Цербер Министерства магии

Поттер и не надеялся, что с Малфоем будет легко. Но когда надменный ублюдок встал в позу и отказался идти с ним в банк, у Гарри чуть не сорвало крышу. Это будет даже сложнее, чем он думал. Что ж, к вызовам давно привык — вся жизнь на это была. Для каждого человека Поттер научился находить свои рычаги воздействия. Кто-то вёлся на вежливость и образ героя, кто-то покупался на оголённый флирт. С кем-то было сложнее: приходилось действовать скрытно, подключать обман, угрозы или общих друзей. А на кого-то и угрозы не действовали — тогда Гарри выбирал жёсткие действия. Но с Малфоем… он как будто стоял перед замочной скважиной и никак не мог подобрать ключ. Драко мало чего боялся. У него почти не было друзей, а из близких осталась только мать, на которую Гарри и сам не хотел бы давить. В глубине души даже переживал, что хоть заикнись он при Нарциссе об угрозах, та бы плюнула ему в лицо. Несгибаемая семейка. Единственный ключик, который удалось подобрать, прятался в кармане мантии. Очевидно, после сожительства с Тёмным Лордом у Драко появился триггер на змей. Но угрожать Джеймсом тоже особенно не получится: Малфой нужен живым и здоровым, а даже один укус эфы мог обернуться дыхательным параличом, кровотечением из глаз и носа, а после и летальным исходом. Джеймсу Малфой явно не очень нравился — придётся держать змею подальше. К счастью, что-то на этого ледяного ублюдка всё-таки подействовало — то ли агрессивное шипение, то ли открытая демонстрация силы. Драко пошёл за ним, правда, скорчил такую мину отвращения, что Гарри едва удержался от того, чтобы не кинуть в надменное лицо Сектумсемпру. По дороге пришлось включить большого босса и прочитать долгую лекцию о новых правах Драко Малфоя. Чисто технически он не находился в прямом подчинении Поттера, но бумажки редко отражают реальность. Видя по напряжённым скулам, как тяжело Малфою даётся новая роль, Поттер толкнул его в тёмный проём Косого переулка и подключил дополнительные рычаги мотивации. Они тоже слабо подействовали. Это начинало бесить. Он уже попробовал всё: угрозы, безвыходное положение, подкуп деньгами, свободой, карьерой… ни одно слово не вызывало хотя бы тени воодушевления на высокомерном лице. Он всё делал из позиции ебучего одолжения. Задыхаясь от жары даже под октябрьским ветром и читая нотации, Поттер закипал. Драко смотрел на него сверху вниз. Вечно этот блядский взгляд из-под ресниц, как будто ему вообще плевать, умрёт ли в следующую секунду. Закончив перечислять список преимуществ совместного сотрудничества, Гарри выдохся. Тело горело, хотелось залить в себя ведро зелья. Он протянул ладонь, надеясь добиться хотя бы согласного рукопожатия, но держать пришлось долго. Малфой мысленно прикидывал за и против, а Поттер терял терпение. Невольно вспомнил их встречу в стенах Хогвартса на первом курсе, когда Драко так же протянул руку, но Гарри так же не пожал её в ответ. Наконец, спустя бесконечно долго ползущие секунды, Малфой с хлопком ударил по ладони. И тут Гарри почувствовал что-то странное. Жар мгновенно отступил. Ему стало легче, прохладнее. Пальцы Драко были морозными, и за ту секунду, что они пожали руки, Гарри словно с головой окунулся в ванну со льдом. Это было… приятно. Облегчение разлилось по венам, он едва удержался от вздоха. Малфой отшатнулся, как ошпаренный. Краем сознания Поттер даже пожалел, что рукопожатие оказалось таким коротким. Прохлада отступила, но и жар не спешил возвращаться. Что это была за херня? Гарри решил, что разберётся с этим позже. Часики тикали. Они вышли из ниши и добрались до банка. Поттеру нравилось наблюдать за удивлением в серых глазах, когда они открыли хранилище. Пока он посвящал бывшего врага в свой план, временами залипал на татуировку выползающей из черепа змеи. Поттер отметил, что Драко был не просто худым — он был крепким и сухим, мышцы туго натянуты под бледной кожей. А ещё подлецу была к лицу эта мантия. Но потом всё пошло не так. Всё, блять, было не так! Малфой растоптал его план, прошёлся по нему туфлями, как по сгоревшим углям, растирая в пепел. От истории про Регулуса вообще развезло, Поттер почувствовал себя потерянным щенком. Его обыграли