эта картина. — Глупая, кого ты там уже убивать собралась? — переводя взгляд в пьяные зеленые глаза, которые прямо шастали по моему лицу. — Элли Уильямс, ты пьяна? — поддразниваю ее. — Нет, это мой первый стакан виски, — говорит шатенка, закатывая глаза. — Лгунья, — я прикусываю щеку, пытаясь сдержать улыбку, прежде чем опустить взгляд на стакан, который Элли держала в руке. — Выйдем на улицу? А то с меня три ручья текут, — я беру девушку под руку, выводя из душного помещения. Мы выходим на улицу через парадный вход. У Джона такое же крыльцо, как и у всех остальных домов, поэтому мы садимся на первую ступеньку. Я достаю пачку сигарет, которую недавно стащила у Томми вместе с настойкой. Выбрав тонкую сигарету, подношу её к губам и ищу в сумке зажигалку. — У меня есть, — говорит Уильямс, поднося зажигалку к сигарете, зажигая ее. — Спасибо. — Выдыхая остатки никотинового дыма, который уже бурно блуждает по легким. — Будешь? — Я протягиваю девушке тлеющую сигарету. Она аккуратно берет ее, втягиваясь. — Как думаешь, мы доживаем до старости? — выдыхая дым, спросила шатенка, отдавая обратно сигарету ее обладательнице. — Очень глупый вопрос, — я улыбаюсь, понимая, что у Элли шансов выжить намного больше, чем у всего Джексона вместе взятого. Нас окружала непроглядная тьма. Я поднесла к губам тлеющую сигарету. Из подвала дома доносилась музыка, но она не нарушала атмосферу, а лишь создавала дополнительный уют. — Почему глупо? — Ты точно доживешь до старости, а я со своей везучестью не уверена, что и до тридцати доживу, — смеются, выдыхая дым и туша сигарету об ступеньку. — Доживешь, ну до тридцати точно. — Уильямс похлопала по моему плечу. Шатенка замолчала, переводя взгляд от моего лица в кромешную темноту. Вдали виднелись лишь маленькие огоньки фонарей, освещавших город. Так мы и просидели почти до самого утра.