Пять Сюжетов - Аварус

Описание пролога: Фьорр вернулся, остыв. В объятьях Мэаро побыв, Ноги в водах Зефмэа омыв. Он взглянул на Алора алов. И молвил со строгостью асов: Я, Бог-Солнце Фьорр, Ваших асов ас. Найду я достойных средь вас, И дарую им свою Рум да Миор. --- Описание сценария: Аварус помнит о приближающейся годовщине того дня, когда сообщили, что его отец, Первый Патриарх Глинории, её Объединитель, скончался. Его могила оказалась слишком далеко от границ Глинории, но верного сына это не остановит. Он попрощается с духом отца до этой даты, согласно всем традициям или будет недостойным продолжить его дело и помогать людям родной теократии, Святого Оплота и всей планеты Аксеот! Пусть даже если Фьорр не удостоит его разговором, как героев прошлого до появления единых патриархов, у Аваруса всегда останется возможность помочь простым людям по пути к цели. Если не он, то кто поможет им против тирании Короля-мага Менвада? Или проблема Королевства Мевандия не в её короле? --- (День 1, часть 1) Солгарор, величайшая церковь имени Бога Фьорра и центр столицы Глинории, поражала своим великолепием. Этот аскетизм в её архитектуре, изображения Бога Жизни, Бога-Солнце Фьорра в качестве своего основного воплощения – Асора... Они всегда меня поражали. Каждый из патриархов считал своим долгом поменять главную реликвию нашей теократии в соответствии со своим видением Бога Фьорра, Бога-Всего. И мой отец не был исключением. Но сейчас, разумеется, разумный аскетизм уступил место чрезвычайному максимализму. Не так, чтобы красиво, просто всех возможных элементов добавили к мраморному строению, где люди молятся, чтобы единый Бог их защитил от любых невзгод. Я бы даже поверил оправданию всего этого, но Фиал Тенебрис как-то проговорился на церковном заседании, что дело не в изображении Фьорра как фактического Бога-Всего. И теперь мне снова предстояла встреча со вторым патриархом Глинории. Уж он то точно может официально позволить мне уйти от своей паствы на время! - Не страшно? – спросил меня мой старший наставник у ворот. Вискор, “мудрость и благодать”, как он расшифровывал свои слоги. Причём Слог “Вис” уже давно был заменён на “Рум”, ещё до Объединения. Я сразу вспомнил речи отца моего, Криострата: - Запомни, Аварус. У каждого имени раньше имелось своё сакральное значение. Твоё, к примеру, это “Святой Лидер”, Ав и Арус. Я верю, что ты пойдёшь по моим стопам, если не в продолжении моего дела как лидер всех, то хотя бы как лидер многих. Ты станешь священником, я знаю это. Я верю в тебя, сын мой. - Это тебе сказал Фьорр? – он мог с ним говорить. Он, Первый Патриарх, герой Глинории, её Объединитель. Был, пока внезапно не ушёл с Высокого, Фрипп, поста и стал отшельником. - Нет. Для этого не нужно отвлекать нашего Бога-Стали, ковавшего род Алора, – такая искренняя улыбка, как сейчас помню. - А что значит твоё имя, пап? – он немного смутился, это я тоже запомнил. Он объяснил только “крио” – холод. Его ас не был таким как мой прародитель, он не интересовался слогами, этим подарком Фьорра, который нам всем принесла Фраберт Великая… - Аварус? - А, что? Да, прости, Вискор, я опять замечтался… - Кончай уже, не из глины состоишь, время не то! – он по-дружески подтолкнул меня в спину, прямо к массивным, но открытым дверям. Внутри шум улицы был слышен словно бы из другого мира. Как те, кто прибыл с планеты, чьё время подошло к концу, как прямое влияние Фьорра на детей Фюрст и Алора. Расплата, говорят они. Что же, мы, Глинорианцы, помогли им, не в последнюю очередь из-за решения моего отца, который спас народ, объединив его. И позволив заняться остальными делами. Я всё больше склоняюсь, что это была ошибка. Мда, “красота” внутри ещё хуже, чем снаружи. И это даже не особое видение Фиала Тенебриса, этого самолюбивого потомка тёмного сосуда! Мне стыдно, что он целиком построил имя из Слогов и при этом оправдывает тёмную его интерпретацию! - Аварус? – странно, что он узнал меня, простого священника. Я не покрыт ни роскошью, ни золотом. Единственное моё богатство – мой отец, его Слава, Ор’Криострат. То, что он был первым… - Второй Патриарх, – я сложил ладони перед собой крест-накрест. Этот старый жест позабавил текущего главу иерархии. - Что же за такое важное дело может быть у сына самого Криострата, а, Аварус? – он привстал со своего “трона”. Отвратительная попытка походить на некоторые королевства, которые существовали до объединения большей части Глинории. А ведь он сам, говорит, родом из этого города, зачавшего теократию – из Солгарора! - Как вы знаете, Второй Патриарх… - Фиал Тенебрис. Пожалуйста. - Хорошо, Фиал. Как вы знаете, мой отец стал отшельником, – он напрягся. Я знаю, почему. – И скоро наступит годовщина, как он погиб. Согласно всем традициям нашего народа, я обязан навестить его могилу. Также я желаю этого сам. Надеюсь, вы позволите на время бросить свою паству… - И это всё?! – он рассмеялся, невероятно успокоившись и даже спустившись на мой уровень, шагнув на пару ступеней вниз. – Вот и Аварус, настоящий сын настоящего великого Криострата! Фра'Криострат! – не удержался Фиал Тенебрис, улыбнувшись ещё раз. – Не обязательно было идти до меня в столицу. Любой викарий бы позволил тебе подобное. Да даже протосвященник. Кстати, кто в твоей области им является? - Друг моего наставника Вискора, Мэади. Заменивший на посту Вискора, он… - Ладно, неважно! – взмахнул рукой Фиал, другой всё ещё что-то выпивая из гранёного бокала. Судя по запаху - редкий сорт вина, не из кустарников Глинории. Значит, всё же подпольная торговля имеет место быть!.. - Я пойду? - Да, но скажи, Аварус - у тебя столько возможностей, а ты просто достиг уровня священника и больше никуда не стремишься. Почему? Мне начинает казаться, что ты специально выбрал самый спокойный регион в Глинории. - Я люблю тишину и уже выполнил волю отца. И посещу его могилу, чтобы завершить последнюю традицию. - Только будь осторожнее, сам же знаешь, что он похоронен буквально в сердце королевства этих раскольников и чужемирцев! Сам, небось, знаешь о слухах про своенравного короля! – кто бы говорил, Фиал… Про тебя тоже ходят слухи, что Фьорр тебя так и не посетил за все те года с тех пор, как ты был избран новым Патриархом. - К чему такая забота, патриарх? – я умышленно назвал его по титулу. Слишком он… тёмный, как говорит слог “Тене”, наследие осквернения Фиарусом собственного Бога. - Знаешь, даже останься ты священником, всё равно ведь от забот не убежишь. Скажи спасибо за открытые возможности своему отцу. Лучше бы тебе выбрать чью-то сторону и самому стать влиятельным в наших высших кругах. Уж я-то не против твоей доброты, – наверное, думает, что мне, как сыну Первого Патриарха легко увещевать людей идти за собой. Ради целей Второго Патриарха… – И передавай Криострату от меня привет! Я с ним так и не попрощался, когда он уходил. И мне за это искренне жаль. Полутьма высоких стен и полупрозрачных мозаик скрыла от меня, была ли это правда или ложь. Но я кивнул и вышел. --- (День 1, часть 2) - Ну, как всё прошло? – сразу подскочил Вискор. – Он