Арлеккино

«Ты подумал над моим предложением?» — было написано красивым каллиграфическим почерком на желтоватом листе в серую полосочку. Гарри не переставал удивляться тому, как его друг по-переписке так выводит все эти буковки. «Я бы заманался уже на «Ты», честное слово,» — проскользнула мысль, когда он взял в руку отложенное перо и написал:

«Нет»

Коротко и лаконично. И без завитушек. «Нет — не думал или нет — не согласен?» — ответили ему спустя несколько секунд.

«Второе»

Собеседник замолчал. Гарри с минуту смотрел на следующую пустую строчку и думал, что возможно был слишком поспешен, ведь учитывая ритм его жизни времени на подумать действительно не было. Но с другой стороны — о чем тут думать? Встреча лицом к лицу спустя четыре года переписки? Это было настолько же желанно насколько и волнительно. Причем волнительно не в хорошем смысле этого слова. Парень нахмурился, поднося перо к бумаге и тут же отдернул руку. Нет, он же не сделал ничего такого, зачем ему оправдываться? Тень предложил, Котик отверг, что тут такого? Да, его прозвище в их дуэте Котик, Гарри очень нравится между прочим. Но сейчас не о делах давно минувших дней. Молчание его не радовало. Хотя Тень имел полное право обидится, Гарри полагал, что достаточно изучил его характер за время их переписки и собеседник не будет не разговаривать с ним из-за такой глупости. Да и что ещё Смит мог добавить к своему ответу? Спросить язвительно «С чего это ты сам же решил нарушить собственные правила и предложил встретится по этому явно надуманному поводу?» или просто написать, что ему уже помогает его сокурсница с этими треклятыми рунами, чтоб им пусто было! Или может просто перевести тему? Тень обычно отходчивый, подуется денек, а потом снова все станет, как прежде. Наверное… «Но что если нет? Что если это будет конец?» — Гарри не хотел об этом думать, но навязчивые мысли так и лезли в голову, вытесняя эссе по зельям, которое ещё следовало оформить в чистовом варианте, домашнее задание по рунам, что будут уже послезавтра, даже отработку по Астрономии, которую он в прошлый раз проспал. Мда, телескоп был очень жесткой подушкой, повезло ещё, что Гарри не сломал прибор, а то ведь пришлось бы платить, а он был тем ещё скупердяем, когда дело касалось траты денег на что-то кроме себя. Дружба это так сложно. Хотя может просто сам Смит вкладывал в это понятие слишком много всего? Ведь друг этот тот, кто никогда не бросит, кто при любых обстоятельствах будет рядом, кто поддержит несмотря ни на что, не променяет тебя ни на какие ценности и даже когда весь мир отвернется от тебя он все равно… Может поэтому у него и нет друзей? Гарри никогда не любил полумеры, если не так, то лучше вообще никак. Предательств ему хватило и в прошлой жизни. Тень был его хорошим приятелем еще со второго курса, и как бы Смит не хотел признавать своих привязанностей, этот человек был действительно ему дорог. Его мнение, советы и наставления. Гарри не хотел его терять, хотя и прекрасно понимал, что у их отношений есть два варианта развития событий: или они откроются или забудут о существовании друг друга навсегда. Но дело в том, что в первом варианте слишком много новых развилок! А если общение наяву будет не таким увлекательным, как переписка? Флер тайны спадет и их одолеет скука? Или статусность (а его друг явно был из аристократии, Гарри никогда не спрашивал прямо, но читать сквозь строки умел) не позволит им поддерживать их приятельство? Ведь Тень — ученик Слизерина, это Смит понял давно, Гарри же — маглорожденный ещё и по всем канонам — мистер посредственность. Точнее притворяется им, но фактов это не меняет. В школе у него одна маска, на работе — другая, с