Раздувая огонь

Я говорил вам про острые ушки, но на самом деле ушко было одно. Оно аккуратно высунулось из-за косяка, а за ним последовала и мордочка его обладательницы. Лицо у Юны было осторожно-испуганным - она выглядывала, затаив дыхание, явно не до конца уверенная, кто находится в комнате и издает эти развратные звуки. Представляю, как ее потрясло увиденное! Узрев голую спину лже-Белькатель, ее недвусмысленную позу наездницы - а она нависала над моим телом, выгнувшись и оттопырив круглую сочную попу - Юна вспыхнула, покраснев, как помидор. Поймав мой отчаянный взгляд и неправильно его истолковав, полуэльфийка взвизгнула, закрыв глаза ладонями. - Простите! Я ничего не увидела! Совсем-совсем ничего! После чего отшатнулась обратно. Я, собрав все свои силы в кулак, повернулся под монстродевой на бок и прохрипел: - Юна, сюда! Это монстр-двойник! Скорее, пожалуйста! Все мои надежды были на то, что девушка еще не успела далеко убежать. Иначе допельгангер снова подавит мою волю и женит меня на себе, завершив изнасилование! Однако само появление полуэльфийки уже заставило лже-Белькатель крупно занервничать. Монстродева оглянулась назад, пытясь понять кого я призываю на помощь. На секунду ее хватка ослабла, и я моментально этим воспользовался. Резко выдернув руки из пальцев мамоно, я вцепился в предплечья и с силой отшвырнул ее в сторону - да так хорошо, что допельгангер с глухим стуком врезалась в стену. - Юна! - опять заорал я. - Помоги! - и рванул за клинком. Вскочив, лже-Белькатель наступила на ножны голой ступней и оттолкнула назад. Но я отчетливо видел, что она уже поплыла. Глаза мамоно панически бегали, ее движения стали дергаными и хаотичными. Натуру не обмануть! Копируя манеры волшебницы, мамоно только старалась выглядеть агрессивной, властной и доминантной, но оказавшись в реальной опасности, она тут же вернулась к обычным повадкам, присущим ее трусливому виду. Приободрившись, я зарычал, чтобы окончательно вывести себя из сладкого оцепенения, и спрыгнул с постели. Схватил допельгангера под сгиб коленей я, словно рестлер, перекинул ее через голову. В следующее мгновение Черный Клинок уже был в моей кисти, вырванный из ножен одним резким движением. - “Убивать, убивать, убивать!” - ощутил я восторженный отклик меча. - “Убивать!” Но убивать, слава богу, мне никого не пришлось. Привлеченная шумом борьбы, в комнату ворвалась Юна с обнаженным оружием. Лже-Белькатель, сообразив, что против нас двоих ей гарантированно наступит кирдык, с диким разочарованным криком, полным обиды и горя, выскочила через окно, сорвав ставни с петель. Только голые пятки мелькнули. Метнувшись за ней, я высунулся за подоконник. Как выяснилось, моя комната располагалась аж на третьем этаже, так что видно оттуда было далеко - на всю длину улицы - однако мамоно словно провалилась сквозь землю. - “Надеюсь, это наша первая и последняя встреча”, - подумал я, возвращаясь обратно. - “Никогда бы не подумал, что допельгангеры бывают такими... напористыми! Да она просто бешеная! Наверное, у нее натурально поехала крыша от желания унять мою боль и утешить любовью”. Сбоку подскочила Юна и тоже перегнулась через окно. Покрутив головой и, как и я, не обнаружив мамоно, полуэльфийка отступила назад в комнату. - Она тобой овладела? - взволнованно затараторила Юна. - Если да, нам надо бежать в храм, срочно! - Не овладела. Хотя у нее почти получилось, - сказал я, повернувшись к девушке. - Спасибо! Проклятье, если бы тебя здесь не оказалось, я бы точно пропал! - Всегда пожалуйста! Я всего лишь отдала тебе долг за спасение… Из той таверны… С суккубом, - взгляд Юны машинался опустился на то, что было у меня ниже пояса. Девушка как зачарованная уставилась на мой эрегированный член, снова отчаянно покраснела, а ее речь стала сбиваться и затихать. - Ты меня вытащил… Из мешка. Там был мешок… - а потом вдруг, без всякого перехода завороженно выдохнула: - Так вот как они выглядят... Я поспешил широко шагнуть мимо нее, на ходу подтягивая спавшие