Гонки судьбы

Утро началось со звонка друга, который орал в трубку, что учителя что-то узнали, а что именно, Чонгук не услышал. Оно не мудрено, приехал домой три часа назад и рухнул спать. А сейчас стоит позади класса, присев на подоконник, и ждёт новостей. Честное слово, уже пожалел, что встал, надо было дальше спать, всё равно вся школа потом будет жужжать об услышанном. Ему откровенно плевать, о чём будет идти речь, мечтает вернуться в тёплую постель и не выходить сегодня из дома, как планировал. Его внешний вид полностью подтверждает, что сюда не собирался. Растрёпанные в разные стороны волосы светло-русого цвета свисают по бокам, их лишь рукой поправили перед выходом и несколько раз по дороги. Синяки под глазами, которые даже не пытался замазать, как обычно, это делает каждый раз после ночных гонок, ярко красуются на лице. Белая футболка, подчеркивающая мускулистое тело парня, а поверх незастёгнутая чёрная с красными клетками рубашка. Вместо классических брюк на нём светло-голубые джинсы, обтягивающие крепкие бёдра и ноги, и белые кроссы. На лице, как и ожидалось, ни одной эмоции. Умеет делать покерфейс, точнее всегда с ним ходит. В ухо вставлен один наушник, ведь музыка крайне необходима на таком «важном» мероприятие, как школьная, мать твою, линейка. Раньше он носил классические костюмы, как и положено прилежному ученику, идущему на красный аттестат. Время идёт, однако, не лечит, поэтому теперь надевает классику крайне редко, ему отражение в зеркале напоминает о худших днях. Настолько лень было идти в это сомнительное, как Чонгук считает, заведение, что дорога заняла не привычные 15 минут на машине, а почти час. Поехал в объезд с надеждой, что друг перестанет звонить и пошлёт обратно домой, потому что этот долго едет. К сожалению, всё же пришлось переться сюда, ибо надоедливый до жути Джухёк продолжал названивать. Желание засунуть этот телефон ему в задницу росло с каждым звонком, только потом этого придурка меньше всего хочется везти в больницу. — Интересно, как он Лии будет объяснять, почему у него жопа звонит, — подумал Чонгук, вспомнив о прекрасной идее. Сунул руки в карманы и повернулся к другу, который заставил его сюда приехать, а теперь стоит со своей девушкой. От такой наглости, желание отомстить за звонки возвращается, поэтому подходит чуть ближе к сладкой парочке, хватает Хёка за локоть, потянув за собой, и встаёт на своё место. — Да что?! — возмущённо вскрикивает друг. — Дай свой телефон, — протягивает руку Гук. — Зачем? — спрашивает уже спокойно. — Дай и увидишь. Когда Чонгук берёт телефон в руки, резко поворачивает Джухёка к окну и заламывает руку, отчего тот сгибается и продолжает охуевать от происходящего. Его только что оторвали от разговора с девушкой и нагнули у окна. Поворачивает голову к Чону и вопросительно смотрит на дальнейшие действия, пока тот не начинает лыбиться. — Не-е-е-т, ты же не решил выебать меня в школьном коридоре? — На хрен мне это надо, я понимаю, что дружбу сексом не испортишь, но твоя задница будет наслаждаться от вибрации телефона, который сейчас окажется внутри тебя, а потом специально буду названивать, — оттягивает резинку и несильно тянет брюки вниз, подставляя телефон ближе. — Гук, ты конченый?! — орёт и начинает брыкаться. — Какого хуя, ты меня разбудил и заёбывал звонками, чтобы я приехал в школу, а сам с Лией жмёшься? — Больной, отпусти! — Не ори, истеричка, будешь знать, как меня будить после гонок, — едва не снимая штаны с друга, резко дергает вниз, но его останавливает голос директора за толпой, — Тебе повезло, директор Хван тебя спас. Выпускает Джухёка из хватки и поворачивается к толпе, слушая учителей и директора, которым какая-то крыса рассказала, что в стенах школы кто-то спокойно продаёт травку всем желающим. Собственно, это единственное, что заставило собрать всю школу на линейку. Теперь администрация школы будет просматривать записи камер и следить в коридорах за всеми, но это никого не напугало, кроме средних классов. Также отчитали за внешний вид всех, кто стоял в первых рядах. Всё по стандарту. Когда линейка заканчивается, Чонгук стремительно идёт на выход, но свалить не получается, его тормозит завуч и спрашивает, куда тот собрался, а он состроил наигранную физиономию и отмазался тупой фразой: «Ой, двери перепутал». Поматерив Хёка, из-за которого он тут, разворачивается и идёт в класс, где решает проспать пару уроков.