Гермионой — третья, с Луной — четвертая, и лишь на дуэлях и сам с собой он тот, кто есть на самом деле. Или и там он кем-то притворяется?.. «Масочник» подумать только, сколько пафоса! Гарри всегда думал, что это очень по-идиотски звучит. Но он ничего не мог с собой поделать, страшась снова слишком сильно раскрывать перед другими душу. Та в прошлой жизни была нараспашку. Принесло ему это счастья? Хотя бы в новой жизни стоило не наступать на те же грабли. Только вот кажется за этим маскарадом из десятков лиц он потерял настоящего Гарри… Собрав вещи, он ретировался в собственную комнату, решив пропустить ужин. Настрой пропал, как и аппетит. — Я стал слишком эмоциональным, — сказал сам себе перед зеркалом, после того как принял душ и переоделся в синюю пижаму с голубыми вертикальными полосочками. Волосы после помывки превратились в буйство кудрей и снова вспомнился Сириус Блэк. «Лучше уж тогда Регулус, он вроде как жив в этой реальности, хотя и так имеет сына и дочь. Двойняшки всего на год младше меня. Да и как вообще Блэки относятся к бастардам? Вряд ли ведь хорошо…» — Гарри помотал головой, не желая раскручивать эту тему. Он ведь давно уже все решил. Ему не нужна семья. Сняв очки и пригладив кудри рукой, он отошел от зеркала и сложил вещи, что стоило постирать в специальную корзину. Ему не нужна семья. Не нужна. Нужно просто повторять это себе почаще. А то видимо не потух ещё до конца уголек. Дневник, оставленный на постели снова подал признак пришедшего нового сообщения, когда Гарри переступил порог комнаты. Парень, сам того не осознавая, ускорил шаг. «Могу я хотя бы узнать причину?» Гарри устало возвел очи к потолку и поджал губы. И что ему написать? Отшутиться будет самое то, верно? Или посетовать на загруженность? В голову как назло не шла ни одна мысль. Да уж, душ очистил не только тело, но и мозги.

«Тебе не понравится»

Написал он, не придумав ничего умнее. «Твоя причина?» — через пару секунд пришел ответ.

«Я»

Гарри безучастно смотрел на написанное и когда до мозга дошло, что именно красовалось на листе, парень тут же перечеркнул последнее слово, но было уже поздно. Тень явно прочитал и уже что-то писал в ответ. Гарри не стал дожидаться — поспешно захлопнул дневник и спрятал его под подушку. — Это не побег, — он пристально смотрел на темно-синий балдахин, ощущая затылком легкое жужжание от приходящих сообщений. — просто стратегическое отступление. Я между прочим хороший стратег, да и… Но какой позор, Мерлин! — закрыв лицо ладонями он до красноты растер щеки, хотя те и без того уже не сияли прежней аристократической бледностью. — Я больше никогда его не открою! Иначе просто сгорю от стыда, что это вообще было?! Просто настроение такое меланхоличное — убеждал он сам себя. Написал первое, что в голову пришло. Даже не раздумывал над ответом, дурачок — что с него взять? Взял и выпалил, как на духу. Жужжание все не прекращалось, а руки не слушая голос разума так и чесались раскрыть дневник. Хоть одним глазком глянуть, ну правда, не случится же конец света! Но в этом теле все же имелось кое-что в черепной коробке и оно твердо было против, поэтому Смит пересилил себя и повернулся на бок, укрываясь одеялом. Да, время ещё детское, но учитывая его и так сломанный режим сна, когда есть возможность спать — следует спать. Активировав полог тишины Гарри отыскал рукой вторую подушку и обнял, блаженно закрывая глаза. С чем бы то ни было он разберется завтра, когда снова как надо заработают мозги. Придумает какую-нибудь дразнилку или спросит совета по зельям, Тень часто помогает ему с материалами для эссе, наверняка у Снейпа в любимчиках ходит… Улыбнувшись этой мысли, он провалился в царство снов.