одобрил? - Да. И фактически предложил стать его пешкой, – небольшое утрирование, но в духе меня. И в Духе, Фруд того, как может поступить Фиал. - Надеюсь, ты не согласился? – он переживает, – Иначе мне придётся оставить тебя одного. Сильно переживает. Отшучивается Вискор редко. - Но вообще, подумай о том, чтобы дальше продвигать своё видение справедливости и доброты Бога-Света, Бога Фьорра, – добавил он, когда мы шли на север. - Я уже стал священником, выполнил волю отца, а большего мне и не надо. Малое добро я делать умею, а большее… – срочно нужно было доказательство своих слов. Я же человек дела, а не слова… Множества их, как Фиал Тенебрис. Вот! Подходящая ситуация! Догрызши яблоко, выданное мне Вискором, я поспешил на помощь. Рыцарь в лёгких латах, с рыжей шевелюрой, явно не наш глинорианский паладин, а ещё один из выживших беженцев из другого мира. Эрафиец, кажется так этих иномирцев зовут, пытался достать кота с дерева, который, казалось, больше пугался чужеземца, словно у него был другой цвет кожи, как у Флаккари де Миркур, этого потерпевшего кораблекрушение длинноухого в водах из-за проклятий Тенеро. Неплохо мы когда-то пообщались. Как много взглядов Аури с тех пор прошло. Как много времени… В общем и целом, кот спускаться не хотел, даже к хозяину, предпочитая отсиживаться на дереве. Я прихватил лестницу, стоявшую у дома, убедившись, что она не важна, как опора, и подошёл к дереву. - Я удержу, залезай, – сказал это рыцарю с рыжей шевелюрой и карими глазами, каштановыми, словно это дерево, на которое он сейчас полез. Понял ли тот мои слова или язык тела, который везде совпадает, по всему Святому Оплоту, континенту, вне зависимости от языка? Кот был спасён, хозяин поблагодарил нас обоих. А дальше произошло удивительное: - Пусть гнев Эльдингу оставит вас в покое и резкие события обойдут стороной, – вот что сказал рыцарь. Да кто он такой, чтобы не стесняться своей инородности, но знать такие редкие рассказы об Ал’Ходгар и Ал’Брисмэа, об их дочери, потомке?! - Многовато вы знаете, рыцарь. - Я просто путешествую и помогаю людям. Это то, на что я способен, священник, – ответил он мне, почти без акцента и склонив голову в полупоклоне. Я был бы рад узнать, что он не из другого мира, заброшенного сюда через порталы, а такой же глинорианец, как и я! Но увы… Мы пожали руки и разошлись. Кажется, моя попытка доказать свои слова Вискору провалилась. Чтобы сын аж целого Первого Патриарха, Объединителя, Спасителя Глинории и был равен какому-то рыцарю? Нет, я могу и должен стремиться к большему! Потому что добра там тоже будет больше. Лишь бы сердце, центр Фруд, Сути и Духа, оставался таким же. Даже Бог Света, Бог-Солнце Фьорр не светил для пары людей, он до сих пор светит для всех! И я должен буду выложиться на полную! - Всё равно подумай о моих словах, Аварус. Ты помог паре людей, но твоё сердце жаждет большего. Не ради ли этого ты каждый раз путешествуешь по Глинории, словно викарий, а не священник? – хорошо, Вискор, я подумаю. Но сначала – окончательное прощание с отцом. --- (День 2) За пределами Глинории мир точно также различается, как и во времена путешествия Алхоро. Страны гигантов, отцов циклопов, длинноухих полулюдей и прочих существ северного народца ушли, дав путь новым названиям, но их суть не поменялась. Но, в отличие от народов нашего Святого Оплота, даже намёка на честь нет у тех, кто пришёл внезапно, в один из Фьо’дней, Солнечных дней… Наследие раскольников всегда останется им, даже если они уступят правление людям извне. Такова природа веры и текущего Королевства Мевандия. Или Мевендия? Сложно сказать, названия слишком схожи. И всё же… Стоило моему отцу объединить Глинорию, как на границах единого мира ничего не изменилось. Стоило Криострату уйти и стать отшельником – ничего не поменялось. Но эта их Расплата… И епископ Арчипал сразу покинул Глинорию, оставшись в своём маленьком монастыре на западе. А нас, глинорианцев, погрузив в небольшой кризис и громадное потрясение – ведь пятого епископа до сих пор не избрали. - Почему именно сейчас, Аварус? – спросил меня Вискор. – Годовщина уже совсем скоро! - Да, и я должен успеть попрощаться с отцом, пока она не настала. Иначе достоин ли я быть даже священником? – риторический вопрос. Но мой наставник бы поспорил: - Не у всех могилы отцов находятся в центре Столицы нового государства. - Это ничего не меняет! – я попрощаюсь с тобой, папа. По всем канонам. Ты - Первый Патриарх, многие другие навестили твою могилу, я же ещё не успел. И, возможно, зря. По пути нам явно дали понять, что нас не пожалуют в Столице, только если мы не получим разрешение от их эксцентричного короля, который наверняка потребует больше золота, чем есть у всей Глинории. Разумеется, они все алчные, а правит чужаками из других миров самый алчный из них. - Лес достаточно глухой, Вискор. Мы даже шли не по основной тропе, понимаешь ли ты, к чему это? - Волки, Аварус? Опять их вой? – нет, дело не в этом. Я покачал головой, вспоминая свою особенность, не только как сына такого великого и добрейшего человека, как Криострат. - Мы не будем спрашивать разрешения. Мы проскочим. - Поэтому ты ждал времени, когда король Менвад уедет в поход? – да, ты всё верно понял, Вискор. - Менвад уехал в “Нью-Магдарию”, вернулся лишь сэр Оскар. Ходят слухи, что до этого никто не видел короля таким счастливым. Другая его наставница или советница - Леди Сандра, ещё не прибыла в Столицу. Остальные не должны представлять угроз и пытаться поймать нас. Это наш шанс! Вискор задумчиво притормозил, всё ещё раздумывая над ответом. - Но надо торопиться. Годовщина очень скоро наступит. А ещё я подумал над твоими словами, мой наставник. И думаю, что могу стремиться к большему. Ради всей Глинории! - Прекрасные слова, мой ученик! – эта формальность… Как давно мы не шутили подобным образом, обращаясь друг к другу по сану? - Я думал, ты расстроишься, Вискор. Ты же покинул друга своего детства – Мэади. Неужели тебе не жаль упущенного спокойствия? - Я обучал тебя вместе с твоим отцом, Криостратом, – он готовится свести всё к шутке, я вижу это по его престарелому лицу. Как только он не устал путешествовать за эти дни? – Как бы ты понял, что иногда надо потерпеть ради всеобщего блага? Я вот терпел Мэади все эти года. - “Только ему не говори”, я прав, Вискор? – улыбка проскочила по моему лицу. Это так забавно - когда люди пытаются сбить тревогу простыми шутками. Я перевёл взгляд на зелёные ели и прочие северные деревья, которые валялись на нехоженой, старой тропе. Их стоящие собратья окружали нас, создавая давящую атмосферу. Но Свет, Хо’Фьорр, создателя рода Алора, наставника работ Фрудала, покровителя всей Жизни, Ха на планете, как мне доказал Флаккари де Миркур А’Лаэса – всё это защищает меня и моего наставника невидимым барьером от любых форм магии. Всё предвидено Фьорром. Даже собственная гибель от рук Тиаригар. И Флаккари де Миркур, чёрный эльф-странник, лишь указал мне на это. Как не называй религию, но везде сюжет заканчивается концом всего, Тиаригар. - Да, ты абсолютно прав, Аварус!