После уроков

Чонгук получил свои результаты пробников, там в целом всё прекрасно, за исключением английского. С начальных классов в учёбе лишь одна проблема — иностранный язык. Как бы парень не пытался понять этот предмет, всё было без толку. Зачёты сдавал с помощью одноклассников, домашку делал с переводчиком, а на уроках всячески прятался от препода, лишь бы не спросили. Он понимает, что английский придётся выучить, ибо родители хотят отправить учиться после школы в университет за границу, чего не хочет он сам. В приоре, если не выучит язык, то не сможет полноценно учиться там, а значит останется на Родине. Именно поэтому не спешит углубляться в изучение ненужного для него предмета. Джухёк выходит из дверей школы вслед за лучшим другом и застывает, когда видит у ворот чёрную BMW M8 Чонгука, а рядом Lykan HyperSport такого же цвета. Он смотрит на эти два автомобиля круглыми глазами и разинув рот. Он знает каждую машину на этой территории, кроме этой. Она выглядит дорого, словно её только пригнали с салона. Его интересует один лишь вопрос, кто владелец? Чон оборачивается к другу, когда перестаёт слышать его шаги, недовольно закатывает глаза и смотрит на него. Выражение лица Хёка заставляет посмотреть, на что этот болван уставился. Скрестив руки на груди, поворачивает голову в сторону своего автомобиля и видит рядом стоящую тачку. Он слегка удивляется, но не так как друг. Подобные машины он видел всего пару раз и не так близко, а уж тем более не на школьной парковке, где до это его тачка была самой дорогой. Одна такая точно у партнёра отца по бизнесу, а вторую он видел в автосалоне. Несмотря на то, что этот автосалон принадлежит Чон Дохёну, собственному сыну запрещено туда заходить после того, как этот пьяный оболтус разбил три машины в попытке выехать из салона на новой Ferrari. Сейчас Чонгука интересует, чья эта малышка. Есть ли у него шансы покататься на ней? В прочем, сильно задуматься не даёт звук мобильника, но стоило посмотреть на экран, тут же закатил глаза, состроив очередную гримасу, и скинул уже десятый за сегодня звонок родителей. Пихнул Джухёка локтем в бок и пошёл к воротам школы. Всё-таки в планах ещё выспаться и поиграть на нервах отца, который только вчера улетел в Японию на две недели по работе, а мама согласилась составить ему компанию в поездке. Чонгук прекрасно знает, чем может обернуться гнев отца, но также помнит, как быстро мать его успокаивает, тем более, когда они одни в отеле. Разблокировав автомобиль, машет Джухёку рукой, садиться на водительское сиденье и выезжает с территории «ада». Музыка в салоне заглушает любые уведомления с телефона. Дорога кажется мимолётной из-за мысли, что Чонгук сейчас окажется в долгожданных объятиях Морфея. Он подъезжает к дому и заметно расслабляется, стоит переступить его порог. Дома тепло и уютно, привычно тихо, ничто и никто не беспокоит его сон. Из открытых окон доносится пение птиц и шум машин, но это действует скорее, как колыбель, нежели раздражение. Вокруг спящего Чонгука будто время остановилось. Сегодня он проспит до вечера, если его не обломают.