***

Что не говори, а сон — лучшее лекарство. Устал? Поспи. Голоден? Поспи. Развился экзистенциальный кризис на фоне буйства гормонов в 16 лет? Вопрос решается очень просто! На удивление он встал даже раньше Джеймса и успел первым занять ванную. Утро радовало выглядывающим из-за туч солнцем, что уже само по себе не частое явление в их краях, а потому настрой был более чем благожелательный. Плюсиков в общую копилку прибавляло и то, что сегодня не было пар у профессора Северуса-«Для опоздавших повторяюсь»-Снейпа. Чары, две пары по ЗОТИ, История и Прорицания. И все это объединяется в одно единственное слово — лафа. Ведь по первым двум он уже сейчас мог идти и получать Магистра, третью всегда учил уже перед самим экзаменом и на удивление получал «Превосходно», а на четвертой делал вид задумчиво-погруженного в транс буддийского монаха, оставляя все на полет фантазии, так что денек обещал быть легким и чуточку ленивым. И Гарри нагло соврет, если скажет, что не обожал такие деньки. При этом очень странно было видеть яро замотивированных на учебу сокурсников, что если не пропадали в библиотеке, то читали в гостиной. О, нет, ребята, свои свободные минутки Смит тратил на сон и не стеснялся тихо сопеть под шелестение перелистываемых страниц и треск дров из камина. У него даже было удобное кресло, которое в его присутствии никто не занимал. Да и с собственным факультетом он притворялся дурачком куда как меньше, чем с преподавателями и ребятами из других домов. То что происходит в гостиной воронов остается в гостиной воронов. Рейвенкло не был рассадником сплетен, хотя другие пороки им были не чужды. Например, травля. Себя загнать в эту клоаку он не позволил. Парочка изощренных сглазов и недруги быстро осознали, что в тихом омуте водится не закомплексованный смешливый очкарик, а тот еще черт. В этой реальности он не дал и всяким придуркам зло «шутить» над «Полоумной» Лавгуд, проявив свой истинный характер. Что на самом деле делал редко, но метко. И его послушали. «Еще бы они не послушали», — вспомнил он те события четырехлетней давности, свой далекий второй курс. — «я умею быть очень убедительным, когда хочу. И может пугающим. Пугающим быть даже проще.» Власть базируется на разных критериях. У кого-то это уважение к заслугам и невероятный ум, которому просто невозможно не поклоняться, у кого-то — страх перед неизбежным, запугивание и террор, тогда твое величие строится на ужасе. Недолговечно, но ярко. Уважение приходится зарабатывать годами, страх же внушить куда как быстрее. Гарри выбрал путь меньших усилий. Еще одна маска явилась на свет. Правда показалась всего парочке людей, ему же нельзя было разрушить репутацию, но результат определено того стоил. Этим он очистил свою совесть, проучил негодяев и приобрел союзника. А всего-то магия Иллюзий с разыгранным сюжетом и парочка насланных кошмаров. Мучился ли он от того, что покорежил психику тринадцатилеток? Пф, вообще нет. Нужно уметь отвечать за собственные поступки. Иначе из этих парней вырастут дерьмовые люди — Гарри можно сказать подтолкнул их к пути исправления. Вот такой он чуткий к проблемам ближних! На завтрак рейвенкловец пришел вовремя. Сел аккурат напротив Луны и, улыбнувшись девушке, принялся уплетать овсянку. — Это забавно, — первой начала разговор она, поправляя сережки с редисками, что норовили попасть в тарелку. — но и грустно. Её проницательности (хотя это скорее работающий на полную катушку дар прорицания) как и всегда можно было только позавидовать. Девушка не гуляла кругами, а сразу била точно в центр. Четко и метко. — Думаешь? Мне кажется — гиблая затея. — Чтобы поймать счастье, нужно уметь бегать. — улыбнулась она, мечтательно смотря на потолок Большого Зала. Что там мечтательного Гарри не понимал — солнце пропало, на небе снова собирались тучи. — Лучше опасаться без меры, чем без меры доверять. — протянул он нравоучительно, крутя в руке ложку. — От бед спасает только осторожность. Луна сощурила глаза, а Гарри позволил себе ухмылку и бросил на собеседницу взгляд из-под ресниц, наливая им обоим чай в изящные фарфоровые чашечки. Не только девушка читала Шекспира. В маленьком приюте их далекого от столицы городка был небольшой выбор литературы. Десять книжек, если быть уж совсем точным. Они были зачитаны им до дыр. Ведь чем ещё было заняться в скучной глубинке на севере Англии? Чтение стало отличным времяпровождением, полезным во всех смыслах. Как минимум, благодаря этой маске он получил хорошую репутацию среди некоторых работников и те порой баловали «милого мальчика» вкусняшками. Он никогда не стремился нравится всем. Только тем, от кого ему было что-то нужно. Лицемерие? Чистой воды! Милый и невинный мальчик умер на поле боя во время второй магической войны. Из пепла побед и сожалений родилось… то что родилось. Комментарии излишни. — Прятаться вечно все равно не выйдет, — она насыпала в кашу цукаты и орехи. — противник очень умен. — Неужели умнее меня? — деланно ужаснулся парень. — Нет, Лунита, такое попросту невозможно! Девушка рассмеялась, озорно сверкая глазами. Но зерна истины в её словах были. Тень был кем угодно, но не глупцом. И если он поставит себе цель… Впрочем, зачем ему это нужно? Такие ли они уж закадычные друзья? Да и разве не должна дружба начинаться с доверия? Это же не перетягивание каната. Но Гарри так не хотел терять эти их своеобразные отношения. «Мда, противоречивость на противоречивости и противоречивостью погоняет. Тебе точно было морально больше шестнадцати? Что за великовозрастный подросток? Не успел вырасти? Война забрала твое детство? Ну да-ну да, придумывай себе ещё оправдания, Гарри.» — он еле удержался от того, чтобы явить миру самый прекрасный закат на свете. Закат его глаз. Но сила воли победила. Он ответит ему. Сегодня же. После учебы конечно же, ведь сейчас нельзя отвлекаться, да и не вытащит он довольно примечательный дневник прямо у всех на глазах. Хотя можно наложить иллюзию, но слишком муторно, нет. Вечером он поговорит с Тенью, и они расставят все точки над «i». А пока у него в расписании стоят… о, Чары! В свои шестнадцать он уже освоил Высшую степень этого искусства — магию Иллюзий. И после этого Луна говорит, что есть в этой школе кто-то умнее его? «Да я прирожденный гений, если опустить то, что это моя вторая жизнь, мне вкупе сорок с хвостиком, имеется опыт, что пришлось набирать в экстренных ситуациях, за спиной горка наставников, ну и остальные мелочи», — улыбнулся он, подобно чеширскому коту. — «и сейчас моему гениальному величеству хочется тост с маслом!» Отказывать себе в удовольствиях Гарри не стал. День пролетел быстро, нигде особо он не отличился, выполнял практические задания, даже что-то писал на лекциях. Профессор Кэрроу мог заинтересовать студентов своим предметом и имел собственный нехилый опыт и много историй из практики. На Истории Гарри занялся планированием в блокноте своих доходов и расходов. У него уже был примерный план будущей жизни после Хогвартса. Он собирался стать… учителем! И да, это не оговорка, именно учителем, а не мракоборцем. В этой жизни хотелось стабильности. Авантюрная жилка подпитывалась за счет дуэлей, да и при переправке нелегальным портключом адреналина хватало с лихвой. Но снова быть на передовой и ходить по краю? Нет уж, теперь он хотел дожить до глубокой старости желательно даже не один. Может с котом. Или внуками. Ещё не определился, если честно. «Профессор Смит… — протянул парень мысленно. Звучало так себе. — определенно стоит сменить фамилию после совершеннолетия. Придется