Проклятие Лигара

Жизнь вернулась в привычное русло. Мезиф потихоньку восстанавливал круг. Золотая сеть работала с перебоями, хлопот по дому стало гораздо больше, но я справлялась. Тварь смирно сидел в подполе, теперь ему доставалось гораздо меньше, и он даже перестал походить на узника Освенцима. Местные нас не беспокоили. Наджаша это злило. Ему не хватало костей для алтаря, да и продукты подходили к концу, а самому отправиться в город и оставить даана без присмотра он не решался. Но в целом, все было хорошо. Даже чудесно. Отношения с Мезифом вышли на какой-то новый уровень. Ящер был невероятно нежным и заботливым. Чуть ли не пылинки с меня сдувал. Начал понемногу учить меня магии. Например, ставить щит. Получалось, честно говоря, не очень, но это было неважно. Мне просто нравилось проводить с ним время. А ещё мы очень много разговаривали. *** – Как думаешь, У Лаошенов всё нормально? – я задумчиво накручивала на палец прядь его волос. – Да, – сонно ответил Мезиф. – Ты скучаешь по Марисе? Нелюдь приоткрыл один глаз. – Опять напрашиваешься на нежности? – Разве что самую малость, – не стала отпираться. – Нет. – А по Теширану? – А ты? – Нет. – Вот и славно, – ящер зевнул и повернулся на другой бок, свернувшись невероятной загогулиной. – Мезиф, я давно хотела спросить… А тебе кто больше нравится, мужчины или женщины? – А зачем выбирать? – удивился наджаш. – Неужели совсем без разницы? – Мужчины это мужчины, женщины это женщины, – Мезиф пожал плечами. – А как у вас вообще с этим? С однополыми отношениями? – Лаи, во-первых, у нас мужчины и женщины различаются гораздо меньше, чем у людей. А во-вторых, мы слишком много воюем. А женщин в армии маловато. Так что в этом нет ничего предосудительного. – Ага… – глубокомысленно кивнула. Примерно так я и думала. – Даже наоборот, порой такая связь поощряется. Например, между учеником и наставником. Секс помогает лучше понимать и чувствовать друг друга, а значит, помогает обучению. – Даже так… – перед глазами всплыла сцена в купальне. Я мечтательно улыбнулась. – Что, сильно шокировал? – Не очень. Но всё же, кто тебе больше нравится, мужчины или женщины? – Честно? – Мезиф окончательно проснулся и притянул меня к себе, – человеческие женщины. А вот это было неожиданно. Наджаш коснулся губами моей щеки. – Вы такие хрупкие, – поцеловал в шею, – нежные… У наших женщин кожа грубее. Даже у самых юных. И спина. Мне очень нравится спина без гребня, – он провёл рукой вдоль позвоночника, – а ещё вы тёплые. – Тёплые?! – У людей температура тела выше. – Так и знала, что я у тебя вместо грелки! – притворно возмутилась и оттолкнула мужчину. Мезиф рассмеялся и, перекатившись, подмял меня. Осторожно, привстав на локтях, чтобы не раздавить. – Но ведь человечки не подходят по размеру? – И что? Для удовольствия партнёр вообще не обязателен. – Кста-ати, – протянула я, вспомнив ещё один давно мучивший вопрос, – а ты можешь, ну, – изобразила руками кольцо. Наджаш закатил глаза. – Могу. – А… – Показывать не буду! – категорично заявил, наблюдая за моей реакцией. – Да я… – Извращенка! – Мезиф расхохотался – Ой, кто бы говорил! – обиженно буркнула я, пряча пылающее лицо у него на груди. *** Водяные брызги искрились на солнце, вокруг маленького гейзера танцевали весёлые радуги. В зеркале воды отражалось по-весеннему чистое небо – местная недо-зима закончилась, так толком и не начавшись. «Мне хана!» – отрешённо подумала я, зачарованно разглядывая озерцо, в которое превратился задний двор. – Лаи! – на крыльцо вылетел Мезиф, – какого?! Он застыл как вкопанный, оценивая масштаб катастрофы. – Оно