штаны и завязывая ремень. Затем сел на кровать и стал обматывать ноги портянками, прежде чем надеть на них сапоги. Мне было неудобно из-за того, что девушка увидела меня голым - как будто я, человек взрослый и зрелый, только что продемонстрировал свой агрегат старшекласснице. Хотя, если говорить объективно, Юна давно перешагнула восемнадцатилетний рубеж. По возрасту она была ближе к студентке с последнего курса. - Гм… - сказал я, глядя в сторону. - В общем, еще раз спасибо! - Не за что, - очухавшись, ответила Юна. Убрав меч, она встала надо мной сбоку, делая вид, будто бы ничего не случилось. Правда малиновый румянец на щеках девушки выдавал ее с головой. - До чего же страшная тварь! Я слышала двойники превращаются в тех, кто больше всего дорог их жертве. Поэтому человек им не сопротивляется. - Она превратилась в Белькатерину, потому что в ее облике могла подобраться ко мне без подозрений. Вот и все, - сказал я, не желая вдаваться в подробности. - А ты как тут оказалась? Юна всплеснула руками, явно обрадованная что может поменять тему. - Ох! Я ищу тебя уже столько времени! Я с позавчерашнего дня пытаюсь за тобою угнаться. - А я что, от тебя убегал? - осторожно уточнил я. - Неа. Ты просто шел по городу… - Юна замялась. - И творил всякое. Даже не знаю, с чего лучше начать. Я безрадостно натянул сапоги. - Тогда начни с того, как ты вообще решила меня отыскать. - Хорошо… - сказала девушка и принялась рассказывать о моих приключениях.

***

После того, как я ушел с бала, Юна тоже недолго пробыла в гостях, поскольку без нас с Белькатериной ей стало скучно. Добравшись до постоялого двора, девушка сразу же заподозрила что-то неладное. Меня нигде не было видно, а из шатра госпожи Белькатерины доносились рыдания. Как ни звала ее полуэльфийка, как не просила пустить ее внутрь, волшебница так ей и не открыла. Не добившись от нее никакой внятной реакции, Юна решила спросить о произошедшем хозяина, но тот в ответ лишь руками развел и пробормотал что-то невнятное. Встревожившись, Юна хотела было пуститься на мои поиски, но слегка поразмыслив, решила все же сперва подождать. Однако я не появился ни ночью, ни на рассвете. К утру госпожа Белькатерина вроде бы успокоилась, однако по-прежнему не выходила и игнорировала все попытки контакта. Тогда уж Юна забеспокоилась не на шутку. - Я всю ночь глаз не смыкала, - говорила девушка. Причем не высказывала, а сообщала, без малейшей тени упрека. - Все ждала когда ты появишься. Но ты все не приходил и не приходил. И тогда я… испугалась. Всякое же может случиться… Где ты? Как ты один? - Прости, - сказал я, подавленно надевая амулет и рубаху. - Все случилось настолько быстро и неожиданно, что я о тебе не подумал. Я вообще ни о чем не подумал… Пожалуйста, рассказывай дальше. Юна послушно продолжила: - Когда стало светло, я оседлала коня, взяла меч и поехала разыскивать тебя… Не имея понятия, как напасть на мой след, полуэльфийка придерживалась простой тактики: спрашивала каждого встречного, не встречал ли он сегодня он героя в черно-золотом облачении, который недавно отбил Башню от монстров. Было у Юны одно замечательное качество: когда она бралась за дело, то бралась за него самозабвенно, без сомнений и колебаний. Так что, когда она говорила про “каждого встречного” - значит она действительно опрашивала каждого попавшегося ей на пути горожанина! Впрочем, результата ее действия не принесли. Прохожие только головами мотали. Юна дважды пересекла весь Арас-Караташ, когда ее вдруг окликнул сидящий в придорожной пыли нищий паломник. - “Добрая госпожа!” - поприветствовал он полуэльфийку. - “Не вы ли штурмовали Одинокую Башню? Я не обознался?” Когда же Юна подтвердила, что да, это она, то паломник едва не повис на ее стремени. - “Храни вас Богиня! Благослови вас все небесные ангелы, и архангелы, и святые духи с валькириями! Молю вас о снисхождении. Ваш соратник дал мне золотой, но его у меня украли злые мальчишки, чтоб их суккубы в Маккай утащили! Не будете ли вы так добры, дать