повозится, конечно. Значит уже с новой фамилией я пройду экзамен на Магистра и там уже нужно будет нарабатывать репутацию.» Сейчас на свое звание «заикающегося парнишки без особых перспектив» он не обращал внимание. Квирелл тоже казался безобидным до поры до времени. Гарри конечно не носит на своем затылке мордочку Великого и Ужасного из той реальности, но глуповатым притворяется не хуже своего первого убитого учителя. Правда тот в своей роли продержался всего год, Смит же уже пять лет на плаву в неизменном амплуа. Это уже говорит о многом. Например, о том, что он не идиот. А если уж получив бумажки и опыт работы он захочет вернутся в альма-матер и преподавать в Хогвартсе, то маги, помнящие «того Гарри Смита» будут понимать, что взросление естественно, и никакая глупость не вечна. Гусеницы знаете ли имеют тенденцию превращаться в бабочек. Смотрите какую вы красивую бабочку вырастили, можете собой гордится! Так вкратце в планах на неделю стояло: 1.Задобрить милейшую миссис Норрис вкусняшкой Это получалось провернуть не всегда. Скажем семь из десяти. Например, его прошлая вылазка чуть ли не закончилась провалом. Серьезно, у этой кошки была память как у рыбки! Вечером ты дашь ей вкуснющий окорочок, а на утро она будет притворяться, что ничего не было. Воистину коварная дама. Но приходилось скрежетать зубами и играть по ее правилам. Расположение главной ищейки Хогвартса было необходимо, чтобы без проблем в своей анимагической форме выбраться из замка на подработку в бар. Высшая Трансфигурация у парня получалась на ура и хотя нет предела совершенству, но анимагическую форму он получил. Котик. Черный вислоухий шотландец. Иронично, верно? Они с любимицей Филча часто мяукали о наболевшем, и та согласилась покрывать своего приятеля, но естественно не за просто так. 2.Получить отработку у Спраут Тут план был очень прост — так как сейчас сезон посадок его отправят перетаскивать навоз из Хагридовых конюшен, а там как раз близко Запретный. Значит по-быстренькому в перерыв можно сбегать за парой травок и паутиной аккромантулов, которую те любят оставлять у кромки леса, может даже выцарапает гриву единорогов из каких-нибудь кустов, но это уже редкость, хотя за нее гоблины очень хорошо платят. Запретный сам по себе оказался очень хорошей кормушкой для его банковского счета, даже жаль будет с ним расставаться уже через год. Увы, сейчас далеко заходить было нецелесообразно. Как минимум потому что пришлось бы аккуратно взламывать защитные плетения, что работают как оповещалки, плюс делают слепок ауры, когда кто-то без дозволения собирается шагнуть вглубь леса. Вот и ещё один плюсик в копилку «стать профессором Хогвартса». Изучить один из самых больших магических лесных массивов Европы — добавлено в список желаний. Увы, Снейп никогда не отправлял на отработки вне замка, за что и был гадским гадом. Чистить котлы в присутствии таких же провинившихся учеников и дежурного старосты Гарри не особо нравилось, хотя монотонная работа помогала привести мысли в порядок и без шуток — жутко клонила в сон. Это собственно был единственный плюс этих отработок — не нужно было пить снотворных зелий, чтобы отрубится на восемь часов, едва достигнув кроватки. В раздумьях о будущем урок пролетел быстро. На Прорицаниях он с очень одухотворенным лицом гадал на зернах риса. Эту горстку бы сварить. А к гарниру ещё и котлетку. Вот была бы красота! Библиотека, любимый стол в уголке, парочка слизеринцев совсем неподалеку — это он подметил сразу, слегка удивившись. Зеленая братия предпочитала заниматься в своих гостиных или у центральных секций. «Нет, я не шпионю за другими, просто внимателен к деталям,» — Гарри уже давно перестал быть мнительным, но замашки из прошлого все равно будто въелись в подкорку. Но