***

Стоило выйти к основному тракту, соединяющему путь в сердце Королевства Мевандия (всё же его так называют), Болотные Земли Хаоса и мою Глинорию, как мы с Вискором не избежали лишних встреч. Я знал, что этот путь популярен. Сам выбрал северную область Глинории, за рекой, когда-то разделявшей Алхоро и Тараора, чтобы быть недалеко, но не по пути. Чтобы меня и мир ограничивал лес, стоявший непроходимой стеной, как этот, близ Столицы короля Менвада, предавший меня. Я-то планировал выйти чуть к северу, обогнув основные пункты сбора людей из нескольких королевств. Но, так вышло, что где-то, видимо, мы с Вискором свернули не туда. Возможно, оно и к лучшему. Я не хотел показываться на глаза людям из Мевандии, но тут явно намечается что-то серьёзное. Это подтвердил и мой наставник: - Викарий Кирранс Пулкрадос. Такой же своенравный, как и его бывший епископ – Арчипал. - Ага, это я! – он был в хорошем расположении духа, этот уже не совсем молодой священник. Викарий, прошу прощения перед всей системой нашей теократии, если они научатся читать мысли, как их без проблем видит Фьорр со своего “Сол” или “Гар”. Странности Кирранса не ограничивались действиями, но ещё и внешностью. Нет, одеяния согласно его рангу, тут он только путешествовал самостоятельно, не более. А вот видимая лысина, по-видимому, вся переехала в густую бороду, словно её вырезали и потом приклеили, как Ходгара и Брисмэа обманул Ходтенеас. - Чем же обязаны такой встрече, викарий? – тут я не ошибся в его негласном титуле. – Кажется, ваша обязанность - быть в Глинории и помогать пастве, оставшейся без пятого епископа. - Моя обязанность, сын Криострата, в том, чтобы помогать нуждающимся, как завещал мне Фьорр. Как он всем нам завещал, – всё ещё улыбаясь, радужно, дружелюбно, этот лысый служитель Бога-Доброты внимательно посмотрел на меня, словно оценивая. - Как и наша, викарий, – Вискор перехватил инициативу, поправив небольшие очки, которые он достал по этому случаю, маскируя это книгой из-за пазухи. Тем, что готовится её перелистать. – Но именно ваше недостойное титула поведение мешает избрать вас новым епископом! - А я и не хочу им становиться. Спасибо, – ответил Кирранс Пулкрадос, принимая от какого-то крестьянина ведро с водой. – Епископы должны уметь сидеть на месте и влиять на мир глобально. А в патриархи я тем более не мечу. Викарий придерживался старой схемы, при которой епископы были похожи на тех, кто сейчас занимает сан первосвященника. Фиал Тенебрис медленно, но верно меняет такое отношение. Возможно, поэтому я был бы ему полезен – сын Криострата, поддерживающий все изменения в замерзающей системе. Я действительно считаю это правильным решением. Одним из немногих, сделанных Вторым Патриархом в Солгароре. У нас есть титул архиепископа, но самим епископам стоит хотя бы постоянно осматривать собственную провинцию, а не сидеть на месте и лишь следить за подношениями и отвечать на вопросы паствы каждый сезон Аури. Патриарх путешествует по Глинории, согласно опыту моего отца, согласно опыту всех, кто был до него, в разобщённых мини-странах. Фиал Тенебрис же вёл себя как дважды архиепископ – сидел на месте и никуда не собирался. Его всё устраивало, некоторых наших верующих – не особо. Впрочем, мы живём в достатке, смысла возмущаться Фиалом нет. К тому же, Фьорр одобрил его кандидатуру, он молчит. Не последовало никакого гнева, который в летописях вырывался на потомков Зарригара, когда те слишком много о себе возомнили. Вплоть до отправления в Хальригар, в мир посмертия путём удара молнии с неба. Но как-то странно на меня смотрел Кирранс, этот необычный викарий! - А вот ты был бы хорошим епископом, Аварус, – внезапно произнёс Пулкрадос, дважды честный, как наполовину расшифровывалось его имя, если разбирать его по особым глинорианским слогам. – Не думал о том, чтобы стать моим наставником? - Что? – возмутился Вискор, но больше от неожиданности, чем от возможной ревности в плане наставления на путь Хо и Зар, Света и Видения. - Да что же это такое? То Вискор спрашивает, может быть, мне стоит стремиться к большему. То вот Фиал думает, что я буду человеком, который станет ещё одной опорой для его Зар’наставления Глинорианцев. То викарий Кирранс Пулкрадос мне предлагает то же самое, но в своих целях? Это из-за моего отца, да? - Нет, – абсолютно спокойно ответил викарий Арчипала, бывшего епископа. Отдав ведро с водой (и как только он смог столько выпить?), он продолжил. – Слухи быстро распространяются, Аварус, сын Криострата, Объединителя и Спасителя Глинории. Если не секрет, как того мальчика назвали? - Это неважно, – но все мы трое поняли, о чём речь. Действительно, слухи распространяются быстро. А такие необычные тем более. Мы уже давно минули эту забытую деревушку на границе с королевством короля Менвада. И история барона Уаилда была завершена. - Да. Важнее то, что тут некоторые простолюдины не особо в ладах со своим королём. Как думаешь, почему к вам стража так недоверчиво относилась? – спросил меня Кирранс. – Они хотят задушить гнев народа. - Гнев народа? – переспросил Вискор. - А вам надо попасть почти что в Столицу. И войска короля Менвада вас не пропустят. - Проскочим! – ну в самом деле, нас мало, кто заметит пару путников, особенно, если мы не будем с Вискором так похожи на глинорианцев. - Как вы знаете, я не особо люблю командовать… Так что теперь они полностью готовы помочь тому, кто помог их соседям с Уаилдом. И отказ для них делает из вас врагов. А так - они с радостью отвлекут Менвада своей грызнёй, им нужен только лидер, Аварус, – улыбнулся викарий от реализации своего плана. - Проклятье! – сказал я, но глаза Кирранса также не слышали Фьорра в интерпретации Второго Патриарха. Зато они говорили “либо с ними, либо уходи”. Я кивнул. - Но я не буду за них сражаться, мне нужен только отвлекающий манёвр, чтобы добраться до могилы отца. - Разумеется… Епископ Аварус, – ухмыльнувшись, Кирранс Пулкрадос удалился. А вскоре крестьяне узнали, что я “тот самый” Аварус. У них настолько нет образа правильного лидера, что даже я сгожусь?

***

- Здравствуйте. Эльф. Так, спокойно Аварус, спокойно. Ты же сам себе говорил, помнишь? “Суди не по принадлежности, суди по Фруд его”. И среди Ал’Алор были тёмные личности. И среди Ал’Фиарус Бог-Солнце Фьорр покровительствовал людям из глины. Ты ведь помнишь Флаккари, он был эльфом, но в твоей Сути, Фруд, нет Гаш, Гнева на него. Так что и ты, не суди его за то, что он остроухий. Это лишь совпадение. Но как же это сложно! - Я не помешал? – он немного нагнул голову вбок, пытаясь понять, что со мной не так. Я увидел его острое, длинное ухо. Целится. Опять целятся! - Опасно тут гулять, – наконец, произнёс я. – Всё смешалось в королевстве Мевандия. - Мне нужна помощь и пока что никто не откликался, – сейчас он был совсем как человек. И жалость за живых существ, за бедных глинорианцев, оставленных совсем одних, без слов нашего божества, захлестнула меня. - Мы немного спешим… – это сказали не мои уста, но Вискора. Спасибо, мне было бы сложно так ответить. Хоть время и не на нашей стороне сейчас. Всё же мой наставник желает увидеть мир со мной, как одной из известных личностей. Наверное, после всего, что я пережил недавно… Люди заслуживают того, чего им уже не может подарить Бог Прощения, Бог-Солнце Фьорр! - А в чём, собственно, дело? - Я решил изучить этот лес и наткнулся на сильную магическую аномалию. Я попробовал её изучить, но, поддерживая с ней связь, меня буквально вытолкнуло за её пределы и я не смог составить карту тех мест, а очень бы хотелось. - И как же мы можем помочь? - Ну, для существования в том месте, пока магическое давление вас не расплющит, нужно поддерживать портал обратно. Думаю, вы, судя по одежде, как маги Света, сможете сопротивляться силе аномалии самостоятельно. - Это опасно? – сразу перешёл к делу Вискор. - Я смогу продержать портал для создания карты лишь один день, – сразу ответил эльф. Увидев, как мы с наставником переглядываемся, этот друид добавил: – Но там время идёт по-другому и день там, как две дюжины дней тут. Так что даже если вы торопитесь… Оставалось только решить, помогу ли я ему. Но сначала задам пару вопросов: - Раз уж просишь меня, то проси по имени, эльф. Аварус, – я протянул руку. - Эльф? Аврор, – он пожал её. Видит мой Бог-Море Фьорр, Аврор почувствовал, как быстро я отпрянул! Я увидел этот взгляд, его глаза… Глаза исследователя. - Эх, быть бы тебе картографом, а не друидом. Подумай об этом, Аврор, – моё благословение, Зрение Фьорра, личное чудо. Я мог понимать Фруд остальных, лишь Зар в Зар их, Взглянув в Глаза. - Вот ещё, слушать людей, а не эльфов! – хотя я заметил, как ему эта идея показалась интересной. – Слушайте, решайтесь уже, вы поможете или нет? Я готов даже предоставить в награду магические артефакты, которые нашёл, пока путешествовал по Лив’Ыну!