Сон Чона

Ночь. Толпы в изумлении и с предвкушением смотрят на гонщиков, как сзади внезапно раздаётся рык мотора, люди оборачиваются на звук. Неизвестный мотоциклист разгоняет толпу, крутит пару кругов на небольшой площадке и испаряется так же быстро и демонстративно, как появился. Когда все гонщики давят по газам, Чонгук не может тронуться с места, загнанно дышит и стартует через 20 секунд после старта остальных. Он почти готов смириться с проигрышем, но гордость берёт верх. И вот стрелка спидометра показывает 160 км/ч. Внезапно начинается дождь, но он не притормаживает, а лишь набирает скорость. Откуда не возьмись, его крепко обхватывают чужие теплые руки и слышится мужской голос: «Мы так разобьёмся…». Словно электрическим разрядом ударило, Чон забывает о гонке, тормозит и слышит вновь голос: «Больше не гоняй так в дождь». Теплые руки отпускают, а когда он оборачивается посмотреть на их обладателя, то находит лишь… Никого. Давит на газ, но уже не так сильно, но через 300 метров резко тормозит и видит… Все мотоциклы разброшены по дороге, ребята обездвижено лежат на мокром асфальте… А прям перед глазами Гуком лежит он сам…

Утро

Чонгук подскакивает в холодном поту, оглядывает в панике всё вокруг и выдыхает. Он дома. Рядом никого. В последнее время его часто мучают кошмары, снится, что он попадает в аварию на мотоцикле или разбивается на гонке и видит себя, лежащего в крови на мокром асфальте под дождём. Каждый раз в таких снах появляется незнакомый голос, который звучит, как ангел-хранитель, и говорит не гонять в дождь. Честно говоря, ему уже реально страшно, хотя они больше никогда не ездят в плохую погоду после трагедии в соседнем районе. Год назад в ливень семь человек не справились с управлением и все разбились насмерть, среди них был его близкий друг. После вновь приснившегося кошмара ему совсем не спится. На часах пять утра, за окном виднеется рассвет, а Чонгук снова уставившись в стену, сидит на кровати. Ему хотелось забыть тот ужас, но сны каждый раз напоминали, что все мы можем оказаться на волоске от смерти. Ещё минут семь он сидит и не шевелится, вновь погрузился в свои мысли. К счастью, раздался звук уведомления, который вытащил из раздумий.

*Новое сообщение от Джухёка* JHK: Спишь? Я тут рядом, домой идти не хочу. Пустишь? 05:09

JK: Ты вообще еблан? Время 5 утра, ты что на улице забыл? 05:09

JHK: Ащь, на тусовке у одной куколки был. 05:10

JK: Только не говори, что у той, которая в мини-юбке перед тобой потянулась за учебником через всю парту и «случайно» встала раком. 05:10

JHK: Ладно, не скажу, что именно у неё и был. 05:10

JK: Придурок, если Лия узнает, ты своего маленького друга лишишься. 05:11

JHK: Завались. Пустишь или нет? 05:11

JK: Приходи, а там посмотрим на твоё поведение. 05:11

JHK: Хорошо, папочка<3 05:11

Чонгук знает, что его друг отличается прекрасным умением писать без единой ошибки даже будучи в стельку пьяным. Как он это делает, никто понять не может. Никогда не знаешь, в каком состоянии он заявится к тебе после переписки. Откинув телефон в сторону, он лёг на спину и устало вздохнул. Подготовка к экзаменам, проблемы с родителями и многое другое так сильно ударили по моральному состоянию, что всё чаще хочется исчезнуть. В голове минимум четыре варианта, как можно это сделать, но Чонгук держится из последних сил, показывая всем лишь каменное лицо, словно он ничего не чувствует, хоть это и не так. Он хочет жить в глубине души, даже боится смерти, но и жить не хочет. Он не живёт, а скорее существует. Не человек, а пустая оболочка без чувств и эмоций. Его пугают эти сны. Даже этот неизвестный человек из сна пытается уберечь его, спасти и не дать совершить глупость, а родные родители… Мало того, что вечно оскорбляют и унижают, так ещё могут руку поднять на собственного ребёнка. Чонгук привык быть виноватым во всём, из-за чего и просит у всех прощения за каждую мелочь, это касается лишь близких людей, но всё же. Разумеется, чаще всего на пьяную голову до такой степени срываются на ребёнка, но бывало, что прилетали пощёчины от отца и по трезвой. Чонгук истощен морально и эмоционально, но никому просто так не скажет об этом, даже под дулом пистолета. Родителям плевать на него, особенно отцу…