мне еще?” Похоже, что нищий пустился в паломничество с благой целью обрести скромность и бескорыстие, да только забыл о ней по дороге. Тем не менее эта зацепка позволила Юне сузить круг поисков. Совсем скоро выяснилось, что я проходил тут недавно, причем, если судить по моему виду - практически нормальный и трезвый, вот только немного шатаясь. Спросив у паломника где тут ближайший трактир, я швырнул ему золотую монету, после чего направился дальше, следуя его указанию. Естественно, никакого золотого Юна паломнику не отдала, а только поблагодарила и вежливенько отопнула его носком сапога, и поскакала за мной. К несчастью, в трактире меня не оказалось. Однако завсегдатаи убеждали девушку что мы разминулись совсем ненамного и, опрокинув здесь несколько кружек, я двинул в соседнее заведение. - Вообщем, ты шел от одного трактира к другому и везде пил, - сказала полуэльфийка. - Но нигде надолго не останавливался. Я шла за тобой следом и к обеду почти что догнала тебя. Но потом ты снова исчез… - Сколько же я их обошел? - спросил я удрученно. - Не так уж и много! - бодро ответила Юна. - Дюжины полторы или две. В конце я немного сбилась со счета. - Бедная моя печень, - пробормотал я и жестом попросил продолжать. Итак, я вновь потерялся. Юна бесполезно металась по городу, однако я оставался совершенно неуловимым. Девушка уже сообразила, что со мной происходит что-то весьма нехорошее, поэтому мои поиски превратились для нее в дело чести. - Снова я услышала о тебе только ближе к закату, - сказала полуэльфийка. - Навстречу мне попалось несколько музыкантов. Они очень спешили, опасаясь “что там все скоро закончится”. Я спросила их, о чем они говорят. И те объяснили, что герой собрал на площади Звонких Горшков бардов со всего Арас-Карташа и заставляет их соревноваться, кто споет самую грустную песню, причем щедро платит чеканной монетой, а победителю, помимо этого, обещает большую награду. - Сколько же я на это потратил? - ужаснулся я и ощупал тяжелый кошель, который носил во внутреннем кармане плаща. Кошель был совершенно пустым. Юна пожала плечами. - Вероятно, немало. Правда, когда я туда доскакала, музыканты уже расходились. Все возмущались, что у тебя дурной вкус и ты выбрал победителями каких-то безголосых бездарностей, но это они из зависти так говорили. Уж я то знаю, что ты разбираешься в музыке! Юна немного помедлила и доверительно понизила голос: - Если честно, - сказала она, - тогда я подумала, что тебя кто-то околдовал. Это было так непохоже на твое поведение, что ничего другого не приходило мне в голову. Я уже вываливалась из седла от усталости, но не оставляла попыток тебя перехватить. Может это и к лучшему, что у меня не получилось. Иначе бы ты не встретил молодого де Ветта! - А кто это? - спросил я, накидывая на себя плащ. - Надеюсь, я его не того… Не обидел? - Неа, - покачала головой полуэльфийка. - Де Ветт - это что-то вроде местной знаменитости. Дворянство Арас-Караташа пристально следила за его судьбой весь этот год. С ним была связана ужасно грустная история. Говорят, с самого детства де Ветт был помолвлен с юной баронессой де Капелетти. Юноша с девушкой безгранично любили друг друга. Но за несколько лет до этого политическая ситуация изменилась и их общий сюзерен изъявил требование, чтобы баронессу отдали замуж другому семейству. Молодой де Ветт и баронесса де Капелетти очень страдали, но не могли пойти против приказов родителей. - Да, начало у этой истории довольно пугающее, - сказал я, припомнив одну знаменитую пьесу. - Только я тут причем? - Как причем? - удивилась Юна. - Утверждают, что ты напоролся на де Ветта с друзьями и чего-то с ними не поделил. Зная твою выдержку и благородство, я уверена, что это они тебя спровоцировали! Вначале вы вроде как собирались подраться, но потом передумали, помирились и стали пить вместе. А затем ты настолько проникся историей де Ветта и его бывшей невесты, что потребовал, чтобы тот повел себя “как мужчина” и выкрал девушку, а затем женился на