***

- Отлично! – Аврор искренне обрадовался. – Я сейчас же займусь созданием портала. Вискор с уважением, но сомнением посмотрел на меня. Я промолчал. - Но учти, Аварус, я смогу пропустить только тебя и твоего спутника. Магия очень нестабильна, а мне интересно разведать, что там будет! Так что идите в одиночку. Скорее всего, входной портал не выдержит, найдите выход, будучи внутри аномалии, но постарайтесь отследить все странности этого леса, чтобы потом в нём было легче ориентироваться! - Хорошо, как скажешь, Аврор. Точно две дюжины дней у нас в запасе? - Я всё точно рассчитал, тут больше дня не пройдёт, доверьтесь мне, никуда не опоздаете! --- (День 12) Это был просто ночной кошмар! Аварус, дыши, как ты сам себя научил, благодаря техникам. Мистицизм, восприятие мира, в попытках достичь Фьорра, получить его совет, хотя бы один! Грёбанные эльфы. Я ведь не должен их ненавидеть только потому что они эльфы. Разделять и ещё раз разделять. Люди, не люди, мы все живые, мы все одинаковы в этом. Все существуем и греемся в лучах глаза Фьорра, нашего Бога-Солнце Фьорра. Но как сложно так их воспринимать, когда эти остроухие разбойники нападают на карету и… Так, Аварус. Слушай себя, свой внутренний голос. Если твой Бог молчит, ты говоришь. Ты говоришь всегда. И вот, успокаивайся. Так, так… Медленно, равномерно. И давай, ты справишься, сердце бьётся, замедляется, грудь не вздымается, поправь одеяло. Снова ложись на кровать. И как папа учил: - Переживи это ещё раз, вспомни всё целиком. Это последнее мгновение, когда мама была жива. А потом стрелы прервали её жизнь. И два кинжала, каких-то ржавых клинка от бездомных дикарей, потому что карета была собственностью Глинории, главы церкви родной теократии. Ненавижу воров! Длинноухих воров, из нашего, родного мира! Но они ничем не лучше их сородичей из чужеземцев! Спокойнее. Это всё прошло. И изменить это невозможно. Но те воры, те убийцы с больших дорог, что выбрали окольный путь, чьи уши… Чьи уши полетели от Ор’Гар’Криострат, Святого Огня отца моего, меч в руках которого словно Зефору передался, хранителю рода людей из глины, рода Алора и его потомков, Ал’Алор. После этого отец стал аскетичнее в своей жизни. Фьорр сказал ему, что это решение верное. Как первый любил со мной делиться словами второго! И как от этого было просто во Фруд моей – когда твой косвенный Создатель покровительствует тебе… Несмотря ни на что, даже на проклятье. Она умерла, чёртовы редкие эльфы, вы же не все мрази? Я знаю это. Есть в мире убийцы, они могут быть кем угодно. Но со временем… Моя ненависть к ушастым только растёт. Как и к предателям родной Глинории, предателям надежд моего отца! Я стараюсь оставаться мудрым, полным Вис и Рум… Но всё труднее верить чужемирцам из порталов и эльфам. Чем чаще я с ними сталкиваюсь за время этого похода, тем больше ненавижу их за бесчестие. Но как заставить себя поверить в обратное? Ведь её больше нет, её теплоты, которую не заменил даже отец, после этого лишь со мной сохраняя истинную чистоту души. Его Хо поддерживает мою Ха, как Свет Фьорра даровал Жизнь всем глинорианцам и даже тварям, что живут в тени его. --- (День 16) - Почему я, Кирранс? – вскоре после нашей первой встречи он снова появился из леса и молча шёл рядом со мной, внезапным лидером повстанцев, одним из многих. Тем, кем я быть не желал от слова “совсем”. - Ты тот человек, которого я готов увидеть на высоком посту. Ты тот человек, который не успокоится, пока не сделает нашу жизнь лучше. В чём-то он прав. Я исполнил волю отца. И казалось, что я был доволен. Но, посмотрев на эти лица в Солгароре, нашей обители, я задумался. Не найдя в их глазах ответов на свои вопросы, они спрашивали каждого, кого встречали, но никто не знал ответа. Глинория живёт прошлым, Миор (Памятью) о моём отце, о его Рум (Мудрости). Фьорр был туманен, когда пришёл Фиал. Все знали, что нам, творениям кузнеца Фрудала, не стоит рассчитывать на такой же мощный диалог между Патриархом и Божеством, какой был при Криострате… Но также это привело к тому, что мы не знаем, что будет дальше. - То, что я сын Первого Патриарха, не значит, что я имею право на подобный титул. Я знаю, что недостоин голоса Фьорра, я не смогу передать его слова, я буду глух. Пусть лучше Фиал и его наследник слышат шёпот, чем полную пустоту. Кирранс покачал головой. - Фьорр приходит к любому Патриарху. Но только ты оказался священником с чистой душой, Аварус, – он по-отечески положил руку на моё плечо. – Я проверил вас всех. И уже отчаялся, но тут появился ты и один твой путь доказал мне слухи… - Я просто пришёл попрощаться с отцом, почему все так внезапно начали думать, что я решил выйти в свет и начать строить карьеру, закрывая долги перед традициями? - Потому что это так и выглядит, Аварус. Как бы ты не хотел этого, – ты прав Вискор. Ты, как и во множестве раз раньше, полностью прав. - Так почему бы не подтвердить надежды всей Глинории, будущий епископ Аварус? – улыбнулся Кирранс. - И на что ты намекаешь, викарий Кирранс Пулкрадос? - Люди пойдут за тобой даже сейчас. Направляй их, коль уж стал священником. Это не так сильно отличается от будних проповедей. А потом мне сообщили, что повстанцев стало больше. Ну, их помощь в прорыве до могилы Криострата мне не помешает. А я, так и быть, поддержу и помогу им немного. Надеюсь, в полноценные бои с регулярной армией короля Менвада вступать не придётся. Да и никто по эту сторону не переживет подобную бойню. --- (День 21) Фиарус, тьмы прародитель, Ходтенеаса ас… Я слышал эту историю и не раз. Разумеется, как её забыть, когда она так близка к тебе лично! Я с детства ощущал некую силу, которая льётся через меня. Ту самую силу, научившую разделять всех не на Глинорианцев и тех, кто не верит в Фьорра, а в более сером тумане божественной неопределённости. Фиарус, злобный человек из глины, из рода Алора, сын, ал знаменитого Арусора. Именно он украл полдюжины слогов, когда Фьорр, Бог-Знание, спустился с неба, оставив свой глаз светить в виде Солнца. И почти все трактаты да легенды пишут о его умении призывать волков, чёрных, как лес, где он поселился, сбежав и осквернив знание Фьорра, позже восстановленное Фраберт и её ас – Худраккур. Но шесть возвращённых Слогов были навечно осквернены его Тене – Тьмой, а другие шесть пропали навсегда. Волки приходили ко мне с детства, словно слышали мой зов. Они защищали меня, не жалея себя. Может быть, волк, хоть и символ Фиаруса, зла и предательства, не обязательно должен служить одной из трёх ветвей древа Алора? Может быть, не все они – твари Природы, покровительницы эльфов и убийц моей матери? Может быть, они просто звери и всё? Если кто-то прознает, что иногда я подкармливаю друзей детства ягодами… Поэтому я не стремлюсь быть выше, чем просто священник. Мне хватает и этого, наверное. А о моём проклятье знал лишь Отец и Вискор. Сила, которая считается тёмной и суеверной. Сила, которой владеют эльфы-друиды. Столько противоречий, от которых я предпочёл бы избавиться и без проблем недоверчиво относиться ко всем – от эльфов, разделяющих с нами Святой Оплот, до тех их представителей, кто начал называть его Лив’Ын, а их местные собратья подхватили данный зов. И, разумеется, с добротой в душе, но с клеймом рода Фиаруса, к которому никто их ныне живущих не имеет отношения – все мы создания Фрудала, ала по другой ветке рода. Но не будь у меня этого умения звать асов собак, я бы не мог спокойно смотреть на остроухих. После того, что они сделали с моей матерью... Дикари из другого мира! --- (День 26) Впервые я узнал о своей особой силе, когда ещё мама была жива, а отца срочно вызвали в Солгарор. Он должен был вернуться ночью, чем, видимо и воспользовались всезнающие разбойники, явно молившиеся этому трусу, Тарагату и его проклятым красным камням предательства – агатам. Я не спал, обдумывая свою особую магию, а это всё же благословение и не проклятье. Если Фьорр дал его мне, если он ответит мне, тогда я действительно создание его божественного замысла. А если так, то это уже всё не напрасно. И всё остальное вторично. И сейчас я наставник для множества верующих глинорианцев, этакий мини-Фьорр, мини-патриарх глинорианский. Продолжаю дело отца, который вернулся даже чуть раньше, чем планировали воры. Впрочем, не настолько раньше. Властью Аури, воплощения силы времени Фьорра, она позволила бандитам зайти в наш дом. Я встретил их взглядом. Эти глаза. Как многие ищут в чужих речах дыхание Бога Жизни, Бога Фьорра, так и в них виделся лишь агатовый окрас разложения и самой слабой тьмы, лишь тени Фиаруса и его второго сына, Ходтенеаса. Не будучи частью отца, Тарагат был лишь плевком на земле под светом Фьорра, так и преступники, готовые на всё ради мелочей, не обладали никакой магией, ни Светлой, ни Тёмной – ни Хо, ни Тене. Сила Аури остановила Криострата, просто для первого осознания моих сил. Да, тогда я только слышал их глаза, я видел слухом, но только лишь другую свою паству – зверей лесных, так часто появлявшихся около наших пограничных северных домов… И позже смог сделать также с настоящей паствой, видеть их надежду, слышать их мольбы… Разбойники подумали, что ребёнок не способен им противостоять, проще продолжить грабёж и убить свидетеля. К их сожалению, мой немой зов был мольбой отчаянья. И когда отец уже подходил, воры были мертвы, растерзаны. Входная дверь была открыта, чем и воспользовались Ас’собак, их Предки – волки. Конечно, он не поверил мне. Криострат посчитал, что отпугнул волков. Но это была моя просьба им уйти, чтобы не пугать будущего Патриарха, которую звери исполнили. Они – моя вторая часть души Фрудала, разделённой каменщиком сознания между всеми глинорианцами, людьми не из глины, но из мяса и костей. И всё закончилось хорошо. Даже новость отца, что он стал архиепископом, утром приятно поразила всю нашу небольшую семью. А мама и не узнала о краже. Лишь эпизод с волками и солнечным знаком Фьорра, прогнавшим их, остался в истории. Теперь он укрепляет веру многих, как укрепил веру моей матери. Разве эта ложь плоха, коль правда бросит тень, как на всю Глинорию, так и на мою магическую связь с самим Фиарусом (даже Ходтенеас был Тьмой, но Тьмой относительно справедливой), самым злобным из Ал’Алор, его потомком? --- (День 31) - Вискор? - Да, Аварус? - Зачем мы вообще что-либо делаем? Мы надеемся на Фьорра, на нашего Бога Единого. Но если всё, что у нас есть - это он, всевидящее око наставления, почему просто не делать ничего, а он сам даст нам наставления? – этот вопрос мучал меня очень давно. - Ох, Аварус… – Вискор искал подходящие слова. Нет, Слоги. Но, кажется, с подобными задачами к нему и паства обращалась. И даже другие священники, такие же юнцы, как и я. Всё же мой наставник был почти в два раза старше меня, он застал время Патриарха-монаха Солво, правившего Солгарором до предшественника Криострата… Вискор всё ещё молчал, обдумывая ответ. И, наконец, вернулся к своей любимой теме – религии родной теократии: - Как ты знаешь, Ходро, основатель Дома Благодати и Ветра, из рода Алора, Ал’Алор... – пояснения приставок, всё в духе наставлений Вискора, особенность, которую перенял и я, – был великой личностью, одной из самых популярных среди глинорианцев, названных в честь людей из глины. А Диро, его сын, его Ал, создал Солгарор. Но они оба не могли бы совершить такой подвиг в одиночку - их наставлял сам Фьорр, Бог-Солнце. - И? – эти отдалённые примеры. Он явно целился наверняка, чтобы больше никто не переспрашивал. Привык, видимо. - Но род Алора – это люди из глины. Если бы они оставались под Солнцем великого бога, то просто застыли бы, в вечном ожидании следующих напутствий. Нет, чтобы не застыть, они двигались и ветер остужал их кожу, чтобы не стать навечно статуей. Полагайся они целиком на Фьорра, на Бога-Солнце, не было бы ни Ветра Виндур, ни Солгарора Диро, не было бы ничего. Некоторые так и остались в виде глиняных статуй прошлого, тех, кто не остался в наших легендах. Он кивнул, понимая, что до меня доходит его аналогия. - Пусть мы уже из мяса и костей, но примеры прошлого ясно дают нам понять - надейся и слушай Бога своего, даже если он решил отойти от творений Фрудала, но помни, что всю работу делают именно твои руки, а не чужие, – завершил Вискор. – Эта мудрость была впервые сказана нашим общим отцом всей Глинории, Криостратом.