он правда научился не видеть в каждом действии слизеринцев назревающий заговор. Все-таки в этой реальности не было сошедшего с ума диктатора за которым пришлось идти многим, ведь черная метка была не столько символом принадлежности к ближнему кругу, сколько рабским клеймом, через которое можно лишить бунтовщика жизни, если хозяину не понравится его поведение. Поэтому он и защитил Малфоев на суде тогда, увидел истинную причину их служению Лорду, хотя Рон и был очень недоволен подобным поступком и назвал это предательством. Снова. Гермиона тоже не была в восторге, но поняла его объяснения. С тех пор, наверное, и начался их раскол… Конечно, это не помешало Герм сделать Гарри крестным её дочери, но с Роном отношения выстроить как было раньше уже не вышло. Хотя пресловутый раскол случился еще задолго до суда, тот стал лишь точкой невозврата.        И снова он это делает. Вспоминает прошлое, когда наяву перед глазами совсем другой мир с совсем другими людьми. Но даже спустя годы он не смог отбросить эту дурную привычку подвергать всё анализу и сравнению. Человек учится на своих ошибках. Гарри в свое время набил слишком много синяков, чтобы все же не усвоить урок. Слизеринцы даже не смотрели в его сторону, и Смит спокойно приземлился на свое любимое место. Какое ему собственно дело до того кто и где сидит? Главное, что не за его столиком, спасибо. Домашка сама себя не сделает. Это печально. Но что поделать? На следующие несколько часов он погрузился в учебу. — Палка, палка, огуречик, — шептал он себе под нос, старательно выводя контуры рун в домашней работе. — вот и получился… рунный контур 4-го уровня с подпиткой извне. Корявенько, но… Он поджал губы, осматривая свое творение на вытянутых руках. Ну за это ему должны поставить минимум «Выше Ожидаемого»! Гарри буквально уткнулся в потолок собственных возможностей в данном направление для просчета рабочей формулы. — Тебе нужна эта книга? — неожиданно прозвучал голос позади. Смит повернул голову, чтобы уткнутся взором в чужую роскошную мантию. С серебристой окантовкой. И галстуком с зелеными полосочками. А на самой верхушке айсберга его ждало лицо Тома Реддла. Ну точнее Маркуса Эйвери, но камон, если все в этой школе слепые, не значит, что и Гарри из той же категории. От своей матери парень взял только волосы цвета спелого каштана, в остальном же — копия отца. Образ молодого Реддла из той реальности запомнился ему очень хорошо, ну, наверное, потому что это была стрессовая ситуация, когда дух из книги собирался убить младшую сестру его лучшего друга, но опустим то, что не свершилось. Сейчас перед Гарри стоял именно он, пусть и чуточку отличающийся, но не критично. Генетика прослеживалась четко. А уж звания «Лучшего ученика школы» и «Главного старосты» вообще не давали повода для сомнений. Яблочко от яблоньки и всё такое… Интересно было только одно — зачем первый красавчик Хогвартса подошёл к нему? Ах, книга? — Нет, я уже закончил, — ответил Гарри вполне доброжелательно. Удачный расчет подарил ему хорошее настроение. — держи. Он протянул учебник старшекурснику и тот взял его, но отходить не спешил. — Ты изучаешь руны? — Стараюсь, — усмехнулся парень, закрывая книги и начиная собирать вещи. Сегодня он точно собирался сходить на ужин, тот как раз начнется через десять минут. — М. М? Что значит это «М»?! Прозвучало немного пренебрежительно, мистер сын Президента Международной Конфедерации Магов. Смит знал, что Эйвери был лучшим во всем, за чтобы не взялся — вот такой вот у человека талант, но не все ведь такие исключительные. И Гарри вовсе этому не завидовал. Он тоже очень одарен. По-своему. — Тут ошибка в третьей строчке. — рука Маркуса протянулась через его плечо и указала на проблемное место в уравнении. Гарри замер на