ней. - Звучит как что-то хорошее. Или, - я с тревогой поглядел на полуэльфийку, - или все же не очень? Юна чуть не подпрыгнула от возбуждения. - Хорошее, очень хорошее! - воскликнула полуэльфийка. - Но все же немного плохое. В любом случае, это было потрясающе! Не знаю, как тебе удалось, но, возглавив отряд из де Ветта с друзьями, вы штурмом взяли дом де Капелетти. А ведь я его видела! Это натуральная крепость - у нее даже есть небольшой ров, а стены там вот такие! - она развела руки в сторону, показывая толщину стен. - Но вас это не остановило. Извини, ты случайно не помнишь, как вы умудрились попасть за ворота? Сгорбившись, я запустил руки в короткие волосы. Штурм особняка де Капеллети всплывал из памяти смутно, отдельными кадрами. Более-менее четким было одно: как я полз вверх по веревке через густой полуночный мрак, хищно сжимая в зубах чей-то кинжал - а сверху, громко зевая, переговаривались два часовых. - Кое-что помню. Но воспоминание такое нечеткое, что я не могу утверждать, было это взаправду или мне только приснилось, - сказал я со вздохом. - Тем не менее, тебе удалось! Вы похитили баронессу прямо из ее комнаты и поскакали в церковь на улице Зеленых Камней венчать ее браком с де Веттом. К тому времени семейство де Капелетти уже пришло в себя. Они собрали людей - братьев, слуг и бойцов - и под началом отца баронессы бросились за вами в погоню. Говорят ты сдерживал всю эту кучу людей целую четверть часа перед храмом, пока де Ветт с невестой завершали венчание. В тебя и из арбалетов стреляли, и копья швыряли. Да только куда там! Все бестолку. С волшебным мечом тебе было все нипочем. - О господи, - с чувством протянул я. - Ну де Капелетти то хоть на меня не в обиде? - Совсем не в обиде! - ободряюще воскликнула Юна. - Они всего лишь поклялись убить тебя и всю твою родню до третьего колена включительно. А пока просто пожаловались герцогу и попросили тебя четвертовать. - А герцог чего им ответил? - Отказался, конечно. Сказал, что не смеет поднять руку на героев Верховной. Девушка пожала плечами. - Скорее всего, они не по-настоящему его просили, а так - для порядка. Они ведь сами не хотели отдавать дочь за кого-то кроме де Ветта. А получилось, что это ты виноват, а не они. Все только и делают, что судачат о твоих похождениях. Я помотал головой, безуспешно пытаясь отогнать чувство стыда. - Мда. Мда, - только и сумел сказать я. - У меня просто слов не хватает. Сокрушаясь и содрагаясь от ужаса и того, сколько необдуманных действий я совершил, даже не в силах представить всех возможных последствий, дальше я слушал Юну вполуха. Как она, практически без передышек, не успокаивалась - пока не подняла на ноги стражу, подкупила портовых нищих и какой-то сомнительный сброд, подключила людей герцога - и все это ради того, чтобы вытащить из загула одного идиота. То есть меня. В итоге, еще через день, один из "агентов" сообщил полуэльфийке, что я, утомившись, без задних ног дрыхну в какой-то поганой дыре, лишь маскирующейся под нормальный трактир, где она, наконец, меня и нашла. Не силах больше этого выносить, я перебил полуэльфийку: - Ладно, хватит уже обо мне. Лучше расскажи о госпоже Белькатерине. Ты говоришь, она из шатра не выходит? - Ага, не выходит. И внутрь меня не пускает. Но она там, это точно. Ее было слышно, - Юна вдруг резко оборвалась, опустила глаза и принялась теребить складку наряда. - Я знаю, что не имею права этого спрашивать… - сказала она совсем другим тоном, робким и напряженным. - Что беспардонно влезать в подобные вещи без приглашения… Но что такое между вами случилось? Вы поругались на балу, на балконе? - А, у нас все непонятно… - я горько махнул рукой. - Мы были близкими друзьями, а сейчас наша дружба, наверное, всё. Нет ее больше… Мы оба наделали глупостей, которые уже не исправишь. Особенно я в конце крупно сел в лужу. Вначале, когда я давал это расплывчатое объяснение, на лицо Юны набежала легкая тень недоверия. Губы полуэльфийки чуть дрогнули, а брови взметнулись. Она словно бы