***

Из леса вышел невысокого роста человек, по чьим глазам поначалу можно было понять лишь жажду наживы. Он без Тара, Глупости и без Гаш, Ярости, подошёл к нам, ясно смотря только на одного спутника – Кирранса Пулкрадоса. Приглядевшись, я заметил и идею в его Душе, его Фруд. Это было не предложение, а сделка, её продолжение. - Это они, Кирранс? – спросил немногословный подданный Менвада. - Что это значит, викарий? – возмутился Вискор. Он не понимал, что это не засада. Это секрет, один из многих, на которые наткнулся викарий в своих путешествиях. Возможно, подобное знание сгубило епископа Арчипала и так он стал раскольником. Но Пулкрадос явно был Сильнее, в нём было больше Уд. - Не помню, чтобы я на что-то подобное соглашался, Кирранс, – поочерёдно, я наблюдал за обоими связанными между собой заговорщиками. - Это - мистер Архонт, – наконец, нарушил наступившее молчание, викарий. – Он связался со мной, когда я помогал в деревне, сейчас находящейся под твоим непосредственным контролем, Аварус. - Будем знакомы, – новый спутник протянул руку, стоя на развилке вглубь леса. – Я, как уже понятно для вас, мистер Архонт. Можете звать меня так, можете не звать, у меня одна цель, у вас, Аварус, другая. Но пути совпадают на данный момент и мы можем помочь друг-другу. - И что же это за цели? – с явным сомнением поинтересовался мой наставник. - Всё очень просто: Войска под командованием сэра Оскара и кучки его лордов патрулируют всю территорию вокруг, не пуская никого к своей Столице. Скоро они смогут выйти и в эту часть леса, и тогда, я уверен, сопротивление падёт. Но это будет ещё не скоро, а мой заказчик думает, что это никогда не произойдёт. - Ты не затягивай, Архонт, выкладывай, в чём плюсы для Аваруса! – поторопил его Кирранс, в своей дружелюбной и свободной манере. Даже слишком своевольной, для викария то. - В общем, к могиле Криострата ни одного глинорианца до этого момента не пустят. И мы готовы помочь вам достичь ваших целей, если вы поддержите нас, Аварус, сын Криострата. - Откуда… – даже Кирранс Пулкрадос удивился. - Я знаю многое. Иначе бы не дожил до сегодняшнего дня. - Архонт значит? Ну и кем ты повелеваешь тогда? – надо убедиться во всём. Его Взгляд, Зар’мутный какой-то. То ли всё ради денег, то ли ради идеи. Он не пробивается. – Я не стану воевать за чужое королевство, отнимающее у нас раскольников и даже просто земли, нашу исконную Зеф, созданную самой Зефмэа! - Вам потребуется лишь быть нашим символом и не отрицать этого… Для вас никаких трудностей, – вкрадчивый, тихий и стальной по своей уверенности голос. Каждое слово - это плита, которую не поднять, если она упадёт на тебя силой осуждения. Опасный человек. – Моё прозвище пошло от того, что я повелитель многих… И никого. - Странно всё это. А если мы не согла… Ладно, согласимся, с вами викарий Кирранс, он ни разу не выбирал сторону несправедливости, – быстро кивнул Вискор, глянув на викария без своего епископа. Мда, мой наставник никогда не умел спорить, лишь возмущаться, но не предлагать. - Вот именно. Я сражаюсь за справедливость для всех подданных Короля-мага Менвада. Мой заказчик рассказал мне свой план, в мельчайших подробностях. И я одобряю его, не только ради будущей власти. Если Менвад не обратит внимание на это небольшое недовольство крестьянских масс, когда оно падёт, а оно обязательно падёт, я не столь оптимистичен, то придётся убирать фигуру ложного монарха справедливости. Он словно спросил меня взглядом “Вы видите противоречия, Аварус?”. Нет, для такого как “мистер Архонт”, связующего звена восстания внутри этого леса, не было никаких проблем свергнуть того, кто не соответствует его собственным идеалам. После ухода из этого места, после посещения могилы отца, я обязательно услышу исход этого восстания… - И чуть не забыл… – эти паузы! Эти давящие паузы, угрожающим голосом! – Для партизан я всего лишь старейшина деревни, а вы с Киррансом словно настоящие Патриархи Глинории. Наставьте их на любой путь, по вашему выбору. Если я вам понадоблюсь, вы знаете, по какой лесной тропе идти… И он ушёл по ней, вглубь леса, где находился ещё один их секретный лагерь.