секунду, но тут же открыл учебник по рунам на нужной странице. О нет, он считал эту хтонь час, он не мог ошибиться в одной мелкой… — По формуле Грейгера нужно взять за основу руну эзул, тогда круг замкнется. Это был провал. Час усердной работы, чтобы принц Слизерина подошёл к нему и за пять секунд увидел несоответствие. А ведь в этом гребанном уравнении все сошлось! И как это понимать?! Ведь сейчас Гарри четко видел, что ошибся. Хорошее настроение испарилось в миг. — Я могу показать, как верно, — все ещё улыбался убийца его надежд и стремлений. «Всё ясно, я выбрал руны просто, чтобы не дать своему эго подняться на орбиту и улететь в космические просторы,» — тяжело вздохнул он, двигая тетрадь Маркусу. Если уж предлагают — нужно пользоваться. С оплатой потом решим, хотя что в принципе может понадобиться такому как Эйвери от такого, как Смит? Внеочередная благотворительная акция? Почерк главного школьного старосты был аккуратен и чист. А ещё у него оказались очень неплохие преподавательские навыки. Гарри на удивление понял объяснение старшекурсника, в чем именно была загвоздка и как работать с такими исходными данными. — У тебя руны по четвергам? — Ага, — протянул Смит все ещё с неверием смотря на готовое домашнее задание. За которое теперь ему точно поставят Превосходно. Мама дорогая, первое «Превосходно» по рунам в его жизни! Он отметит этот день красным в календаре! — Отлично, — чему-то улыбнулся Маркус. С лица парня вообще никогда не сходила эта легкая ничего не значащая улыбка. Его образ. Маска. Но сейчас в ней мелькало что-то похожее на… искренность? Хотя Гарри не брался утверждать. Они с Эйвери впервые разговаривают за все годы учебы, он всегда видел парня только издалека. — Спасибо тебе! — рейвенкловец повернулся к собеседнику лицом и встретился с пронзительными серебристо-серыми глазами. Он видел точно такие же. Очень часто. Каждый раз, когда смотрелся в зеркало. Что за дежавю вдруг возникло? Улыбка Маркуса тоже дрогнула, хотя он удержал лицо, но в глазах появилось какое-то изучающее выражение. «Прокол, Гарри,» — осознал он, отворачиваясь и стараясь собирать вещи не слишком поспешно. — «ты выбился из роли! Но сейчас начинать игру будет уже слишком странно. Так он точно меня запомнит, а тут — всего-то какой-то рейвенкловец, которому помог с рунами, тупенький, но симпотяжка.» Они встали почти одновременно. — Эйвери. Маркус Эйвери, — протянул ему руку слизеринец. Не то чтобы Смит не знал эту фигуру и в лицо, и по имени, но официального знакомства у них действительно не было. Но эта фраза была так похожа!.. Мерлин, главное не рассмеяться. Это будет очень некрасиво в данной ситуации. Очень, Гарри, держи лицо кирпичом! — Смит. Гарри Смит, — не удержался он в словах, и серебристые искорки веселья все-таки промелькнули во взгляде. Он ближе задвинул очки на переносицу, надеясь, что окуляры скрыли этакое непотребство. Не было и причин не пожимать протянутую ладонь, как и былого неприятия к братии змей. Странно было бы вообще змей не любить, учитывая, что и в этой жизни ему достался дар парселтанга. Что было удивительно, конечно, но чем Магия не шутит? Ладонь Маркуса оказалась теплой и приятной на ощупь, что доказывало его принадлежность к теплокровным. Кажется он задержал рукопожатие чуть дольше, чем того требовали этикеты и всякое такое… — Увидимся, Гарри. — Ага. Луна загадочно молчала весь ужин. Зато гарнир у них был действительно из риса! Смит надеялся, что ему попался не тот, что с плохим предсказанием… Дневник переписки он так и не открыл, завалившись спать сразу после душа. А проснулся уже глубокой ночью. Как бесконечная круговерть перед глазами стоял до боли знакомый кошмар. Его последняя миссия в качестве Гарри Поттера, где он заживо сгорал в Адском пламени.