спрашивала: “ты это серьезно?” Однако уже в следующий миг, когда девушка осознала весь смысл моих слов, сомнения уступили место с трудом скрываемой радости. Расплывшись в улыбке, Юна тихонечко ахнула. Ее руки порывисто прижались к груди, как будто в попытке успокоить затрепетавшее сердце. - Так это правда?! Как здорово... Ой! - спохватилась она. - То есть, как плохо... - Юна сочувственно поджала губки и покивала. - Ужасная новость! Как горестно! Если в моих силах как-то помочь вам примириться, ты знаешь к кому обратиться. - Сомневаюсь, что мы с ней помиримся, - вздохнул я, поднимаясь. - Но за предложение - большое спасибо. Про то, что в ее искренность мне нисколько не верится, упоминать я не стал. Юна была такой чистой, наивной и беззащитной, что мне совсем не хотелось ее чем-нибудь ранить. Тем более, разругавшись и с ней, я бы остался совсем в изоляции. Поэтому я сделал вид, что ничего не заметил. Глядишь, увлечение девушки скоро пройдет, тем более когда у нее появится много поклонников, как у прославленной героини. Подберет кого-нибудь своего возраста и равного по происхождению... Поскольку оставаться в грязной комнате смысла больше не было, я проверил, ничего ли я не забыл, после чего вместе с Юной вышел на улицу.

***

Рассвет застал нас уже по пути. Город пробуждался - скрипели отворяемые ставни, хлопали двери. Заспанно протирая глаза и зевая, люди отправлялись трудиться. Удрученно опустив голову, я шел с Юной обратно на постоялый двор, преодолевая течение из горожан. С каждым шагом к нему, камень на моем сердце увеличивался в размерах. Нет, я вовсе не собирался взваливать всю вину на себя! Мы с Белькатель оба допустили ошибки. Например, демоница могла открыться мне раньше, что творится у нее на душе. Тогда она не внушила бы мне лишних надежд, да и беседа прошла бы в более спокойных условиях. Уверен, что при других обстоятельствах, я бы принял слова Белькатель абсолютно иначе, не устраивая с ней ненужную драму. Проявил бы к ней деликатность, а не усугублял ее боль. В конце-концов, какое право я имею злиться не девушку, который изо дня в день приходиться бороться со сладким ядом Архисуккубы, распаляющим тело и душу? Такое ни одной героине не снилось! Однако, сколько бы я ни приводил аргументов, чтобы себя оправдать, меня по-прежнему мучили угрызения совести. Уж если смотреть правде в лицо - просчет демоницы нисколько меня не оправдывал. Я отвратительно с ней поступил. Конечно, было болезненно слышать о том, что Белькатель сомневается в своих чувствах ко мне. Но сомнения - это еще не отказ! Я слишком рано опустил руки и сдался! За любовь такой девушки, как демоница, бороться стоило даже при самых мизерных шансах! Тогда, в шатре, я был обязан проявить твердость и с достоинством встретить удар. Но, нет. В реальности у меня получилось… Как получилось. Я психанул, словно мальчишка. И вдобавок устроил практически трехдневный побег от реальности… Господи, какой же это позор! Погружённый в эти мрачные мысли, я даже не заметил, как мы оказались у цели. Юна уже передавала поводья расторопным угодливым слугам. Как бы мне ни хотелось оттянуть неприятное объяснение - нужно было идти. Нужно было идти. Вот вестибюль. Вот лестница, по которой ещё недавно я взлетал окрылённый, а теперь поднимался, как будто мои ноги были налиты свинцом. Длинный коридор с дверями по сторонам... А вот и снятое нами крыло в северной части здания... Белькатель сидела в кресле напротив входа. Осунувшаяся и побледневшая, без кровинки в лице, девушка измучено наваливалась на спинку сидения. Когда я вошел она с заметным усилием подняла на меня воспаленные сухие глаза. Было видно, что королева полностью опустошена и держится исключительно на своей гордости и высокомерии. Белькатель разлепила пересохшие губы. - Явились? - скрипучим голосом спросила она. - А я уже заподозрила, что вы решили сбежать и бросить меня. Спасибо, что мне не придется за вами гоняться. Мне захотелось броситься к ней, обнять, поддержать, лишь бы не видеть ее