в собственной партии. Проклятая слизеринская хитрость извернулась змеёй и укусила прямо в лицо. Но больше всего Поттер обалдел от того, как быстро Малфой вывернул всё в свою пользу. Да уж, он знал, что будет непросто, но не догадывался, что настолько. Зато он, наконец, увидел ту самую искру воодушевления. Нащупал нужный рычаг. Ничто так не мотивировало Драко Малфоя, как сладкий вкус победы. Была только одна проблема. Гарри не мог позволить ему победить. — Теперь тебя должно волновать вот что. Сколько золотых хранилищ Гринготтса ты готов заплатить за одну маленькую побрякушку, которая сделает тебе карьеру? И сколько готов докинуть сверху за моё молчание? Огонь вернулся в вены. Захотелось курить, и он не стал сдерживаться. Плевать, что Малфой увидит его нервы — он и без того стоял с таким видом, будто выиграл кубок по квиддичу. Когда Поттер подошёл ближе, заметил, что Драко напрягся. Всё-таки боишься? Хорошо. Гарри протянул руку и, глядя Малфою в глаза, запустил пальцы в карман собственной мантии, что покоилась на чужих плечах. Драко замер и задержал дыхание. Поттер вдохнул поглубже, успокаивая пылающую голову. В нос ударил запах сочных зелёных яблок, лайма, бергамота, мяты и солёного моря. Как прохладное мохито на раскалённом пляже. Гарри нащупал в кармане портсигар, вытащил его двумя пальцами и поднёс к лицам, показывая, что бояться нечего. Драко расслабился, напряжённые плечи резко опустились. И всё-таки состояние страха, которое он тщательно скрывал, оказалось замеченным, и ощущение долгожданной власти в ситуации лизнуло раненное самолюбие. Он нащупал ещё один рычаг. Очень хорошо. Значит, будем играть в эту игру. Поттер достал сигариллу, зажал между зубами и щёлкнул пальцами, создавая искру в воздухе беспалочковой магией. Затянулся и прикурил, с интересом разглядывая лицо напротив. Серые глаза бегло оценили угрозу снизу вверх. Гарри выдохнул горячий дым из лёгких, и Драко нахмурился, но не пошатнулся, выдерживая ореол кофейного табака. Сигариллы были куплены у тёмного мага, поэтому дым, как живой, обвился вокруг тонкой шеи. Гарри проскользнул взглядом по бледной коже под расстёгнутой верхней пуговицей рубашки, захлопнул портсигар и, снова зажимая его между указательным и средним пальцем, потянулся к карману. Они были слишком близко. Ещё несколько миллиметров, и коснулись бы друг друга. От слизеринского принца веяло прохладой. Портсигар скользнул обратно в карман, и, вытаскивая руку, Гарри случайно задел бедро Драко через ткань. Малфой не вздрогнул, не отшатнулся и никак не подал виду, что его это волнует. Но Гарри наблюдал внимательно и видел, как сжалась челюсть, а дыхание на секунду замерло. Серые глаза, устремлённые в его собственные, слегка прищурились. Гарри отошёл на шаг назад и снова затянулся своим успокоительным. Испытание закончилось, этот уровень игры был пройден. — Чего ты хочешь? — выдохнул Поттер. Малфой взмахнул рукой, отгоняя дым. Тот развеялся, отступая от бледной шеи. — Для начала, всё то, что ты уже предлагал мне сам. Хорошую должность, безопасность, снятие ограничений с нашей семьи, гонорар за работу… — пожал плечами Драко. Гарри удивился и склонил голову набок. Всё не могло быть так просто. — Для начала? — уточнил брюнет. — Для начала, — кивнул Драко. — Но это всё будет с другой позиции. Ты скорей переступишь через мой труп, чем начнёшь помыкать мной, как своими дружками. Этого не будет. У нас взаимовыгодное сотрудничество. И как только мы с этим разберёмся, считай, что договор выполнен. Я больше не хочу пересекаться с тобой. Ты отвалишь от меня и моей семьи раз и навсегда. — Не пойдёт, — Гарри снова затянулся, стряхивая пепел прямо на пол, и покачал головой. — Я планирую сделать тебя значимой фигурой в бюро магического законодательства. Мне нужна будет твоя рука, направляющая международные законы, и голова, раздающая советы Визенгамоту. Ты станешь охуительно большим вложением денег и времени. Я не смогу просто тебя отпустить. Как бы мне самому этого ни хотелось. — Тогда до самого конца. Сколько бы лет это всё ни заняло, пока мы сотрудничаем, сотрудничаем взаимовыгодно. Я не твой мальчик на побегушках. Мы партнёры. — А если нет? — ощетинился