само, – без особой надежды попыталась отмазаться. – Я, так понимаю, спалить дом не удалось, решила затопить? Гребень ящера мелко подрагивал. «Точно хана, – обречённо вздохнула, – я случайно! Понятия не имею, как так получилось! Просто стирала бельё, а оно…» – Исчезни! – устало рыкнул наджаш. – Прости… – Уйди с глаз долой! – рявкнул Великий, смело шагая в ледяную воду. Я не стала искушать судьбу и спешно ретировалась. Нет, ну от чего, а вот от стиральной машины я такой подставы не ожидала. Ладно, плита. Но стиралка? А главное, откуда столько воды? В ней же литров пятьдесят максимум! Я испуганно металась по кухне, не зная, куда деться и как заглаживать вину. Спина неприятно зудела, предчувствуя сеанс общения с кочергой. В последнее время мне многое сходило с рук, но потоп – это явно перебор. Мезиф влетел на кухню, пылая от гнева, и решительно направился в мою сторону. Я сжалась, но ящер отодвинул меня, затем стол. Поднял крышку подпола… – Ааг-р-р-х! Из лаза пахнуло свежестью. Внизу плескалась вода. – Как? – наджаш в бешенстве смотрел на меня. – Просто, как?! – П-прости… – отступила в дальний угол, опасаясь, что хозяин просто скинет меня вниз, – я ничего не делала, наверное, что-то с золотой сетью… – Хочешь сказать, Я неверно наложил чары? – Эмм… Нет! – я продолжала отступать. Мезиф с грохотом захлопнул крышку и рванул на правую половину дома. – Тварь! – испуганно ахнув, метнулась за ним. Даан стоял у золотой черты, прижимая к груди ворох одеял. Вода доходила ему почти до пояса. – Ну и? Не мог шум поднять? – прорычал ящер, делая пассы руками, – иди сюда! Даже под метровой толщей воды было заметно, как померкла непреодолимая для пленника линия. Держась одной рукой за стену, Тварь послушно побрёл к выходу. У лестницы он замешкался, слепо нащупывая ступени. Мезиф схватил его за волосы и втащил наверх. Зубы даана выбивали мелкую дробь. – Не мог голос подать? – наджаш отвесил ему затрещину. – Я-я д-думал, это ты развлекаешься, – дрожа от холода, Тварь крепче сжал одеяла. – Ага, давно хотел узнать, сможешь ли ты отрастить жабры! – ядовито прошипел Великий, отбирая подмокшие одеяла и вручая их мне. – Не могу! – даан испуганно прижал уши, не распознав сарказм. – Скажи спасибо Лаи, это она устроила! Мезиф хлопнул гребнем и подопнул пленника к стене. Тварь покорно прижался к стене и раскинул руки в стороны, приняв ту же позу, что и в нашу первую встречу. Великий сделал плавное движение кистью. Золотые нити, словно живые, потянулись к запястьям слепца и обвили их. Обманчиво безобидная золотая сеть была прочнее самых крепких оков, но наджаш на этом не остановился. Ловким движением он вогнал даану под рёбра крючок с золотой цепочкой. Тварь сдавленно застонал, я подпрыгнула, как ужаленная. – Не надо! – взмолилась, видя, что ящер берётся за второй крючок. Мезиф даже не обернулся. Я подскочила к нелюдю и перехватила его руку. – Брысь! – хозяин попытался меня стряхнуть. – Не надо, он же слушается тебя! Мезиф раздражённо оттолкнул меня. Я едва удержалась на ногах, но снова повисла на ящере. – Лаи! – угрожающе повысил голос наджаш. – Лаи, не лезь! Грозный окрик заставил меня оцепенеть. По спине пробежал холодок. Глаза Мезифа потемнели. Он склонился к даану. – Это у кого тут голос прорезался? – Т-ты обещал не трогать её! – Тварь прижался затылком к стене и поджал уши. Наджаш несколько мгновений вглядывался в его лицо. – А я её и не трогаю, – холодно процедил, вгоняя под рёбра пленнику второй крючок. Несчастный взвыл, закусив губу. Наджаш кинул на меня недовольный взгляд и вышел. Я осторожно погладила седую