в таком состоянии. Но теперь между нами выросла незримая стена. После случившегося, Белькатель стала для меня абсолютно недоступной и, что самое грустное - несмотря на ее печальный, обессиленный вид, еще более дорогой и желанной. - Юна, выйди на минуту, пожалуйста, - сказал я. - Нам надо поговорить наедине. - Нет, пусть остается, - возразила волшебница. Юна замерла в нерешительности. - Ладно, - сказал я. - Если ты хочешь, чтобы я сказал это при ней, я скажу. Мне стыдно за то, как я повел себя три дня назад. Для меня ты все равно лучший… друг. Я не знаю, как я могу искупить свою ошибку, но я обязательно… Белькатель перебила меня, сморщившись, как от боли в висках. - Не надо заикаться про дружбу, Алексей, - помотала она головой. - Совсем недавно ты клялся, что никогда не бросишь меня. А когда мне действительно понадобилась опора, ты показал, насколько хрупки твои обещания. Друзья так не поступают. Я осекся и отвел взгляд от девушки. Чем мне здесь оправдаться? И нужно ли мне это делать в принципе? - Пожалуй, мы оба надумали больше, чем есть в самом деле. Впредь будем мудрее, - сказал я, стараясь звучать примирительно. Но Белькатель снова прервала меня резким жестом ладони, показывая, что не желает слышать об этом. Она поднялась из кресла и сделала шаг в нашу сторону. Юна смотрела на нас двоих с ужасом. Болезненный немигающий взгляд Белькатель уперся в меня. - Скажи мне лучше вот что. Наш союз все еще в силе? Ты не передумал? - В силе, - сказал я, с трудом выдержав, чтобы не отвести глаза от волшебницы. Я собирался добавить, что обычно не бросаюсь словами, но удержался. Хватит уже. Обещал никогда ее не предавать, а что я с ней сделал, как не предал доверие? - Великолепно, - произнесла Белькатель, отвернувшись к окну. - Мне бы очень не хотелось стирать тебе память. Да и за то, как ты успел мне послужить, тебе все равно будет положена хорошая награда. Я скрипнул зубами и сжал кулаки, подавляя эмоции. Белькатель, Белькатель… Понятно, что я нехорошо с тобой обошелся. Но от таких-то гадостей ты могла бы и воздержаться. Ведь ты же прекрасно знаешь, что я пошел с тобой вовсе не из-за награды. - А зачем нам стирать память? - наивно подала голос полуэльфийка. - Наша волшебница не оставляет свидетелей, - сказал я. - Никто не должен знать, что мы планируем победить Повелительницу, - и в конце все же не выстоял и едко добавил: - У нас слишком великая цель, чтобы ей рисковать. Верно я говорю? - А как бы ты поступил на моем месте? - резко обернулась ко мне Белькатель. В ее голосе прозвучала угроза. - Давай же, я слушаю тебя, Алексей. - На твоем месте я бы спокойно работал вместе. А еще бы думал о чем и с кем говорить. - Вот как? Ты собираешься учить меня, как поступать? - угроза в тоне волшебницы стала отчетливее, приобретя железные нотки. Отлично, просто отлично! Опять мы с ней разругались! Да что за дерьмо… На меня накатила горечь вперемешку со злостью. - Я собираюсь дойти до финала этой истории и посмотреть, чем все закончится, - отрезал я. - А обиды - это плохие попутчики. Я знаю, что как раньше у нас с тобою не будет, но для победы это нам и не нужно. Просто придерживаемся старого плана. Каждый четко выполняет то, в чем он силен, а все постороннее сводим к самому возможному минимуму. Белькатель замерла на мгновение, будто раздумывая, а затем медленно, через силу кивнула. Волшебница протянула ко мне вытянутую руку, подчеркивая этим жестом дистанцию, которая нас разделяла, и требуя, чтобы я к ней не приближался. - Меня это устраивает, - сказала волшебница. - Да будет так, господин Алексей. Я крепко пожал ее непривычно ледяные пальцы. - Да будет так, госпожа Белькатерина. Ну вот мы с ней и помирились! Выходит я зря переживал. Какие мы молодцы! На краю сознания билась крамольная мысль: а стоило ли мне так рьяно сопротивляться ее двойнику? Так вот, я считаю, что оно того стоило. Стоило несмотря ни на что - потому что мне нужна была не идеальная женщина, а настоящий, живой человек. Или вернее сказать, демоница.