Поттер. — А если нет, то ты будешь моим мальчиком на побегушках. Иначе никакого кольца. И единственным советом, который я дам Визенгамоту, будет прогнать тебя перед судом под сывороткой правды. Так больше нравится? Поттер едва не зарычал. — Значит, партнёры. — Хорошее решение. Значит, партнёры. Идём дальше по списку. Драко оглядел хранилище, выдержал задумчивую паузу, а потом кивнул на стены. — Плюсуй вот это. — Целиком? — Поттер закашлялся дымом. — Целиком. И ещё. Поттер облокотился о прохладную стену. Ему стало хуже, обруч горящей боли сдавил голову, перед глазами заплясали алые вспышки. Этот питон его в могилу сведёт. С чего он вообще решил, что взять Малфоя на короткий поводок — это хорошее решение? — Что ещё-то? — обреченный вздох вырвался из груди. — Всё, что хранится в Мэноре, остаётся в Мэноре. Я благосклонно подарю тебе кольцо, но больше ничего ни ты, ни твои псы не тронете. Поттер оказался загнанным в угол. Он вдруг почувствовал, что очень устал. Проклятый Малфой, как ебучий дементор, выкачивал из него энергию. Был ли у него выбор? Нет. Он может угрожать Малфою сколько влезет, но тому нечего было терять. Если Гарри лишит его места в Министерстве, то Драко во все газеты раструбит заманчивые подробности нового законопроекта. И кольца ему не видать, так что и план по сути обречён. В Мэнор без согласия владельцев и ордера от суда можно попробовать войти, но выйти… разве что трупом. Может, проще было бы убить его прямо здесь? Нормальный такой выход из ситуации. Гарри всерьёз задумался. Убрать Малфоя прямо сейчас казалось самым простым решением. Никаких свидетелей, да и никто не хватится Пожирателя смерти, когда Поттер и Уизли легко заметут следы. Впрочем, кольца Фабио Бенедетти ему тогда не видать… Поттер решил сыграть. — Как я могу тебе верить? — Никак, — Драко пожал плечами. — Как и я тебе. Но можешь опять наложить это своё заклинание, раз у нас нет третьего, чтобы закрепить непреложный обет. Сквозь пульсацию крови в висках Гарри, кажется, потерял суть разговора. Он удивлённо уставился на Малфоя. — Какое ещё заклинание? — Откуда я знаю, какое? То, что наложил в Косом переулке, когда заставил пожать тебе руку. Не знаю, что это было, но о таких вещах в магическом мире принято хотя бы предупреждать. Гарри проморгался, непонимающе оглядывая Драко. Тот плотнее закутался в мантию. Видимо, в подземелье было холодно, но для вечно горячей крови в венах это ощущение было неведомым. — Я не накладывал никаких заклинаний. — Что? — непонимающе переспросил Малфой. — Что? — отзеркалил Поттер. — Я не такой ублюдок, чтобы брать магическое согласие человека без его ведома. Это незаконно. — Хочешь сказать, это впервые, когда ты сделал что-то незаконное? — съязвил слизеринец. — Блять! Малфой! С чего ты вообще это взял? — Поттер перешёл на крик, запуская свободную руку в волосы. Драко замолчал и оглядел гриффиндорца с головы до ног. Он что-то прикинул в уме, потом перевёл пустой взгляд на стену. — Ладно, забей. Тогда можешь просто поверить. Кажется, это в наших общих интересах. Поттер чувствовал, что больше не может продолжать этот разговор. Он устал. Дьявольски. Ему нужно было зелье, огневиски и холодный душ. Затушил сигариллу о стену и закатал рукава лонгслива. Подошёл к Малфою, вдохнул запах холодного мохито и протянул руку. Вытатуированная змея проскользнула по предплечью, обвила его кольцами и уложила голову на запястье. Драко скривился, глядя на заколдованное тату, но похожим жестом закатал рукав мантии, обнажая метку Пожирателя. Две татуировки промелькнули в воздухе, ладони схлопнулись. — Учти, Малфой, — Поттер сжал ладонь почти до хруста, дёрнул за руку, притягивая Малфоя ближе, и гортанно прошептал нос к носу, — если задумаешь меня предать, мы ляжем в одну могилу. — Взаимно, Поттер, — прошипел Малфой, скривившись от боли. Ледяной принц выдернул руку и оглядел ладонь, сжал и разжал пальцы. Гарри удивлённо отметил, что боль вновь отступила от головы, жар испарился с кожи, будто его накрыли холодным мокрым покрывалом. Внезапно стало легче. Второй раз за день, и второй раз после этого ледяного рукопожатия. Только полный идиот не связал бы это в цепь. Что за херня творится?