голову. – Свет мой, не зли его, – Тварь, насколько позволяла сеть, потянулся ко мне. – Я пытаюсь, – шагнула ближе, чтобы слепец мог уткнуться мне в живот. – Не волнуйся за меня, я выносливый… – Угу. Некстати вспомнилось, что в последний раз Мезиф водил даана в купальню без меня. И нелюди провели там подозрительно много времени. – Лаи! Я не переживу, если с тобой что-нибудь случится! – тоном строго учителя увещевал пленник. – Да слушаюсь я его! Ещё этот будет меня учить! Я торопливо укрыла Тварь одеялом посуше и ушла к себе в комнату. Через четверть часа меня позвал Мезиф. Я морально готовилась к хорошей взбучке, но наджаш выглядел довольно спокойным. – Пойдём, полюбуешься. Мы поднялись на террасу. Сверху затопленный двор выглядел ещё плачевнее. Я с опаской оглянулась на хозяина, но он лишь укоризненно улыбнулся. Великий не стал особо заморачиваться и просто выворотил несколько камней из ограды. Несколько взмахов руками и вода пришла в движение. Медленно, по кругу, всё ускоряясь. Вскоре водоворот достиг нужной скорости и бодрым потоком выплеснулся за ограду. – Как ты себя чувствуешь? – Виновато… – призналась я, любуясь новообразованной речкой. Прошло уже несколько минут, а она и не думала иссякнуть. – Это хорошо, – Мезиф рассмеялся, – но я не об этом. Для подобного, – он обвёл рукой двор, – нужен большой запас энергии, да и умений. – Я не знаю, как так вышло. Просто устроила стирку. Как обычно. – «Как обычно» – это думая о десяти вещах сразу? – скептически уточнил наджаш, – Лаи, магия не терпит подобного обращения. Я лишь вздохнула. – Я пыталась остановить воду, но стало только хуже. А в тот момент я точно ни о чём другом не думала. Ящер задумался. – Ладно, наложу дополнительные чары, чтобы сеть тебя лучше слушалась. А то… – он не стал договаривать, но я и так поняла. Мезиф очень дорожил этим домом и боялся потерять его. – А всё-таки, – он окинул меня оценивающим взглядом, – как ты себя чувствуешь? – Нормально, а что? – я напряглась. – Удивлён, что ты всё ещё в сознании. – Да ладно, я ничего такого не сделала, – мне стало не по себе. – Ты случайно, между делом, загнала в трубы озеро. И не заметила. – Какое озеро? – Подземное! – он застонал от моей недогадливости, – Откуда, по-твоему, берётся вода? Из колодца. Или скважины. Или родника. Реки, в конце концов. Я передёрнула плечами. Откуда мне знать, как именно устроен местный водопровод? Но да, это не то же самое, что оставить включённой воду и затопить соседей. Я сверлила взглядом весело журчащий ручей. Да когда ж ты уже иссякнешь? – Когда я тебя покупал, ты не была такой сильной, – Мезиф задумчиво кусал нижнюю губу, – У меня два варианта. Первый: ты прожила в нашем мире достаточно долго и научилась взаимодействовать с ним. И второй, – наджаш картинно вздохнул, – я слишком часто тебя целую. Я облегчённо выдохнула. – Ты не злишься? – Злюсь, – холодно ответил ящер, но в его глазах играли весёлые искорки. – Прости, – виновато улыбнулась и обняла его. – Будь осторожней, ладно? – Мезиф погладил меня по голове, – и насчёт Твари… Лаи, так надо. Блин, ну вот надо было ему испортить момент! Зажмурилась и кивнула. – Моя девочка. На то, чтобы просушить двор и подземелья ушло несколько дней. Но наказывать меня Мезиф не стал. И целовать меньше – тоже. Я была почти счастлива. «Почти» – потому что голос разума упрямо твердил, что наша милая идиллия не будет длиться вечно, что обязательно случится что-нибудь плохое, что это – лишь затишье перед бурей. И, увы, этот мерзкий голос оказался почти прав. «Почти» – потому что впереди была не буря. Это был Пиздец.