Часть 82.4
30 января 2025 г., 02:24
Роберт привёз Кейтлин ближе к вечеру.
— А ты что тут делаешь?
— Прилетел обратно.
— Денег то хватит так летать каждый день?
— Хватит. Не твоё дело.
— Пока, Кейтлин.
— Пока, дядя Роберт!
Джеймс закрыл дверь и подхватил Кейтлин.
— Скучала?
— Отпусти. — Начала смеяться и пинаться Кейтлин.
Джеймс заметил у неё в руках сок.
— Давай помогу открыть.
Следом последовал оглушительный детский крик, на которой выбежала Эмма.
— Я сама!
— Джеймс, отпусти ребёнка.
Джеймс отпустил Кейтлин и, она тут же убежала наверх.
— Я говорил, она меня не любит. — Прошептал Джеймс.
— Это кризис пяти лет. Она просто чувствует себя очень взрослой и хочет делать всё сама, а потом разочаровывается, что у неё не получается. Засекай минуту.
Джеймс поставил секундомер. Эмма была права, Кейтлин прибежала к ним через минуту.
— Помоги. — Сказала она и дала Эмме баночку сока.
Эмма усмехнулась, что дочь попросила помощи у неё, а не у Джеймса, покрутила баночку и сама не смогла открыть. Джеймс тут же протянул руку. Эмма отдала ему баночку.
— Конечно, сейчас открою. — Сказал Джеймс и не смог открыть. — Что за х… Подождите, руки скользят.
Джеймс подошёл на кухню и попытался открыть полотенцем. Ничего не вышло.
— Эмма, иди сюда. Держи банку.
Эмма стала держать банку, а Джеймс прокручивал в другую сторону. Банка не поддалась.
— Ебучий случай… — Прошептал Джеймс. — Этот гранатовый сок, он вообще запечатанный?
— Его дядя Роберт закрыл. — Сказала Кейтлин.
— Дорогая, я всем сердцем люблю твоего брата. — С иронией сказал Джеймс. — Я к твоим родителям.
Джеймс быстро оделся и перешёл дорогу. Дверь открыл Эндрю.
— Нет времени объяснять, откройте. — Сказал Джеймс, передав банку.
Эндрю попробовал покрутить, но ничего не вышло.
— Что ты сделал с банкой? — Сразу же спросил Эндрю.
— Это Роберт закрыл.
Они прошли на кухню. Эндрю проткнул крышку открывашкой и вылил содержимое в кружку.
— Чёрт… Это гениально.
— Ещё бы. Не первый год живу. Это ваша кружка, забирай.
— Отлично. Приятного вечера.
Джеймс пришёл обратно и отдал кружку Кейтлин.
— Эндрю сделал это немнооого по-другому. Мне кажется Роберт её приклеил или что-то из этого… — Джеймс глянул на Кейтлин, которая притихла. И правильно сделал, потому что девочка пролила сок на себя.
Она заметила, что Джеймс увидел это и глаза сразу же намокли.
— Пойдём переоденемся. Ничего страшного, отстирается. — Сказал Джеймс, понимая насколько сложно будет отстирать гранатовый сок.
— Я сама. Я всё уберу. — Сказала она.
— Солнце, послушай папу. Переоденься. Потом приберём вместе.
Кейтлин кивнула и убежала в свою комнату.
Джеймс хотел убрать лужицу, но Эмма остановила его.
— Подожди её. А то истерику закатит.
— А ведь она когда-то даже сама перевернуться не могла. — Улыбнулся Джеймс.
— Всё ещё помню, как ты мучался с кнопками на одежде, когда она научилась ползать.
— Она не могла полежать спокойно! Скучаю по тому времени. Она была чертовски милой. Не хотел сказать, что она сейчас не милая, но тогда она была беззащитной. Хотелось укрыть её от всего мира.
— Джеймс, я тебя очень ценю. Ты хороший муж и отец.
— Я тебя тоже люблю и ценю.
— Я пойду прилягу, не очень хорошо себя чувствую.
— Что такое? Может выпьешь что-то? Где болит?
— Всё нормально, полежу и всё пройдёт.
— Почему раньше не легла? — Спросил Джеймс и тут же подватил её под коленями и поднял на руки.
— Я могла и сама дойти.
— Слушай, я с тобой не первый год. Ты терпишь до последнего. Я волнуюсь так-то. И мне не сложно. — Сказал Джеймс доставив её до кровати.
— Спасибо, любимый. Я полежу и приду к вам.
— Не знаю, что у тебя болит, но лежи тут и не двигайся. Ребёнка накормлю, спать уложу. Что-то надо будет позвони.
— Хорошо.
Джеймс быстро поцеловал её и пошёл на поиски Кейтлин. Та уже вытирала лужицу. Получилось очень хорошо. Джеймс только ещё раз прошёлся тряпкой, чтобы убрать липкий след.
— Умница. А теперь ужинать.
Джеймс разогрел ей и себе покушать. Потом помыл посуду, пока Кейтлин ушла чистить зубы. Поднявшись наверх, он хотел почитать ей сказку, на что девочка сказала:
— Я взрослая. Мне не нужна сказка.
— Хорошо. Спокойной ночи! — Сказал Джеймс и поцеловал её в лоб. — Ночник включить.
— Да.
Джеймс включил ночник и вышел из комнаты. В свою спальню он заходил максимально тихо, думая, что Эммы спит.
— Я не сплю.
— Что у тебя болит?
— Да голова что-то болит и слабость… Утром живот крутил, может отравилась.
— Против головы может что-то?
— Успокойся, Джеймс. Уже всё выпила. Ляг лучше, не мельтеши.
— Хорошо-хорошо. — Сказал Джеймс, но пошёл в ванную — принять душ, перед сном.
Потом сразу же залез в кровать.
— Рыжик. — Сказал он кладя голову к ней на плечо.
— Что?
— Я не хочу в Лос-Анжелес. Давай я просто останусь тут и брошу спорт.
— Нет. Нельзя.
— Как я могу оставить тебя тут одну, зная, что тебе плохо?
— Я не одна. Напротив живут мои родители.
— Может нужно в больницу?
— Всё уже почти прошло.
— Знаешь что?
— Что?
— Я тебя люблю. — Сказал Джеймс и обнял её.
— Я тоже тебя люблю.