Воспоминания

По телевизору говорят про страшную аварию, где погибло семь человек 17-18 лет, двое из которых оказались детьми местных олигархов. В крови погибших обнаружен алкоголь и наркотические вещества в очень малых дозах. Следствием установлено, что причиной аварии является неблагоприятная погода для проведения гонок и других подобных мероприятий. Отец отхлёбывает кофе, усмехается и начинает спокойно говорить. — Вот же им не повезло с детьми, вся репутация Хван Сону и Хан Хёнщика будет похоронена после смерти этих малолетних выродков, — поворачивает голову к сыну, — Чонгук, а ты даже не смей портить нашу репутацию. — Пап, давай будем честны, тебе плевать будет на меня, даже если я сдохну. — Нет, если это будут так же афишировать. — То есть, если я умру тихо и без лишнего внимания, то ничего страшного? — Чонгук, я строил репутацию не для того, чтобы её испортил какой-то мелкий паршивец, если что сделаем даже из твоего самоубийства несчастный случай, тогда все будут выражать свои соболезнования, а не говорить, что мы плохие родители, которые забили на собственного сына и единственного наследника. — Ясно. Пожалуй, я пойду, не хочу общаться с человеком, которому репутация дороже сына. Чонгук ушёл к себе в комнату, закрылся на замок и дал волю эмоциям. Надев наушники, сел на подоконник и просидел так до утра, по щекам стекали слёзы от боли и обиды за такое откровенно-наплевательское отношение к себе. Он не понимал, почему отец его ненавидит, почему мать вспоминает о существование не просто жильца в их доме, а сына, так редко. Что он сделал не так…?

Настоящее время

Спустя минут двадцать слышится дверной звонок. Чонгук не спеша спускается на первый этаж, подходит к двери и на экране домофона видит два человека. Перед дверью почти стоит Джухёк, и парень на вид лет двадцати пяти-семи в голубой джинсовке, под которой видно красную футболку, а на ногах тёмные джинсы и черные туфли. Бедный парень кривится, но держит обездвиженное тело, которое тянет свои губы к нему в надежде поцеловать. — Вот это кадр, — усмехается Гук и делает снимок на телефон. Когда дверь наконец-то открывается, молодой человек с Хёком в руках поднимает глаза и кивает в приветствующем знаке, на что ему сразу отвечают. Он в последний момент успевает отдать Джухёка в руки хозяина дома перед тем, как в его губы чуть не впились чужие. — Ащь, забирай, пить он не умеет, — констатирует факт, отряхиваясь, — Он всех парней перецеловал на глазах их девушек, а двух умудрился соблазнить. — Воу! Слава богу, что меня там не было. — Пак Чимин, — протягивает руку парень. — Чонгук, — в ответ представляется и из любопытства спрашивает, — Вы тоже были на вечеринке у Минджи? — Какой Минджи? — непонимающе спрашивает Чимин, — Мы с другом в клубе сидели и увидели, как этого мальца двое парней провели в комнату «отдыха», подошли к ним и спасли его задницу. Чонгук заглядывает за спину Пака и видит машину, которая ещё вчера стояла у школы рядом с его, рядом стоит черный Mersedes. За рулём сидит парень в черной ветровке и белой рубашке со светло-русыми волосами, зачёсанными назад, в темных очках, а во рту держит чупа-чупс. Он не выходит, а лишь него приспускает стекло, мигает фарами и говорит низким голосом. — Чимин, ты скоро? — Да иду я, — клонится на последок и садится в машину. Обе машины с рычащими моторами выезжают на дорогу и за несколько секунд скрываются за поворотом. Чонгук ещё пару минут держит друга и смотрит вслед черному Lykan, а затем заходит с другом в дом.