***

Ему снились зелёные яблоки. Блестящие, сочные, налитые спелостью. Он знал, что яблоки были замороженными. Непонятно, откуда, но, как в любом сне, он просто знал это. Они были холодными, почти покрытыми ледяной корочкой. К одному из яблок потянулись длинные пальцы. Аристократичные, бледные, тонкие, с идеальным маникюром. Они плотно обхватили яблоко и поднесли к лицу. Белые зубы откусили хрустящую мякоть, сок брызнул из-под зелёной кожицы. Он почувствовал голод. Он хотел эти яблоки. Откуда-то из-за спины послышалось зловещее драконье рычание. Зверь гортанно ревел над ухом, а голод всё усиливался. Пальцы отпустили яблоко, и оно упало на землю. Он перевёл взгляд на губы напротив. С них стекал кисло-сладкий сок. Дракон сзади взорвался рёвом. Губы растянулись в злорадной ухмылке. Бледно-розовые. Голод стал нестерпимым, и он вдруг понял, что хотел не яблоки. Ему хотелось сожрать эти губы, жадно впиться в них зубами и оторвать кусок плоти. В носу стоял запах ледяного мохито. Гарри проснулся в горячем поту. Дыхание сбилось, он не мог отдышаться, в горле разгорался пожар. В комнате было душно, хотя вентиляция работала на всю и отопление никто не включал. В темноте потянулся к тумбочке, нащупал стакан с водой и залпом осушил его. Перед сном тот был полон льда, а сейчас там плескалась только еле прохладная вода. Он призвал очки беспалочковой магией, натянул их на переносицу и взглянул на часы. Четыре сорок пять утра. Вчера было то же самое. И позавчера. Тот же самый блядский сон, который разбудил его среди ночи, а ведь он и лёг за полночь. Кошмар ушёл, оставив только безумный голод и жар на коже. Поттер поморщился, перед глазами стояла капля сока на бледно-розовых губах. По коже восьмилапыми пауками пробежали орды мурашек. Он с силой поднял себя с кровати, переоделся в спортивный костюм и на лифте спустился в общий для дома спортзал. Здесь никого не было в такой час. Загоняв себя ударами по боксёрской груше до онемевших конечностей, Поттер принял ледяной душ и почувствовал капельку жизни. Не хотел думать об этом сне, повторившемся уже трижды. Не хотел думать ни о чём, что было связано с запахом мяты, бергамота и зелёных яблок. Это может стать проблемой. Глубоко погружаться в эту мысль не стал и отвлёк себя завтраком. Ещё в среду вечером Гарри заставил Кикимера рассказать всё, что тот знал о связи Регулуса и Фабио, и домовик неохотно поделился подробностями. Слова Драко были правдой до каждой грёбаной буковки. Оставалось ещё разгадать тайну с рукопожатиями. За два рабочих дня Поттер с кем только ни здоровался за руки, но реакция больше не повторялась. Удушающая жара почти не покидала его. Не осталось сомнений, что приступы прохлады были как-то связаны именно с Малфоем, но как именно, Гарри не мог понять. Нужно было посоветоваться с доком — может, Боунс что-то подскажет. Но не сегодня. Сегодня была суббота, парни не виделись со среды в Гринготтсе. Они договорились на выходных отправиться в Малфой Мэнор за кольцом. Драко, конечно, был против того, чтобы Поттер совал свой нос в родовой тайник, но даже этому ледяному ублюдку пришлось идти на уступки. Самым быстрым и незаметным способом добраться в поместье был портключ в квартире Драко, и он был вдвойне недоволен тем, что Поттер побывает сразу в обоих его домах. После завтрака Гарри переоделся и спустился на парковку. Машин здесь было мало — маги предпочитали другие средства перемещения, но у Поттера были некоторые магловские пристрастия. Чёрная ферра приветственно пикнула. Гарри завёл мурчащий мотор и вырулил в город. По пути заехал в магазин и купил два мобильника: маггловское средство связи, как и магловскую машину, невозможно было отследить. Иногда Поттер был благодарен своему детству у Дурслей, потому что всё ещё держал руку на пульсе немагических технологий и не страшился пользоваться благами цивилизации. Он давил на газ и маневрировал между машинами, нарываясь на сигналы и недовольные крики, но все они быстро исчезали в зеркале заднего вида. И пока Гарри пытался сосредоточиться на дороге, перед глазами стоял расстёгнутый ворот белой рубашки и кольцо дыма, обхватывающее бледную шею, а в носу свербил запах мяты и зелёных яблок. Сегодня его ждал новый уровень в этой игре на выживание.