***

Задрав голову, мы все смотрели на персону, выходящую из леса. Когда она оказалась на расстоянии протянутой руки, я уже смотрел вниз. - Тивил. Друг кастеляна Торшина. Он всё ещё сомневается в нашем маленьком дельце, – добавил дворф, оперевшись о секиру. – Полагаю, у нас есть общие знакомые? - А то, про мистера Архонта уже всем известно. Кроме самих советников Менвада и им сочувствующих! – подал голос Кирранс Пулкрадос. А я как-то не мог решиться, как правильно смотреть на людей и другие расы, ниже меня ростом. То ли тот совет предлагал поднимать их руками на свой уровень, то ли приседать на корточки, чтобы также сровняться с Тивилом. Поэтому я стоял в ступоре, стараясь этого не показывать. А лучший способ скрыть проблему и неуверенность – перейти на другую тему. - Далековато на запад забрался ваш горный народец. - А ты по всем не ровняй, святоша! – ответил мне Тивил, со знакомым среди высшего эшелона власти короля Менвада. – Чай не слышал и о красных дворфах, да? - Про чай не слышал. Это напиток эльфов, – ускользнул от прямого противостояния, свалившись в каламбур и неприятную для себя тему. И как теперь из неё выбраться? - Короче, Кирранс, мне нравится твой собрат. А ты, – он повернулся ко мне, не прекращая странно смеяться, словно задыхался на высоких тонах, – веди нас всех, мне не терпится подраться с кем-нибудь! --- (День 37) - Ты ведь знаешь, Вискор, о лесных тварях, которые блокируют основной тракт сюда? – спросил я своего наставника сегодня. - Ну, обходные пути есть всегда, нам это не помешает, так ведь? Да, это займёт немного больше времени, зато и внимания меньше привлечёт. - И всё же… Иногда я завидую силам Эльдингу. Подумаешь, нечестивый союз, зато сила молний ей подчинялась! С ней мы бы этих зверей разогнали бы! - Они либо сами уйдут, либо их прогонят войска из Мевандии, Аварус. Не надо так надеяться на чужую силу. То, что есть у нас, тем и будем довольны, – а где же очередная мудрость, связанная с Ал’Алор? Или за столько циклов Аури у тебя закончились примеры, мой наставник? - Эльдингу появилась, когда Ходгар, сила Мира, и Брисмэа, сила Океана, исказили Фиарусом свои слога. Они обратились к Ходтенеасу… - И он выполнил их просьбу! - Но это было преступление против всего рода Алора! – воспротивился мне Вискор. – Нельзя смешивать глину с глиной! Только разные элементы формировали новых членов семьи и Эльдингу отличалась! Чтобы родственные Фруд и Ал’Ас, братские узы… Проклятье Фиаруса и Фи’Рум Ходтенеаса! – “Фи”, один из искажённых слогов Фиаруса. Целеустремлённость. Или отрицание следующего слога. - Зато у неё была вся мощь молний, Вискор! Ты представляешь, как нам бы сейчас пригодилась эта сила? Не пришлось бы договариваться с повстанцами, которых мы не знаем. Чьи методы нам неизвестны! Вдруг они будут убивать без суда и следствия, как некоторые аристократы здесь, разве Фьорр не мог на это повлиять? - Значит, так угодно Фьорру, Богу Мира, – абсолютно спокойно ответил мой немолодой наставник. – Ты ведь помнишь план Ходтенеаса, этого Ас’Криобрис, и конец Ходгара, так? - Да, Вискор. Я помню. Но не могу принять бездействие Фьорра, даже если он знает, как всё будет потом, даже предсказав собственный конец посредством Авзара! Он всё же процитирует часть песни! Я узнаю этот взгляд! Эти глаза, это Зар! Ходгар, Мира отец, Дома длинного венец, Спокойствия искатель, Отправился в тьмы конец. Тот Ал’Ас’Брисмэа, Океана силы, Ходтенеаса встретил, Криобриса взглядом отметил. “Скажи мне, Дома Тьмы отец, Силой ты ведаешь, словно Фруд своей. Поделишься ли знанием, Поделишься ли с Ал’Фьосеми?” И ответил ему Ходтенеас, Фиаруса ал: “Отчего же с братом по Хверфулт, Не поделиться мне? Не попрошу я ничего, кроме одного: Дочери твоей, второй, в любви не мешай. Кого выберет, с тем и счастья пожелай.” - Вот так и появилась Эльдингу на свет – тьма Ходтенеаса свела вместе брата и сестру – Брисмэа и Ходгара. А их дочь, Эльдингу, влюбилась в Криобриса, в сосуд Холода, породив Тенеро, силу холодного ветра, который до сих пор обжигает глинорианцев в страшные времена и рыбаков на востоке страны. Вот так закончил мой наставник, рассказав, почему вредно желать большего, особенно ради мелочных целей. И тем более столь ужасающих, как презрение к собственной дочери – Зеффре. И её земле, по которой мы все ходим, по континенту, Святому Оплоту, который сформировала сама Зефмэа, Ас’Ас’Зеффра. Ходгар всё ближе к старости, всё больше стремился к силе, а не к дипломатии. Печальный финал. - Вискор, а Фруд - это его дочь или значение слога “сущность”? – но, услышав эту часть песни снова, я вспомнил свой давний интерес. - В данном случае наши историки сходятся на том, что это одно и то же, но сейчас, когда у нас появились новые имена и слога, легче будет ответить, что это “сущность”, а не его дочь. --- (День 44) - Вискор, разве можно предавать тех, кто был тебе ровней? – спросил я наставника. Он сразу понял, что я вспомнил о той истории с виконтом Кадмиром. И сразу ответил песней о Фьорре: И даже Фьорра гнев, На братьев Хоригара, Конца Света, и Гарригара, Огня Финала, не переметнулся На Фрудала сынов и алов. Ведь для Бога Всего, Бога Жизни. Нет хуже поступка, Нет более Тене действия, Чем забвение для Ха. И потому Фьорр забыл Об Ал’Алор. Но ежели освящён, Человек из костей, То будет ему его Рум. - Если Фьорр такой всезнающий, Вискор, почему мы сталкиваемся с подобной несправедливостью? И здесь, и в Глинории? - Фьорр отвернулся от мира, он лишь светит и наставляет тех, кто напоминает ему о собственных твореньях. А мы, создания Фрудала, лишь живые существа и не более, Аварус. Это жестоко, но по-своему справедливо, – ответил наставник, поправив очки, зачитывая свою походную книжку. – Потому и Глинория распалась после гибели двух братьев, после того, как все остальные ушли в Хальригар, оставив магию ветров и моря нам, простым смертным людям. - Я бы хотел это исправить, Вискор. - Ты знаешь, как это сделал твой отец. Не бойся, что Фьорр тебя не примет. Если сердце твоё чисто и светит, словно слоги “Гар” и “Хо”, то даже будучи Патриархом без аудиенций с Фьорром ты изменишь мир в лучшую сторону. Вспомни историю о глухом Патриархе Хейнарлаусе… - Да, я помню, Вискор. “И не слыша его речей, дух его обрёл связь с самим Солнцем”. Милостью Фьорра справедливого. --- (День 52) - Вискор, разве есть что-то плохое в мести во имя добра и справедливости? - Аварус, герцог был побеждён и свергнут, но двух братьев-подданных это не вернёт! – с силой ответил мне наставник, снова доставая нательную книжечку с песнями. – Ты ведь не знаком с песней про Зефа и его местью Ходтенеасу за то, что он Ал’Фиарус? - Не доводилось слышать. - Тогда слушай: Зеф, Фьорра светом забытый, Брату Фьо отдавший Рум свой. Решил стать великим, как Фра, Забрав Миор у Фраберт Великой. Отправившись к Ходтенеасу, Он Ист уничтожил, Зла прародительницу. Да только не поддался Гаш, Дома тьмы отец. “Коль хочешь ненавистью, Меня одолеть в поединке, Ты победишь, я уйду. Но в Хальригаре с женою любимой, Я встречусь опять. И будем мы вместе злобу плести, Чтобы род Зеффры прервался, И Зефригар мы создадим, Исказив видение Фьорра. Но ты славу получишь, Глинорианцы полюбят тебя, Фрудала творенья, Тара, глупцы, Чтить тебя будут.” Обманул его Ходтенеас, Или Зеф изначально желал, Брата величественнее стать? Но Зеф ниспрокинул его с трона. И так была Тьма леса рассеяна. Но не сила его повелителя. - История интересная, зло всегда побеждает, если его бить ненавистью и яростью, Тене и Гаш. Но я не желал стать великим, Вискор. - Это неважно, мой юный ученик, – он о чём-то задумался. – Да, ты всё ещё слишком юн, Аварус, но Тиа не на нашей стороне, у Фьорра другие планы. Желание помочь всегда перекликается со стремлением, с Фи, к славе, к признанию. - И что же, теперь вообще ничего не делать? - Нет, лично я считаю концепцию наблюдения ошибочной, хоть это и не значит, что я прав, – ответил Вискор. – Но дела создаются от доброты в душе, а не от стремления искоренить зло. Последнее никому не по силам. А я верю, что ты станешь Патриархом и потому приложу все силы, чтобы научить тебя, когда и мой Тиаригар наступит. - Тогда ты уже научил меня, Вискор. В Хальригаре все встретимся, – я улыбнулся, но мой наставник лишь печально покачал головой, не соглашаясь с подобным оптимизмом. Хотя сам! Сам-то уже метит меня в Патриархи, а не епископы! --- (День 57) Я шёл по лесу в одиночестве. Кирранс Пулкрадос начал куда-то пропадать, сказал, что встретил викария епископа Фроагата, наставника паствы южной провинции. Меня не особо интересовала эта зиморождённая или как её там называл наш викарий. Вискор же лёг спать, но мне не спалось. Я смотрел на Луну, которая освещала ночь. Странно, это её личный свет или отражение силы Хо у Фьорра, как говорит его личный орден? Всё же они живут в Солгароре и окрестностях нашей мраморно-цветочной столицы. Телескопы у них имеются. Дама проплыла передо мной. Призрак убитой девушки, чьи рыдания я не слышал, наверное, слишком отвлёкся на шум самого леса. - Я не боюсь тебя, создание Тене. Тьма не страшна истинному поборнику света Бога-Солнца Фьорра! Кричи, сколько тебе влезет, банши, я не поддамся ужасу. - Ты смеешь не уважать силы природы, священник? Увидев меня, ты не побежал как можно дальше, ты окликнул меня, плывущую по своим делам. Разве не жаль близких, которые погибнут теперь, когда мой взгляд соприкоснулся с твоим? - В этом то и дело, банши, – с грустью в голосе ответил я духу Гаш, духу ненависти. – У меня нет близких, которые умрут, потому что я увидел тебя, встретился глаза в глаза. Поэтому я и позвал тебя. Мне стало интересно, правдивы ли слухи, и что будет, если я… - Ты не видел её, не ври, человек, – точно также я и не слышал скакуна позади себя. Впрочем, повернувшись, это стало очевидным - тьма не издаёт звуков. Какой-то опасный лес на границе с Королевством Мевандия, столько зла... – Ты ищешь оправдания своим ошибкам и заблуждениям. - И тебе привет, Дуллахан. Если ты пришла не за моей жизнью, то ступай себе по делам, я не стану мешать. - Аварус, сын Криострата, – начала безголовая фигура на коне. Женская голова покоилась в левой руке, а в правой появилась коса. Я стойко продолжал оставаться на месте, не двигаясь. Чувствуя напряжение, чувствуя опасение. – Ты интересный человек, но, когда ты погибнешь, не я приду за тобой, но одно из твоих божеств, Фиарус, князь тьмы. - Фиарус?! – не Фьорр? Он настолько глубоко обосновался в Хальригаре? Почти никто из живых не встречал “живого” дуллахана. И тем более, не общался. Но, если она была права, то вот почему Тиаригар убьёт Фьорра в последней Песне-пророчестве Авзара! Только так и можно победить Бога Существования – осквернив его же творения. - Молчи о догадках, сын Патриарха Глинории, – добавила мне банши, пока чёрная всадница, состоящая целиком из одной лишь тени, пропала, растворившись в темноте. – Ты хотел знания, недоступного остальным, и ты его получил. А за твоё бесстрашие поплатишься самым близким, что есть у тебя. - Но у меня… Отвечать было некому. Я снова остался один и даже шум леса стал громче, словно невидимая угроза исчезла. - …нет близких. --- (День 63) - Я точно никому не расскажу о том, что произошло с… - …бароном Уаилдом? - Вискор, ты читаешь мои мысли. - Тебе надо это пережить, проговорить ещё раз. Без подобного излияния чувств остальным ты станешь таким же как он. - Что, на этот раз без Песни о Фьорре и Ал’Алор, наставник? - Да, – он кивнул и потряс головой. – Ни в одной Песне нет описания такого же злодеяния, которое совершал этот барон. - И ты не осуждаешь меня? - Я понимаю, что ты поступил, как мог. Я сам не вижу иного варианта. И могу лишь надеяться, что события так совпали, а не шли по твоему плану изначально. Хотя бы твои руки чисты. Насколько говорит наша Вера и наш Закон. - Я могу поклясться тебе, Вискор. Я не планировал, что всё зайдёт настолько далеко. Но я также не могу умолчать, что испытал чувство освобождения из тюрьмы Фрудала, когда его история была завершена. - Смотри, чтобы твоя история не повторилась также. Меня всегда волновал твой реваншизм, близкий Ал’Фиарус. Пусть там жили Кирмиор и Руммиор, чьим асом был сам Ходтенеас, это тёмное удовлетворение. - Людей из мяса и костей не изменить. Какими нас создал Фрудал, такими мы и останемся. Навечно. - И всё же твой отец, Фра’Патриарх Криострат, первый, Объединитель. Он смог вырваться за пределы своей оболочки и приблизиться к роду Алора. То был мой отец… Нет, я до его уровня никогда не вырасту. Но это не значит, что я не должен к нему стремиться! Своим путём! Месть, приносящая удовлетворение, есть благо для всех, ведь я не поддаюсь гневу, я поддаюсь доблести, своей внутренней Кир! Гнев и отвага, две стороны одной монеты. - Вискор, что произошло, то произошло. Ты не сможешь меня изменить, как бы ни пытался. - Аварус, я просто боюсь, что ты можешь стать как дикий белый барон Мевандии. Все мы можем, но если им станешь ты… Моё сердце не выдержит. - Я никогда не заставлю ни глинорианцев, ни других обманом намекать, что выживет лишь один, а после награждать серебром выжившего, как подарком. Ещё и в теории, никак не связанным с произошедшими событиями! - Да, барон Уаилд был ужасным человеком, – если он им вообще был, Вискор. Если он вообще был… – и ты его копией не станешь. И я рад, что ты помог той молодой паре. - Не мог же я отказать верующим во Фьорра, пусть даже и в другом королевстве! - Да… – очень тяжело, с грустью, вздохнул Вискор. А я осознал, что даже произошедшее, связанное с бароном Уаилдом, не желаю вспоминать, не то, что проговаривать. Мы были похожи. Или это Фьорр так направил меня, отплатить барону той же монетой, которые он “дарил” остальным? Петлять в законах Мевандии, делая так, что всем ясны истинные мотивы, упиваться смертью слабых, смотреть, как они пожирают друг друга, а после выживший получает награду. Сталкивая их между собой, ради собственного извращённого удовольствия, постоянно отнимая у них спокойную жизнь… Не зря я убил его. --- (День 64) Вечер. Тёмная роща. Барон Уаилд стоит при свете фонаря, в окружении своих стражей. Часть из них без ламп, прячутся за стволами. Я их видел, они меня – нет. - Итак, Аварус. Вы рассматриваете дело, за которое многие готовы устранить вас? – несколько крепких крестьян. Я понимаю, к чему всё идёт. Он же ещё… Не догадался. – Разумеется, я никого не призываю! Но, если вдруг… У кого-то появится желание… - Зачитывайте приговор до конца, барон, – отвечаю я. – Закончите эту сцену, как планировали, чего вам бояться священника из Глинории? Во тьме нет даже одного глаза Фьорра. Он спит, давая возможность отдохнуть тем, кто трудится во имя света веры, – и лишь ночное светило, Фюрст, смотрит на меня сверху. - Ну ладно. Дело о подданных Королевства Мевандия – Палоре и Лиандре. И их несправедливом обвинении меня, барона Уаилда, в том, что я приказываю крестьянам сражаться до смерти и выполнять другие странные требования. Хотя, должен заметить, ни разу такого не происходило. Я усмехнулся. Так, чтобы он услышал. Какая же мразь! - Отнимать дома у беременной женщины, угрожать её мужу… Есть ли что-то более злостное, от чего поразился бы даже подлый Фиарус, Ал’Арусор? - Я требую быть менее осуждающим, священник Аварус! – возмутился Уаилд. – Никаких угроз не было, они сами решили съехать. Очевидно, были неспособны возделывать землю, которую я им раздал! У нас не Столица, каждый устанавливает свои правила. Пока они не нарушают наказы короля, разумеется, – но ты их нарушал. И заметал следы быстрее, чем кто-то успевал их сохранить. - Да, мне нечем доказать твою виновность. - Поэтому я говорю, – проигнорировав меня, барон продолжил, обращаясь ко всем присутствующим, – что мне не нравится, что вы до сих пор живёте на земле Новой Надежды, я бы предпочёл видеть вас мёртвым, Аварус. Я, опять же, не призываю, но, если у кого-то будет такое желание, как я могу его предотвратить, не зная мыслей других людей? Не могу я, в самом деле, сейчас приказать страже всех вас, моих крестьян, лишить ног? Из леса донеслось рычание, прерванное громкими звуками взведённых арбалетов. Троица землевладельцев пошла на меня, подняв дубинки. Звон золота – вот, что они слышали в данный момент, в это Время, Тиа. - Вы самая большая тварь из тех, которых я встречал. Без вас людям и самой Мевандии будет лучше. Я буду силой Природы, силами очищения этой земли от недостойных Хо’Фьорр! - Что ты там бормочешь? – демонстративно отвернулся барон, когда самого близкого крестьянина резко порвало пополам. Верхняя часть тела была поглощена волком. А его собратья уже нападали на всех остальных. Я погладил некоторых волчат, прибежавших на мой зов и, не прощаясь, ушёл с этого тёмного места, разрешив зверям пировать. Я вернулся в дом другого крестьянина как раз вовремя. - Аварус, как дела с бароном Уаилдом? - Поговорили. Он не особо впечатлителен, но, кажется, немногие выжили. Силы природы, на нас напали волки и его страже пришлось пытаться от них избавиться. Бедные животные, некоторые всё же погибли. А я вот сбежал. Не думаю, что у достопочтенных Палора и Лиандры теперь отнимут дом. Если история повторится – идите в Столицу, там будет проще доказывать свою правоту. --- - Аварус, выбирай уже Песню, нельзя затягивать с ритуалом! – Вискор был серьёзен. Ну, решили эти люди отметить рождение ребёнка по глинорианской традиции, не стану им мешать. Глаза их полны веры. - Почему не ты, Вискор? - У меня уже нет эффективного сана первосвященника. Мэади и без меня справляется, я уже слишком устал для проповедей. Давай, не томи! - Имя ребёнка скажете? – спросил я родителей, попытавшись вспомнить хотя бы одну песню. - Мы решили назвать его Асхо, – ответила Лиандра. - Прародитель Света? – я рассмеялся. – Весьма… амбициозно. Не став выслушивать их объяснений (они всё равно, по большей части, одинаковы у всех), я подбирал песню в уме. Теперь понятно, почему Вискор постоянно ходит со своим томиком. Даже сейчас, он уже был готов вскочить и протянуть книгу, против всех правил. Когда тот, кто достоин служить Фьорру больше, чем простой верой, но и делами, даёт благословение, он не должен подвергаться влиянию со стороны – это плохой знак. Манипуляции Ходтенеаса и другие песни, долгая история, тянущаяся ещё до времени, когда Глинория вообще осознала, что мы – не один народ, хоть это и не так. Наконец, в уме всплыло благословение, которое, как я слышал по мифам прошлого, примет сам Фьорр и решит, будет ли оно достойным новорождённого человека из мяса и костей или же это просто слова и в них ни капли истины. Тьму рассеяв, но не погубив, Свет восстанет, но не укрепится. Две стороны он поймёт, Фьорра наследник по свободе. Сама Судьба его благословит, И направит, когда Тиа придёт. Но путь его независим будет. И карма определит его путь. --- - Вискор, помнишь ту пару крестьян? - Да, а что? - Ты просто потом сказал странную фразу, вроде как “король Менвад может гордиться такими подданными, как вы”. - И что странного в ней, Аварус? – мой наставник… - Ты ведь знаешь, что у Менвада ударение на первый слог, а не на второй? - Погоди… Ты хочешь сказать, что всё это время?.. - Да, он король мЕнвад, а не менвАд. Стоило посмотреть в глаза моего наставника, но он так глубоко их спрятал, что я мог только догадываться о стыде, который он испытывает сейчас. - Мне просто это начало резать слух, не более, Вискор.

***

Вот и всё, конец. Даже если бы я сейчас вернулся за Вискором и остальными, даже если бы мы смогли проскочить ещё раз, не упасть с заснеженных хребтов и не провалиться под толщиной снега, мы этот гарнизон не пробьём. Флаги королевства Мевандия развеваются тут, стоит подойти поближе и нас изрешетят арбалетными болтами, даже спрашивать не будут… Но… Почему там так пусто? - Я думаю, ты можешь идти дальше, – какой-то дворф, наследник рода северного народца, обратился ко мне. На удивление он носил с собой меч, а не топор или секиру, как у них принято. Странные они, даже в глинорианских песнях! Народец севера, копающийся в горах, но орудующий топорами и прочими атрибутами наших лесорубов! - Иди-иди, я, конечно, не мой дружбан Тивил, но мне плевать, что у вас там с восстанием. Ты вообще из Глинории, наверняка идёшь на могилу вашего важного перца. Золотые шахты на другом повороте, так что я снял войска. Если хочешь, можешь даже флаги перевесить на гарнизоне. Правда, тогда повстанцев явно казнят. Но, как будто тебе до этого есть дело? – спросил он меня. – Мне вот плевать. - Я мог бы на тебя напасть, но зачем? Угрозы ты не представляешь, иди себе дальше, не хочу, чтобы моих дворфов кто-то ранил, даже случайно. Я слежу за золотом и замком, обе цели в безопасности, большего мне не надо. Молча, я прошёл мимо него. Никто не стал меня останавливать. Ну ладно. Повезло. Спасибо тебе Фьорр, Бог Удачи, Бог Провидения. --- “Эх, Тивил. Может быть, в твоих словах о справедливости и чести правда, что-то да есть?” – подумал Торшин, смотря Аварусу вслед.

***

Долина. Я вижу и дом, где жил мой отец, будучи отшельником. Никогда здесь не был, но именно это я видел в глазах Криострата, когда он попрощался со мной. Как бы я хотел вспоминать о тех временах, а не о недавних и менее приятных! - Аварус, Фьорр дал мне выбор, я принял мантию Патриарха. Но мне пора уходить, я сделал всё, что мог и большего Глинории дать не могу. Пусть они живут дальше, а ты, сын мой, мой Ал, обещай… Обещай, что пойдёшь по стопам веры. Стань священником, прошу тебя, не отказывайся от пути, который привёл нас к процветанию и миру, который приблизил всех нас к Фьорру. Его руки пали с моих плеч. Но ноша осталась. И даже добившись положения ученика в самой северной провинции, став священником, та не пропала с моей Фруд, Души моей. Я шёл вперёд, проходя мимо небольшого водопада. Вода текла, несмотря на мороз. Движение – жизнь. А жизнь – это Фьорр, Бог-Солнце. - Когда-нибудь каждый услышит Бога нашего в сердце своём. Я верю, что так и будет. Верь и ты. Он ушёл, а теперь я смотрю на его могилу. Даже не сразу понимаю, что там ещё один священник стоит. Он похож на глинорианца, но как проскочил, если я его даже не видел до этого? Можно было дойти сюда в одиночку? Я зря запятнал себя, помогая бастующим? Был иной путь? Фигура в фиолетовом балахоне, сане священника, чуть более ярком, чем мы делаем сейчас, повернулась. - Проблемы. Извечные проблемы, – сказал служитель Фьорра. Не могу быть уверенным, что он в него верит, но глаза не врут. Если не Фьорр, то кто достоин такого же рвения? - Вы всё же как-то пробрались сюда? Несмотря на запреты Короля-мага Менвада, несмотря на патрули стражей? Истинно утверждение, что вере нет преград. Даже через наши гарнизоны! - Ваши? - Прошу прощения, я не представился. Густон, скромный советник Короля-мага Менвада. Не поднимайте скрытых оружий, я не собираюсь вам мешать прощаться с Первым Патриархом! И тем более, примите мои соболезнования по поводу печальной смерти Криострата. - Отца мне это не вернёт. - Отца?.. – Густон задумался. – Извечные проблемы… – теперь он словно бы желал выговориться, но подавил это стремление в себе. Не сразу. Замолчал, словно находя слова и открывая рот, но тут же закрывая уста. Глаза пытались многое сказать, но вскоре и они успокоились, как и сам бывший, судя по всему, священник из Глинории. - Густон, – это обращение остановило его, когда тот проходил мимо меня. – Вы же приближённый к Менваду? - Ну да. Вы что-то хотели узнать? - Передать. Ваш король тоже не следует собственным законам или справедливость умирает под миазмами алчности и гнева, и Гаш, и Тене, и эгоизма тех, кто имеет больше власти, чем подданные Мевандии? Он молчал, я решил объяснить: - Я встретил многих на своём пути, чья человечность находилась под вопросом. Они не творения Фрудала, это копии Фиаруса, такие же злые, как и их Ас. У вас они герцоги, бароны и богатые землевладельцы. Такой же ли ваш король Менвад или это ошибка, допущенная, когда вы смотрели в глаза тем Брис? - Мы рассмотрим эти дела, – как резко он стал громовой птицей в бурю! Это его стихия. – Можете сказать ваше имя, на будущее, вдруг ещё встретимся? - Конечно. Аварус, сын Криострата. Первого Патриарха Глинории, к слову. Густон кивнул и тихо удалился. --- Нет смысла описывать ритуал прощания. Это слишком личное, когда отпечатки из Хальригара смотрят на тебя. Но теперь я знаю две вещи: Я простился с отцом, пусть Фьорр примет его душу. Если не он, то никто! И вторая: Я могу стремиться к большему. Во имя равенства всех перед Фьорром.